Ты — лишь отражение

Почему она уходит? Чего боится? Когда Лера стала настолько беспомощной, что убегает от своего собственного отражения? Значит: она ничуть не изменилась. Она лишь ничтожество, которое только и может, что убегать и прятаться. Дверь в ванную с грохотом захлопнулась, Лера не смотрела в зеркало, отражение бы смеялось над ней, и это точно, но… Она отражается и в кране, и в раковине, закрыв глаза, девушка схватила с полочки пробку и заткнула слив, крутанула вентиль на кипяток. Горячая вода хлынула потоком. Раковина быстро заполнилась, и Лера закрыла его, пар шёл из жидкости, это уже разогревало кожу. Руки опустились в кипяток. Её обожгло. Она зажмурилась сильнее, но… потом накатила эйфория, вот Лера не плачет! Посмотрите хоть кто-то! Смотрите, какая я сильная! Но… всем ведь всё равно, максимум, что ей скажут, это «ненормальная!» или пожалеют. Только толку нет. Лера смотрит в зеркало. На неё смотрят с какой-то тоской, с интересом, будто думая: «А каково это? Чувствовать боль?» Девушка улыбнулась и показала отражению руки, говоря: «Смотри на здоровье!» Кожа покраснела, сама она побледнела, вены опухли. — Как бы я хотела не пытаться доказать что-то кому-то… — Лера сделала шаг назад и схватила полотенце, вытирая руки. Взяла крем и, выдернув пробку, обмыла кожу холодной водой, опять высушила и нанесла увлажняющее средство. — Как же противно от того, что у меня такая кожа… Тронешь — рассыпется, и шрамы останутся от любой царапины. Отражение смотрело на неё. Лера услышала его голос: «Не думала, что ты вырастешь такой…» и улыбнулась. Она же так и хотела: чтобы все поражались, и неважно, за что и почему, главное — это "восхищение". Девушка вышла из ванной. Не было больше смысла находиться там и говорить с существом из зеркала. В комнате было спокойнее, но… Лера чувствовала если не присутствие, так точно взгляд прямо на себе. Она осмотрелась, взглянула на потолок и поняла, что над ней стоит отражение и, опустив голову, глядит на её ноги. Вспомни свои сны Вспомни те галлюцинации Вспомни как мы играли Вспомни меня… Лера кашлянула. Уже не осталось им того приглушенного антидепрессантами и успокоительными, прописанными психотерапевтами. Опасность явно была, но теперь не чувствовала мозг заморозился, сердце тоже, нужно сходить и попросить ещё и снотворное, а ещё лучше что-то от галлюцинаций, об них знает только Эвелина и пару подруг. От упоминания девушки стало как-то тоскливо, Лера посмотрела на свой телефон. — Может, написать? … Нет. — Сейчас не нужно, так она только будет долго отвечать и делать паузы в разговоре из-за этого отражения. — Может лучше обратишь внимание на меня? — Оно залезло на кровать, хотя скорее на Леру, если бы отражение было не прозрачным, в обычной жизни она вглядывалась в стеклянные глаза. Попытавшись отойти, девушка почувствовала, как её предплечье сжали, на нём появились красные следы. Лера не обратила особого внимания, это место давно не чувствовало боли, измученное лезвием, царапинами и кипятком. Она все-таки встала и ушла в самое безопасное сейчас место — на улицу, там уж точно негде взять зеркало. Леру будто тянуло назад, дом не хотел отпускать, но девушка всё равно шагала к двери. «Нужно к врачу… нужны новые таблетки снотворное, так ещё и закончились успокоительные…» Она дернула дверь и, выйдя, села на диван. Глаза опустели, эмоций и так было немного, но теперь они пропали окончательно. Тишина, которая была снаружи, немного напрягла бы, но она этого не чувствует. Лера стала засыпать. Но ведь нельзя, что скажут соседи или мать? Ой, вот она точно найдёт, как её унизить, вспомнит всё, от детских страхов до её выбора в отношениях. Девушка только сейчас поняла, что оставила телефон в комнате, то есть и связи у неё нет. Серо-зеленые глаза оглядели знакомые места, её двор, окружённый серым высоким забором, деревья вишни, груши, миндаля, под которым уже год десятый лежал камень с именем Даша. Даша… почему она в детстве прилепилась к этому имени? Встав, Лера пошла в небольшую клумбу, на которую решили высадить не только цветочки, но и деревья. Подойдя к миндалю, девушка наклонилась, круглый светлый камень лежал на своём старом месте, только… надпись изменилась. Вместо кривых букв «Даша» было написано «вспомни». Лера задышала быстрее, поперхнулась слюной и воздухом, развернулась и быстрым шагом вернулась на диван. — Что за пиздец!? — она упала на диван. Дыхание не приходило приходить в норму. Голова потяжелела и упала на спинку. Она отключалась. Сердце неприятно кололо, пыталось вернуть эмоции, но бесполезно. Тело стало слишком тяжёлым, чтобы шевелиться, это оцепенение было таким сладким, но одновременно и отвратительным, почему именно сейчас? Дыхание замедлилось. Она видела, как ей кто-то машет, что-то говорит, но девушка не слышала слов, не понимала их. Глаза окончательно закрылись, сил сопротивляться больше нет. Лера погружалась в липкий полунаркотический бред, перед глазами стояли странные образы, от них тянуло на рвоту, куча крови, органы, разбросанные по земле, глаза, которые постоянно смотрят на неё, а в конце зеркало… Там стоит и смотрит оно. Лера подходит ближе и слышит тихое: «Поиграем в прятки?» Отражение и не ждет её ответа, отворачивается от неё и начинает считать. Девушка разворачивается, босые ноги наступают и раздавливают человеческие органы, они налипают на кожу неприятной пленкой, Лера чуть ли не падает, но нужно бежать. Она побежала по лестнице вниз, вжимаясь руками в поручень, лишь бы не упасть, залезла под неё и зажала рот рукой. «Чур меня… чур меня» — начала она непонятно зачем, фраза сама появилась в голове. Она слышала шаги. Прямо рядом, словно над собой… дыхание опять ускорилось и сбилось, дышать было сложно, чуть ли не невозможно. Женский плачь… тихое пение: «выйти ли мне из тебя? Уйду, если сможешь спастись…» Неуверенные шаги донеслись совсем рядом, Лера была уверена, что это не оно… сверху существо всё ещё искало. Девушка подняла взгляд, перед ней стояла Эвелина. Ноги все в крови, на волосах видны листья деревьев, вся она в царапинах. Эва бросилась к ней в объятия, по её щекам потекли слёзы. Девушка спрятала лицо в её плечо, зашептала прерывисто: — Милая… милая… оно там… там! — её тело дрожало, Лера поцеловала лоб девушки и погладила по голове. — Я знаю… тихо — шаги ускорились, существо бегало и искало их, часы тикали. Но… всё замолчало, её тело похолодело, будто она умерла, Лера коченела как труп. Они оказались в белой комнате, по колено в крови и внутренностях. Отвращение заставило дёрнуться, ноги задрожали, она прижала Эвелину к себе и хотела поднять на руки, но они были грязными, девушка бы выскользнула и упала прямо в этот «коктейль». — Сегодня вы выиграли! — сказало отражение, и кровь стала уходить будто в канализацию. Обе девушки выдохнули с облегчением. — Спокойной ночи! — оно улыбнулось. Все пропало, Лера проснулась по колено в крови сидящей на диване. Она встала и взяла шланг и стала смывать красную жидкость, раскрашивая асфальт. Скоро придет мать.