Сказка о подростках

      Люк и Киран уже не дети, чтобы Сайлус мог или хотел читать им сказки на ночь. Они подростки — подростки-мальчишки, хочется подчеркнуть. Есть ли на свете существа более вредные, более неподходящие для усыновления?       Сайлус подписывает бумаги исключительно потому, что так удобнее. В зоне N109 никто не обращает внимания на его махинации, но в Линконе к молодому опекуну вопросов гораздо меньше, чем к сомнительному дельцу, что эксплуатирует детский труд.       Мальчишки храбрятся, мальчишки берутся за самые сложные миссии, стремятся показать свою пользу, оправдать этот кредит доверия. В жизни ничего не бывает задаром, и близнецы уже не в том возрасте, чтобы кто-то сумел убедить их в обратном.       По базе Оникайнуса они перемещаются незаметно, тихо-тихо, как мыши, и страшатся нарушить заведенный порядок. Но даже так они — вечноголодные мальчишки-подростки. Первую свою ночь на базе они по очереди дежурят, к концу первой недели спят без задних ног, на середине второй решаются прокрасться на кухню за чем-нибудь съедобным.       Сайлус ловит их за этим делом той же ночью и, вдоволь насмеявшись, уходит с кухни, чтобы им не мешать, как будто невзначай указав на полку с печеньем, которое им особенно полюбилось.       Оказывается, нет ничего страшного в том, чтобы перекусить не в установленное для еды время. Оказывается, в Оникайнусе установленного времени-то и нет — Сайлус вообще не фанат жестких графиков и расписаний, предпочитает гибкость, свободу.       В свободу близнецы тоже не верят — за всю свою жизнь они были свободны всего несколько жалких дней, и все, что было между экспериментами Эвера и службой у Сайлуса, больше похоже на сказку или короткий сон. Они уже не в том возрасте, чтобы сны сбывались. В их возрасте куда чаще видишь кошмары, и видишь их наяву.       Кошмар наступает, как только они решают чуть-чуть расслабиться — на очередной миссии Киран прикрывает отход, как ему кажется, вполне успешно. Но они не в сказке, чтобы наступило их “долго и счастливо” — в те несколько секунд, что он стоит на месте, ожидая Люка, он умудряется схлопотать пулю в бедро.       По сравнению со шрамом на все лицо это мелочь — пуля прошла по касательной, не застряла и не навылет, все равно что совсем не задела, но Сайлус почему-то ходит чернее тучи и ворчит.       Кирану страшно, что он напортачил, что он подставил их, что им больше нет места в рядах Оникайнуса, но Сайлус не слушает ни объяснений, ни оправданий.       Сайлус приказывает им оставаться на базе и пропадает куда-то на два часа — бесконечно долгие и тревожные.       Сайлус возвращается в компании странного врача, который, напрочь игнорируя лепет обоих мальчишек, осматривает и обрабатывает не только рану Кирана, но и синяки и ссадины Люка, про которые тот упрямо молчал.       — Ну, хотя бы задание выполнили, — неуверенно замечает Киран, когда после ухода врача близнецы остаются с Сайлусом наедине.       — Выполнили? По-моему, это провал, — замечает Сайлус. Киран вжимает голову в плечи, и мужчина протягивает к нему руку, но быстро одергивает себя и, не говоря ни слова, резко поднимается и уходит.       В кресле, где он все это время сидел, остается только пачка печенья.       Подростки не верят ни в сказки, ни в приведений — поэтому, когда Люк как-то говорит Кирану, что на базе Оникайнуса водится призрак, тот ему, конечно, не верит. Сквозняк, игра воображения или, может, Мефисто в очередной раз решил поиграть сам с собой в прятки. Любая из версий похожа на правду больше, чем пресловутое приведение, но Люк все не унимается, и Киран сдается.       Они выслеживают этого несчастного призрака почти неделю — безрезультатно, если не считать Мефисто, что через раз попадается в их импровизированные ловушки. На шестой день птица приобретает такой обиженный вид (и лишается стольких перьев…), что они решают отключить почти все сети и капканы. Почти.       Они оставляют одну-единственную ловушку в гараже, где Люк изначально-то призрака и заметил. Да и ловушкой это назвать можно с трудом: так, небольшой мешок с мукой, подвешенный над дверью. Почти безвредный сюрприз для незваных гостей, только и всего.       Гостем, на их беду, оказывается сам Сайлус. Из плюсов — мальчишки не караулили поблизости, так что, пока он добрался до их спальни, его гнев успел немного остыть.       Из минусов — когда на пороге их спальни появляется высоченная белая фигура, мальчишки напрочь забывают, во что они там не верят.       Они забывают, что они грозные убийцы, сбежавшие от своих мучителей. Забывают, что они подручные жуткого мафиози из N109. Забывают, что они уже взрослые.       Они всего-навсего перепуганные мальчишки-подростки, которые громко орут и не сразу понимают, почему призрак, явившийся по их души, вдруг начинает смеяться.       Они переводят дыхание, и пока Киран растерянно смаргивает остатки сна, Люк вдруг и сам заливаетася смехом.       — Вы, босс, точно мифическое создание! Дух какой-то или дракон, или еще какая… — он осекается и сглатывает бранное слово, получив от Сайлуса суровый взгляд. Он опускает глаза и краснеет, а потому не замечает, как выражение мужчины смягчается, сменяясь легкой улыбкой.       Да, они не в сказке и не в сладком сне. Да, их реальность отличается от той, от которой они мечтали. Но теперь, когда они знают, какой может быть жизнь, они не променяют ее ни на какую другую.