Моë сердце всё ещё может любить

      Путь к родителям займёт около трёх часов. Предварительно написав смс папе о нашем визите, мы положили в багажник сумки. Усадив Хëнджуна в его кресло, пристегнул и закрыл дверь.       Раннее утро одаривает прохладой, вдохнув глубоко в лёгкие воздух, улыбнулся в предвкушении встречи с родителями и хорошего отдыха. Натянув солнечные очки, в приподнятом настроении сел за руль, закрывая дверь, пристегнулся и завёл машину. А чтоб было вообще всё идеально - включил музыку. Лёгкие ритмы популярной поп-композиции заставляют пританцовывать и напевать, Хëнджуну тоже нравится.       Вот так мы в сопровождении энергичных песен отправились навстречу приключениям.       Город позади. Широкая трасса. Чистое небо, ни одного облачка. Это лето одаривает прекрасной погодой. Мимо мелькали зелёные поля, склоны гор, покрытые лесами, небольшие города и деревни. За монотонным движением разум снова откидывает в тяжёлые воспоминания.       Намджун пытался всё исправить, но как можно исправить то, что сломано? Предательство. Никогда не прощу предательства. Бесконечные выяснения отношений надоели. Его фальшивые слова о любви резали уши. В какой-то момент не выдержал и закричал: "Да как ты смеешь врать мне в лицо, когда я всё видел своими глазами? Ты думаешь, что я идиот?" Ему нечего было сказать, лишь только подписать заявление о расторжении брака.       Бракоразводный процесс длился тяжело, но относительно быстро. Он пытался забрать у меня сына, но суд встал на мою сторону. Выкуси, ублюдок!       Первый год теперь уже бывший муж ещё как-то участвовал в жизни сына, но потом пропал с радаров. Да и пошёл он нахер!       Я изменился. Больше нет того нежного соплежуя. Стал сильнее духом. Никаких отношений - дал себе обещание. Более того, уверен, что разбитым сердцем больше не получится любить и не надеюсь. Мой сын – моя любовь! Большего мне не нужно.       Спустя полтора часа мы останавливаемся на автозаправке. Заправив машину, взял себе кофе, а Хëнджуну - сок. Отъехав от колонки на парковку, мы решили, что пора подкрепиться. Достали бутерброды, перекусили и снова в путь дорогу. Осталось совсем не много. Хëнджун смотрит мультики, иногда хихикая. Он знает, что лучше меня не отвлекать разговорами, когда я за рулём.       Остаток пути старался ни о чём не думать. Прошлое должно оставаться там, где ему и место. Режим оптимизма активирован, впереди светлое будущее и отдых.

***

      Вот мы и приехали. Деревня, в которой живут мои родители, не совсем похожа на глухую, проблески цивилизации присутствуют, но виды здесь превосходные. Недалеко протекает речка. Через небольшое поле простирается бескрайний лес. Раньше родители жили в городе пока работали, а когда вышли на пенсию, купили здесь дом. Я как раз был беременным. Папа остался со мной, чтобы помогать, а отец уехал сюда, делать ремонт.       Дом двухэтажный, из красного кирпича, очень аккуратный. Снаружи выглядит симпатично. Черепичная крыша и цветущие палисадники вокруг создают непередаваемую красоту. Отец постарался сделать его максимально удобным, а папа внёс уюта. У них хорошо. Здесь всегда царит гармония.       Мои родители всегда дополняли друг друга, а к проблемам относились с юмором. Я так им завидовал. Они идеальные.       Зайдя в дом, снял обувь. Хëнджун зашёл следом, плюхнулся на диванчик и стягивал кроссовки. Не дожидаясь его, прошёл в кухню. Папа, пританцовывая, что-то вкусненькое готовил, ароматы специй и жареного мяса разносились по всему дому.       — Привет, пап! — произнёс с трепетом в голосе от долгожданной встречи. Боже, я так скучал. Он совсем не изменился. Всё тот же худощавый, среднего роста, жизнерадостный омега, даже седины не видно на пшеничных волосах. Папа всегда был добросердечным и заботливым. Он никогда не сидел на месте, беспрестанно готов помочь тому, кто нуждался. Благодаря ему, смог спокойно выносить ребёнка, он всячески мне помогал по дому и следил, чтобы я не перетруждался.       Отвлекшись от готовки, папа обернулся. Бросив всё, торопливо подошёл ко мне. Я крепко обнял его. Сморгнул непрошенные слёзы, чтобы не расстраивать папу.       — О, Чимин, дорогой! Наконец-то вы приехали. Я так скучал! — он не менее крепко обнял меня в ответ, поглаживая по спине. Простояв так с минуту, он спросил, — А где мой любимый внук?       — Хëнджун, сынок, ну, где ты там застрял? — позвал сына с иронией в голосе.       — Иду, папочка. — ответил сын, входя в комнату. — Дедушка! — радостно воскликнул и бросился в объятия.       — Ох, моё солнышко, ты так вырос! Я так скучал, дай я тебя расцелую! — сказал папа, стиснув внука в крепких объятиях и хаотично чмокая.       — Ой... дедушка...хватит! — пытаясь выпутаться из рук дедули, сдавленно промычал Хëнджун. Меня это только умилило, не смог сдержать улыбку.       — Айгу, какой недотрога, — смеясь, произнёс папа, — Ладно, беги скорее к деду, он в гараже, поздоровайся с ним. Хëнджун, весело подпрыгнув, убежал на улицу.       Сын очень любит деда. Мой отец всегда был примером благородного альфы. Он сильный, мудрый, справедливый и рассудительный. Растить омеге маленького альфу очень сложно. Многие Хëнджуновы выкрутасы помогал решить советами именно мой отец. И знаю, что всегда могу к нему обратиться.       Я присел за стол, пока папа крутился у плиты. На душе стало так тепло и, казалось, ничто не испортит это мгновение, но...       — Рассказывай, дорогой, как у тебя дела? — спросил папа, добавив, — Как личная жизнь? — акцентируя внимание на последнем вопросе.       — Ох, пап, не начинай — закатив глаза, чувствую, как поднимается раздражение в моей груди. Ну почему нельзя просто поговорить о чём-нибудь другом. Мы не виделись два года и первое о чём он хочет поговорить именно об этом. Ну серьёзно?       — Что значит "пап, не начинай"?! Сынок, нельзя быть вечно одиноким. Тем более омеге. Должно быть рядом сильное мужское плечо и ... — хотел было продолжить папа, но я резко его перебил.       — Пап, хватит! Ну сколько можно? — закипая от злости, рявкнул в ответ. Понимая, что пугаю его своей реакцией, более спокойно отвечаю, — Мне и так хорошо. У меня всё есть: непоседа сын, работа, квартира, машина. Я счастлив!       — Ох, Минни, мы с отцом хотим, чтобы ты был полноценно счастлив...       — Да я и так целый. — парирую.       — ... Столько времени прошло с твоего развода...       — Господи, спасибо что ты есть! — сложив руки в молитвенном жесте, я посмотрел в потолок.       — Пак Чимин! Прекрати паясничать! — не выдержав, прикрикнул папа, угрожая кухонной лопаткой в руке, которой секундой ранее помешивал овощи в сковороде. От этой картины мне стало смешно. Мягко улыбнувшись, спокойно сказал:       — Папа, прошло три года с моего развода с Намджуном... Три самых счастливых года! Я свободен, больше никто не причинит мне боль. И я правда счастлив!       — Дорогой, у меня сердце не на месте, когда думаю, что ты совсем один и постоянно работаешь, чтобы дать сыну всё, что необходимо. Чимин, надо и о себе подумать. — с тоской выдохнув, ответил папа и отвернулся к плите.       — Папочка, — подойдя к нему, мягко обнял со спины, — Я не готов снова окунаться в это дерьмо под названием "отношения". Уже там был, нихера из этого не вышло. Всё, баста, давай закроем эту тему. — чмокнув его в щёку, сел обратно.       Повисло молчание. Мы оба должны остыть. Как бы не старался скрыть, моё негодование хотело вырваться наружу. Мысленно себя успокаивая, решил помочь папе. Лучший способ успокоиться – это чем-нибудь заняться.       Помыв посуду, принялся раскладывать тарелки на столе. И когда взял в руки столовые приборы, папа снова заговорил.       — Чимин! — повернулся и увидел папины хитрые лисьи, такие же, как и у меня, глаза. Твою ж, это не к добру. — Мы с отцом подумали и решили, что тебе нужно развеяться.       — Пап, для этого я к вам и приехал... — чуть не уронив ложки и не договорив, папа меня перебил.       — Я не закончил. Позвони Тэхёну и Джисону, соберитесь, слетайте на море на недельку. Я уверен, что ты переоценишь свою жизнь!       — Что? — сказать, что я ахуел, ничего не сказать. Мои брови взлетели настолько высоко, что затерялись где-то в волосах. — Но, пап, я не могу бросить Хёнджуна...я обещал ему провести отпуск вместе.       — Перестань, а для чего ещё нужны дедушки? Позвони вечером друзьям, договаривайтесь, бронируйте и поезжайте. Не переживай, мы позаботимся о нашем внуке и проведём отлично время! — подмигнув, сказал папа с улыбкой на лице.       Первое о чём подумал, что это всë выглядит подозрительным. Тааак, мне это не нравится. Нет, я знаю, что на моих родителей можно положиться, но это как-то резко что ли. Куда-то ехать в мои планы не входило. Меня терзали сомнения. Из мыслей выдернул папа, попросив позвать Хëнджуна и отца на обед.       Выйдя на улицу, ощутил жуткое желание покурить, но сдержался. Нельзя. Дойдя до гаража, заглянул внутрь. Ох, отец совсем не изменился, несмотря на свой возраст, выглядит потрясающе: высокого роста, крепкого телосложения, тёмные, средней длины волосы, тронутые сединой на висках. От картины, что встала перед глазами, стало тепло на душе. Мой отец с видом знатока показывал Хëнджуну как правильно наматывать леску на катушку удочки. Малыш внимательно слушал, а когда пришла очередь самому применить на практике наставления деда, старательно крутил рукоятку катушки. Дед хвалил внука и гордился. Они даже не заметили моего присутствия. Пришлось подать вид лёгким покашливанием. Две пары глаз устремились в мою сторону. Отец подошёл ко мне и заключил в крепкие объятия.       — Здравствуй, сынок! —хриплым голосом сказал отец. — Я очень скучал!       — Привет, отец, — ответил, еле сдерживая слёзы, — Я тоже очень скучал! Отстранившись, отец похлопал меня по плечу.       — Наконец-то вы дома, мои любимые мальчишки, — с теплотой в глазах произнёс он, — Чимин, ты прекрасно воспитываешь Хёнджуна, он замечательный ребёнок и очень трудолюбивый.       Я посмотрел на сына с гордостью. Мой маленький альфа такой взрослый. Так быстро летит время.       — Папа зовёт нас обедать. Идите скорей мыть руки.       Пока отец с Хёнджуном ушли в ванную, мы с папой подавали блюда на стол. За трапезой много разговаривали на отвлечённые темы. Джуни рассказывал дедушкам про детский сад и как ему там нравится, о том, какой у него классный воспитатель и как весело играть с друзьями. Я рассказал, как все эти два года мы жили, про работу, забавные истории. Они, в свою очередь, рассказывали про быт в деревне, соседей и прочих делах. Казалось, время остановилось. Уютная атмосфера в кругу семьи по-настоящему успокаивала и дарила лёгкость.       После сытного обеда, мы с папой мыли посуду, а отец с Хёнджуном вернулись в гараж для подготовки снастей на рыбалку. Освободившись от дел, я вышел на улицу. Солнце уже не припекало, кожи касался едва ощутимый ветерок. Так тихо и спокойно. Сев на заботливо сколоченную отцом скамейку, прикрыл глаза, наслаждаясь звуками природы. Погрузившись в свои мысли, не услышал, как отец подсел ко мне.       — Минни, я хочу с тобой поговорить. — с мягкой хрипотцой сказал он.       — Хорошо, я слушаю, — скрывая лёгкое напряжение в голосе, ответил ему.       — Я знаю, что папа с тобой уже разговаривал на эту тему, но мне хочется ещё кое-что добавить.       — Ох, отец, пожалуйста, хоть ты не начинай. Я счастлив, мне никто не нужен... — не договорив свой отрепетированный монолог, отец перебил меня.       — Сынок, я не об этом. Я хотел сказать, что ты очень устал и мы с папой хотим, чтобы ты отдохнул. Я знаю, что каким бы замечательным не был Хëнджун, тебе тяжело в одиночку его воспитывать. Поэтому, пожалуйста, подумай о себе тоже. Ты молод, а живёшь как затворник. — с грустью в глазах сказал отец.       — Отец, почему ты решил, что я затворник? Я также встречаюсь с друзьями, когда мне хочется. Они приходят ко мне. У меня всё хорошо! — заверяю его.       — Мы переживаем за тебя.       — Я вот не пойму, что за меня переживать? Я вполне со всем справляюсь. Хëнджун ходит в сад, у меня стабильная работа. Избавился от оков в виде мужа. Ёпт, да я самый счастливый омега.       — Даже такому сильному омеге требуется отдых.       — Что-то вы какие-то подозрительные с папой. Всё норовите меня сплавить куда-то, друзей позвать. Но ты прав, я давно не был в отпуске. Грех упустить шанс, когда все вокруг фонтанируют милотой.       — Да ну тебя, Чимин. — посмеялся он, — Не ищи подвоха там, где его нет. — потрепав меня по макушке, отец улыбнулся. — Вдруг ты встретишь там хорошего альфу...       — Отец, блин! — метнул в него взглядом полным адского пламени.       — Ладно, ладно, молчу. — посмеявшись, он поднялся со скамейки и ретировался в гараж. Вот ведь сорвусь сейчас. Серьёзно, сколько уже можно? Как бы подозрительно это не выглядело... Да к чëрту! Хотят, чтобы уехал, я уеду и будь что будет. В конце концов отдых на море мне не повредит.       Достав телефон, открыл мессенджер и позвонил по видео в наш с ребятами чат. После третьего гудка в окошке отобразились сначала Джисон, потом Тэхён.       — Приветик, ребята!       — О, Чимин... Ахуеть! — удивлённо сказал Джисон.       — Отличное приветствие, Джи. — с жестом "поднятого большого пальца вверх" иронично ответил ему.       — Нихера себе, этот чат оказывается ещё жив. — с ноткой сарказма произнёс Тэхён.       — Бля, Тэ, завались...Так, пока вас там не разорвало от переизбытка ахуевания, сообщаю, что меня буквально заставили отправиться в отпуск. Поэтому хочу, чтобы вы составили мне компанию.       — Я думал, что не доживу до этого момента. — театрально прислонив тыльную стороны ладони ко лбу с интонацией долго страдающего человека, сказал Тэ.       — Ебаааать... Кто-нибудь ущипните меня... Чимин, это точно ты? — смесь удивления и неверения отразилось на лице Джи.       — Нет, Джисон, это папа римский, —закатив глаза, фыркнул, — Да я это, я! Я пока у родителей, послезавтра к вечеру буду в городе. Пакуйте чемоданы, мы едем на море!       — Организацию беру на себя! — активизировался Тэхён.       — Хорошо, встречаемся через два дня. До связи!       Сбросив звонок, выдохнул. Правильно ли поступаю, оставляя сына? В конце концов, смогу вернуться в любое время. Успокаивая себя тем, что отпуск длительный, и я смогу после того, как вернусь, провести время с сыном.       Что ж, надеюсь, эта поездка принесёт только положительные эмоции.       И никаких альф, Чимин! Только море, пляж и алкоголь! Вот мой план!