Обольститель

Фейд-Раута умеет быть разным. Угрожающим, вдумчивым, пылким, ласковым... Умеет быть обольстительным, когда этого ему хочется или это ему выгодно. Хочется ли ему быть таковым сейчас? Фейд-Раута не уверен. Ему доставляют удовольствие слабость и мучения врагов, дискомфорт доставляет это же, если проявляющий слабость врагом не является. Юный Атрейдес - кровный враг, которому предстоит стать супругом, как и было обещано. Вероломные Атрейдесы снова подло соврали... как десять тысяч лет назад, когда оболгали дальнего предка. Фейд-Раута не умеет быть слабым, возиться, утешать. Вместо этого он устанавливает физический контакт: накрывает жениха своим телом, трётся носом от нос. Глупый маленький Атрейдес зовёт на помощь, вот-вот расплачется, такая жалость... Разве есть кому его спасать в резиденции Дома Харконнен? Не даром на-барон прихватил с собой лёгкий наркотик, что оказывает успокоительный эффект. Насколько ему известно, пленнику подмешивают успокоительные в еду, но он всё равно слишком нервный... Демонстративно медленно Фейд-Раута делает укол себе в плечо. Прижимает к месту иньекции чёрное цилиндрическое устройство, оно само впрыскивает дозу вещества через поры в коже. То же самое проделывает вскоре с Атрейдесом и включает обольстительность на максимум. Шумно дыша, трётся носом о его лицо, мягко поглаживает плечи. Каким бы жалким ни был будущий жених, он всё же мужчина. И они оба юны. Фейд-Раута точно знает: в таком возрасте на всё реагирует. У него самого встаёт не только в спальне на наложниц, а во время боёв, подчас во время аудиенций у барона, на светских мероприятиях, на тренировках, даже иногда в библиотеке на собственные сексуальные фантазии... Атрейдес может себя считать благонравным, но за всей этой скорлупой из вдолбленных окружением приличий наверняка скрывается не меньшая похоть. Под воздействием наркотика они оба становятся томными. Дыхание Атрейдеса тоже учащается и на помощь он уже не зовёт, только облизывает пересохшие губы. Фейд-Раута впивается в них чувственным поцелуем. Вместе с этим ласкает тело под собой, прижимается и ощущает отклик: Атрейдес возбудился и расслабился, и произошло это так быстро, что Фейд-Раута Харконнен ощущает заслуженное самодовольство. Он хорош. А муж ему достанется податливый, заблаговременно привыкший к сладким соитиям на ложе. Фейд-Раута приласкал немного, а сладкая детка уже поплыл. Что будет, когда он засунет язык Атрейдесу в ухо?... Или куда-нибудь ещё... На недостаток фантазии (и похоти) Фейд-Раута не жаловался. Былой скулёж превращается в тихие короткие стоны, когда на-барон сползает поцелуями по изящному телу вниз и прижимается губами там, где под тканью пижамных штанов наметился возбуждённый выступ. Не только у женщин на-барон Фейд-Раута Харконнен пользуется успехом. Другое дело, что с мужчинами до этого он не развлекался, не имелось... представляющих интерес кандидатур. Но теорию знает и не единожды наблюдал мужелюбцев на оргиях. Пристально, с интересом, фантазируя... зная, что обещанное ему до рождения родилось не того пола, но даже не надеясь заполучить в реальности... Когда доласкает до оргазма (или нескольких), Фейд-Раута не уйдёт. Стоит побыть с женихом, позаботится, пообщаться... в первую брачную ночь Пол Атрейдес будет принадлежать ему без предварительного жалкого скулежа и без наркотиков.