Солнцем укрытые

У Луизы закружилась голова, туфельки хотелось снять и наконец сесть. Последний партнёр был достаточно сильным, но вёл её в польке слишком рьяно. Мазурка дела не исправила, несмотря на то, что брат был более искусным танцором. На кадриль сил не хватило, а после объявили ужин. Она отказалась, предпочитая провести оставшиеся время в кругу подруг. — Нас девочки из новоиспечённого первого класса зовут играть в фанты, пойдём? — Лидочка, ты думаешь, Эжени стянула со своего папá шляпу? – отозвалась Ася. — Думаю, Эжени ради забавы и не это стянула бы с бедного мужчины – не без ехидства добавила Луиза, перед тем как девушки, улыбаясь, всё же решили присоединиться к игре. Лида отдала в руки озорницы, устроившей собрание выпускниц в одном из пустых коридоров, серебряное кольцо, Ася кинула в шляпу короткую ленту, Луиза – перчатку. Съесть два пончика с маслом в буфете, моргать не переставая, отказывать в танце всем, кроме свиты Его Величества – пока очередь доходила до Луизы, ей казалось, что абсурднее задания «кашлять, если на вальс пригласит блондин, и трясти веером, если подойдёт брюнет» уже не придумать. Но тут вытянули её перчатку. — А что делать этому фанту? – спросила, повернувшись к ней, Эжени. Стоящая спиной ко всем и не видящая, чей фант вытянули, Лида ответила: — Пусть это фант пригласит на заключительный вальс первого, кто заговорит с ней, когда мы вернёмся в залу. — Ты с ума сошла? – вырвалось из уст Луизы — Была у меня подруга, да кончилась... Она уже было хотела уйти, но Ася остановила её и подвела к Лиде. — Успокойся, душечка, ничего страшного не случилось. Посмотри, она же заплачет сейчас. Обнимая обеих, старшая скрестила руки неудачливых подруг. — Боже, Луиза, если бы я знала... – первые капли коснулись щёк Лиды — Да я бы никогда так не сказала. Прости, пожалуйста, прости. Остальные девушки не совсем понимали, почему троица устроила такую сцену из-за безобидного задания. Ведь дамский танец был традицией института, ничего постыдного в том, чтобы самой пригласить кавалера на один танец, не было. Они не знали, что напротив вальса в карне Луизы уже было записано заветное имя – Андрей Фомин. — Ну всё, довольно – Луиза, которая ничьих слёз терпеть не могла, провела ладонью по щеке подруги и шёпотом добавила: — Переживёт. Ты только подойди, пожалуйста, к нему, объясни, почему так произошло, и всё будет забыто. Не плачь, а то барон твой разгневается на меня и на свадьбу не пригласит. Лида заулыбалась, стирая остатки краткосрочной размолвки платком, и кивнула, понимая, что такие слова давались Луизе нелегко. — Продолжим? По возвращении в залу, девушки первым делом заметили, что свечи успели поменять. Теперь стало будто светлее. И сытые отцы да матушки освобождали место для более молодых и энергичных людей, желающих приступить к следующему танцу. Некоторые кавалеры возвращались из игровой, среди них был и Андрей, другие – из курительной. Как раз группа любителей табака проходила мимо троицы, чтобы устроиться в противоположном углу, когда кто-то задел Луизу локтем. Послышалось учтивое: — Excusez-moi, s'il vous plaît, mademoiselle. — C'est bon, tout va bien – ответила княжна, не поднимая на незнакомца глаз. Понимая, что сейчас совершит глупость, она резко вдохнула и всё-таки сделала реверанс, решительно произнеся: — Позвольте мне пригласить Вас на заключительный танец, месье. Мужчина остановился. — Боюсь, у меня нет с собой бальной книжки, – в его голосе не было ни насмешки, ни удивления, лишь немного забавы, лёгкого интереса — Но она есть у Вас, так запишите же меня. Я не чувствую себя в праве отказать милой особе, проигравшей спор. Уязвлённая, Луиза исподлобья всё же бросила взгляд на этого прозорливого мужчину. По нему он должен был уловить, что она поистине проиграла, ибо в противном случае он этой чести никогда бы не удостоился. Но на острый взор девушки в светло-зелёном платье он ответил улыбкой. — Граф Демьян Мартынов к Вашим услугам, – представился незнакомец и, перед тем как откланяться, вбросил: — Не забудьте надеть вторую перчатку. На протяжении нескольких мгновений звенящая тишина вокруг неё стала адским испытанием для воспитания благородной девицы. Она почувствовала, как дрожь прошлась по оголённой коже. — Луиза, ты теряешь хватку, – протягивая ей запасные перчатки, приметила Ася — Ты даже не успела ответить ему колкостью, дорогая. — Молчи, душечка. Наша Луизонька и так вон красными пятнышками пошла – поддержала её Лида, хихикнув. — Ещё слово, и мой позор, дражайшие, станет вашим. — Молчим-молчим – еле сдерживаясь, пообещали подруги. Следующий час прошёл как в тумане, отказ сопровождался отказом. Случая объясниться с Андреем не представлялось, надежда же, что граф Мартынов о ней забудет, росла. Пусть она не смотрела в его сторону и даже лица его не запомнила, только до блеска вычищенные бальные башмаки, Лида с Асей каждую четверть часа сообщали ей, что он не обращает на неё никакого внимания. Зато он успел поговорить с её отцом. — Они, кажется, знакомы – предположила Лида — Ты точно не слышала об этом графе? — Конечно, нет. Князь Бутусов не горит желанием делиться информацией о своих знакомых, даже с дочерью. — Девочки, давайте не будем о грустном, – решила перевести тему Ася, предчувствуя, что углубление в разговор об отце окончательно испортит Луизе вечер — Сейчас будет речь Её Величества, а после танец, и больше мы об этом человеке ничего не услышим. — Это-то понятно, но что ты собираешься делать с Андреем? Он же придёт за Луизой, а тут этот граф... — Если он вообще пойдёт... — Если подойдёт, одна из нас перехватит предложение Андрея и дело с концом. — Дай Бог. Как только по окончании речи Её величества отзвучали аплодисменты, она объявила заключительный танец. Кавалеры засуетились, чтобы вовремя добраться до дам, которым хотели посвятить последние ноты вечера. Против ожидания и искренней надежды Луизы граф Мартынов оказался перед ней раньше Андрея. Она поджала губы, пытаясь вновь не закатить глаза, что явно позабавило будущего партнёра. — Что ж, мадмуазель, могу ли я рассчитывать, что Ваше предложение в силе и Вы удостоите меня танцевать с Вами этот вальс? Он протянул ей правую руку. Обратив на него невежливый взгляд, она увидела, что одет он был в парадный мундир кавалерийского полка. Держался соответствующе. Луиза предположила, что ему примерно тридцать, что он холост, потому что женат на службе, и что глядят его серо-зелёные глаза слишком добродушно, чтобы принадлежать другу отца. Хотя в остальном его лицо, обрамлённое тёмно-каштановыми волосами, нельзя было назвать доброжелательным. Особенно из-за шрама над левой бровью. Княжна нехотя ответила реверансом на его приглашение. И положила левую руку в протянутую ладонь. — Вы нашли вторую перчатку. — Запасная пара. — Похвальная предусмотрительность. — Благодарю, Ваше Сиятельство. — Просим, маэстро, – произнесла императрица. Пары поклонились друг другу, прежде чем зазвучали первые ноты. Невесомые прикосновения и мягкий шаг, которым граф вёл Луизу, сначала озадачили её. Она ожидала, что танцевать с незнакомцем будет гораздо сложнее, чем с уже привычными кавалерами. Но, находясь в его руках, она ловила себя на мысли, что в кои-то веки ей попался партнёр, который умеет облегчить даме па. Этим он превосходил ожидания девушки. Расслабившись, она даже позволила себе насладиться танцем. — Вам настолько нравится Штраус? – послышалось вдруг над ухом. — Нет, просто ведёте Вы не так дурно, как я ожидала. — Раз военный, то оттопчет туфельки? — И снова мимо. — Я теряюсь в догадках. — Желаю Вам найтись. Луизе показалось, будто она услышала, как он ухмыльнулся, но подняв глаза, увидела лишь сдержанную улыбку. Вальс, только начавшись, завершился. Они поклонились друг другу и разошлись, не обменявшись больше ни словом. — Ну как? – нетерпеливо спросила Лида, как только Луиза вернулась на своё место. «Легко. Замечательно. Нежно.» — Терпимо, – солгала она подругам впервые.