Не надо это вдыхать

Сегодня превосходная спокойная ночь. Сентябрь ещё радует Йокогаму тёплой погодой и ясным небом. На небе видна россыпь звёзд и главенствующая над ними растущая луна. Дазай даже не знает, что радует его больше: эта прелесть природы или то, что он ночует сегодня не в одиночестве. Мори снисходительно пригласил своего подопечного к себе и устроил целый аттракцион невиданной щедрости. Даже отпустил личного водителя раньше, чтобы поехать домой именно на своей машине. Чёрный Mercedes-Benz S-Class, идеально вычищенный, без единого развода на корпусе. Внутри тёмный салон, матовая тёмно-синяя кожа с приглушённой фиолетовой подсветкой. Опускаясь на мягкое сиденье этого автомобиля, чувствуешь, насколько плавно оно тебя принимает, словно дорогое массажное кресло. Но для Осаму это просто приятные мелочи. Всё его внимание приковано к тому, кто сидит за рулём. Дазай обожает моменты, когда Огай ведёт машину, особенно если парень занимает место пассажира спереди. Глаз радуется видеть, как крепкие жилистые руки мужчины держатся за руль, взгляд устремлён на дорогу. Осаму нравится дразнить такого сосредоточенного Мори. Он пялится на водителя, пока тот не повернётся, а затем резко делает вид, будто интересуется пейзажем города за стеклом, пряча ухмылку. И так несколько раз за поездку. Огай не злится, только хмыкает в ответ или слегка треплет виновника по голове. Да и вообще все действия Дазая в машине направлены на то, чтоб почувствовать на себе этот ожигающий чужой взгляд. Всякие шуршания одеждой, томные вздохи и движения ногами. Не то чтобы Мори был в особом восторге от этого, но бороться бессмысленно. Поэтому он ответит практически тем же — быстрым взглядом или прикосновением локтя к соседней руке. За такими играми обычно время пролетает незаметно, как и в этот раз. Минато Мирай один из самых дорогих районов Йокогамы. Четырёхкомнатная комнатная квартира с просторной гостиной, как у Огая, стоит от 500 миллионов йен. Каждый раз, заходя в эти апартаменты, Осаму произносит одну и ту же фразу: „Мда, а мне новые игры на приставку, конечно же, нельзя покупать, бюджет организации рухнет.“. Вообще, претензию Дазая можно было понять, поскольку мебель внутри тянула на половину от цены квартиры. К тому же, мужчина не скупился на вкусные, качественные продукты. Ещё и о подопечном позаботился, купил его любимых крабов для приготовления, свежих фруктов и ягод, чтобы тот хоть немного получил витаминов. Мори, облачённый в серый фартук с прошитыми тёмными полосками, будто профессиональный шеф-повар, приготовил ужин: отварил крабов, сделал к ним несколько разных соусов, нарезал овощи, фрукты, да и вполне неплохо сервировал стол красивой посудой. Осаму в это время очень старался помогать, валяясь на плюшевом диване и смотря какую-то ерунду по телевизору. Иногда он подходил к плите, чтобы „проконтролировать процесс“, но Огай предусмотрительно выпроваживал его назад. Поскольку у Дазая с собой не было никакой домашней одежды, только офисная рубашка и брюки, Мори любезно выделил ему свои вещи, не хотелось бы, чтоб они были запачканы пятнами от еды. Простая голубоватая футболка была великовата для такого худощавого подростка, доходила практически до середины ляжек, потому Осаму не счёл нужным просить ещё шорты или штаны. Поужинали они хорошо, даже мило поболтали за столом о чем-то кроме ежедневной работы. Парень заинтересовался вождением машины. Спросил, когда Огай получил права. Оказалось, что он научился водить ещё до совершеннолетия в компании со старшими друзьями, а потом без каких-либо трудностей сдал экзамен в автошколе в 18 лет. Автомобилей у него было не много: отечественные Nissan и Toyota средних ценовых категорий. Только позже, заняв высокую должность в Портовой Мафии, Мори смог приобрести дорогую иномарку, которая стала любимой. Слово за слово — и на часах уже пробило 00:00. На мужчину уже ощутимо накатывала волна сонливости, поскольку последние силы ушли на готовку. У Дазая тем временем ни в одном глазу.. Но Огай настоял, в душ и укладываться. Сначала он проследил за тем, чтоб воспитанник помыл голову с шампунем и тщательно почистил зубы, благо, для него нашлась чистая зубная щётка. А затем и сам посетил ванную комнату. Мори очень чистоплотен, его одежда всегда свежая и глаженная. В этот раз он надел чёрный шёлковый пижамный костюм. Аккуратные рукава подчёркивали светлую кожу кистей, а открытый широкий воротник обнажал рельефные ключицы. Мужчина остановился на входе в свою спальню. Он не ожидал увидеть на кровати развалившееся туловище. — Осаму, в доме есть ещё одна спальня и большой диван в гостиной. Выбери себе место. Огай говорит чётко и сурово, сложив руки на груди. Выкурить вредителя из своей кровати задача не из простых, порой у Мори это не выходит. — Я уже выбрал. Туловище лениво потягивается и перекатывается с одного бока на другой. Действительно, из такой-то постели мало кому захочется уходить. Подросток падает лицом в нежную наволочку подушки и вдыхает её аромат. Свежий стиральный порошок и парфюм Мори-сана. Его владелец неторопливо отодвигает одеяло и ложится на половину кровати. Он ещё надеется согнать Дазая. — Давай, не действуй мне на нервную систему. В ответ молчание и лишь шуршание постельного белья. Осаму тоже залезает под одеяло и укладывается в непростительной близости в Огаю. Ну, теперь это тело точно согнать не выйдет. — Ночник уж хотя бы выключи.. Смиряясь с таким раскладом дел, Мори надеется, что хоть эта его просьба будет выполнена. И Дазай вправду тянется к прикроватной тумбочке и гасит тусклый свет лампы. Он сразу ныряет назад в тёплые объятия ткани и укутывается чуть ли не до носа. Комнату поглощает ночной мрак. Тишину прерывают только редкий шум проезжающих где-то снизу машин, дыхание лежащего напротив человека и.. Ёрзанье неугомонного по простыне. Сон к Осаму никак не приходил. Руки немного тряслись, а внутри какое-то странное чувство чего-то упущенного. Ноги непроизвольно ворочаются и толкают одеяло. Парень быстро понимает причину такого поведения своего организма. Курить хочется страшно, аж челюсть сводит. Он с самого утра рядом с Мори, ездил с ним по рабочим делам и, само собой, при нём не покуришь. Придумать выход из такой ситуации сложно, тем более, когда мозг отказывается функционировать без никотина. Ещё и терпение Огая к этой возне наконец иссякло. — Дазай-кун, вынь шило из одного места или отправишься спать в одиночестве. Подросток нервно покашливает, а мозг, в конце концов, придумывает отговорку. Осаму приподнимается на локте и выползает из постели. — Простите, я отойду в туалет и попью воды. Под осуждающий вздох Мори, Дазай выходит в коридор. Разумеется, ни пить, ни в туалет ему совершенно не нужно. План был совсем другой. Парень тормозит возле настенного гардероба и в темноте пытается разглядеть офисный пиджак своего Босса. Затем осторожно обшаривает карманы. Действовать нужно внимательно, но энергично, времени не так много. Вот оно! Глубокий внутренний карман хранит в себе практически целую пачку сигарет и откидную зажигалку. Осаму „одалживает“ одну папиросу вместе с зажигалкой и устремляется бесшумными шагами в гостиную. Её он проходит до конца и выходит на застеклённую лоджию. Замечательный вид отсюда открывается на живописную гавань с причалами. Не отрывая взгляда от городской красоты, Дазай открывает зажигалку и за пару секунд крошечный огонёк подпаливает край сигареты. Едкий дымок сразу ударяет в нос, в то время, как молодой человек благоговейно прикасается сухими покусанными губами к фильтру. Первая затяжка успокаивает душу и очищает мозг. Дурные мысли будто улетучиваются из головы вместе с сизым дымом. Ммм.. Кажется, вишневая с кнопкой. Хаха.. Ну, да. У Мори-сана губа не дура. Ещё несколько вдохов и тремор в руках проходит. Осаму опирается руками на раму приоткрытых раздвижных окон и чуть высовывает голову наружу. Озорной ветер щекочет уши и ворошит волосы. А на улице ни единого человека, только одинокие машины изредка пролетают по шоссе, и размытые кораблики пришвартовываются в гавани. В соседних квартирах уже давно потухли все лампочки, но кое-где ещё можно разглядеть слабый свет от работающего телевизора. Наверное, в такое время крутят какие-нибудь нудные мелодрамы или сомнительные боевики. И кто их вообще смотрит..? Все самое интересное показывают днём или ближе к вечеру, когда семьи после трудного дня собираются на одном диване либо за столом. Вдруг скрипнул порог лоджии. Дазай не успел повернуть голову, как на его бёдра, скрытые тонкой футболкой и нижним бельём, легки чьи-то массивные руки. — Так вот куда ты пропал. Я уж по глупости подумал, что тебя в унитаз засосало.. Становится очень неловко. Бледные щёки обжигает прилившая кровь, но оттолкнуться не хочется. Одна рука отрывается бедра и по телу поднимается до кисти с сигаретой, легко перехватывая её. — Не надо это вдыхать. Мори подносит тлеющую папиросу к своему рту и сам же делает глубокую затяжку. Язык толкает дым и к верху вылетают пару ровных колечек. Блестящие зачарованные глаза не отрываясь следят за ними, пока те не растворились в воздухе. — Какая гадость.. Огай позволяет себе сделать ещё 2 затяжки и тушит оставшийся окурок в пепельнице под рукой. — Курить, когда не можешь заснуть – плохая привычка, мой мальчик. — Вы ведь тоже так делаете, да? Мужчина опускает нос в каштановые чистые волосы и ловит лёгкий запах хвои. Почему-то он не испытывает злости на своего подопечного за курение. Мори догадывался об этом ещё давно и говорил тому о вреде всего этого, но ясное дело, что запретный плод сладок. Наверное, сейчас просто нет смысла как-то ругаться или пытаться наказать. Более того, когда он сам позволяет себе взять в зубы сигарету при подростке. — Не сравнивай.. Ладно, идём. Простынешь, стоя на холодном полу.. Руки, уже задержавшиеся на бёдрах, резко подхватывают несопротивляющееся тело и поднимают над полом. Осаму успевает только ухватиться за шею Огая и снова устремить взгляд на вид из окна. Теперь мир кажется ещё меньше и дальше, но сейчас на него плевать. Мори, с самой ценной ношей на руках, переступает порог и оказывается вновь в гостиной. — Мы спать? Идущий хмыкает и, проходя дальше, останавливается у ванной комнаты. — Сначала чистить зубы. — Снова.. Дазай неохотно и с чужой помощью оказывается на полу напротив раковины. Пусть он закатывает глаза, но всё равно берёт зубную щётку. Даже так ему нравится проводить время с Мори-саном. Мятная паста, шум льющейся воды и ровно 3 минуты. Пора возвращаться в мягкую кровать. И, конечно же, не пешком. Рядом есть тот, кто донесёт. Тот, чьи объятия согреют лучше, чем самое тёплое одеяло. С телом на руках Огай садится на постель и опрокидывается на подушки. Осаму скатывается с его груди и оказывается прямо под боком. Их голые ступни соприкасаются под покрывалом. Тонкую юношескую шею задевает сначала горячее дыхание, а потом и влажные губы оставляют на ней невидимые следы. Дазай не боится прижиматься спиной к противоположной плавно поднимающейся груди, а Мори не стесняется изучать мраморную кожу под одеждой. — Вы говорили „Какая гадость“, не так ли? Огай прекрасно понимает колкий намёк, но останавливаться уже не намерен. От шеи он поднимается к уху, оставляя на щеке и скулах влажную дорожку, и сдавленным выдохом отвечает: — Именно.. От накатившего наслаждения и лёгкого возбуждения Осаму прикрывает веки. Горячие губы переходят на затылок и плаву опускаются на начало шеи. Футболка не без помощи Мори сползла, открывая тому доступ к острым плечам и впалым ключицам. Мальчик млеет в руках, поддаётся каждому воздействию. Но Огай понимает, что нужно вовремя остановиться. Он последний раз целует хрупкую шею и отстраняется, заглядывая в лицо подопечного. Ни единой морщинки, полное спокойствие. Даже веки ни разу не дрогнут. Мори как будто боится лишний раз коснуться фарфорового тела. Он лишь бережно поправляет волосы на лбу и оставляет там легкий поцелуй, нежно шепча последние слова сегодняшней ночи: — Засыпай, чудо.