День рождения

      Тишина. Ночные улицы Шафрана даже в самое позднее время продолжали кипеть жизнью, но в основном в кабаках и барах. И сегодня не оказалось исключением.       Спокойно зайдя домой после освежающей, но от этого не менее грустной вечерней прогулки, скинула обувь прямо в коридоре и небрежно бросила сумку на диван. Просто подышать воздухом. Отвратительно.       Эта квартира в первый день аренды тоже не казалась радужной. Да и плевать. Уже любое помещение, какое бы она ни сняла, не будет никогда сиять так же ярко, как еë скромная однушка за семьдесят тысяч в Магнолии.       Никого. Никогда. Нигде.       Первое время она отрицала. Потом занялась работой. После надеялась, что всё скоро вернëтся на круги своя, словно одна большая ссора. Дальше некоторое время думала завести новые знакомства, новых друзей. Но эта мысль отпала так же быстро, как и пришла, вселяя море апатии. Это как семья. «Новую» уже не создашь.       Дошла до кухни, вяло вытягивая с верхней полки холодильника маленький ванильный кекс с розовой верхушкой. В кондитерской попросила именно клубничный крем. То ли потому что Венди с Эльзой любили его, то ли потому что волосы Нацу такого же цвета.       То ли потому что просто попросила.       Каждый день искала что-то новое, информацию, местоположение, фотографии. Но зачем, ответить не могла даже себе. Размышляла, как счастливо они все вернутся «домой», в настоящий дом, в Хвост Феи. Посмотрела на ладонь, усаживаясь за небольшой стол рядом с диваном. Метка же ещё на месте, может, именно она и стала сигналом для разума, даруя слепую веру в хорошее будущее?       Не знала.       Едкий морозный ветер пронзил кожу, вызывая мурашки. Но ей подобное тоже не страшно, она видала лëд в разы холоднее.       И всё равно отчего-то и он казался тëплым.       Когда луна окончательно заняла свой временный престол, мельком глянула на часы. Ещё пару минут. Почти.       Для чего она это делает, она тоже не знала. Вернее, лишь частично могла сказать. На свете уже не осталось никого, кроме неë самой, кто помнил бы, в чëм особенность завтрашней даты.       Хотя, и не было в ней ничего особенного. Обычное число. Обычный месяц. Каждый год.       Тоска по отцу и чувство вины побудили еë на этот скромный жест. Он семь лет ждал еë, искренне веря, что его любимая дочка вернëтся домой живой и невредимой. И она вернулась. Не успев принять ни одного его подарка. Больно. Зато она уверенно решила, что этот раз станет последним.       Отец и правда все эти годы помнил про этот день. Высылал письма и подарки, готовился, отправлял, пусть и все давно говорили, что она уже мертва. Весьма болезненный праздник ещё с детства, потому и из гильдии никто особо не знал. Не то чтобы скрывала, просто никому не было дела, что ли? Как она всегда и думала. Обычный.       А ведь для Нацу она любила готовить подарки, пусть и знала его относительно недолго. Неважно, новый год, рождество, личный праздник, день появления Хэппи, почему бы не порадовать дорогих друзей?       Которые бросили еë, оставив совершенно одну. И однажды пообещав всегда быть вместе.       Мать покинула этот мир много лет назад. Отец относительно недавно. Даже младшей сестры не стало. Не стало гильдии. Команды. Семьи. Хэппи.       Нацу.       Она ещё раз осмотрела улицу. Редкие фонари зажглись, освещая дорогу путникам. Луна давно высоко взошла, так же тускло сияя, то и дело скрываясь за облаками. Часы звонким стуком стрелки сменили последний час, знаменуя начало нового дня.       Усталым взглядом зажгла единственную свечку, ещё пару секунд разглядывая пламя. Когда-то она была безумно влюблена в пламя. И до сих пор не могла выкинуть его из головы, решив, что больше никогда не сможет полюбить кого-то другого.       Как не будет больше и вспоминать этой даты, полностью стирая еë из истории. Последний раз задует одинокую свечку, не подмечая иронии, и навсегда забудет обо всей боли.       Может, лишь однажды. Лишь в последний раз. Лишь по глупой прихоти... Поверит в странное чудо. Она же писательница, да и к тому же волшебница, а значит, должна верить в магию и чудеса.       Спокойно закрыв глаза, задумалась. Только одна попытка, напоследок, и более она обещает не притронуться к прошлому, пытаясь привыкнуть к новой, отвратительно «взрослой» жизни, в которой не останется и следа. Кроме, разве что, татуировки. От неë не хватило бы духу избавиться.       «Прошу...»       «Пусть всё станет, как прежде...»       И всë-таки она не смогла бы забыть обо всëм, нагло озвучивая в собственных мыслях свои же желания. Даже такое считала дерзостью. Желать, чтобы всё вернулось, понимая, что более ничего нет? Что все спокойно идут своими дорогами? Своими судьбами? Жизнями? Разве может она быть настолько эгоистичной, чтобы всего этого так просто желать?       У всех семьи. Родственники, отношения. Друзья. Команды.       Все еë синонимы этого слова скрылись в тренировках, даже нормально не попрощавшись. И она не знала, встретятся ли они когда-либо вновь.       Земля круглая.       Точно встретятся.       Когда-нибудь.       Наверняка.       Открыла глаза, замечая тусклое свечение и капающий воск на пышный слой крема. Легонько выпустила губами воздух, нежно задувая остатки пламени. Да уж. Теперь этот кекс точно нельзя есть.       Отодвинула десерт в сторону, перехватывая декоративную подушку руками. Отчего-то неистово захотелось плакать.       Но завтра нужно работать. А сейчас уже достаточно поздно. Лишь пара капель окрасили нежно-розовый предмет интерьера, после чего его пришлось вернуть на место.       Через пару минут поднялась, перемещаясь на кровать с тëплым одеялом. Порой ей слишком одиноко и тоскливо спать под ним одной. И вообще, эта квартира слишком велика.       Зарылась в постель, прикрывая глаза. Полностью заверить себя в чëм-то и обмануть тоже не получилось. Тихо, как уже давно привыкла, всхлипнув, она поняла, что вновь не сможет спокойно заснуть и проснуться.       Не желая тревожить чуткий сон соседей, она бесшумно заплакала, изредка содрогаясь от прохлады.       Больше никто не узнает.       Наутро, как и предполагала, она проснулась измотанная, устало собираясь на работу. В этот день она пропустила утренний выпуск газет, да и у самой работы оказалось по горло, сроки подходили к концу, а незавершëнных и неотредактированных текстов целая гора. Выбежав из дома, направилась в офис, стараясь привычным образом улыбаться, как обычно, не вызывая подозрений. Там же она просидела снова до глубокой ночи, приняв подобное уже как должное.       Всё равно у коллег тоже есть семьи, друзья, дела, другие планы. Ей нечем заняться и не к кому спешить, потому может и помочь. Работа съедает сознание, не позволяя думать ни о чëм другом.       Вернувшись к глубокой ночи, она бессильно заснула, так и не увидев заголовки, блуждающие крупными буквами в самом центре каждого выпуска всех изданий.

«Крупный пожар в Фиорском лесу! Ночью большая часть деревьев обуглилась, превращаясь в пепел, причина пока не установлена. Однако на этом удивления не заканчиваются, возможно, это не природный катаклизм, а намеренное вредительство. Есть фото с высоты птичьего полëта, прикреплено ниже. Сожжëнные части явно выстраиваются в слова, давая властям подсказку о возможном преступнике:

"С днëм рождения, Люси"

Далее о погоде...»