Ты— не он

      Всё закончилось. Только вот мозг Хан Джувона отказывался это воспринимать. Его отец— убийца. Теперь он в тюрьме. Джувон сам поймал его, даже пистолет наставил на него.       Парень не особо любил своего отца. Тот был холоден, жесток, не давал сыну и капли тепла после смерти матери.       Хуже всего, что его отец причинил боль Донсику. Он убил его сетру.       Ужасно то, что Джувон безумно любит Донсика. От его улыбки он просто таял. Парень не знал когда это началось, но он раз и навсегда влюбился в него.       Ему хотелось быть с Донсиком, но он понимал, что не мог. Ведь его отец убил его сестру, как Донсику будет больно видеть сына убийцы, который так похож на отца. Джувон ненавидел себя за то, что он выглядит, как отец. Хуже всего, что парень винил себя во всех убийствах своего отца. Ведь он его сын.       Парень ненавидел себя за то, что влюбился в Донсика, ведь он недостоин его. Такой, как он недостоин никого.       С того дня Джувона начали мучать кошмары. Ему снился свой отец, как он превращется в него и убивает всех, убивает Донсика.       Голоса кричали:       - Это ты убил их!       -Ты убил его!       -Ты убийца! Ты такой же как твой отец!       Потом руки Джувона в крови и перед ним труп Донсика.       После таких кошмаров парень просыпался с криками. Грудь сжимало, слёзы катились по его щекам, вздохнуть не получилась. Он задыхался. Единственным спасением стало лезвие. Панические атаки и раньше бывали у Джувона, но теперь они стали сильнее. Только физическая боль помогала придти в себя.       Два пореза на животе, три на руках. Метал обжигал кожу. Становилось легче. Слёзы лились ручьём.       Джувон перестал есть. Аппетита не было совсем. Мир стал серым. Не было желания жить. Он сам не понимал зачем ещё живёт.

***

      Как-то рез Донсик захотел с ним встретиться. Вот они вместе обедали.       Джувон был безумно рад, но и так же ненавидел себя. Ведь Донсику приходилось терепть лицо, которое так похоже на убийцу его сестры.       Было приятно снова встретиться.       Донсик сразу заметил, как изменился Джувон: огромные синяки под глазами, худоба, дрожь в руках.       -Ты в порядке?— спросил Донсик.       -Да, всё хорошо.— его голос дрогнул на последнем слове.       С того дня прошло пару недель. Джувон совсем перестал спать. Пару раз он даже упал в обморок.       Парень пытался не спать, но иногда отрубался и тогда ему снились такие ужасы. Раны становились всё глубже. Голоса были слишком громкими. Джувон нанёс себе рану слишком глубоко.       Какого было удивление когда к нему приехал Донсик.       -Что ты здесь делаешь?       -Ты не отвечал на звонки, вот я и решил тебя проверить, инспектор Хан Джувон.       -Я же говорил со мной всё в по...рядке. — его голос дрогнул на последнем слове.       Ноги подкосились. В глазах потемнело. Джувон потерял сознание.       Об пол он так и не ударился. Сильные и крепкие руки Донсика поймали его.       -Джувон! Джувон!— он тряс его, но тот не просыпался.       Тогда его взгляд метнулся к его рубашке. На ней были пятна крови. Донсик поднял её и увидел не просто рану, а поле битвы. Было столько ран, некоторые уже превратились в шрамы, какие-то ещё не зажили, но особенно выделялся порез в центре, он был самым глубоким и ещё кровоточил.       От увиденого зрачки Донсика сузились. Джувон, его любовь истязал себя.       Донсик волновался за парня, когда выяснилась, что его отец убийца. Донсику было тяжело , а кого было тогда ему? Донсик волновался за него. Он любил его и совсем не видел в нём его отца. Парень ни в чём не винил его, ведь он не виноват кто его отец.       Теперь когда он увидел эти раны, он больше не позволит ему страдать одному.       Донсик взял его на руки и понёс на кровать, чтобы обработать раны.

***

      Кровь. Крики. Отец. Джувон убивает Донсика.       Джувон с криком просыпается. Он резко вскакивает. Перед глазами труп Донсика. Слёзы наворачиваются на глазах. Грудь сжимает. Дышать не возможно.       Донсик обрабатвал раны и увидел, как Джувон вскочил. Он держал его.       -Джувон, ты со мной. Ты в безопасности.       Джувон не слышал. Тогда Донсик взял его руки и положил себе на грудь.       -Дыши со мной.       -Вдох...— он сделал глубокий вдох.       -Выдох...— глубокий выдох.       Так после нескольких повторений дыхание Джувона выровнилось. Тогда он увидел обеспокоенное лицо Донсика. Тут взгляд перешёл на тело. Его раны на виду и обработаны. Слёзы навернулись на глазах.       «Он знает...Нет!»       Джувон задрожал. Донсик увидел это и поэтому сразу обнял. Парень уткнулся ему в плечо.       -Прости... прости.... Я знаю, что это неправельно... но я недостоин этой жизни... я сын убийцы... я такой же как он.... из-за него умерла твоя сестра... как ты можешь быть рядом со мной, когда я так похож на него? Это всё моя вина!— Джувон всхлипнул.       Донсик обнял его крепче.       -Тише. Ни в чём нет твоей вины. Убил её не ты, я прав? Прав. Ты не твой отец. Ты не виноват, что он такой. Ты не он. Слышишь меня? Так что прекрати себя винить. Я тебя не виню.       Джувон зарыдал.       -Донсик, мне каждый раз снится, как ты я тебя убиваю...—Джувон всхлипнул.       -Это не правда. Ты не такой. Этого не случится. Я не позволю стать тебе таким.       -Донсик...       -Слушай, когда тебе снова будет так плохо ты теперь всегда будешь звонить мне! В любое время! Неважно когда! Обещай, что больше не будешь наносить себе раны? Я буду рядом и помогу тебе.       -Я постораюсь.       Донсик прижал его к себе крепче. Он гладил его по голове. Спусят время Джувон успокоился.       -Донсик, я люблю тебя.       -Я тоже тебя люблю.       И тогда Джувон накрыл его губы своими. Движения были нежные и аккуратные. Донсик сразу ответил на поцелуй. Поцелуй был тёплый с привкусом слёз. Потом они разорвали поцелуй.       Джувон хотел полеть ещё к нему, но Донсик сказал:       -Тебе нужно поспать. Ты измотан.       -Мне нужен ты.       -Я буду рядом. Ложись.       -Мне страшно...       -Я буду охранять твой сон.       Тогда Джувон прижался к нему. Они уснули в обнимку. Впервые за долгое Джувон уснул без кошмаров.       Теперь они с Донсиком были вместе. Постепенно Джувон пришёл в норму. И тогда они стали жить счастливо.