В твоих глазах

Тени храма, будто лозы скрывали за собой страшные виды на окаменеллые тела. Женщины, мужчины и дети, животные и птицы–все они, кроме измывающихся змей, покрылись камнем, кой даже сам он не мог изменить. На бархатном клине, посреди просторного зала, вальяжно раскинул свое тело он–Горгон, или же, по давней жизни, Эндрю. Слухи и байки имеют свойство коверкаться, пока переходят из одних уст в другие, оттого у этого храма владелица–Медуза Горгона. Как жаль, что Медуза имеет иной пол. Мужской. –Займись уже делом, а не по углам ползай, –шикнул Эндрю Красиде, вновь перечитывая свиток одного писца, что настолько неправильно истолковал проклятие, что аж волосы дыбом встанут. Если бы они, конечно, были. Красида что-то зашипела ему в ответ, но большего протеста не дала, начиная извилисто ползти к статуям животных, намереваясь обвить их большей лазой. Самая умная его змейка, что прекрасно олицетворяет его. Тихая и неприметная, ненавидящая любого мужчину, кроме него самого, самостоятельно способная превращать в камень. Эндрю порой завидовал ей. Она выбирает кого ей превращать, а кого нет. А он нет. –Мелкая тварина, –выругался он, вновь вспоминая об этой несправедливости.–Ты олицетворение моей невинности, почему у тебя есть выбор. Змеи на его голове зашипели, лихорадочно пробиваясь в сторону врат. Они слышат больше, чем он, но их реакции Эндрю давным давно выучил. Человек. К его храму вновь идёт какой-то любопытный дурак. –Тише, –слегка по-змеинному протянул он шипящую, обхватывая одну из пресмыкающих. Каменные ворота медленно отворились, являя на клин тусклую линию света, так неприятно режущую глаз. –Прошу прощения? –обратился незнакомый голос, заглядывая внутрь. Эндрю медленно поднялся, практически грациозно, и слегка виляющей походкой начал приближаться к гостю. –Прошу простить за вторжение, но…мне бы переждать грозу на улице, –вновь сказал молодой мужчина, уже полностью вошедший, однако стоявший на месте. Парень, на вид не больше двадцати, склонил голову набок, будто вслушиваясь, хотя Миньярд шедствовал прямо перед ним. –Вы здесь, верно? –обратился он в тот момент, когда Эндрю рывком схватил его за хламиду, широко раскрывая глаза. Парень застыл, но не окаменел. Эндрю нахмурился, сильнее вглядываясь в эти очи, что при тусклом освещении казались настоящими огнями. Голубые, почти небесные или ледяные глаза широко смотрели на него, однако, будто сквозь. –Это слегка грубо, вам не кажется, –хрипловатым от удивления голосом спросил парень, обхватывая покрытое чешуей запястье Эндрю. Его голова метнулась вниз, но Эндрю, аналогично поражённый, не нашёл в себе силы отдернуть руку, которую так нагло лапали, уже, двумя руками. –Вы кто вообще? –незнакомец снова поднял голову, предположительно смотря на Миньярда, но все ещё бегая зрачками. –Горгона, –полушепотом ответило чудовище, разжимая хламиду, и проводя медными когтями по нежной шее.–Чего ж ты стоишь то, –риторически спросил он. –Ваша рука в чешуе или мои же пальцы меня обманывают? –парень казался невозмутимым, несмотря на данный ему ответ. –А сам не видишь? –слегка раздражённо поинтересовался Эндрю. –Я слеп. И тут Миньярда будто водой окатили. В его обители живой человек, что не видит, оттого не способен узреть ту чудовищность его образа. Не способен увидеть золотистые глаза, которые тут же заставят твоё тело окаменеть. За всю свою жизнь, после смерти, Эндрю не встречал ещё слепых. –Слеп, –глухо повторил он, отпуская шею парня. –На оба глаза, –подтвердил парень.–Но, мистер или миссис Горгона, вы не ответили, могу ли я переждать непогоду в вашем храме? Казалось, его совсем не смущало наличие чудовища из мифов пред собой. –Почему не бежишь, раз узнал моё имя? –спросил вместо ответа Эндрю, медленно, будто удав перед нападением, обходя его по кругу. –А вдруг вы соврали, –невозмутимо ответил парень, изредка клоня голову к звуку.–Обклеили запястья чешуей и не желаете, чтобы ваш покой нарушали. –Зачем тогда явился, если я не хочу нарушения покоя? –Дабы спросить, могу ли я это сделать. Эндрю приблизился к человеку, стараясь разглядеть полностью. Кажется, тёмные волосы, достаточно крепкое, но не излишне, телосложение, оружия нет. Как таковой опасности он не представляет, по-крайней мере на взгляд, но мог бы навредить руками. Так или иначе, Эндрю быстро бы отсек эту ручки своими когтями. –Оставайся, если сможешь, –в конечном счёте ответил он, желая узреть реакцию Красиды, что вот вот появится здесь. –Благодарю, –ответил незнакомец, но остался на месте. –Чего же стоишь, раз я согласился? –раздражённо спросил Миньярд. –Я слеп, мне неизвестна дорога и где я могу присесть, –возможно, парень слегка закатил глаза. Точно. Слеп. Эндрю, не стесняясь, грубо схватил парня за локоть и, практически, кинул его на клин. –Сиди на месте, –указал он, размещаясь на другом конце. –Будто могло быть иначе. Змеи любопытно извивались, явно заинтересованные чем-то живым и движущимся, что, за последние годы, стало чудом в обществе Эндрю. –Это шипение? –спросил парень, но голову повернул в противоположную от чудовища сторону. –Красида, –с лёгкой улыбкой ответил Эндрю. Тело парня напряглось, пока монотонное, слегка злое шипение, что усиливалось от запаха чужого. –Не укусит, но окаменеет, –радостным тоном заявил Миньярд. К его удивлению парень не сильно испугался. Любой нормальный человек подскочил бы и, возможно, даже сбежал, однако незнакомец продолжил сидеть на месте, сложив ладони на коленях. Красида же все приближалась, своими извилистыми движения оставляя кривую дорожку грязи на, практически, чистом полу. Она медленно подползла к парню, обвилась вокруг его ноги и осторожно поползла на клин. Стоило змее разместиться на бархате, она вытянулась и угрожающе зашипела пуще прежнего, смотря на гостя переливающимися глазами. Парень вытянул руку на звук и слегка, почти невесомо, коснулся место соприкосновения головы и тела. –Он слеп, Красида, –решил всё-таки раскрыть правду Эндрю. Красида виляла, слегка не понимая, что именно означает «слеп». –Она понимает только тебя или всех людей? , –спросил незнакомец. –Она понимает все, что знает. –Мои глаза не видят тебя, Касида, –сказал парень, поглаживая пальцем гладкую чешую. –Красида, –поправил его Эндрю, слегка поражаясь тому, что эта леди ещё не укусила парня. –Оба варианта милы, –на лице гостя появилась лёгкая улыбка, от чего сердце Эндрю, если оно было, слегка приостановилось. Он разбил все зеркала в храме, не в состоянии наблюдать за своим уродством, а каменные статуи всегда выражали страх и ужас. Сейчас, даже эта маленькая, возможно слегка нервная, улыбка казалась чем-то невозможно-странным. Красида затихла. Она медленно обвилась вокруг руки парня, спиралью проползла до шеи и гладким воротником улеглась на плечах. –Холодная, –прокомментировал парень, не видя пораженного лица чудовища. Красида не просто не убила его, она легла на одно из самых уязвимых мест, длинной лентой, показывая свою мирность. Даже на шее Эндрю она редко сидела, предпочитая виться сквозь змеиные локоны или оставаясь браслетом на запястье. –Моё имя Нил Джостен, –сказал парень, поворачивая голову, предположительно, в сторону Эндрю. –Моё имя ты уже знаешь, –скрывая в голосе удивление ответил Миньярд. –Медуза Горгона не подходит тебе, –наклонил голову Нил, а затем сказал, не спросил.–По мифу, гуляющему среди людей, ты был человеком. У тебя было имя? –Надеешься, я тебе его скажу? –Нет, но было бы хорошо, –легко пожал плечами Нил. Его спокойствие и равнодушность к личности Эндрю раздражало, оттого он раскрыл пальцы, являя медные когти, и собирался навредить своему гостю. Однако кому-то это не понравилось. Красида, изменяя своим привычкам, отскочила от шеи и демонстративно клацнула клыками. Эндрю застыл. –Ты угрожаешь мне? –спросил он, неверяще смотря на свое олицетворение. –Я ничего не делаю, –нахмурился Нил, но Эндрю тут же пресек. –Я не с тобой говорю, –зло гаркнул он. Джостен повернул голову на закпиющую медузу, кожей ощущая елозание Красиды. –Твоя змея меня от чего-то защищает? –Вот именно, что моя змея–Миньярд бросил взгляд на Красиду.–Моё олицетворение–, уже шёпотом прошипел он. –Мистер Горгона, –обратился к нему Нил, слегка наклоняясь вперёд.–Вы хотели на меня напасть? Эндрю молчал, бросая взгляды между змеей и, по личности в глазах чудовища, змеем в человеческом обличии. –Вы думаете, я бы навредил вам? –голос парня становился серьёзнее.–Я слеп на оба глаза, у меня нет ни оружия, ни достаточной силы. В моих интересах лишь переждать эту ночь и уйти, стоит лучам солнца просочиться. С каждым словом, он наклонялся все ближе и ближе, пока Эндрю пытался сохранить расстояние. –Даже при сильном желании вас убить, –сказал Нил, оказавшись почти вплотную к лицу Миньярда.–Я против насилия. Эндрю ударил его. Джостен упал с клина, рефлекторно прикрывая рукой место удара. Красида завиляла, сползая с тела, начиная кружиться вокруг него, будто переживая. –Ложь, тебе чужды такие чувства, –практически прокричал он своей змее. –Кто ты вообще такой?! Явился в мой храм, не стал камнем, каким-то чудом завладел доверием змеи, которая никогда, никогда не сщадила никого с мужскими гениталиями, а теперь ещё мелешь о своём миролюбии? Да откуда ты такой?! Эндрю кипел от злости, тяжело дыша, пока Нил оставался на месте, невидяще бегая глазами по нему. Красида сидела у руки Джостена, не поднимая головы. –Тебе нужна моя история? –несмотря на очевидную опасность и злость, спокойно спросил парень.–Мой отец–нехороший человек. Он предпочитает смерть чужим, чем помощь, и одним из его главных жертв был я.–начал он, садясь ровнее.–Начиная с самого детства он полосовал мою кожу чем только можно. Заостренный камень, глина, ободранное дерево, железо–всем, что попадёт в его руки. Сейчас мне девятнадцать, и я уже второй год нахожусь в бегстве от него.–Нил замялся, подбирая слова.–Нет. Я не думаю, что он ищет меня, однако из дома я сбежал. Сегодня я попал к тебе в храм, потому что один мужчина у подножия указал на него. Эндрю слушал, не перебивая, ощущая остаточную злость, которая будто испарилась, стоило спокойному и монттонному тону Нила прозвучать. –Красида, у вас есть свечи? –обратился он к змее, на что получил шипение. Одобрительное. Красида поползла к фителям, намереваясь зажечь их, пока Джостен аккуратно, стараясь не задевать повреждённое место, поднялся. Он сделал пару шагов вперёд, когда свечи зажглись. –Надеюсь светло, –пробубнел он, а затем скинул верхнее одеяние. Вся его кожа сплошь была усеяна шрамами, отчего дыхание Эндрю перехватило. Кривые, плохо обработанные, рубцы создавали непонятный узор, будто сеть паука меж сучьев. –Я против насилия, –повторил Нил, и сейчас его слова имели гораздо более весомый смысл.–Потому что знаю, что это не принесёт хорошего. Эндрю протянул руку, но коснуться не решился. Сейчас, Нил не просто показывал ему свое тело, он открывал душу и историю, и Миньярду самому известно, насколько больными могут быть прикосновения в этот момент. Холод чешуи все равно указал расположение его ладони, поэтому, слегка Нил слегка поежился. –Если вы хотите коснуться–хорошо. Но будьте менее резки–ответил он, почти шёпотом, отчего голова Эндрю рефлекторно взлетела вверх. Теперь, при свете огня, Миньярд может лучше рассмотреть парня. Его глаза, в мягком освещении, казались теперь не такими холодными, однако дымка слепоты все равно оставляла их светлыми. С этой синевой гармонировали медные волосы, отдающие золостистым. Кожа светлая, лишь слегка загорелая, но не тёмная, какую привык видеть Эндрю у рабочих, до окаменения. Нил скрывал шрамы, оттого и не оголялся даже при палящем солнце. Эндрю был готов задохнуться от того, каким ярким казался парень в этом мрачном месте, усеянном каменными стаями и лозами. –Так? –поторопил его Нил, заставляя отвести взгляд. Тёплота под пальцами была чем-то удивительным. Мягкие остатки кожи перетекали в грубые линии шрамов, затем обратно, а после в ещё более жёсткую рану. Эндрю, как заколдованный, едва касаясь, будто боясь разрушить, водил кончиками пальцев по телу, ловя каждую мурашку. –Тёплый, –вырвалось из него, пока он, практически, лапал оголенную грудь. –Ты не ощущаешь тепла? –спросил Нил, то ли действительно из интереса, то ли чтоб поддержать разговор. –Моё тело холодное, как и Красиды, ты знаешь. А до людей я не успеваю дотронуться. –Звучит одиноко, –усмехнулся Нил. –Мне плевать, –резче, чем планировалось, сказал ему Эндрю. –Я тебе не верю. –И на это мне тоже плевать. Миньярд встал и направился к клину –Почему? –спросил Нил, поворачивая голову на его шаги. –Тебя это уж точно не касается, –Эндрю разместился на бархате, с лёгкой усмешкой наблюдая за неловкими движениями Джостена. –А если мне интересно? –спросил Нил, аккуратно присаживаясь. Его бедро было в миллиметре от ступней Эндрю, однако тот, с излишним желанием подольше почувствовать тепло чужого тела, приспустился ниже, укладывая ноги поверх коленей гостя. Нил, казалось, совсем не смутился лёгкой прохладой и некой наглости. –Знаешь, что бывает с теми, кому интересно? –заговорчески произнес он. –Превращаются в камень? –Джостен усмехнулся.–Мы выяснили, что мне это не грозит. –Нет, но я могу убить тебя иначе, –Эндрю, словно хищник, наклонил голову в бок и, больше по привычке, прошипел. –Здесь не пахнет кровью, –легко отозвался парень. –Ты знаешь же что такое уборка? –Я многое слышал в деревне у подножия.–Нил приложил палец к подбородку, будто вспоминая о всех тех слухах.–Многие новады и торговцы заглядывали в этот храм по любопытству или ради награды за твою смерть, однако не возвращались. Слишком многие. Ты разве успел бы очистить храм от всей той крови? Эндрю смотрел на него, как на идиота. –Ты понимаешь, что далеко не все слепы как ты? Для убийства мне не нужно кому-то вспарывать глотку, когда моих чар достаточно. –Точно.–сказал Нил, будто действительно забыл. –Слепой, так ещё и тупой, –закатил глаза Эндрю, но быстро вернул взор на парня. Что Нил отличается от обычных, привычных ему встречных людей, он уже понял, однако было в нем ещё что-то, чего так быстро отыскать нельзя. Его бледные глаза были мягки, а тон спокоен. Он почти не прикасался к Эндрю сам, но терпел все касания от него. Красида, заставившая удивить чудовище, ластилась к нему так, будто кошка, а не змея. Самым главным удивлением было, что Нил не боялся Эндрю. А может так тщательно скрывал. –Ты говорил, что тебе плевать, –начал Нил, и Эндрю догадывался, что он произнесет какую-то ересь.–Значит ли это, что тебе плевать на свою судьбу? –Разве это не очевидно? –Могу ли я тогда задать вопрос? Миньярд окинул его взглядом. –А ты сможешь? –издевательски спросил он, но Нила, кажется, ни чуть не смутил его тон. –Почему тебя прокляли? –вместо этого спросил он, и только недавно погасший гнев вновь всплыл наружу. –Не слышал? –Миньярд ненавидел эту историю, и как назло именно о ней и спросил Нил.–Осквернил храм Афины. –Осквернил–повторил Нил, проводя ладонью по Красиде.–Почему же тогда она ненавидит мужчин? –Что? –не до конца поняв, спросил Эндрю. –Ты сказал, что Красида твоё олицетворение, –начал пояснение парень.–Но ты так же упомянул её ненависть к мужчинам. –Почему ты не думаешь о том, что я осквернял? –Тогда почему ты один? –вопросос на вопрос спросил Нил.–Где женщина, что ты осквернил? –он хотел что-то добавить, однако Эндрю схватил его за шею и грубо дёрнул. –По острию ходишь, Нил, –прошипел он, со злобой смотря на это спокойное лицо. –Тебе необязательно отвечать, –лишь сказал Джостен, как Эндрю оттолкнул его от себя. –Спать, –приказал он, и двинулся уже в свои покои, оставив Нила одного, не считая Красиды, на клине.–Если надо, Красида укажет где еда. Нил не стал препятствовать и просто улегся на бархат, рукой ощущая, как прилеглась рядом Красида.

•••

Он проснулся в тот момент, когда Красида настойчиво била его хвостом по запястью. –Что случилось? –хрипло поинтересовался Нил, начиная садиться на клин. Красида зашипела и двинулась в сторону, поворачивая голову то на него, то на коридор, вот только Нил этого не видел. –Бей, –подсказал он и услышал стук кончика хвоста о камень. Джостен встал и последовал на него. Красида вела его по коридору, пока ладонь Нила придерживала стены, изредка натыкаясь на каменные тела. Он старался не удивляться этому. Знал, где и с кем находится, оттого просто продолжал идти, пока не заслышал шипение. Проведя рукой дальше, он наткнулся на дверь. Пальцами нашёл зазор, опустил их ниже, натыкаясь на ручку, и отворил её. Нил продолжал идти за Красидой, пока не наткнулся коленями об что-то. Пошаркав рукой, парень почувствовал мягкость. Очертив форму, в его голове промелькнуло осознание. Он в спальне. Предположительно, в покоях Эндрю. Вот только зачем? На кой Красида привела его в чужую обитель? Он почувствовал на своей ноге змею, что уверенно ползла к его руке. Разместившись на запястье, Красида двинулась телом, будто показывая направление. Прямо, слегка направо, все ещё прям, четыре шага и Красида хватает что-то зубами, начиная ползти обратно. В руке Нила появляется свиток. Не успев подумать о чем он, Красида настойчиво указывает на в сторону двери, отчего Нил решает покинуть помещение. Он движется обратно по коридору в главный зал, держась за стены, все ещё не понимая, чем ему пригодится эта бумажка. Когда они оказываются у клина, Красида особенно ярко шипит на свиток в руке. –Наврядли я смогу прочитать, Красида. Мои глаза не позволят это сделать, –сказал он, но змея не остановилась. Решив ей не перечить, Нил развернул бумагу, и до его ушей донесся женский голос. «Медуза был красив. Настолько прекрасен, что пленил взгляд Посейдона. Когда он пришёл за ним, Медуза убежал в храм Рене, в надежде, что богиня защитит его. Но она не защитила. Посейдон овладел им на холодном полу. Разгневанные боги приказали Рене наказать Медузу, за осквернение храма. Потому, богиня наслала на мужчину проклятие, дабы ни один человек больше не захотел его. Рене превратила его волосы в змей, а лицо сделала настолько ужасным, что один только взгляд на него превращал людей в камень. Утеряв свой разум, Медуза был настолько отчаян, что его слезы пробудили каплю жалости в богине, отчего она даровала ему Красиду, одицетворяющую его невинность.» Возможно в свитке было продолжение, однако его выхватили из рук Нила и свернули. –Я не сам его взял, –предупредил он Эндрю, но тот, пускай парень и не видел, был спокоен. –Мои змеи почувствовали тебя ещё до того, как ты зашёл, –устало произнес он, садясь на другой конец клина. –Ты не спал, –не спросил, утвердил Нил. –Довольна? –вместо ответа обратился Миньярд к змее, на что там зашипела. –Прости, –прошептал Нил, но Эндрю перебил его. –Мне не нужна твоя жалость. –Это не жалость, –сказал Нил и, до того как чудовище могло его перебить вновь, сразу добавил.–Это ненависть к несправедливости. –Кому сдалась твоя ненависть? –Скажи, тебя возможно как-нибудь вернуть в человеческий облик? –обратился к нему Нил, и Эндрю захотелось его убить. –Мне неизвестно, –ответил он, но не был честен. Так или иначе, Джостен не способен разглядеть в его лице ложь. Он впринципе ничего не способен разглядеть. Поникший Нил отчего-то отдался внутри него смесью боли и разочарования, но Эндрю не стал вестись на желание поведать ему полное толкование проклятия. –Так или иначе, не думаю, что это возможно, –всё-таки добавил он, но настроение Джостена не сильно улучшилось.–А теперь иди отсюда, я хочу отдохнуть. –Сейчас только утро, –выгнул бровь Нил, но встал с клина. –И ты уже утомил меня.–Эндрю развалился на бархате, пока его змеи удобно располагались на голове.–Тем более, своими похождениями, вы разбудили меня раньше обычного. –Может я могу что-нибудь сделать? –спросил Нил, умещая Красиду на плечах. –Навесь на статуи лозы.–Не особо думая, ответил ему Эндрю. –Вопрос. Зачем ты завешиваешь их? –Я, –начал было Эндрю, но слегка запнулся. После лжи о проклятии, лгать второй раз не хотелось, но и отрывать эту маленькую правду от себя не было чем-то лёгким.–Далеко не все они желали мне смерти.–только и сказал он. И это было правдой. В его храм приходило множество людей. Мужчины, женщины, дети–все они в последствии были обращены в камень, но лишь не многие приходили сюда с плохими намерениями. Видеть их, чьи жизни он забрал, было почти больно. Нил не стал требовать большего и, заместо этого, направился по направлению Красиды, что продолжала стучать своим хвостом об пол. Эндрю же, разместив столик с подносом, на котором ярким пятном виднелись фрукты, улегся на клин, изредка беря кусочки. Он не хотел прогонять Нила. Не сейчас. Ощущать рядом с собой живого человека, который, ещё и, не боялся тебя, было чем-то удивительным. Тем, что Эндрю уже давно позабыл. Нил же, стараясь не сбить каменные тела, аккуратно развешивал лианы на те статуи, возле которых вилась Красида. Возможно, доделав это, ему придётся покинуть храм, как бы сильно не хотелось остаться здесь подольше. Эндрю не казался ему плохим человеком, если, конечно, его можно таковым назвать. Он не убил Нила, хотя имел тысячу и одну возможность это сделать. Но нет. Миньярд наоборот позволил ему переждать грозу, накормил его, и дал узнать свою историю. По-крайней мере не препятствовал этому, когда Джостен крался за свитком. Несмотря на свою чудовищную сущность, внутри Эндрю все ещё оставались отголоски человека, которые проявляются при банальном стыде у окаменелостей. –Твой хозяин не такой уж монстр,–полушепотом сказал он Красиде, на что та застыла, пускай сам Нил не видел этого. Ни он, ни Эндрю не узнают о том, почему Красида была так мила к Нилу, пускай и испытывала ненависть к любому мужчине, особенно человеку. Нил был столь же невинен, сколько и сама змея, и это чувство безопасности, возникшее рядом с ним, заставило Красиду слепо довериться этому человеку. –Кажется, мы закончили, верно?–уточнил он у змеи, на что та одобрительно шикнула. Снова уместившись на его запястье, они двинулись в главный зал. В конце зала, напротив врат, покоился Эндрю, дремав на темном бархате, пока поднос с фруктами был пуст. Неожиданно, двери храма отворились. Красида, резко соскачив с запястья, направилась к клину, где уже шевилились змеи. Она не видела человека, но чувствовала его шаги на холодном полу. Громко зашипев, змея разбудила Эндрю так, что тот аж соскочил, перепрыгивая за клин, широко раскрыв когти. Пред ним не было ничего, но точно также, как и Красида, он слышал шаги. Не зная, что делать, смея ближе всего подползла к шуму,  начиная шипеть уже для Нила, который оставался в тени, пускай сам и не знал. Она била хвостом подле себя, стараясь донести до парня, что нужно действовать, и он, неведомый странным чувством, нащупал возле себя каменную птицу, и на высоте руки бросил в сторону Красиды. Чудо это было или везение, никто из них обдумывать не собирался, но камень тяжело ударился об железо, скидывая с гостя шлем, и наконец являя его свету. Перед Эндрю стоял мужчина, чуть выше Нила, с чёрными волосами и такого же цвета глазами. На плече покоилась сумка, а в его руках был меч. Миньярд узнал эти вещи. Сумка нимф, что то сужалась, то расширялась, в зависимости от предмета в ней, и изогнутый меч Гермеса, способный разрубить его чешую. –Кто ты?–обратился он к мужчине, вставая ровнее. –Меня зовут Рико Морияма, я один из двух сыновей громовержца Кенго, и я пришёл отрубить тебе голову.–представился гость, направляя свой меч на чудовище. –Сын Кенго значит..–пробубнел Эндрю, осознавая, что не сможет превратить мужчину в камень. Его чары не распространялись на богов и их потомков. –Тогда попробуй,–твердо произнес он и, раскрыв свои когти шире, ринулся на Рико. Морияма не остался в стороне, поднимая меч над собой, собираясь ударить его, но промахнулся. Они двигались с равной точностью, пытаясь искалечить друг друга до такой степени, чтобы можно было убить. Красида же извивалась рядом, пытаясь помочь, пока Нил беспомощно стоял на месте, не зная, куда себя деть. В какой-то момент Рико повалил Эндрю на пол,  придерживая руки, пока другой поднимал свой меч. Красида за секунду кинулась к столу и опрокинула его, привлекая внимание упавшим подносом, отчего Рико отвел взгляд на неё,  тем самым теряя Эндрю из поля зрения. Миньярд выхватил руку и скинул с себя мужчину, отскакивая в сторону. –Не думай, что у тебя получится,–по-змеинному прошипел он. –Не думай, что я не повалю тебя снова, урод,–в тон, но без шипения,  ответил ему Рико. Их бой продолжился. Красида подползла к Нилу, обвиваясь вокруг его руки, и ведя к опрокинутому столу. Джостен, нащупав, взял поднос, и стараясь вслушаться в шипение змеи, слегка двинулся. В момент, когда меч Рико практически настиг свою жертву,  Красида прыгнула на его шею, ярко шипя, и Нил ударил Морияма золотым подносом. Рико упал, и этого мгновения хватило, дабы Эндрю вскрыл его шею медными когтями. Он остался сидеть возле, тяжело дыша, когда Нил кинулся к нему на шипение Красиды, пораженно ощупывая холодное тело. Когда пальцы дошли до рук, он сплел их ладони, ощущая ещё горячую жидкость. –У тебя кровь,–нервно прошептал он. –Это очевидно, но это не моя кровь. Лна Рико –Эндрю не стал убирать руки, с удивительным желанием ещё подольше ощущать чужое тепло. Иное от крови. –Он мертв?–поинтересовался Джостен, стараясь держать голос ровным. –Да, он мёртв. –Ты убил его? –Своими же когтями,–кивнул Эндрю. –Хорошо. Сам ты в порядке? –К чему вопрос?–не до конца понял Эндрю,  всматриваясь в искаженное волнением лицо. –Эндрю,–с нажимом повторил Нил.–Ты в порядке? –Да.–ответил он, удивляясь ещё больше. Он не видел ещё Нила испуганным,  пускай тот и провел ночь рядом с чудовищем. Почему же сейчас он так взовлнован, хотя ничего особо страшного не произошло? –Почему?–прохрипел он, с недоверием смотря на парня. –Что почему?–не понял Нил. –Почему ты спрашиваешь? –Я переживаю,–ответил он так, будто в этом не было ничего такого. –Я же чудовище, какой смысл переживать за меня?–усмехнулся Эндрю, но Нил оставался серьёзным. ‐Пускай ты и выглядишь как чудовище, хотя я не могу этого увидеть, но твои поступки говорят о том, что ты все ещё человечнее многих. –Ты знаешь меня один день,–сказал Миньярд, стараясь не выдать впечатление от этих слов. –С половиной,–с улыбкой поправил его Нил.–И это более чем достаточно.  По-крайней мере, за этот день я явно узнал о тебе больше, чем кто либо другой. –И ты защитил меня,–все ещё неверя промолвил Эндрю. –Ну, я пытался. –А дальше что?–спросил он, даже не зная, что хотел бы услышать в ответ. –Может я и слеп, но не бесполезен. Могу помочь убрать тело.–пожал плечами Нил, но Эндрю не интересовала дальнейшая судьба Рико. –А дальше?–ещё раз спросил он. –Я,–начал Джостен, но слегка замялся.–Возможно бы остался. Если, конечно, ты позволишь. –Почему?–вновь спросил Эндрю. –За свои годы в бегах я встречал многих людей, но ты один из самых приятных,–улыбнулся Нил,  ослепляя его своей искренностью. В этот же момент Эндрю почувствовал, как чешуя на его теле будто плавится, оставляя за собой гладкую кожу, а змеи в волосах испепелились. Нил, почувсовав в своей ладони тёплые пальцы, а не медные когти, нахмурился и, расцепив одну из рук, коснулся щеки Эндрю. Он не успел что-то сказать, как ворота храма распахнулись шире. Его голова рефлекторно, вместе с Миньярдом, пускай он не способен увидеть, кто там. –Рене,–попривествовал богиню Эндрю, заставив Нила вздрогнуть. –Ты посмел снять моё проклятие?–эхом прозвучал женский голос. –Я ничего не делал,–это было правдой. Лично он просто сидел на месте. Рене качнула головой и устремила свой взгляд на Нила. –Тогда, может ты?–обратилась она к нему. –Он точно ничего не сделал,–осек её Миньярд, чуть крепче сжимая чужую ладонь.–Условия были выполнены. –Погоди, условия?–повернулся к нему Нил.–Но ты сказал, что не знаешь их. –Я соврал,–сквозь зубы сказал Эндрю, но не увидел на лице парня ни злости, ни обиды. Он получил в ответ лишь кивок, дающий понять, что Нил принял эту информацию. –И как же?–нахмурилась Рене.–Боюсь твои глаза должны были превратить его в камень. –Он слеп.–пожал плечами Эндрю, а затем ухмыльнулся. –Этого в проклятии ты не предусмотрела. –Вот как,–Рене окинула их двоих сияющим взглядом, а после, слегка гордо улыбнулась.–Боюсь, ни один бог не смог бы лишить тебя внутренней красоты. Впервые, с момента встречи Эндрю и Рене, богиня посмотрела на него теплым взглядом. Она никогда не желала обращать его, однако под единогоасным решением богов была бессильна. –Раз он смог узреть твою душу, пускай его глаза увидят тело,–произнесла она и истлелась в воздухе. Её последние слова Эндрю не понял до того момента, пока на сплетенную ладонь не упала капля. Он глянул на Нила, вновь ослепнув от того, насколько яркими казались его глаза. Небесно-голубые, без той льдистости, что была в самом начале. –Ты действительно красив,–прошептал Нил, когда вторая слеза скатилась с щеки. –Не больше тебя,–усмехнулся Эндрю, с теплотой смотря в осознанные очи напротив. «Красида была его истинными чувствами, способная увидеть большее, чем даруют ему же глаза. Последним словом Рене было то, как Медуза способен вернуть себе свой облик. "Когда твой лик будет ценен и любим, несмотря на уродство, тогда все возвратится назад"»