Тонкая кожа

"Симфония страданий главного героя." Тьма, холод, тяжёлые удары пресной, полной тины и грязи воды о тело, шум в ушах и запах металла, мешающийся с сыростью. Глаза распахнулись вмиг, как только сон будто нож вонзился глубоко в грудь, напоминая о страшных событиях произошедших, казалось, так давно. Кошмар контрастировал с приятным светом утреннего солнца. Апрель. Восемнадцать лет, окончание учебы в надоевшей, старой школе которую реставрировать пора было уже как лет восемьдесят назад, но каким-то чудом стены все ещё держали на себе три этажа школы номер 16, в которую снова нужно идти, день за днём, снова и снова, уже даже ранее приятное внимание не казалось таким захватывающим, как раньше. Тренд, Тренд; это имя гудело в ушах, неужели может тошнить от букв? Только если эти буквы вместе обозначают что-то мерзкое и неприятное. Скупой завтрак на одного человека, тишина дома, шорохи одежд и щелчок дверного замка. Резина обуви слегка шуршала об асфальт, ноги привели в ужасно знакомое место, ужасно не любимое и нудное. Приветствия, сухая и не такая уж позитивная улыбка моргала на лице только когда внимание падало на знакомые выражения. Видя их так часто, постепенно забываешь: кто это, как их зовут, зачем и почему те так к тебе относятся. Часы уже как пробили 8:30, скрип классной двери, шумиха. Все столпились около одной из первых парт, образуя гнездо с копошащимися внутри и снаружи насекомыми, но даже не то смутило главного героя, а то, что на него не обратили внимание, погрузившись с головой во что-то, что заинтересовало не один десяток людей. Играя роль серьезного и невозмутимо холодного сердца, Тренд проскочил на свое место, бросил сумку рядом и уставился на рой одноклассников. Погодите, там сидит человек? Даже не понимая того, глаза сузились в попытках разглядеть и сфокусироваться, а вот со стороны выглядело как показушная попытка позвать недовольство, словно ревнивый ребенок. Действительно, они столпились над человеком, спокойно сидящим смирно за партой, кожа напоминающая пепельный латте, еле-еле посыпанный какао сверху, на человеке показываясь веснушками. Густые темные волосы красовались пучком на макушке, аккуратные пряди, будто ни одного изъяна, но вот глаза... Да, новый парень в классе улыбался, а вот в карих глазах как будто пустыня без света - не то покой, не то равнодушие. В груди накатило неприятное ощущение досады, резко поднявшись на ноги чуть ли не опрокинув стул за собой, высокий шатен съязвил — "И что же происходит? Что-то новое и без моего участия? Как вам не стыдно. На этот раз я вас прощаю, однако.." — он подошёл ближе, одноклассники нехотя расступились, как вода перед Моисеем, и теперь можно было видеть новое лицо более чем хорошо. Сузив глаза, гордый парень подошёл, бесцеремонно усевшись на парте половиной лица к новенькому, — "Около тебя собрались как муравьи на сахар. Так что и я хочу послушать, чем ты их так удивил." — "Викториам," — прозвучал чужой, сладко-кислый голос — "А? Твое имя? Как нелепо, я не интересовался этим." — "Мне не нужно твое позволение чтобы что-то сделать. А отвечая на твой вопрос, я—" — иностранца прервал хлопок двери. Старая леди, преподающая историю уже лет двадцать в этой школе приказным тоном гаркнула, как заученное; — "Беллос, отстань от людей! Ты и продыху не даёшь, сядь на место." Цокнув языком, как обиженный ребенок Тренд встал, напоследок стрельнув взглядом зелёных глаз на Викториама, словно предупреждая даже не дышать, не привлекать к себе то внимание, которое заслуживает лишь Тренд. Широким шагом дойдя до своего места, уже под начинающуюся лекцию ненавистной истории, плюхнулся на стул. Уроки шли нудно, неинтересно и серо, пусть апрель и в принципе весна обещали быть тёплыми, на небо накатили тучи, где-то вдали рокотал гром, вместе с громом бормотали и одноклассники — "Эй, Викториам, а ты правда метис?" — "Ты тоже рисуешь? Круто! Можно посмотреть? Ты такой талантливый! Научишь меня?" — как китайская пытка водой капали слова на макушку, дырявя её. Глаз стал содрогаться всего на половине урока, обещая под конец дать смачное последствие так зашкаливающий злости и... Зависти? Шло время, на предпоследней перемене Беллос видел как одноклассники уходят вместе с новеньким, точнее, за ним. Даже не думая он подорвался, позорно последним выходя из класса. Библиотека? Кому-то ещё интересны старые книги со слоями пыли? Кажется, Викториаму и ещё паре десятков человек. Они что-то рассматривали, обсуждали и делились впечатлениями, как старые друзья обсуждали новинки, пока Тренд завистливо поглядывал на все это. Ещё и эта плесень не дала полноценно показать кто тут авторитет. Может, они поинтересуются и вернутся к Тренду? Неизвестно. А может, это стоит использовать в своих целях? Изучить Викториама, получить как можно больше информации и просто сделать лучше себя? Тогда-то точно всем будет куда интереснее с Трендом, а не каким-то камнелицим метисом! Взгляд изучал: чего в нем нет такого, что есть у Викториама? Стиль? Манеры? Характер? Раздумывая над этим, сидя где-то за одним из многих огромных шкафов, он не ожидал ощутить на себе теплое касание. Отдёрнувшись, напрягся ещё больше — Викториам. Он снова тут, снова с этим глупым лицом, уже давящим на нервы с самого первого дня. — "Извини, где-то тут есть книга об анатомии? Мне сказали—" — "Бла-бла-бла, пытаешься показать себя умным, хотя сам не можешь найти книгу? Чтож, да, знаю." — скрипя зубами, он потянулся за зелено-белой книгой, демонстративно опытно достав ту, протягивая прямиком к сопернику. А новенький то оказался высоченным, небось метра два ростом. — "Спасибо. Не хочешь почитать с нами?" — Тренд обомлел. Получить это предложение от без пяти минут врага, и согласиться? Да ни за что! — "Ну уж нет, у меня полно моих дел, если ты того не заметил. Так что передай этому стаду что пусть веселиться с новеньким." — гордо вздернув нос и закрыв глаза, парень надеялся что поитогу одноклассники осознают потерю, наконец-то все взыграет как было, но, — "Хорошо, передам." — ... Он просит уходит. Надежда сдулась как воздушный шар.