Фантом
4 ноября 2025 г., 06:00
***
В очень напряженном и быстром ритме проходит одна учебная неделя. Саске бы сказал, что не произошло ничего интересного, разве что пара встреч с друзьями. Например, они с Наруто и Сакурой собирались сходить в кинотеатр на новый фильм, вышедший буквально несколько дней назад, билеты были уже куплены. Но в последний момент Узумаки заболел и даже смог сам, без помощи своих друзей, вернуть билет. Сакура настаивала, что им с Саске незачем возвращать их, отказываться от планов и подстраиваться под организм Наруто, да и они вообще давно никуда не выходили. Поэтому они пошли вдвоем. Фильм, по мнению Саске, оказался ужасным. Слава богу, Сакура выбрала последний ряд, и можно было при определенном ракурсе даже не увидеть этот ужас. Подруга часто отвлекала его разговорами, и он пытался ей отвечать, хотя большую часть времени делал вид, что очень внимательно смотрит фильм. На самом деле, почти весь фильм Саске вспоминал дурацкий конфликт Хинаты и Кодзимы. Хотя, вряд ли это можно назвать конфликтом. Целую неделю Хината подходила к Юки, пыталась её поймать, а вторая, как самая настоящая тень ускользала в удобный момент. Но скромная Хината не была бы старостой одного из лучших классов школы, если бы не её поразительное упорство, поэтому эти догонялки продолжались несколько дней до самых выходных. На самом деле, посещать секции было необязательно. Точнее, посещая их, ученик приносил своему классы баллы и хорошую статистику, тем самым закрывая школьные документы по занятости учеников для студсовета, а от студсовета уже до директората. То есть, если они не решат с ней проблему на уровне класса, в это дело ввяжется студсовет, а это сильно подрывало доверие ко всему классу. Обычно, до директората не доводилось. Была парочка особенных учеников, но их, как правило, просто отчисляли. К чему тогда ведет Кодзима? Саске не понимал её. Он пытался про неё не вспоминать, не думать, не искать в её действиях логику или объяснения, не анализировать мельчайшие детали, вроде того, что она взяла себе на обед или цвет носков на физкультуре. Но каждый раз он возвращался к этим мыслям. Если бы он не был заместителем старосты, он бы даже не заметил, что Хината пытается за ней бегать с этим документом. Староста никогда не посвящала кого-то в проблемы, пока не попытается решить их самостоятельно. Но Кодзима действительно напоминала ему ниндзя, который способен незаметно уйти и скрыться со всех радаров. Её и правда немногие замечали. Со временем прекратились частые попытки с ней заговорить, обсудить её между собой. Как будто у неё была цель слиться с толпой и она её выполнила с поразительным успехом. Люди перестали замечать Юки. Но не Саске. Для него она была человеком, который пытается стать фантомом и именно этим и выделяется. Даже не желая этого. Из кино он вышел, не согласившись на предложение Сакуры перекусить где-нибудь поблизости, скинув все на кучу домашних дел и даже не соврал. Они быстро разошлись и через полчаса он уже был у себя. Итачи и отец, скорее всего, были в участке, а мать, вероятно, пошла в гости к какой-нибудь своей подруге. Даже прислуги не было подозрительно долго, хотя все обещали что вот-вот она выйдет с отпуска. Учиха, с уставшим вздохом, открыл ноутбук и сел выполнять домашнюю работу, периодически смотря на время. «15 сентября, Воскресенье, 16:15. 16:16. 16:17…». Саске резко подскочил, осознав, уже несколько минут пилит взглядом монитор, пока его мобильный разрывается от звонка. Он поднял трубку, на которой моргала надпись «Хьюга Хината». — Саске-кун, добрый день, я не отвлекаю тебя? — сказала Хината, но даже для неё голос был подозрительно тихим и уставшим. — Привет, все нормально. Что с тобой? Звучишь болезненно, — сказал он. — Ты снова прав, — ответила она, и немного закашлялась. — Прости, я действительно заболела и меня закрыли дома на больничном. Смог бы ты на пару дней взять мои обязанности? Обещаю, это ненадолго, как только мне станет легче, я… Апчхи! — Выздоравливай. Не надо никуда торопиться. Не нервничай, я возьмусь за это. По голосу слышу, что это не пара дней. — Саске-кун, я правда… — Лучше скажи что срочно нужно сделать на неделе, — перебил её Саске, и спустя пару секунд молчания — или кашля, она заговорила. — Мне нужно закрыть список по секциям. Дело в том, что… Юки. Она не хочет записываться и постоянно избегает меня и этого разговора. Пожалуйста, Саске-кун, убеди её записаться. Только прошу тебя, помягче! Не дави на неё. — Я понял. Что-то еще? Хината подробно рассказала ему о ситуации в классе, о документах, которые нужно сделать и остальных вещах, которые предстоят ему на короткий срок в должности старосты. Пообещав ему снова, что она не отнимет много его времени, Хината ушла принимать лекарства, а Саске открыл очередную папку с документами. Учеба сама себя не сделает, экзамены тоже, а теперь еще и старостат.***
Учителя знали о том, что Хината заболела и ни у кого не было вопросов к тому, что её место занимает Саске. Почти все ученики позвонили ей с пожеланиями здоровья и были благодарны ему за то, что он выручает ее в такой момент, в конце концов все очень любили старосту. В целом, никаких проблем за эти три дня не было. Кроме одной. Когда Саске думал, что легко поймает Юки и прижмет до тех пор, пока она не подпишет листик, он даже не подумал о том, как сильно ошибается. Только сейчас он понял, что имела в виду Хината. Эта была гребаная игра в догонялки, которая ему уже настолько осточертела, что он с трудом сдерживался, чтобы не накричать на неё при всем классе и насильно заставить поставить подпись. Он колоссально недооценил её талант сбегать. Сначала он пытался выловить её в столовой. Но в первый же день она поняла, что вместо Хинаты теперь будет он, и сразу же исключила места, в которых они виделись до этого и не появлялась там. На переменах он тоже её не видел, потому что она всегда приходила в класс последней и едва успевала за пару секунд до звонка, а уходила самой первой и когда он оказывался в коридоре, её уже не было. Как же его это бесило. На третий день он почти поймал её, пришлось, конечно, побегать под взгляды шокированных младшеклассников, которых он случайно растолкал, но и тут она скрылась на лестнице, проделав немыслимый трюк с прыжком. Эта больная перепрыгнула всю лестницу, приземляясь на перила… Чудом ничего себе не переломала и он все равно её упустил. Он временно признал свое поражение и решил пойти другим путем. Что ж, их ждал единственный урок, на котором ученики сидят по двое, и он подумал, что не будет ничего в том, чтобы убедить Нами, её нынешнюю соседку по парте на биологии, пересесть. Нами сочла бы за радость выполнить все, о чем он попросит и пора было этим воспользоваться. Был поздний вечер и во всей школе едва ли можно было насчитать пару человек, за исключением уборщиков. Даже свет был почти везде выключен, оставляя жуткую атмосферу заброшенного здания из фильма ужасов. Саске держал путь в архив студсовета, Хината попросила его отсканировать несколько справок у ребят из их личного дела для экскурсионной поездки. Кабинет был закрыт, но по просьбе Хинаты, Сасори - президент студсовета, еще днем передал ему ключ. Учиха включил одну из ламп в кабинете и сразу же направился к стеллажу, где лежали папки и личные дела учеников «3В», поднялся по лестнице чтобы достать до полки. По очереди он доставал справки из дел Кибы, Наруто и еще нескольких ребят, как вдруг наткнулся на дело Юки, под номером 30. Он не должен был его открывать. Не должен был смотреть. Ему не нужна её справка, она не поедет на экскурсию, её не было в списках. Но неведомая ему сила заставила его спрыгнуть со стремянки и приземлиться на пол, открывая папку и по очереди, очень аккуратно рассматривая подозрительно белые листы. Внутренний голос шептал ему, что-то здесь не так. Но что? Он взял папку Ёмура Нами, которая первая попалась ему на глаза. Нами тоже перевелась к ним из другой школы, но её фотография была старой, все справки и документы были пожелтевшими, и это свидетельствовало о том, что собирались они давно. Написаны разным почерком, разными чернилами. В деле Юки все наоборот. Фотография свежейшая, как будто сделана вчера. Все справки и записки написаны явно одним человеком, как будто даже за один вечер. Он ничего не понимал. Взял дело Кибы. Все цветное, разное. Сравнил — и нервно хлопнул себя по лбу. Юки смотрела на него с фотографии и что-то в этом фото было жутким. Сейчас, я реальной жизни она выглядела жалко, но на фотографии она напоминала зомби, и самое страшное — воспаленные и покрасневшие глаза. Саске посмотрел на справку о переводе — в ней было сказано, что раньше она училась в 49 школе города Осаки. И его осенило. Там же учится один из друзей Итачи. Быстрый звонок брату, неожиданная резкая просьба продиктовать ему номер телефона его старого друга и вот он уже звонит в Осаку. На удивление, Яхико практически сразу берет трубку. — Алло? — Яхико? Я брат Учиха Итачи, Саске. Мы с тобой виделись на конференции по цветным металлам, там выступал твой друг Нагато. — О, рад слышать. Слушай, был бы не прочь поболтать, но я все еще в школе, занят делами по студсовету, давай позвоню немного позже, ладно? — Стой! Мне нужно сейчас, когда ты там. У тебя ведь есть доступ к личным делам ваших бывших учеников? — Ну… Вообще да, но смотря что тебе нужно. Ты же понимаешь, что я не могу просто так разглашать конфиденциальную информацию. — Да, мне не за этим. Скажи пожалуйста, у вас училась некая Кодзима Юки? Она должна быть примерно моего возраста, это третий класс средней школы. — Я могу посмотреть. Но на самом деле, Саске, я впервые слышу это имя. Обычно я стараюсь запоминать, но… Может есть еще какая-нибудь информация? — Она высокая, волосы коричневые, глаза тёмные. Занималась дзюдо или какими-то другими боевыми искусствами. — Точно нет, я всех наших борцов лично знаю. Повиси пока, я попробую дело найти. Саске ждал долго, судя по его подсчетам, прошло уже минут тридцать. Он подсознательно чувствовал, что это лишняя трата времени и Яхико никого не найдет. — Слушай, Саске, ты меня, конечно, извини, но я боюсь, что ничем не могу тебе помочь. Я нашел несколько Юки, но никто из них под описание не подходит. Даже учитывая то, что в вашей школе принимают на два года позже в первый класс, все равно никого нет даже старше. Кайно Юки, Сэндо Юки, Коэда Юки — по возрасту подходят, но они все ростом ниже 155 и ходили в музыкальные секции. Кодзима была, но она закончила школу десять лет назад. Прости еще раз, но в нашей школе такого человека нет и никогда не было. — Спасибо, я понял. Яхико пытался что-то ему сказать, но у него уже не было сил что-либо слушать. Он сверлил взглядом на сто процентов сфабрикованное личное дело. Но зачем? Этот вопрос оставался открытым.***
Наступил тот самый день, урок биологии. Когда он вошел в класс, слегка опоздав, Юки уже сидела на месте, и по традиции, опустила свой взгляд как только увидела его. Нами собиралась сесть рядом, как вдруг Саске схватил её за руку и неожиданно милым для себя голосом сказал: — Нами, привет. Я давно хотел попросить тебя… могу я, пожалуйста, сесть за эту парту? Просто, понимаешь, врач прописал мне сидеть поближе из-за плохого зрения, поэтому… — Саске-кун! Конечно, конечно, садись, пожалуйста! Если что-то, нужно, обращайся ко мне, я буду сидеть сзади тебя, у меня прекрасное зрение и если что-то не увидишь, я могу продиктовать или показать конспект после урока, — она тут же слащаво улыбнулась, и несколько пустых бессмысленных фраз, напоминающих флирт, чтобы она, наконец, пересела. Он почувствовал, как замерла Юки, когда он приземлился на стул рядом с ней. И сдаваться он не собирался, но нарушать её границы нужно было постепенно, иначе можно спугнуть. — Привет, — тихо сказал он. Она даже не посмотрела на него в ответ, делая вид, что повторяет материал в тетради. — Здравствуйте, Саске-сан. Их бестолковый диалог прервала Цунаде, учитель биологии, которая имела привычку опаздывать, кричать на учеников, и бить кулаком по столу. Весьма эффектно, но совсем не рационально, учитывая, что новые столы вставали школе в монету. Но объясняла она прекрасно и была настоящим специалистом в своей области. Она была подругой Джирайи и еще одного учителя — Орочимару, который вёл химию. Как преподаватель он тоже был хорош, разве что постоянно напрягал Саске тем, что пытался затащить на олимпиады по химии, ведь, по его словам, Саске был гением по этому предмету. К сожалению, химия Учиху абсолютно не интересовала. — На ваших столах стоят микроскопы, сегодня работаем в парах, будем наблюдать процесс деления амёбы и всю ее… Жизнедеятельность, которую заметите. Смотрим и записываем в тетрадь, зарисовываем, в конце сдаем на проверку и отвечаем по теме. Вопросы есть? Нет? Отлично, начинаем. Учиха, Кодзима, вам особое приглашение нужно? После этих слов Юки сама подвинула к себе микроскоп, вставляя пластину и раскручивая колесико. — Видишь что-нибудь? — спросил её Саске и придвинулся со стулом ближе. — Да, там сейчас деление, — сказала она, снова отводя взгляд и не смотря на него. Врет? — Могу я взглянуть? — спросил он, слегка наклоняясь к ней. Дабы избежать близкого контакта, она резко подвинула к нему микроскоп, утыкаясь носом в свою тетрадь. Саске посмотрел в него и усмехнулся. Она даже не сняла крышку с окуляра. — Вас в школе не учили ими пользоваться? — с любопытством спросил он, снова к ней пододвигаясь. — Учили, — тихо сказала она, пытаясь отодвинуться. — Даже интересно. Хорошо, может быть тогда я буду смотреть, а ты записывать? В конце просто покажешь мне и я перепишу. — Хорошо, давайте сделаем так. Несколько минут он озвучивал ей процессы, а затем, когда она уже увлеклась письмом и не обращала внимания ни на что, кроме слов, которые нужно записать, он подвинулся к ней максимально близко и практически в самое ухо диктовал: — Я, Кодзима Юки, обманщица и я никогда не училась в 49 школе Осаки. Я очень люблю убегать от ответственности и доставлять другим проблемы. Он чувствовал, как она дернулась от его слов и от того, что его дыхание практически достигало её ушей. Она резко обернулась и жестко посмотрела ему в глаза, и Саске, даже не ожидав от неё такого, сам отстранился, но все еще был на непозволительно близком расстоянии от её лица. Он замер, рассматривая в ней детали, которые никогда раньше не замечал. Брови нахмурены, но были довольно аккуратной формы, глаза, почти такие же черные как у него, и безумно красивые густые черные ресницы, которые он странным образом не увидел раньше. Совсем немного веснушек возле носа, небольшой шрам на правой скуле и губы. Дольше всего он смотрел на её губы и замечал, как на них играют блики от нежно-розового блеска, которым она, оказывается, пользовалась каждый день. С такого расстояния он, готов поклясться, чувствовал его сладковатый запах. Тут же его нос уловил и другой, тоже неожиданный для него слабый запах стирального порошка. Он не понимал, почему он ему понравился, Саске никогда не чувствовал от девушек чего-то подобного. Это всегда был парфюм или легкая туалетная вода, да даже запах геля для душа или шампуня с цветами держался дольше. А тут порошок. Он сразу вспомнил те дни из детства, когда горничная застилала ему свежую постель, только-только высушенную на морозе после стирки. Его взгляд скользнул ниже, к её шее, и он заметил, как она сглотнула. Это отозвалось где-то глубоко внутри, словно разряд. Затем блузка, на которой она не застегивала две верхние пуговицы и только галстук это закрывал. Под ней она носила черный бюстгальтер, который при этом освещении достаточно наглядно просвечивался сквозь тонкую ткань блузы. — Вы что себе позволяете? — тихо, но серьезно спросила Юки, постепенно отодвигаясь от него. — Извини, у тебя просто пятно на кофте. Продолжим работу, — резким и холодным тоном сказал Саске и больше не говорил ничего, кроме как по теме. От стыда, он даже забыл о листе, ради которого весь этот цирк организовывался.***
На перемене перед следующим уроком он её не трогал, даже учитывая, что она ждала математику в коридоре прямо напротив него. Рядом с ним стояли одноклассники, обсуждая новости о недавних происшествиях. — Так я о том и говорю, убийцу из Сикоку поймали, и сейчас он ждет суда. — Накано Ацуши? Да я тебе говорю, его то поймали, а вот подельник его все еще орудует. У меня отец в полиции работает, он, конечно, просил не говорить, но за этот месяц уже две девушки пропали. Я говорю, все как там! И возраст, и время. — Да черт с этим вторым, сейчас его тоже отловят и посадят. Нечего таким тварям как этот Накано вообще по улицам ходить. — Точно. Как хорошо, что смертная казнь для таких ублюдков существует. — Я слышал, в Техасе Американском, до сих пор подобных на электрическом стуле жарят. — Нам бы такой стул…. Он слушал диалог одноклассников в половину уха, но был удивлен тем, насколько быстро распространяются слухи даже из секретных дел. Однако сейчас его больше волновала Кодзима, которая выглядела совсем нехорошо. Она стояла рядом и явно слушала этот диалог и он видел, как сжимаются её кулаки, челюсти, как её взглядом можно было убить этих ребят, если бы это было возможно. Он уверен, что после их очередного смеха, она была в шаге от физического насилия, но прозвенел звонок и Какаши, даже не опоздав, запустил их в класс. В очередной раз она сбежала сразу со звонком, и за этот день он уже даже не пытался её поймать. Еще Хината просила его зайти в кабинет школьного психолога и забрать из него справки для той же экскурсии, но знакомый голос, который звучал на повышенных тонах, заставил его прижаться к двери и прислушаться. — Ваш план полное дерьмо, он уже почти раскусил меня! — Юки, прошу тебя, давай не будем паниковать. У мальчика нет доказательств, ты думаешь, что он стал бы тратить свое время на то, чтобы искать… — Да, черт возьми, стал бы, и я уверена, что он догадался. Догадался, что это - фальшивка. И если он догадался до этого, как скоро он докопается до остального? Тогда все это было зря? — Прошу вас, успокойтесь, и сядьте в кресло, — прозвучал напряженный голос медсестры из-за слегка открытой двери. — Убери руки свои от меня! — процедила Юки, и Саске с трудом узнал в этом ледяном тоне свою пугливую одноклассницу. Шаги раздались у двери и она резко распахнулась, вынуждая его тут же спрятаться за углом и затаить дыхание. Но тут же она захлопнулась и голоса стихли, из-за звуконепроницаемости кабинета делая невозможным подслушать, как бы он не прислонился к двери. Решив, что подойдет к психологу позже, Саске все-таки ушел не с пустыми руками. — Учиха сейчас староста и он будет всеми путями пытаться выбить из меня эту секцию. Вы думаете я из-за лени не хочу идти на неё? Мы боролись с ней и я уверена, что если это повторится, она узнает меня и тогда всему плану и образу конец. Я пытаюсь хотя бы отсрочить это, а вы, идиоты, даже дело не смогли правдоподобно сделать. Любой тупица бы сравнил и догадался, что с ним что-то не так, а здесь нужно как-то Учиха обмануть? — Неделю назад ты не хотела принять свое новое имя, а сейчас так отчаянно пытаешься его защитить? Это очень хорошо, Юки. — Они сегодня обсуждали его. Полудурки ничего не понимают и уже делают выводы. Ни критического мышления, ни логики, только тупая вера в телевизор, СМИ и слова папаши мента, который в свои пятьдесят сидит со званием сержанта, — она ничего не ответила на реплику врача, продолжая с перевозбужденным видом ходить по кабинету. — Юки, почему ты никак не оставишь это дело…***
Орочимару уехал сопровождающим на Олимпиаду по химии, поэтому на следующий день им поставили вторую биологию в неделю и Саске тихо ликовал. Они с Юки снова оказались за одной партой и даже суровый голос Цунаде не мог заставить его отказаться от своего плана. С подозрительно довольной улыбкой, Саске обернулся на неё, и она даже не стала прятаться, а также прямо посмотрела на него ответ. Сердце сделало непроизвольный скачок, но он до победного оставался собранным. Учиха молча протянул ей лист с подписями. — Запишешься на секцию — и я промолчу, что ты ходишь в психологу. Откажешься — я растрещу всем и будь готова к сочувствующим взглядам, предложениям о помощи, излишнему вниманию со стороны всех, а я ведь знаю, что ты его не любишь. Мне плевать на твои оправдания. Одна подпись и свободна. Она долго мочала и смотрела в лист. Медленно повернула к нему голову, и спросила: — Ты обещаешь, что перестанешь под меня копать, если я подпишу? — с расстановками спросила Кодзима. — Я обещал, что не скажу про психиатра. Мое молчание дорого стоит. А если ты считаешь, что мне есть дело до тебя и твоих секретов, и мне больше не на что тратить время, то советую пересмотреть свой взгляд на жизнь и опуститься с небес на землю, — выпалил Саске со злобной усмешкой на лице. Он сам не понимал, почему сказал это. Он не хотел говорить ей этого, и у него сжалось сердце, когда он на секунду заметил как помутился её взгляд и приоткрылся рот от удивления. Но она оказалась крепче, чем он думал. — Я тебя поняла. На ведомости стояла её подпись с сегодняшним числом и напротив - спортивная секция, отделение боевых искусств.***
С того момента прошло две недели и они больше не разговаривали. Хината выздоровела и вернулась к своим обязанностям, поэтому от Саске больше не требовалось еще и этой нагрузки. Он уделял почти все время домашке, репетиторам, подготовке к экзаменам и баскетбольной секции. Сам того не замечая, но он пытался измотать себя, чтобы его голова не думала ни о чем лишнем. Пару раз они встречались с Наруто, Шикамару и Чоджи, ходили на горячие источники на окраине города. Он не понимал почему, но глупая болтовня Наруто действовала на него успокаивающе и он всегда хоть и мысленно, благодарил своих друзей за поддержку. Он даже пытался сам общаться с Сакурой и был уверен, что у них что-то сдвинулось с мёртвой точки, учитывая насколько сияющей выглядела Харуно после одного предложения сходить погулять по парку. Но он продолжал чувствовать вину. Его что-то гложило, он догадывался что, но совершенно не собирался этого признавать, поэтому он решил те единственные крупицы своего свободного времени уделять Сакуре и друзьям. Кодзима ходила на тренировки и они иногда пересекались в зале, но каждый раз он ловил её отрешенный и абсолютно равнодушный взгляд. Он головой понимал, что так и надо, но очень глубоко в душе ему это не нравилось. Он хотел, чтобы была какая-то эмоция, да хоть негативная, пусть ненавидит его, презирает, но не смотрит так, будто он никто. Он всегда привлекал внимание своей внешностью, богатством семьи, статусом, да даже если он вел себя как полный баран, на него все равно вешались. За него даже дрались. А здесь — он пустое место. Так, раздражающая муха, которая запомнилась только из догонялок и листочка. Но был ли в ней страх? Скорее всего, был. И он с большим трудом сдерживал свою темную сторону, которая все громче кричала ему использовать на ней страх - если другие эмоции не срабатывают. Но его разум просил оставить её в покое. У него есть дела, и Сакура. Еще скоро Мадара и Кагуя будут собирать клан у себя в особняке на общий ужин и пропускать его будет некрасиво. Даже если это ужин закоренелых бизнесменов, Саске был бы очень рад увидеть Шисуи и дядю Изуну. Вся их семья переживала из-за этого ужина, особенно он видел панику в глазах отца. Итачи рассказал ему о третьей пропавшей девушке и о том, что возможно, Мадара собирается спросить с отца за эти происшествия. Саске подозревал, что корни влияния Мадары разрослись гораздо глубже, чем обычный бизнес. Это вдохновляло, но если говорить честно, в гораздо большей степени пугало.***
Они с Сакурой тихо зашли в кабинет, и Саске машинально запер дверь. Харуно села на парту, он медленно приблизился, кладя руку ей на талию и скользя по фигуре оценивающим взглядом. Поцеловал — и в голове сразу всплыл аромат её вишнёвых духов, неизменных с начала года. Поцелуй стал интенсивнее, и его вторая рука уже медленно двигалась по её бедру, поднимаясь все выше, задевая линию кружевных чулок и слегка утягивая вниз. Он придвинул её ближе к своим бедрам и слегка наклонился ближе, слушая её прерывистые вдохи и выдохи. Он запустил руку в её волосы и слегка растрепал их, оттянул её голову назад, и губами и языком уже проводил по её подбородку, затем шее и постепенно спустился до уровня галстука на белом воротнике. Он быстро развязал его, и расстегнул первую пуговицу, её ноги все крепче сжимались вокруг его талии. Он вдохнул запах с её одежды и замер. Саске тяжело и медленно сглотнул, после того как почувствовал запах стирального порошка. Сердце заколотилось в бешеном темпе, он очень медленно поднял голову и увидел напротив себя усмехающееся лицо Юки. Она смотрела ему в глаза и он не мог оторваться от неё. — Чего замер? Испугался, Саске-кун? — насмешливо спросила она, но её ноги напряглись вокруг него, и он почувствовал это. Насколько тепло и туго было у него внизу живота, его ощущения тут же поменялись, когда он увидел кто был с ним. Эти несвойственное ей обращение и этот тон. Это была она, но при этом не она. Он не знал, что ему делать. Он как будто разом забыл все, что собирался сделать, он просто стоял, не смея пошевелиться, и она сама сделала это. Схватила его за галстук и потянула на себя, заставляя возобновить поцелуй. Он стал намного резче, жестче, она кусала его и Саске ничего не делал, но распалился гораздо сильнее, чем мог себе представить. Он вздрогнул от её ледяных пальцев, которые расстегивали его рубашку. Он зашипел от боли в члене, он чувствовал, насколько ему было тесно. — Потерпи немного, — сказала ему Юки на ухо, и это бы уже намного мягче. Она придвинула его еще ближе своими ногами, сама расстегнула его ширинку и обхватила его пульсирующий член рукой, пару раз проведя ей вверх и вниз. Он положил лоб на её плечо и держал руками, боясь, что она сейчас встанет и все это закончится. Но она продолжала, а он просто стоял и тяжело дышал. Но тут он услышал резкий звук бьющегося стекла и резко подскочил с постели. Его сердцебиение было раза в три выше нормы, он очень тяжело дышал и только сейчас заметил стояк и мокрое одеяло. Он не хотел об этом думать. Он боялся это анализировать. Это не входило в его план. Гребаный эротический сон с его ненавистной одноклассницей однозначно не входил в его план. Чтобы смыть с себя этот позор, он пошел в ванную и стоял под ледяным душем, пока его мысли не уравновесились и проблема снизу не решилась. Когда он вернулся в комнату, заметил, что в гостиной включен телевизор. Видимо, в делах отца все настолько плохо, что он опять начал тайно пить по ночам.***
