Кардинал на пробежке, или как уверовать неверующему

–Ваше Высокопреосвященство, можете вставать с кушетки, – перевёл Рокэ слова кэнналийского доктора. Дорак поднатужился и со сдавленным стоном медленно поднялся с оной. Леворукий, угораздило же стать такой развалюхой! Впрочем, все свои места, требующие капитального ремонта, а может даже и не подлежащие ему, кардинал показывал только особо доверенным лицам, коими определённо являлись Первый маршал Талига и уже знакомый южный доктор, которого Алва выписал по знакомству прямиком из Кэнналоа. Этот самый доктор, к слову, ни коим образом не изъяснялся по-талиг, а потому к нему в обязательном порядке прилагался ещё и переводчик – герцог Алва собственной персоной. Вот и сейчас в особо тайном месте, где обычно происходили осмотры Его Высокопреосвященства, звучала звонкая кэнналийская тирада наставлений врача, которую Рокэ с радостью (Его Высокопреосвященству нравилось так думать) переводил кардиналу. Спина после кушетки болела даже больше, чем после четырёхчасового выслушивания исповедей стоя. Дорак попробовал потянуться руками вверх упражнением, о котором узнал из какого-то справочника, и на всю комнату раздался хруст старых кардинальских костей. Алва скосил взгляд на клирика, синие глаза смотрели внимательно и озабоченно. Даже доктор прервал свою тираду, и исподлобья глянул на Сильвестра, сузив темные глаза. Теперь они и вовсе казались чёрными дырами. Но врач свою работу знал, сказал маршалу ещё пару слов и, наконец, смолк, явно довольный собой. Слава Создателю, а-то от этого дребезжания у Его Высокопреосвященства разболелась голова! Рокэ с явной оценкой перевёл взгляд со знахаря на кардинала. Пожевал губами, бросил что-то недоверчивое врачу по-кэннали. На это знахарь лишь шире улыбнулся и, вероятно, принялся заверять маршала в своей правоте. Вот прохвост! Наконец, с доктором было покончено. Кэнналийцы распрощались, как старые друзья, что, впрочем, скорее всего, так и было. Врач удалился из помещения. Кардиналу не терпелось узнать, что же такого отвратительного прописал ему этот морисский шарлатан. Хотя, казалось, хуже запрета на шадди может быть только запрет на сидение в кабинете и занятие государственным делами. Сильвестр вопросительно посмотрел на Алву. Тот почему-то выглядел очень развеселенным. –Ну, что там прописал мне этот ваш дохтор? – скривился Сильвестр. Гад явно силился сдержать смех. –Ваше Высокопреосвященство... К моему и, скорее всего, Вашему удивлению, Роберто сказал, что состояние Вашего здоровья не стало хуже. Но и в лучшую сторону тоже не изменилось. Доктор прописал Вам настойки, которые Вы уже имеете счастье пить.... Сильвестр скривился ещё пуще. За такой "забавный" сарказм кардиналу захотелось дать Рокэ в этот его красивый нос. –... Конечно же, запрет на бесконтрольное потребление шадди не отменяется, за этим следит Ваш секретарь Агний. Но это ещё не все, Ваше Высокопроесвященство.... Уважаемый доктор свято поклялся, что понял, в чем причина Вашего плохого самочувствия. Это недостаток движения. И теперь, каждый день, начиная с завтрашнего, Вы, Выше Высокопреосвященство, будет совершать, –тут знаменитая выдержка Алвы дала сбой, и сквозь его зубы вырвался первый смешок, – утренние пробежки. – Морисский Шарлатан!!! – воскрикнул кардинал и, несмотря на больное сердце, как укушенный вскочил с кушетки. От того ли, какую рожу сейчас состроил Сильвестр, или от впечатления, что это и правда так смешно, но Первый маршал откровенно заржал, согнувшись в кресле и обхватив руками живот. Мерзавец!!! –Аферист проклятый! Вы кому меня на порученье отдали?! Чтоб мои глаза больше этого гада не видели! – бесился Высокопреосвященство отнюдь не по-высокопреосвященски. –Ваше Высоко.. Пх.. Преосвященство... Он не аферист... Ахпха... А.... Ой, не могу.... Высококвалифицированный доктор, – заливался Рокэ. –Так я и не про него это сказал! – навис кардинал над Алвой, – и, если Вам так нравится эта идея, сударь, то каждый рассвет теперь Вы будете встречать не в своей мягкой кровати, а вместе со мной на ногах! В кабинете резко стихло. Улицы Олларии были пусты и бесшумны. Не было такой привычной присущей им суеты торговцев и прохожих. Только полный покой и щебетание птиц, прилетевших поживится какими-нибудь крошками, оставленными здесь со вчерашнего дня или с ночи. Пока ещё не жёлтое, а оранжевое солнце непреклонно возносило свои мощи ввысь, предвещая ясный и жаркий день. В душе гадили кошки. И почему он, кардинал Талига, первое духовное лицо, должен тащиться в такую рань невесть куда, и главное непонятно для чего?! Потому-то Высокопреосвященство и не любил всяких медиков, знахарей, поветух и прочий сброд – вобьют себе в голову всякую дурь, а страдают пациенты! Настроение было – прикинуться "старым больным человеком", развернуться в противоположную сторону и пойти домой. Одно успокаивало: бегать он будет не один, а в приятной компании Первого маршала Талига. А вот, кстати, и он. "Приятная компания" стояла на аллее дальнего парка и корчила злые рожи. Почему-то жизнь кардинала стала немного лучше. Его Высокопреосвященство подошёл к Алве и сладко улыбнулся: –Доброе утро, Рокэ. Как спалось? –Великолепно, но здоровье дорогого кардинала превыше всех благ, – мужчина не остался в долгу и скривил губы в усмешке. –Пустое, – мрачно отозвался Высокопреосвященство. Впрочем, если они с Рокэ так и будут стоять и обмениваться колкостями, ничего путного не выйдет. –Что сказал Ваш уважаемый доктор по поводу продолжительности наших... Кхм... Тренировок? – кардинал сморщился так, словно съел что-то кислое. –По утверждению Роберто нам, то есть Вам, стоит заниматься бегом каждое утро в течение полутора часов. Но излишне напрягаться, по его словам, Вам тоже нельзя. Я проложил нам маршрут... Квентин хотел заметить, что за излишнюю компетентность иногда расплачиваться синяками , но сдержался. Выслушав план маршала, Дорак огромной силой воли удержал мучительный стон. Кардинал посмотрел на Рокэ, отчего-то весело улыбавшемуся. Видать, страдания кардинала были забавны. –Смерти моей хотите? –серьёзно спросил Сильвестр. –Отчего же? Как только Вы устанете, мы сбавим ход. Ну что, побежали? – маршал сверкал зубами. Перед тем, как заструсить вдоль аллеи парка, Дорак мученически вздохнул. Рокэ, зараза такая, бежал, казалось, ничуть не напрягаясь. Чего не скажешь о старом больном кардинале, с которого тек уже шестнадцатый пот. И сколько они уже бегут?... Проклятый доктор, всех их надо на кол... Посадить. Силы оказались на пределе. Высокопреосвященство затормозил и присел на ближайшую лавочку. –Подожди... Дай отдохну.... –тяжело дышал Сильвестр. –Ваше Высокопреосвященство, мы продвинулись только на десять метров от старта! – Алва подошёл ближе и упер руки в бока. Кардинал утер пот со лба, восстанавливая дыхание. –А ловко это всё-таки Штанцлер придумал.... –сквозь одышку пробормотал Квентин. –Что придумал? – маршал изогнул бровь. –Про старого больного человека....Надо бы и мне... Тоже.... – пот застилал глаза, клирик раз за разом промакивал его рукавом, – а ещё коллекция ядов, собранная специально для Вас.... Кажется, стоит нанести кансилльеру визит. Алва рассмеялся. –Сомневаюсь, что его яды будут действовать на меня больше пяти дней. –Пусть так. Пять дней спокойной жизни без этих закатных тренировок.... – Высокопреосвященство мечтательно улыбнулся. –Кажется, Вы уже отдохнули? Значит, можно продолжить наш забег! – воодушевленно провозгласил Алва. С тяжким вздохом обреченного страдальца кардинал сошкреб себя с благодатной лавочки. Мучения продолжаются! Решительно, прописывать старым больным людям страшные кары, которые в простонародье называются пробежкой, – аморально, негуманно и.... Ладно, по закону не запрещено... Кардинал сделал пометку в голове, что подумает над этим вопросом. Если, конечно, останется жив.... –Рокэ, давай посидим... –взмолился Сильвестр, уже еле плетясь за маршалом. Он-то молодец, всегда держался рядом. Даже сейчас, когда Высокопреосвященство решил проверить, возможно ли бежать медленнее улитки. –Ваше Высокопреосвященство, мы останавливаемся каждые десять шагов! – возмутился Ворон, но все равно остановился. Дорак на это лишь покряхтел. Но Рокэ не нужно было повторять дважды. Не глупый ведь – Первый маршал все-таки! –Я понял, что Вы уже устали. Но спешу Вас обрадовать – мы почти у финиша! Осталось всего каких-то пятьсот метров. Веко Высокопреосвященства нервно дернулось. Он уже не знал, какие звуки ему издать, чтобы мир точно понял, как ему сейчас плохо. Создатель, за что? –А вот и финиш! – весело сказал Рокэ, останавливаясь у раскидистого дерева в самом конце клятого парка. Кардинал с открытым ртом и высунутым, словно у собаки, языком тот же час остановился, уперев руки в колени. Закатные твари! Закатный доктор! Мерзкий Рокэ! Так издеваться над старым человеком! Кардиналу казалось, что у него сейчас что-нибудь откажет. Да побыстрее бы, Создателя ради, чует больное сердце, в Закате явно не так плохо! Леворукий, да есть здесь хоть одна клятая лавочка?! Повертев головой и удостоверившись, что определённо лавочек здесь нет, кардинал, не долго думая, плюхнулся прямо под деревом. Спасибо Леворукому, трава была мягкой. А может, мягкой была кардинальская задница. Это ещё вопрос, ответ на который, впрочем, не столь важен. –А-ах... Хорошо-о-о, – протянул кардинал, распластавшись на траве. И правда, как восхитительно – лежать! Даже не смотря на сбитое дыхание и весьма странные звуки, что сейчас вырывались у него из глотки. Нечаянный прохожий мог бы подумать, что у бедного старика началась предсмертная агония. Рокэ встал неподалеку, уперев руки в бока. Не вспотел даже, гаденыш! Маршал что-то сказал, на что Квентин только угукнул. Леворукий бы побрал этих герцогов! Ой, как же хорошо! Лежать бы тут целую вечность! –Ваше Высокопреосвященство, Вы лежите тут уже с четверть часа, а нам, если Вы не забыли, ещё назад двигаться, – подал голос маршал, ковыряя что-то в земле сапогом. –Назад?... Идти?... – Сильвестр с трудом сел, скрючившись так, что стал похожим на колесо. –Можем побежать, если хотите, – усмехнулся герцог. Его Высокопреосвященство сделал вид, что не заметил шпильки. Пожевав немного губами и похмурив в раздумье брови, кардинал, наконец, пришёл к гениальному умозаключению: –Идите сами, я останусь здесь! –Неужто Вы собрались сидеть здесь весь день? – засмеялся Рокэ. –Принесите мне сюда все мои вещи и бумаги, я никуда не пойду! Во взгляде Алвы явно читалось "Дед, ты чё?". Ай-яй-яй, мальчик! Вот доживешь до моих лет! День был чудесным! Прохладный ветерок приятно обдувал лицо, в кронах деревьев заливались птицы. Чем не сказка! В Надоре такого не встретишь! Ричард бежал по аллее парка, и улыбка сама озаряла его лицо. Утренние пробежки были для него обязательным ритуалом ещё с Надора. Там он втайне от матушки (потому что "герцогам не пристало! ") вставал ещё до рассвета и наворачивал круги по узким и крутым горным тропкам. Теперь же юноша пробовал на вкус местные парковые дорожки. Ерунда! Это тебе не Надор с его камнями! Вот где можно было вдоволь поразвлечься с утра. Например, попав ногой в расщелину между камнями, или летя вниз головой с горы, неправильно наступив на какой-то гадский камень.... Но это не суть важно! Главное – какая свобода! Конечно, перебравшись в Олларию, герцог Надорский не собирался изменять свои привычкам. И вот теперь он, уже втайне от собственного эра, каждое утро посещал этот вот дивный парк с широкими аллеями. Конечно, вставал юноша до рассвета, пока уважаемый монсеньор ещё сладко спал в кровати, даже не подозревая, чем занимается его оруженосец. А может знал, но не подавал виду.... Кошки его знают! Дивный парк всегда был тих и спокоен. Ричард бежал лёгкой трусцой по уже знакомому пути. В голове звучал весёлый мотивчик. И тут до уха донеслись какие-то несвойственные этому месту звучания. Чей-то разговор. И судя по звуку, крайне возбужденный! Ричард замедлился ход, прислушиваясь. Звуки приближались. Юноша с замиранием сердца узнал голос собственного монсеньора. Да ладно! Ещё немного и его секрет будет раскрыт! Не успев придумать ничего лучше, Ричард решил поднажать и... Чуть не влетел в Алву, показавшегося прямо из-за кустов! Ещё и с каким-то дедом на спине.... Кардинал, вот тебе на! Глаза монсеньора на миг расширились от удивления, главное духовное лицо Талига на спине герцога охнул(хоть бы инфракт не схватил!), а Дикон быстро совладал с собой, остановился как ни в чем не бывало и улыбнулся во все тридцать два: –Физкультпривет! Утренняя пробежка? Алва вскинул бровь. –Что за жаргон, юноша? –Так говорят в Надоре друг другу спортсмены в качестве приветствия, – с готовностью пояснил оруженосец. –Чего только не придумают... –Алва иронично сузил глаза, – но, возвращаясь к Вашему вопросу: как видите. И у Вас, стало быть, тоже? Это поэтому что ни утро, так весь особняк от Ваших шагов сотрясается? –Правда?... –лицо Дика вытянулось, – монсеньор, я честно стараюсь ходить, как... как вепрь на охоте! То есть.... –Я понял, юноша, – уголок губ маршала приподнялся, – оно и заметно. Куда Вы направляетесь? –Собирался сделать ещё кружок, и вернуться на службу к уважаемому эру, – Ричард сделал невинные глазки, – но раз Вы тут, не могу же я Вас бросить. Кардинал-на-спине весело и как-то мстительно улыбнулся. Даа... Похоже у этих двоих свои счеты! Под "не могу же я Вас бросить" Дик имел в виду тяжкую ношу в виде Высокопреосвященства, казавшегося больше Рокэ раза в два. Бедный маршал, казалось, скоро уже окажется на полу под.. Кхм-кхм... Главным интриганом Талига. Вон как коленки подгибаются. Аж даже жалко стало. –Позволите Вам помочь? – чисто для приличия спросил юноша, уже в это время перехватывая старика,– Вам удобно, Ваше Высокопреосвященство? Они всей компанией неторопливо двинулись в начало парка. –Более чем, – бодро отозвался кардинал. Рокэ блаженно разогнулся, по-кошачьи потянувшись. Что-то хрустнуло. Это была его спина. Маршал покосился на клирика. Тот, кажется, готов был заржать. Ричард понял: кардинал всех хитрее! –Это Ваша первая пробежка, кардинал? – осмелился поинтересоваться юноша. Создатель, что-то его сегодня несет на разговоры... –Да уж. Но завтра будет ещё, и послезавтра тоже, и вообще теперь каждый день. Правда, Рокэ? –будничным тоном заявил Сильвестр. Алва попытался улыбнуться. Получилось не очень, – а Вы, Ричард, похоже, не применете лишний раз размяться? –Здесь, конечно, не так увлекательно, как в Надоре, но я не привык изменять привычкам. –Почему Вы не рассказывали мне, юноша? – как бы невзначай поинтересовался Алва. –Я думал, Вы запретите... –Дик скуксился. Алва закатил глаза. –Вы тоже не упоминали о таком чудном времяпровождении! – не остался в долгу оруженосец. –А Вам так интересно меня слушать? – герцог вскинул бровь. –Несомненно. Особенно вечером, после того, как Вы выпь...–закончить Ричард не успел. Под весёлый смех Высокопреосвященства диконов затылок познакомился с тяжёлой маршальской ладонью. Сильвестр сидел на спине. Да и кого! Скандального оруженосца не менее скандального маршала! Дожился на старости лет... Сначала это было весело. Особенно, взгляд Алвы, когда у него на всю Олларию захрустела спина. И ещё когда юный Окделл решил продемонстрировать "уважаемому кардиналу" надорские бега с тяжестями. Разумеется, "тяжестями" и был Дорак. Забавно, конечно, было... Трястись всеми своими мощами, сидя у юноши за спиной. Даа. А ведь Окделл-то и неплохой парень. Может, взяться за него, так чего путного и выйдет. Но эти ревностные взгляды Рокэ, конечно, изрядно отвлекали. По началу они лишь заставляли зловредного старика злорадствовать. Ибо нечего ржать над кардиналом, балбес ты малолетний! Но потом... Потом это стало напрягать. Ричард весело и увлечённо рассказывал Высокопреосвященству о каком-то надорском спортивно-оздоровительном обычае. Высокопреосвященство слушал в пол-уха, а сам незаметно косился на идущего рядом маршала. Тот в свою очередь совсем не незаметно буравил взглядом своего юношу, который, казалось, совсем этого не замечает. Ну и что это за новенькие выражения лица, позвольте спросить? Что за ревность во взгляде? Ай-яй-яй. Старый негодяй забрал все внимание этого сладкого юноши себе. Какая незадача! Собственнические наклонности пробуждаются ото сна. И всё-таки, с "Вороном" подметили ловко. А кто ещё, с такими-то повадками! Ещё немного, и старину Дорака заклюют. Или сожгут взглядом. Вон, как смотрит. Как пить дать, Рокэ бы с радостью спихнул немощного старика со спины Окделла и запрыгнул на его место сам. Остаётся надеяться на его благопристойность (Ему вообще знакомо это слово?...) Ну, или на жёсткое и твердое воспитание соберано Алваро, что есть вещь куда более надёжная в этом случае. Думать о том, что даже проверенные временем вещи дают сбой, не хотелось.... Высокопреосвященство столкнулся взглядом с Алвой. Думается, вспомнить парочку молитв тоже было бы неплохо. Но на ум отчаянно лезли "еретические" откровения и какие-то бабкины заклинания. Видать, разум уже понял, что ничего святое здесь не поможет. О, Великий Леворукий, помоги пережить это злосчастное утро! Леворукий нервно дёрнулся в Закате. Несчастный юноша и не подозревал, что делает! А делались-то вещи страшные: юный герцог, односложно и незаинтересованно отвечая на замечания своего эра, по любому поводу расплывался в длинных поэмах для Его Высокопреосвященства. Будь то какой-то уточняющий вопрос, или же камень придорожный, кардинал "имел счастье" выслушивать по этому поводу целые философские рассуждения. Рокэ возмущенно сопел, кидая на Сильвестра обещающие страшные муки взгляды. Создатель, за что?... Кардинал решил не смотреть. И не слушать. И вообще молчать. Пусть общаются сами, а он не собирается попадаться под горячую руку обделенного вниманием маршала! И почему кошкин путь такой длинный?! Ещё через пару минут Его Высокопреосвященство понял, что выносить этого всего больше не может. –...Увлекательно это, в общем, получилось, – закончил что-то рассказывать герцог Окделл. –По другому и не скажешь, сын мой, – поспешил согласиться клирик, – кстати, остаток нашего пути я в состоянии пройти самостоятельно. –Вы уверены, Ваше Высокопреосвященство? –Абсолютно точно уверен, – кардинал истово закивал. Аж в глазах потемнело. –Может быть, Вам просто неудобно от такого рода положения? – Ричард дёрнул уголком губ. Кошкин юнец и не думал удовлетворять его просьбу! –Почему Вы сделали такой вывод? – а ведь попал прямо в точку, мерзавец малолетний! Кардиналу стало искренне интересно. –Потому что ни один человек ещё не отказывался от подобной блажи самостоятельно! – Дик хохотнул. Рокэ резко сузил глаза. –А кого это Вы изволили таскать на себе, юноша? – спросил он. –Кого?.. – Повелитель скал задумался. Как будто и не заметил, с какой интонацией был задан вопрос! – Сестёр, дядюшку, кузена, тетушку, эра Августа.... Лицо маршала перекосилось. Он выскочил перед оруженосцем. Ещё немного и столкнулись бы лбами, словно бакранские козлы! –Старого хе...?! – грянул он прямо в лицо кошкиного Окделла. –Тихо, Рокэ! Не кричи так! – округлил глаза кардинал. Юношу просто разорвало. Нашёл повод для веселья, балбес малолетний! Тут такая трагедия!.. –Да, было дело... – сквозь приступ смеха произнёс Окделл. –И часто у Вы этим занимаетесь? –Да один раз всего было, монсеньор! И чего Вы так злитесь-то?! – от смеха юноша немного расслабил руки, и Его Высокопреосвященство смог наконец стать ногами на твердую землю. Алва сразу же схватил юношу за шиворот. –А меня – ни разу...! – возмущенно залился герцог. –Господа! Прошу меня извинить. Извольте разбираться самостоятельно! – вставил свое слово Сильвестр и запустил вон из парка. Да, так он в своей жизни никогда еще не бегал!