Сталкер

Знаете ли вы, что такое "сталкинг"? Это понятие, которое, к сожалению, становится всё более актуальным в современном мире, и часто остается в тени, несмотря на серьёзные последствия для жертв. Можно сказать, что это слежка за человеком, но определение "сталкинг" выходит далеко за рамки простого физического преследования. Это навязчивое поведение, которое вызывает у жертвы обоснованный страх, тревогу и чувство незащищенности. Это ощущение, будто ты – открытая книга, лишён какой-либо приватности, и твои действия, мысли и чувства постоянно находятся под наблюдением. Важно понимать, что такие чувства не возникают мгновенно, а постепенно накапливаются, по нарастающей, словно зловещая тень, которая с каждым днём становится всё гуще и темнее..

***

Слежка

Обычное утро. Быстрый завтрак – тост с сыром и чашка крепкого кофе, чтобы взбодриться перед началом учебного дня. Ваня, студент второго курса факультета информационных технологий, торопился, опаздывая на первую пару. Он быстро вышел из квартиры, захлопнув дверь, и выскочив в подъезд. Закрыл дверь на замок, проверил еще раз, да и побежал по лестнице вниз, стараясь не задеть никого локтем. Быстрый спуск и вот он уже на свежем воздухе. С утра ещё было слегка прохладно, воздух был влажным и пах осенней листвой, и по спине пробежались мурашки – обычное явление для него, особенно в это время года. Но быстро отмахнув их, как от неприятного воспоминания, Ваня пошёл в сторону уже знакомого университета, расположенного в нескольких кварталах от его дома. Он хорошо знал этот маршрут, каждый поворот, каждый магазинчик по пути. Быстрый шаги, привычный ритм, и вдруг по спине вновь пробегаются мурашки, более сильные, чем прежде. Ваня, не обратив на них особого внимания, отмахнул их в сторону, свернул по дороге налево, решив сократить путь через небольшой сквер. Но холодок, словно липкий туман, никуда не исчезли, а наоборот, стали ощущаться более отчётливо, проникая в каждую клеточку тела. Он почувствовал странное беспокойство, словно за ним кто-то наблюдает. Обернувшись, Ваня непонимающе уставился на сзади идущих прохожих. Молодые мамы с колясками, спешащие на работу мужчины, пожилая пара, – они не обращали на него никакого внимания, увлеченные своими делами. И мурашки, казалось, немного отступили, растворившись в утренней суете. Ваня с облегчением вздохнул, решив, что это просто игра воображения, вызванная усталостью. Задумчиво хмыкнув, парень развернулся и пошёл к приближаюшемуся учебному заведению. Здание университета, с его высокими колоннами и широкими окнами, казалось неприступной крепостью, символом знаний и стабильности. И подходя к нему ближе, по спине вновь пробрался холодок, но Ваня уже не обратил на него внимания, думая что это просто влияние погоды на его тело, или, может быть, просто нервы перед предстоящей контрольной по высшей математике. Он попытался отвлечься, вспоминая вчерашний хоккейный матч, но неприятное ощущение не покидало его. Ох, как же он ошибался.. Этот холодок был не просто предчувствием, а первым тревожным звоночком, предупреждающим о надвигающейся опасности, о том, что он стал объектом чьего-то нездорового внимания, о том, что его жизнь уже никогда не будет прежней.

***

Вечер медленно опускался на город, окрашивая небо в приглушенные оттенки багрянца и фиолетового. Занятия в университете, утомительные и насыщенные лекциями по теоретической физике, наконец-то закончились. Ваня, выходя из массивного здания с колоннами, бросил короткий взгляд на своих однокурсников, машущих ему на прощание. В воздухе витал запах осенней листвы и лёгкой прохлады. В последний раз, бросив быстрый взгляд в сторону знакомого здания, он направился к своему дому, расположенному в тихом спальном районе. И вдруг, по спине пробежали знакомые мурашки, а по коже ощутился странный, неприятный холодок, точно такой же, как утром. Ваня невольно вздрогнул. Обернувшись назад, он с тревогой огляделся, но увидел лишь непроглядную тьму и густую темноту, лишь слабый свет старых фонарей едва пробивался сквозь плотную завесу вечера, еле освещая дорогу. Улицы казались пустынными и безмолвными, лишь редкие прохожие спешили домой, кутаясь в теплые шарфы. Закусив нижнюю губу, привычным жестом, чтобы хоть как-то справиться с нарастающим беспокойством, шатен развернулся и направился к дому, пытаясь убедить себя, что это всего лишь вечерние заморозки, которые были очень частыми в середине осени. В этом году осень выдалась особенно прохладной, и ночные температуры часто опускались ниже нуля. Но рациональные объяснения не могли заглушить нарастающее чувство тревоги. Всё равно было какое-то странное, необъяснимое ощущение, будто к нему сзади крадется какой-то невидимый хищник, подбираясь все ближе и ближе, и вот-вот никинется на него, чтобы поглотить, не пережевывая. Этот образ, возникший в его голове, был настолько ярким и пугающим, что Ваня невольно ускорил шаг. Он чувствовал, как сердце бешено колотится в груди, а дыхание стало прерывистым и поверхностным. Уже подходя к подъезду, это гнетущее чувство вдруг исчезло, словно его и не было. Барашкин, с облегчением выдохнув, обернулся и с тревогой оглянулся. Сзади не было ничего, кроме непроглядной темноты и ветра, гуляющего по детской площадке, раскачивая пустые качели и шурша опавшими листьями. Тихий и облегчающий вздох слетел с его уст, словно сбросив тяжелый груз. Достав из кармана ключи, он открыл дверь своим ключом и, чувствуя себя немного более спокойно, зашёл внутрь подъезда, поднимаясь на лифте на нужный этаж.

***

Прошло две недели, а Ваню так и не покидал этот странный холодок и мурашки по коже, будто в его спине и шее хотели проделать дыру, огромную, зияющую дыру, через которую можно было в открытую смотреть Он пытался рационализировать свои ощущения, списывая их на усталость или стресс, но ничто не помогало. Ваня то и дело кусил нижнюю губу, из-за чего та стала по немногу превращаться в кровавое месиво. Парень так активно и часто её кусал, пытаясь хоть как-то успокоить нервы, что она начала кровоточить, оставляя на зубах металлический привкус. Он старался не обращать внимания на эту неприятную деталь, но постоянная боль и кровь лишь усиливали его тревогу. Но ещё через пару дней всё стало как-то по-прежнему – холода и мурашек, казалось, отступили, словно их и не было. Но это не успокоило Ваню, а наоборот, насторожило. Тишина, воцарившаяся после бури, казалась еще более зловещей, чем сама буря. Как будто затишье перед бурей… Он чувствовал, что что-то надвигается.. И эта мысль не давала ему покоя. Но потом она пропало оставив его в покое на какое-то время..

Сбор информации

Ваня сидел, уткнувшись в экран своего смартфона, уже добрый час. Пальцы машинально скользили по фотографиям, мелькающим одна за другой. Обычные, ничем не примечательные снимки из телефона – моменты из повседневной жизни, запечатленные случайным образом. Некоторые из них, он помнил, прислала заботливая мама или отец, делясь забавными моментами из его детства. Пролистывая ленту, он машинально проверял сообщения в Telegram и WhatsApp. Просто скучно, вот и смотрит всё подряд, надеясь на что-то интересное, хоть немного отвлечься от навязчивой рутины. Бесконечный поток информации, который, казалось, ничем не мог заполнить пустоту, возникшую от безделья. Зайдя в ВКонтакте, парня встретило всплывающее уведомление: "Пользователю "." понравилось ваше фото". Небольшой, но настойчивый сигнал, выбившийся из общего потока. — Хм? Что за странный ник? – задумчиво проговорил шатен, нахмурив брови. Он зашёл в уведомления, пытаясь разглядеть, что же за таинственный пользователь оценил его фотографию. На экране появилась его фотка из девятого класса. Он ещё тогда, в параллели, увлечённо занимался хоккеем, мечтая о карьере профессионального спортсмена. Сейчас ему уже 19, и он успел уже забыть об этой фотографии, о той наивной уверенности в себе, которая светилась в его глазах. Это же сколько нужно было пролистать, чтобы докопаться до этой фотки, среди тысячи, а то и больше, снимков! М-да, странный чел.. Мысль о том, что кто-то потратил столько времени, чтобы найти именно этот снимок, казалась абсурдной и немного пугающей. Зайдя на аккаунт этого пользователя, Ваня обнаружил, что там не было ни одной фотографии, даже аватарки не было. Пустой, безликий профиль. Как будто маньяк какой-то, скрывающийся за анонимностью сети. Впрочем у многих точно так же – создают пустые аккаунты. Отбросив глупые, но навязчивые мысли в сторону, парень вновь продолжил смотреть какие-то посты, которые попадались в рекомендациях. Бесконечный поток рекламы, новостей и мемов, призванных удержать внимание пользователя. Но потом появилось ещё одно уведомление, точно такое же. "Пользователю "." понравилось ваше фото". На этот раз что-то внутри Вани дрогнуло.. Барашкин недовольно хмыкнул и зашёл, чтобы выяснить, что же за фото на этот раз лайкнул этот странный пользователь. И тут его охватило удивление: это была самая первая фотография, самая-самая первая! Ему было где-то 13 или 12 на этой фотке – неуклюжий подросток с большими глазами и неловкой улыбкой, запечатлённый, вероятно, на каком-то семейном празднике. Ещё один хмык, и телефон резко выключается. Ваня оставил его на столе, а сам пошёл в другую комнату за ноутбуком. Лучше фильм посмотреть, отвлечься от этой странной ситуации.

***

Прошло часа два, и шатен даже успел немного поспать, погрузившись в полудрему. Легонько потянулся, отставил ноут в сторону и, встав с кровати, пошёл на кухню попить воды, в горле было очень сухо. Включив свет, парень подошёл к раковине и быстро набрав в первую попавшуюся кружку воды, с жаждой осушил её за несколько секунд. Взгляд перешёл к окну. Там уже непроглядная ночь, укутывающая город в бархатную темноту. Лишь редкие огни машин прорезали эту тьму, словно звёзды, упавшие на землю. Взгляд зацепился за стол на котором лежал телефон. Быстро подойдя к нему, взял и разблокировал экран. И тут его обрушило лавиной уведомлений. При чём очень много… В ВК где-то 17, в Telegram, в WhatsApp – сообщения сыпались один за другим, словно град. Родители, друзья, знакомые, просто спам, и этот непонятный пользователь ".". Он ничего не комментировал, просто лайкал. Бесстрастно, методично, словно машина. — Может заблокировать? Или ограничить доступ? — вдруг появилась мысль в голове у Вани, и какое-то неправильное чувство, смесь тревоги и любопытства, начало подниматься в груди и горле, будто что-то давило, сковывало движения. Он чувствовал себя неловко, будто за ним наблюдают. Отбросив эту затею, парень пошёл к себе в комнату спать, пытаясь забыть о странном пользователе и его необъяснимых лайках. Но ощущение, что за ним кто-то наблюдает, не покидало его. Он лёг в кровать, но сон не приходил, а в голове крутились вопросы, на которые не было ответов. Кто этот человек? И зачем он лайкает его фотографии?

Подарки

Утро. Часов семь, едва забрезжил рассвет, и первые лучи солнца робко проникали сквозь щели в жалюзи. Звонок в дверь вырвал Ваню из полудремы. Парень только-только начал разлепливать свои сонные глаза, чувствуя, как тяжелые веки неохотно расходились, и приподнялся с кровати. Комната была погружена в полумрак, и он пошатываясь направился к двери. — Утро воскресенья, кого там мне чёрт послал!? — недовольно протянул шатен, потирая глаза и вставая с кровати. Быстрые шаги, сонно озираясь, и вот он уже возле входной двери, смотрит в глазок – никого. Только пустой лестничный пролёт, залитый тусклым светом.,— Странно. Кто-то решил пошутить? Открыв дверь ключом, Ваня аккуратно выглянул в подъезд. Никого не было, только тишина и запах старого бетона. А на коврике возле двери лежала красная роза. Ни конверта, ни ленты, ни обёртки, просто одна, яркая, алая роза. Аккуратно взяв её в руки, Ваня начал с интересом разглядывать цветок. Лепестки были бархатистыми, а бутон – идеально раскрытым. На ней не было шипов, что говорило о том, что кто-то постарался, чтобы избавиться от них, аккуратно обрезав стебель. Это добавляло загадочности. Лёгкий румянец и улыбка появились как-то быстро и неосознанно на лице Вани. Было приятно, хотя и странно, кто это интересно подкинул ему под дверь розу? Кто-то, очевидно, хотел сделать ему приятное, но анонимность этого жеста казалась немного пугающей. И вот после этой розы началось всё остальное… Сначала это казалось забавным, даже милым. Букеты, конфеты – шоколадные трюфели в ярких обёртках, карамельки с нежным ванильным вкусом, – какие-то безделушки: брелок в виде смешного котика, магнит на холодильник с изображением забавной собаки, открытка с нежным пейзажем. Каждый день появлялось что-то новое, оставляя Ване ощущение лёгкой растерянности и удивления. И каждый раз становилось как-то жутко. Да, до этого было приятно, даже забавно, но спустя две недели этих подарочков, стало не комфортно. Это уже не казалось спонтанным проявлением симпатии, а скорее навязчивым вниманием. Ваня начал чувствовать себя неловко, словно за ним кто-то наблюдает. И вот теперь они были на мусорке. Разноцветные обёрки, смятые бумага, увядшие цветы – всё это валялось в грязном контейнере. Местные бабушки, выгуливающие своих собак, только как-то странно поглядывали на это зрелище: взрослый паренёк выкидывает цветы, конфеты и прочую мелочь в мусорку. В их взглядах читалось недоумение и лёгкое осуждение. Барашкину уже и самому было как-то неловко от этих презентов на своём пороге. Он чувствовал себя неловко и уязвимо, словно кто-то вторгается в его личное пространство. Но вот сегодня был последний.. Вечер, звонок в дверь и вот Ваня стоит у двери, сжав кулаки, и хочет обматерить этого неизвестного человека прямо в лицо! Он был на грани срыва, раздражённый и испуганный. Открыв дверь, прямо на него смотрел плюшевый волчонок. Большой, серый, с добрыми, вышитыми глазами. В руках у него небольшой конвертик, словно приклеенный к игрушке. Подойдя ближе, Ваня поднял мягкую игрушку и с прищуром посмотрел на конверт. Сейчас идти до мусорки как-то поздно, да и он уже в пижаме, в старых спортивных штанах и вытянутой футболке. Зайдя обратно в квартиру и закрыв дверь, Ваня прислонился к двери спиной и томно вздохнул. — Как же мне это надоело… – пробормотал он, чувствуя, как усталость и раздражение наваливаются на него. Волка поставил на тумбочку для обуви, рядом с ключами, а сам прошёл к себе в комнату с прищуром разглядывая бумажку. Аккуратно открыв его внутри было письмо сложенное в двое. Бумага была тонкой, кремового цвета. На листе был аккуратный текст, написанный синими чернилами:

Не нужно выкидывать подарки. Мне конечно не жалко денег, но очень обидно, что они достаются мусорному баку. Больше не буду ничего дарить, пока что.. Оставь себе хотя бы этого волчонка, ему так нужен дом..

Ваня непонимающе смотрел на слова. То и дело переводя взгляд на комнатную дверь, которая вела в коридор, а в нём так и остался этот плюшевый волк, сидящий на тумбочке, словно ждущий чего-то. Сложив письмо в двое, Ваня вложил обратно в конверт и убрал от глаз подальше, спрятав его в дальний ящик комода. — Какой "маньяк" присылает мне подарки.. – пробормотал он, падая на кровать и прижимая подушку к себе ближе., – Господи, за что мне это?! – прошептал он, чувствуя, как страх и беспокойство сковывают его.

***

— Вань. — А, да? — Ваня поматал головой, отгоняя назойливые мысли. Прикусив губу, он добавил., — Извини, Ген, я.. Задумался в общем. — Вижу-вижу, о чём хоть? — с лёгким интересом, граничащим с любопытством, поглядывая на парня, произнёс Палкин. Он отпил кофе, прищурившись, словно пытаясь разгадать, что терзает друга. — Эм.. Меня кто-то преследует. — Чего?! — Гена чуть не подавился напитком, вытаращив глаза. — Тише, тише! Мы ж всё-таки в людном месте. — произнес шатен, нервно поглядывая на людей, сидящих за соседними столиками в кафе. — Вань. Ты сейчас серьёзно или прикалываешься? — Да я на полном серьёзе! — не выдерживая, выпалил Барашкин, тихо вздыхая. Он чувствовал, как внутри нарастает тревога, словно свинцовая тяжесть., — Сначала были какие-то догадки, смутные ощущения, а сейчас я уверен на все сто процентов, что за мной кто-то следит. Это не паранойя, Ген, я это чувствую. — А какие-то доказательства есть? Что-то конкретное, кроме ощущения? — Доказательства.. Ну, я даже не особо понимаю, когда это началось.. Может, месяц назад или больше. Сначала я чувствовал холод по коже, как будто на меня кто-то смотрит. Но не просто смотрит, а будто хочет пронзить взглядом, вытащить что-то из меня. Это было неприятное, липкое ощущение. Потом.. Эм, кто-то начал лайкать мои старые фотографии в ВК. Фотографии, которые я давно забыл, на которых я был ещё совсем ребенком. Это было странно.. А потом, а потом.. Подарки. — Подарки? — с прищуром поворил Гена, нахмурив брови. В его голосе проскользнула нотка беспокойства. — Да, он.. или она подкидывал их мне на порог двери. Это были мелочи: цветы, конфеты, безбелушки. Ничего прям супер ценного, но.. жутко. И это продолжалось две недели, а в один момент.. Появилось письмо и волк, и больше их не было. — Письмо и волк? — Да. — закивал Ваня, чувствуя, как его голос дрожит., — А в том письме он.. или она писал, что ему обидно, что я выбрасываю его подарки, и попросил оставить хотя бы этого волка. — Плюшевого? — Нет, блин, живого! Ну конечно плюшевого, Ген! — недовольно протянул шатен., — У меня вообще-то проблема, а он тут шутит. — Вань, может, ты преувеличиваешь? Может, это розыгрыш какой-то? — Что? — в непонимании произнёс шатен. — Не пойми меня неправильно, но ведь этот.. кто бы это ни был, пока ничего противозаконного не сделал. Да и ты сам сказал, что он забросил это дело, не так ли? Может, просто кто-то решил пошутить, а потом передумал? — По сути да, он не делал ничего, чтобы причинить мне прямой вред. Но ведь его не было от силы недели. А вдруг он, ну или она, вернётся? Вдруг это была просто пауза? — Мм.. — отпив немного кофе, Гена продолжил, задумчиво глядя в окно., — То есть никаких прямых контактов между вами не было? Ни звонков, ни сообщений, ни встреч? — Ну да. Абсолютно никаких. — Ну так зачем переживать? Он, или она тебя не трогают. Значит, и не тронут больше. Просто дыши глубже и позитивнее. Попробуй отвлечься, займись чем-нибудь. — Возможно, ты прав.. — тихо прошептал Барашкин, поглядывая на свой уже остывший кофе. Он чувствовал себя выжатым, как лимон.

***

— Пока, Вань! — крикнул напоследок Гена и ушёл в противоположную от шатена сторону, оставив его наедине со своими мыслями. Барашкин помахал рукой на прощание и глубоко вздохнув пошёл в сторону дома. Вечерний воздух казался особенно холодным. Аккуратные и тихие шаги отдавались эхом в ушах, усиливая ощущение одиночества. Слишком много мыслей за последнее время.. Они кружились в голове, как рой пчел.. — Может, Гена, прав? Он меня не трогает.. Может, успокоился и оставил меня в покое? — быстрые шаги, а мысли стали слишком напряжёнными. В голове сплошной бардак, и вот неудачный шаг, и он влетает в какого-то человека. Сразу же слышится недовольный возглас: "Ай!". Барашкин слегка пошатнулся, но быстро выпрямился и сразу же произнёс: "Извините, пожалуйста!". Он чувствовал, как краснеет от стыда. — Мысли не дают покоя? — спокойно спросил незнакомец, его голос был мягким и располагающим. Только сейчас шатен поднял опущенную голову. Перед ним стоял широкоплечий брюнет с карими глазами, в которых читалось сочувствие. Он был одет в пальто, на лице черная маска, и не было ни капли раздражения. — Так заметно? — снова как-то поникнув произнёс шатен. Он чувствовал себя уязвимым и беспомощным. — Не очень, но всё же видно. — парень говорил без всякого стеснения, словно это было совершенно обычным делом. В его взгляде не было осуждения. — Ох, ещё раз извините, что влетел в вас, досвидания. — быстро сказал Ваня и, не дожидаясь ответа, пошёл дальше, стараясь не встречаться с незнакомцем взглядом. Парень то и дело смотрел ему в след, слегка ухмыляясь..

Попытки контакта

Ваня стал за эти пару недель, прошедших после странного инцидента, излишне нервным, словно чьё-то невидимое присутствие продолжало давить на него, заставляя чувствовать себя под наблюдением. Воздух вокруг казался пропитанным напряжением, каждое движение отдавалось эхом тревоги. В голове было слишком много хлама, обрывки мыслей, тревожные предчувствия, неясные образы, которые никак не хотели складываться в единую картину. Это было похоже на переполненный жёсткий диск, где каждый новый файл стирал часть старых, но не создавал ничего полезного. Каждый раз, когда его звали, он резко дёргался, словно от удара током, и только потом, с задержкой, поворачивался к говорящему. Когда кто-то его касался, даже случайно, он вздрагивал и резко оборачивался, словно ожидая нападения. Его тело словно настроилось на режим повышенной готовности, реагируя на малейшие изменения в окружающей среде. Он был слишком нервный, почти невыносимо. Этот кто-то, этот невидимый преследователь, не давал ему покоя, а потом он стал ещё и рассеянным. Забывал важные вещи: сумку с учебниками, телефон, который так необходим для связи с друзьями и семьей, даже ключи от квартиры умудрился забыть в аудитории после лекции. Хорошо хоть никто не взял, иначе пришлось бы объяснять, как он оказался бездомным посреди ночи. Погода на улице сменилась с золотой осени на суровую зиму, и стало заметно холодать. Дыхание вырывалось клубами белого пара, словно маленькие призраки, танцующие в воздухе. Каждый вдох казался болезненным, а выдох – предвестником скорой зимы. Быр! Мороз! Он пробирал до костей, заставляя кутаться в шарф и плотнее застегивать куртку. Погода начала становиться неприятной, слякоть стала частым явлением. Дождь, смешанный с грязью, превращал улицы в скользкие и унылые потоки. Но вот ещё более частым явлением стал один парень.. Он то и дело подходил к Ване, то задавая невинные вопросы о курсе, то просто говоря от балды, комментируя погоду или что-то, что видел на улице. Сначала это казалось безобидным, даже немного забавным, но потом тот стал очень назойливым. Прицепился к нему как банный лист, не отходил ни на шаг, и не хотел отлипать. Его присутствие стало ощутимым грузом, давящим на плечи. А как его звали для Вани до сих пор оставался вопросом. Он не помнил, чтобы этот брюнет хоть что-то о себе говорил, словно намеренно скрывал свою личность. Ни имени, ни увлечений – ничего, кроме навязчивой улыбки и пристального взгляда. И вот в очередной раз они встречаются на выходе из университета, среди толпы студентов, спешащих по своим делам. — Привет, Вань. — здоровается брюнет, подходя ближе к шатену, его голос был мягким и мелодичным, но в нём чувствовалась какая-то скрытая нотка. — Ага. — коротко отвечает Ваня, стараясь не смотреть в глаза собеседнику. — Как пары? Всё хорошо? — Нормально. — уклончиво отвечает Ваня, надеясь, что разговор закончится на этом. — Чё ты такой грустный? Хер сосал не вкусный? — слегка хихикая проговорил брюнет, поправляя свою чёрную маску на лице. Маска, казалось, скрывала больше, чем просто лицо – она скрывала его истинные намерения.. — А тебе заняться не чем, эм.. Боже.. — Ваня чувствовал, как его щёки заливаются краской от смущения и раздражения. — Можно просто Рома. — заметив замешательство парня, сразу же сказал этот Рома, словно пытаясь сгладить неловкость. — Эм.. Ладно, Рома. — от появления его имени стало как-то ещё не комфортнее, словно открылась новая, ещё более тревожная глава. Но брюнету, казалось, было приятно, что Ваня говорил его имя, словно это был первый шаг к чему-то большему., — Не мог бы ты оставить меня в покое? — Чего? — непонимающе произнёс он, делая вид, что не понял просьбу. — Отстань от меня, пожалуйста. Мне не комфортно.. — Ваня старался говорить твердо, но в голосе звучала дрожь. Ваня быстро прошёл мимо парня, даже не смотря на него. Шатен уже далеко успел уйти, растворившись в толпе, а брюнет только сейчас начал тихо хихикать, словно наслаждаясь его "побегом". — Оставить в покое? Ох, милый, это ещё далеко не конец.. — ухмыляясь произносит он, уходя в другую сторону, его фигура постепенно исчезала в сумерках.

***

Прошёл ещё месяц. И теперь присутствие Ромы стало слишком, слишком частым. Он был везде! От слова совсем! Везде и всюду. В библиотеке, в кафе, на остановке, даже в его любимом парке. Казалось, он умеет появляться из ниоткуда, словно призрак. Как же это бесило Ваню, как же ему надоела эта рожа, этот навязчивый взгляд, эти пустые разговоры. Он чувствовал себя загнанным в угол, лишенным личного пространства.. — Отстань! Оставь меня! — не выдержав, крикнул он, когда парень вновь появился рядом, словно нарочно вынырнув из ниоткуда. Быстрые шаги и Барашкин бежит к себе домой, надеясь, что сможет хоть немного передохнуть от этого преследования, а Рома.. А что Рома? Он стоял на месте, наблюдая за удаляющейся фигурой Вани, его лицо было непроницаемым, словно маска. Ему уже и самому надоело это бездействие, эта игра в кошки-мышки. Пора идти дальше, пора переходить к следующему этапу..

Манипуляции и запугивание

Когда.. Когда это началось? Точно вспомнить невозможно. Сначала это были случайные встречи, мимолетные взгляды, которые Ваня списывал на совпадение. Замечал его в толпе, в автобусе, в кафе, где он обычно пил кофе после занятий. Просто ещё один незнакомец в многолюдном городе. Но постепенно эти "случайности" становились все более частыми, а потом и навязчивыми.. Когда это закончится!? Этот вопрос эхом отдавался в голове Вани, не давая ему покоя. Он пытался игнорировать, отмахиваться, убеждать себя, что всё это – плод его воображения, вызванный усталостью и стрессом. Но с каждым днём становилось всё труднее.. Теперь он ходит за ним по пятам. Везде и всюду.. Даже там, где Ваня чувствовал себя в безопасности – в своей квартире, в спортзале, в парке. Он словно тень, неотступно следующая за ним, всегда на расстоянии вытянутой руки, но никогда не приближаясь слишком близко, чтобы не спугнуть. И теперь стало ещё страшнее, хотелось сбежать куда угодно, лишь бы не видеть этого Рому. Этого сталкера.. Это грёбоного сталкера! Ваня с ненавистью повторял это про себя, чувствуя, как ком подступает к горлу. Он пытался рассказать об этом родителям, но они лишь отмахивались, говоря, что он просто параноит, что ему нужно больше отдыхать и меньше думать о всякой ерунде. Друзья тоже не понимали, советовали обратиться к психологу. Но Ваня боялся. Боялся, что ему не поверят, что посчитают сумасшедшим.. Ваня не может спокойно идти по улице, то и дело озираясь назад или впиваясь взглядом в людей, которые идут впереди. Он постоянно чувствует на себе чей-то взгляд, ощущает чье-то присутствие. Каждый шорох, каждый скрип двери, каждый звук шагов заставляет его вздрагивать. Он стал нервным, раздражительным, замкнутым. Перестал выходить из дома без крайней необходимости, избегал людных мест. В один день стало слишком рискованно. Ваня возвращался домой с университета, уставший и измотанный. Он шёл по тихой улице, погруженный в свои мысли, когда вдруг почувствовал, что за ним кто-то идёт. Обернулся и увидел его – Рому. Тот стоял в тени, прислонившись к стене, и смотрел на него своими тёмными, пронзительными глазами. Он пришёл как из неоткуда, это на половину закрытое маской лицо пугало. Маска, казалось, скрывала не только его лицо, но и что-то еще – его истинные намерения, его чувства. Хотелось сбежать, да некуда, его прижали к стене. Ваня почувствовал, как его сердце бешено заколотилось, а в горле пересохло. — Хватит. Прекрати за мной ходить! — вскрикнул шатен, пытаясь оттолкнуть от себя парня, но тот только хмыкнул и приблизился прямо к лицу. Смотрит прямо в Ванины голубые глаза, проникая в них каждой клеткой своего тела.. Взгляд Ромы был тяжёлым, настойчивым, словно он пытался прочесть его мысли, проникнуть в самую душу. — Ну чего ты так раскричался, солнце? — промурлыкал брюнет, и Ване стало противно от этого ласкового обращения. Резкий удар, и вот брюнет уже сидит на бетонной дороге, чувствуя боль в ушах и головокружение. — Оставь меня в покое! Ты грёбанный сталкер! — Солнце, ты слишком громкий.. — тихо молвит он, вставая с тротуара, отряхивая своё пальто. И вновь смотрит на него, только вот уже с какой-то… злобой, яростью., — Я ведь всего лишь хочу убедиться, что с тобой всё в порядке.. — в его голосе звучала фальшивая забота, которая только усиливала отвращение Вани. Что за чушь несёт этот парень!? — По твоему это своего рода забота..? — непонимающе произносит Барашкин, кровь в венах вскипала. Он чувствовал, как его тело напряглось, готовясь к бегству или к схватке., — Это чушь собачья! — С чего это ты взял, что это "чушь", да ещё и собачья? — сам себе пожимая плечами произнёс Рома, убирая ладони в карманы.,— Ты самое ценное, что у меня есть. — Я тебе не вещь! — Хм.. Уверен? — спросил брюнет, бросая на юношу короткий взгляд., — Я везде за тобой наблюдаю. Я знаю тебя лучше, чем твоя мама.. Шатен отрицательно закачал головой. Нет, нет, нет! Он знает не много! Он знает только то, где он учится и живёт.. Хотя этого и так много. Эта информация легкодоступна в интернете, в социальных сетях. Но Ваня чувствовал, что Рома знает о нём что-то ещё, что-то личное, что-то, что он никому не рассказывал. — Не веришь? Хм.. У тебя есть шрам, на левой ноге, чуть ли не у самой пятки. — Ваня замирает, чувствуя, как сердце стало биться сильнее.,— Он такой белый.. Его даже в темноте трудно не заметить. Это шрам появился позапрошлым летом, о нём даже родители не знают, что уж тут говорить о друзьях или знакомых.. Ваня получил его, упав с велосипеда, когда катался в лесу. Он пытался скрыть этот шрам, стыдился его, боялся, что кто-то высмеет его. — Теперь веришь? — пару шагов и вот он рядом, его дыхание обжигает шею.,— Я не позволю тебе жить без меня.. Я буду везде и всюду.. Солнце.. И вот он вновь встречается взглядом с этими карими глазами и по телу пробегают мурашки, как в самом начале.. Вспомнились первые случайные встречи, когда Ваня ещё не подозревал о навязчивости Ромы, когда он видел в нем просто парня. — Может ты и не хочешь меня видеть, но я буду знать о тебе всё.. Как там говорят? — он на мгновение замолкает, свободной рукой отодвигает маску вниз, открывая лицо. Под маской оказалось красивое, но холодное лицо с тонкими чертами и пронзительным взглядом., — Люблю, любил и буду любить.. И вот его губы оставляют лёгкий поцелуй на губах, а сердце кажется замерло, как и сам Ваня. Это был короткий, мимолетный поцелуй, но он оставил после себя ощущение холода и отвращения. Рома отпрянул быстро и быстро вернул маску на прежнюю позицию, ушёл, растворившись в вечерней суете. Оставив Барашкина ненадолго одного.. Ваня стоял, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Его тело дрожало, а в голове царил хаос..

Последствия

Голос.. Он звучал повсюду, словно эхо в бесконечном коридоре разума. Сначала тихий шепот, потом настойчивый гул, теперь – оглушительный крик, разрывающий мозг.. Он как открытая книга, отчаянно пытаясь уцепиться за остатки здравомыслия. Книга, которую кто-то написал, не давая ему ни единой страницы для собственных мыслей. Он везде. Он витал в воздухе, проникал сквозь стены, пульсировал в каждой трещинке этой чёртовой квартиры! Везде! Каждая тень, каждый скрип половицы – всё пропитано его присутствием. — Уйди! Оставь меня в покое! — надрывно кричал Ваня, стараясь закрыть свои уши так сильно, чтобы не слышать этот голос. Он сжимал ладони до побелевших костяшек, надеясь, что физический барьер хоть как-то поможет отгородиться от невидимого мучителя. Но он его всё равно слышал, как будто он был прямо у него в голове, шептал прямо в мозг, проникая в самые потаённые уголки сознания. "Не могу.. Я никогда не оставлю тебя.." – голос звучал сладко, но в этой сладости чувствовалась стальная хватка. В голове туман, на глазах слёзы, горло болит от криков. Каждая клеточка тела кричит от боли, от безысходности. Он чувствовал, как его личность растворяется, поглощается этим невидимым врагом. — Замолчи! Заткнись! — вновь закричал парень, вжимаясь в угол комнаты, прижимая колени к груди и закрывая уши руками. Он пытался сжаться в комочек, стать незаметным, исчезнуть. "Не хочу! И прекрати уже плакать, солнце.." – голос звучал ласково, почти нежно, но эта нежность была отвратительной, лицемерной. — Не называй меня так! Ты мне никто! – Ваня чувствовал, как внутри него поднимается волна ярости, отчаянного сопротивления. Быстро встав со своего места, парень забежал в ванную, захлопывая дверь на защёлку. Он надеялся, что хоть здесь, в этом маленьком пространстве, он сможет найти хоть какое-то подобие защиты. "Ты правда думаешь, что эта дверь меня остановит?" – голос прозвучал прямо за его спиной, несмотря на закрытую дверь. Везде! Везде! Везде! Этот чёртов голос преследует его, словно тень, неотступно следующая за каждым его шагом. Он проникает в самые укромные уголки его души, разрушая его изнутри.. Глаза наливаются слезами, и в дверь прилетает всё, что только попадётся под руку: шампунь, полотенце, мыло, да всё, что было в ванной. Он бросал предметы с отчаянной яростью, словно надеясь, что физическое воздействие хоть как-то сможет заглушить этот голос. А потом под руку попалась бритва.. Практически новая, только неделю назад купил. Он даже не помнил, зачем она ему понадобилась. Хватит! Хватит с него этого ненормального! Он больше не мог выносить это.. Тихий всхлип, и вот пластмасса отлитает в сторону, а в руке остаётся только лезвие. Руки дрожат то ли от страха, то ли от нервов, то ли от истощения. Хватит с него.. Голос продолжал что-то говорить, но уже плевать. Глаза стали безжизненными, руки делали это всё сами, словно повинуясь чьей-то чужой воле. Боль была не такой сильной, как душевная, как осознание того, что он теряет контроль над собой. Пол в ванной был ледяным, кровь по рукам стекала прямо в ванну, окрашивая её в зловещий багровый цвет. Глаза теряли свой цвет и становились серыми, словно выцветшие фотографии. Тело обмякло, словно лишилось опоры. Слёзы исчезли, оставив после себя лишь пустоту и отчаяние..

***

Прошёл час, может и два. Голос пропал, и Ваня так же замолчал, словно выдохнув всю свою боль и отчаяние. Он лежал неподвижно, словно статуя, лишенная жизни. Звонок в дверь. На пороге стоит Рома, одетый в закрытую чёрную одежду, на лице маска, скрывающая его эмоции. На улице уже зима, так что никто ничего не заподозрит, списав его появление на обычный визит. Прошло минут шесть, а шагов или каких-то других признаков жизни в квартире никто не подал. Недовольный хмык и парень уже открывает дверь дубликатом ключей. Как только брюнет оказался в квартире, огляделся. Всё было на своих местах, словно ничего не произошло. Ботинки как и пальто осталось в коридоре на вешалке. Пройдя до ванной комнаты, легонько постучал в дверь. Молчит, даже никаких звуков нет. Тишина давила на уши, словно предвестник беды. — Ваня, открой. — произносит брюнет, в его голосе слышна лёгкая тревога. В ответ вновь тишина. Тут же парень ударяет ногой по двери и слышится тихий щелчок, но дверь всё так же закрыта. Ещё удар, и ещё один. Он чувствовал, как его сердце начало потихоньку бешено колотится в груди. Спустя какое-то время дверь всё же открылась. Защёлка сломалась и она впечаталась в стенку, от сильного толчка. Рома обомлел, увидев картину, развернувшуюся перед ним. Парень лежал на полу, ванна в засохшей крови. Быстро подбежав к нему, прижал к груди, чувствуя, как его собственное тело дрожит от ужаса и отчаяния. — Нет, нет, нет.. Ваня, пожалуйста.. — тело началось трястись сильнее., — Пожалуйста..! Он шептал эти слова, словно молитву, надеясь на чудо. Руки судорожно начали искать телефон в кармане кофты, быстрый набор и скорая помощь уже едет. Он не мог думать ни о чём, кроме как спасти Ваню. — Потерпи чуть-чуть.. — прижимая парня к себе ближе проговаривал Рома, целуя в лоб, пытаясь передать ему хоть немного тепла.

***

Прошёл год. Ваню уже никто не беспокоил, никто не трогал. Рома будто пропал из его жизни, лишь редко появляясь в ней, словно тень, наблюдающая издалека.

Лишь поглядывая, но больше не трогая..