Хозяйка ранчо

      — Дед, я планирую завтра отправиться с нашими людьми в Форт-Коллинс. Игоря возьму с собой. Нужно продать пару лошадей. Пришло время готовиться к зиме и пополнить запасы снаряжения, оружия и лекарств. Справитесь без нас?       Лена разместилась на полу, на шкуре медведя, у колен старика Кулёмина, отдыхающего рядом с очагом. Мужчина в последнее время чувствовал себя неважно. Все дела, связанные с ранчо, девушка постепенно забирала себе. Такая юная, но такая не по годам взрослая. Он переживал за внучку. Понимал, что конец его близок. Но когда к ней начали свататься землевладельцы, у Петра возникло только обоснованное желание не отдавать её в руки этих зверей. Одного из них — Кевина Джонсона — ближайшего соседа, помимо Степновых, и вовсе прогнал с ранчо. Этот человек, точнее его подобие, заставил старика достать оружие. Мужчина понимал, когда он умрёт, местные как шакалы разорвут девочку, но старался молчать на эту тему в разговорах с девушкой. Лена и без его причитаний многое понимала: окружала себя на ранчо проверенными людьми. Внучка росла отважной и смелой. Характер — не каждому по зубам. А дед пытался скрывать от работников, что болен. Его защита — спокойствие девушки.       — Леночка, зима-то ещё не скоро. Осень вот на подходе только. Откуда в тебе столько порядка?       — Лучше начать раньше. Порядок — основа благосостояния. Может быть, поэтому наше ранчо в отличие от соседних процветает, — улыбнулась, а Пётр погладил светлый шёлк волос внучки, радуясь такой осознанности. — Дедушка, Виктор вернулся, — пришло время обсудить новости.       — Донесли мне уже, — голос стал серьёзнее. — Лена, пообещай, что он не вступит на нашу землю.       — Дед…       — Пообещай! Степновы оскорбили нас. Яблоко от яблони. Таков закон этих мест, — гордость мужчины была задета.       — Хорошо. Я не вправе тебя ослушаться. Сегодня встретила их у ручья, — Пётр взволнованно дёрнулся.       — Ты зашла к ним?! — грозно крикнул.       — Нет, конечно! Но мы с Игорем оказались рядом, пока искали коров. Михаил обещал вернуть их, если они прибьются к стаду, — в голосе отозвалось столько нескрываемой иронии.       — Лена, ты девочка умная. Всё понимаешь.       — Понимаю, — прикусила по-детски губу. — Они были единственными, кому мы могли доверять. Были…       Разговор закончился, не дав ответов на внутренние вопросы Лены, но обременил девушку обещаниями, которые так не хотелось давать. ***       Городок Форт-Коллинс многолюдно шумел. Еще недавно — военный объект, но после того, как большинство индейцев выжили с этих земель, превратился в типовой населённый пункт Дикого Запада. Дела решались быстро. Задержек не планировалось. Лена привычно раздавала поручения. В этот раз помимо Игоря её сопровождали ещё двое надёжных работников с ранчо. Обычно девушка не рисковала в одиночку передвигаться по городу. Женщины здесь расслабляли мужчин в салуне, а не занимались важными вопросами. Но, отправив своих людей готовить повозку в обратный путь, а Игоря за провизией, Лена неожиданно для себя задержалась в сарае у клеток с собаками: умилялась щенкам. В ней до сих пор горела огнём непосредственность юности. Девушка пока не сломалась под гнётом ответственности и находила поводы для улыбок и радости в обыденных вещах. За мыслями о том, не привезти ли с собой на ранчо пару отличных собак, всё-таки потеряла бдительность.       Резко и грубо её дёрнули назад за заплетённую по-индейски косу, пронзив болью, натягивая. Через мгновение Лена встретилась с тёмным и злым взглядом знакомого мужчины: тот самый сосед, так активно претендующий на невинность юной фермерши, с позором выгнанный дедом.       — Как же тебя твои люди-то оставили, дорогуша? — одной рукой продолжал тянуть волосы девушки, другой яростно схватил за кисть, ищущую кобуру, навалился всем телом, прижимая к загону с собаками.       Щенки заскулили в голос, чувствуя опасность происходящего.       — Джонсон, тебя нормально не учили общаться? — Белое облако пыталась храбриться, но болото страха и боли, которую ей причиняли, затягивало. — Только силой брать умеешь?       — Сама отдаться теперь хочешь? Правильно, — отпустил волосы девушки и потянулся огромной ладонью туда, где за рубахой пряталась грудь.       Ощутив дрожь Лены, довольно усмехнулся. Во взгляде жертвы пытался считывать страх, который подчинит её. Но девушка мысленно упиралась, смотрела прямо и бесстрашно, несмотря на то, что тело предательски боялось.       Звук затвора винтовки, раздавшийся совсем рядом, позволил выдохнуть. Белое облако не видела за огромным телом, вжимающим её в прутья загона, кто именно пришёл на помощь, но внутренне отблагодарила всех известных богов.       — Отпусти немедленно девушку, — голос Виктора она не спутала бы ни с кем и никогда, даже спустя столько лет.       Джонсон сразу же отошёл от Лены, не рискуя, повернулся в сторону угрозы, сплюнул под ноги и под прицелом винтовок Тайгаша и Синего ветра, державших ковбоя на мушке, молча вышел из сарая. Снова, как в детстве, трое друзей оказались вместе. Только проблемы теперь связывали их совсем недетские.       Пока Быстрая стрела контролировал выход, Виктор рванул к подруге юности и максимально крепко прижал к себе, забирая дрожь. Она не сопротивлялась. Это были совсем другие руки, другие чувства. Какое-то время просто молчали. Белое облако уже не понимала, от чего её колотит больше: от произошедшего или от нежных объятий Синего ветра. Наконец, мужчина отпустил девушку и, пристально всматриваясь в зелень глаз, вдруг перешёл на крик.       — Где твои люди?! Ты почему одна?! Я не смогу находиться всё время рядом! — схватил её за плечи.       — Ты и так не рядом. Много лет. Справляюсь без тебя, — совершенно спокойным голосом, так контрастно по сравнению с Виктором, ответила Лена.       Резко оттолкнула от себя Степнова, сверкнув искрой недовольства во взгляде, и, заметив в проёме двери взволнованного Игоря, двинулась навстречу. Синий ветер дёрнулся было за ней, но незаметно подошедший Тайгаш остановил друга.       — Не сейчас. Белое облако должна побыть одна.       — Игорь, ещё раз оставите её без защиты… — Виктор не соображал, что ещё добавить, обращаясь к парню, слова будто испарялись от волнения.       В напряжённом взгляде друга Лены без дополнительных нравоучений отражалась осознанность серьёзности ситуации.       Весь обратный путь домой Виктор и Тайгаш, не спрашивая разрешения, сопровождали на почтенном расстоянии повозку Белого облака, пока через много часов, наконец, не приблизились к границам чужих земель. Даже ночёвку или долгий привал никто из участников вынужденного каравана не позволил устроить. Девушка большую часть дороги провела в седле. В редкие краткие остановки пряталась от синего взгляда, который ощущала на себе. Неимоверно устала, чувствовала боль во всём теле, но будто тем самым отвлекала себя от горестных мыслей. Молчала, лечилась тишиной, не оборачивалась. ***       Лена ворвалась на кухню к Марии. Бывшая кормилица держала быт их дома на себе. Все годы женщина являлась для девушки и матерью, которую та не знала, и подругой. Но безусловно понимала, что её любимица большую часть своей жизни чувствовала себя одинокой, от того и закрывалась, пряча настоящие эмоции. Однако сейчас глаза светловолосой девы так непривычно и несдержанно отражали гнев.       — Леночка, что-то случилось? Вы как-то быстро в этот раз вернулись. Зачем тебе ножницы? — выловила взволнованным взглядом этот инструмент в руке девушки.       — Мария, отрежь мне волосы, — серьёзность вперемешку с болью.       — Деточка, зачем? Жалко же такую красоту портить, — но ножницы взяла.       — Режь! Не жалко! Никто больше не сможет поймать меня!       Мария перестала задавать вопросы. Если Елена повышала голос, значит, причина важна.       Пока женщина отрезала косу, девушка, поджав губы, сдерживала слёзы. Вместе с покидающими её волосами будто выворачивала свою душу наизнанку. Но тут же вспоминала, как Тайгаш учил её маленькую, что сила приходит, если смиряется злость. Сегодня жизнь преподнесла Лене очередной урок.