Я больше не влюблён

Йост сидел на неудобном жёстком больничном стуле, всматриваясь в большой плакат с информацией о вреде курения, алкоголизма и прочей белеберды, требуемой в любом бюрократическом заведении. Про себя он ухмылялся, а снаружи не выказывал никаких эмоций. Он медленно крутил в руках потрёпанный плеер с воткнутыми в него наушниками. На ушах туго сидела чёрная поролоновая обивка, перекрывающая все окружающие его звуки: снующих туда-сюда людей, медсестёр, которые о чём-то переговаривались около автомата с кофе, мягко говорящую девушку за стойкой регистрации. Он в последний раз огладил большим пальцем тёмный пластик и нащупал ногтем кнопку паузы. Пару раз нажав её, он уже хотел было снять барахлившую технику, но спустя пару секунд в наушниках раздался треск, а затем среди шумовых помех послышались первые ноты мягкой незатейливой мелодии. Попсовое звучание гитары, аккуратные биты, иногда всплывающее пианино – всё это немного усыпило Кляйна и он прикрыл глаза, вслушиваясь в спокойно льющиеся из старых динамиков слова. "Я не влюблён, не забывай об этом" Он всё также крутил в пальцах плеер и чуть нахмурившись смотрел на чужую спину напротив. "Это всего лишь глупый этап моей жизни, через который я прохожу." Пелось в песне, и от чего-то Йосту было легко вслушиваться в эту странную мелодию и её спокойный ритм. Он поджал губы и медленно покачал головой в такт тихо постукивающему барабану. Будучи сильно увлечённым прослушиванием песни, блондин не заметил как над ним нависла тень, а на плечо легла чья-то ладонь. Он быстро дёрнулся и почти рывком снял с себя наушники, продолжая слышать из похрипывающих динамиков биты перемешанные со словами. – Пойдём домой, Йости, – мягко сказал ему Томми и аккуратно убрал руку с плеча. Кляйн послушно встал со стула и, развернувшись к стойке регистрации, быстро кивнул на прощание улыбнувшейся ему секретарше. Он поправил задравшуюся пуховую куртку и, запихнув руки в карманы, двинулся в сторону выхода, пропуская мимо ушей громкое прощание Томаса с персоналом.

***

Когда у них с Кэшем всё закрутилось, Йост не находил себе места от счастья. Не то чтобы он мечтал об этом ещё с первого дня их знакомства, или бегал за Томми как сумасшедшая фанатка, пытаясь обратить на себя его внимание. Не смотря на свой сумбурный характер – в этом плане он залёг на дно, просто выжидая удобного момента. Всё произошло как в какой-то дешёвой романтической комедии – они что-то отмечали, Томми выпил чуть больше положенного, а главным ударом для него стал коктейль с ромом, в котором алкоголя оказалось чуть больше, чем обычно. Ну а дальше Йост дотащил его до такси, пару раз отметив про себя какие тёплые у него ладони и как они нежно опираются на его плечо, не смотря на общее состояние их хозяина, и, не успев опомнится, сам Кляйн уже лежал поверх развалившегося на сидениях Томми. Рассыпавшись в извинениях перед таксистом, который странно на них покосился, он шикнул на Кэша, но тот лишь неразборчиво что-то пробубнил, а затем, невинно похлопав глазками, попросил Йоста поехать вместе с ним домой. "Дождался" – больше испуганно, чем победно подумал Йост и, сглотнув подступивший к горлу ком, подвинул Томаса на соседнее сидение, усаживаясь рядом. Всю поездку он провёл как на иголках, пока Томми расслабленно улёгся ему на плечо и мирно спал почти половину пути. Кое-как затащив вечно увиливающего из его хватки Томаса наверх, к его квартире, он нащупал в его кармане ключи, матерясь про себя за внезапно подступивший к щекам румянец. Они ввалились внутрь, Томми почти сразу же скатился по стене холла и теперь взирал на раздевающегося Кляйна снизу вверх. – Йост, мы с тобой типа der stecker и der stekdose. Или как там на твоём? Блондин нахмурился переваривая пьяный бред друга, который явно не понимал что сейчас сказал, а затем в изумлении приподнял одну бровь. – Это немецкий, Томми. Где ты выучил эту хрень? – Не знаю, вычитал где-то..., – промямлил Кэш и опустил голову, утыкаясь взглядом куда-то под ноги Кляйна. Они какое-то время ещё так постояли, Томми пытался разобраться с расплывающимеся в голове мыслями, Йост пытался сделать то же самое, только ему мешало не принятое внутрь количество алкоголя... . Всё же, взяв себя в руки, он наклонился к другу и, подхватив его, потащил в сторону спальни. Томас слабо отпирался, но на половине пути забил на это, наваливась на Кляйна чуть ли не всем весом. Блондин зашёл в спальню и скинул пьяное тело на кровать, от чего каркас и пружины матраса предательски скрипнули. Выдохнув, Йост уже было собирался разворачиваться и уходить, но услышал тихий стон, доносящийся с постели. – Йо-о-ости, ты же останешься? – спросил Томми, переворачиваясь на бок и пытаясь разглядеть силуэт блондина сквозь упавшие на лицо волосы. Сердце Кляйна пропустило удар и он сжал кулаки, судорожно выдыхая. Он не знал какое решение сейчас нужно принять, какое из этих решений правильное или неправильное. Вот так вот просто воспользоваться слабым состоянием своего друга сейчас? Или позорно сбежать от собственных чувств, ещё больше сомневаясь в них в ближайшем будущем. С кровати послышалось кряхтение и Томми с трудом уселся в постели, придвигаясь к Кляйну. Нужное решение само пришло в голову, когда чужая ладонь накрыла похолодевшие пальцы Йоста и крепко сжала их, поглаживая мягкую кожу. Кляйн медленно опустился рядом с Томми на кровать и уставился в пол, продолжая впитывать в себя чужие прикосновения. Блондин не помнил кто первый перешёл к действиям, но окончательно он потерялся в своих размышлениях, когда оказался зажат между матрасом и нависающим над ним Томасом, который внезапно абсолютно трезво начал водить по его шее губами, оставляя мимолётные поцелуи в самых чувствительных местах, будто дразня ужасно смутившегося Йоста. – Как же мне надо было постараться для нужного повода, – ухмыльнувшись прошептал Томми на ухо блондину и прижался лбом к его щеке. Йост судорожно выдохнул и приподнял бёдра, ещё больше прижимаясь к мужчине. Тот низко простонал и медленно прошёлся рукой по талии парня, опуская ладонь на ширинку чёрных джинс. Он несколько секунд возился с непослушной бляшкой ремня и тонкой молнией, наконец освобождая извивающегося в его хватке Кляйна.

***

"Это всего лишь глупый этап моей жизни, через который я прохожу" – Тебе где постелить – на диване, или на кровати? – спросил Томас, когда они наконец доехали до дома и зашли в холодную от постоянно работающего кондиционера квартиру. Йост фыркнул и оторвался от рассматривания их общих фотографий, которые висели над тумбочкой в прихожей. – На диване конечно. На кровати же ты спать будешь, – пожав плечами ответил блондин и снял обувь, отставляя её в специальный шкафчик. Томми вымученно улыбнулся. Сердце его больно кольнуло и он постарался заглушить медленно текущие в голове тревожные мысли. – Как скажешь, – пробубнил он и прошёл по коридору к своей комнате. – А этот концерт я помню, – вдруг донёсся голос из прихожей и через несколько секунд на пороге спальни возникла фигура Кляйна с маленькой фотографией в руке. На ней были они, в белых футболках с чёрными надписями. Йост закинул руку ему на плечо и опустил голову вниз, зажимая другой рукой микрофон. Томми, подняв голову, вглядывался в толпу и также сжимал микрофон. – Да, – протянул Томас, внимательно рассматривая снимок в руках Кляйна и погружаясь в воспоминания.

***

Йост сидел в гримёрке, размазывая по лицу потёкшие от пота чёрные круги под глазами. Он поднял взгляд и улыбнулся собственному отражению, которое выглядело сегодня на удивление довольным. Его это порадовало, как и внезапно открывшаяся дверь гримёрки, на пороге которой возник также лучезарно улыбающийся Томас. Мужчина за пару шагов пересёк маленькое пространство помещения и, склонившись над Кляйном, смазано поцеловал того в губы. Йост по началу запротестовал, но быстро сдался, обхватывая руками шею Кэша и привставая ему на встречу. Все кисточки и косметика полетели с небольшого столика и Кляйн оказался вжат в белую поверхность. Томми устроился у него между ногами, опирая руки по бокам от блондина. Когда они наконец оторвались друг от друга, Кэш поднял на него взгляд исподлобья и ухмыльнулся. – Ты зачастил меня обнимать во время концерта, если бы не наши широкие штаны..., – он не успел договорить, ловя на себе взгляд хитро сощуренных глаз Йоста. Блондин секунду помолчал, а потом рассмеялся, прикрывая рот рукой. – Чего ты? – нахмурившись спросил Томми. – Ничего..., забыл, – задумавшись протянул Кляйн. – Смешной ты, – наконец нашёл он ответ и склонился к лицу мужчины, чтобы утянуть того в долгий поцелуй.

***

"Вот почему я вспоминаю тебя" – Ну как, вспоминаешь? – спросил Томас, проходя в гостиную, где на диване расположился Кляйн, перелистывающий какой-то альбом с фотографиями. – Когда ты переехал ко мне, мы перевезли все твои вещи, в том числе и их, – он кивнул в сторону альбома. – Да, потихоньку, – ответил Йост, откладывая увесистую книгу на стеклянный столик рядом с диваном. – А что-нибудь о..., – Кэш на секунду замялся, опуская глаза в пол, – нас? Кляйн на секунду задумался. Казалось ему была неинтересна эта тема. Томми много раз интересовался у него о воспоминаниях, которые были связаны с их отношениями, но они будто были за закрытой дверью в чужой дом, в который Йосту не хотелось и было чуждо заходить. Он увиливал, тактично молчал или вовсе оставлял такие вопросы без ответа, лишь пожимая плечами, потому что не хотел расстраивать Томаса, в глазах которого каждый раз мелькала надежда на то, что блондин к нему прикоснётся, лишний раз обнимет, может поцелует. С каждым нейтральным ответом на такие вопросы, эта надежда меркла на периферии тускло-голубых радужек и он последние недели две ходил как в воду опущенный. Кляйну может и хотелось бы поддержать друга, но проблема была в том, что... – Я ничего не чувствую, Томми, – наконец собравшись с силами честно ответил Йост и отвернув взгляд от мужчины, посмотрел на дверной косяк. Томас разочарованно выдохнул про себя, а сам, нацепив улыбку, пробубнил что-то и удалился в сторону кухни, доделывать ужин.

***

– Чем так вкусно пахнет? – поинтересовался Кляйн, заходя за спину партнёра. Томми хмыкнул и чуть отошёл от плиты. – Как ты и просил – твои макароны с луком, – усмехнувшись произнёс он, поглядывая на насупившегося блондина. – Чего сразу "мои", и вообще это паста, а не макароны, – коверкая последнее слова произнёс Йост и прижался губами к щеке мужчины, оставляя на скуле того мимолётный поцелуй. Томас отвёл взгляд, хихикнул и снова принялся за готовку. Вдруг кухня в глазах Йоста пошатнулась и пространство вокруг начало темнеть. Он медленно поднял руку к лицу и, шмыгнув носом, утёр ладонью губы, по которым, казалось, что-то потекло. – В следующий раз будем есть оливье, и без твоих поганых яблок, – всё также навеселе сказал Томми и уже было повернулся чтобы что-то ещё добавить, но увидел как Йост, оперевшись о столешницу и нахмурившись, рассматривает пальцы, между которыми была размазана бурая, почти чёрная в свете маленькой кухонной лампочки, кровь.

***

"Не пойми меня неправильно, не думай, что у тебя все получилось" – Мне всё-таки кажется, что ты позвал меня на свидание, – скептически осмотрев небольшое кафе, констатировал Йост. Томми нервно взглотнул, поправляя галстук. – Не каждый поход в кафе с другом должен заканчиваться сексом, – вдруг на нервах выдал он, и тут же осёкся, опуская взгляд на аккуратно разложенные на столе салфетки. Йост приподнял одну бровь, осматривая, казалось, вжавшегося в стул Кэша. – А наш поход собирался так закончится? – спросил блондин, не переставая сверлить друга взглядом. – Нет, нет конечно, – прокашлявшись ответил Томми, аккуратно поднимая глаза на Кляйна и нервно улыбаясь. Блондин нахмурился, а затем отложил от себя приборы, отодвинул тарелку с нетронутой пастой и встал из за стола. – Ты куда? – встревоженно спросил Томас. – Попроси завернуть с собой, я не голоден, – кинул Кляйн, и, сняв со спинки стула свой пиджак, двинулся в сторону выхода. Томас проводил его взглядом, а затем резко развернулся обратно к столу, со стуком опуская на деревянную поверхность локти и зарываясь ладонями в волосы. Через какое-то время он почувствовал на себе удивлённые взгляды посетителей и на секунду поднял голову чтобы натянуто улыбнуться им и жестом показать, что всё в порядке. – Чёрт, – прошипел он, поднимая руку вверх чтобы позвать официанта.

***

– То есть из всего множества болезней, связанных с мозгом, у него именно опухоль? – возмущался Томми, пока сам Йост сидел, вжавшись в неудобное кресло, которое стояло перед столом врача. – К сожалению и такое бывает... – спокойно отвечал привыкший к разному типу клиентов доктор, перебирая какие-то бумаги, разбросанные эмоциональностью Кэша по столу. – Да к чёрту! – воскликнул мужчина и сел обратно, скрещивая руки на груди и насупившись. – Томми, – тихо произнёс Йост, положив руку Кэшу на колено и успокаивающе заглядывая в глаза. Это подействовало на Томаса более менее и он наконец выдохнул, снова поворачиваясь к доктору и готовый его выслушать. – Ваша опухоль развилась из глии головного мозга, поддерживающих клеток нервной системы. Она доброкачественная и мы можем её прооперировать, но она сейчас давит на височную долю и её удаление может вызвать..., – доктор замялся, но через секнуду продолжил, – ретроградную амнезию. Йост нервно выдохнул, на грани всхлипа, и закрыл лицо рукой, потирая пальцами глаза. Томми посмотрел сначала на него, потом на доктора. В его глазах мелькал гнев на грани отчаяния. Какой-то частью себя он понимал произнесённые слова, но всё ещё не мог до конца осознать происходящее. – То есть он..., может всё забыть? – спросил мужчина в надежде развеять свои, внезапно образовавшиеся, подозрения. – Ну не всё, – ответил доктор и, не обращая внимания на слабый вздох облегчения со стороны Томаса, продолжил, – но это может быть всё что угодно: от воспоминаний детства, до последних нескольких дней, или даже месяцев. Тут предугадать невозможно. – И что? – воскликнул Томми. – Нам теперь его от этого не резать? – Конечно мы проведём операцию. Просто в мои обязанности входит предупреждение о рисках... Томми и Йост переглянулись и Кляйн тут же отвёл взгляд, поджимая губы. – Когда операция? – твёрдо спросил Кэш, крепко сжимая ладонь Кляйна.

***

"Я не влюблен, нет, нет, потому что…" – Точно не хочешь остаться ещё на ночь? – с надеждой в голосе произнёс Томми, стоя в дверях и наблюдая за тем, как Йост собирает свои вещи. Кляйн вздохнул и медленно оторвался от раскладывания рубашек по отделу чемодана, поднимаясь с пола. – Что ты хочешь услышать, Томми? – к своему же удивлению резко спросил он. – Что я поживу у тебя ещё чуть-чуть? Всё вспомню по нашим смазливым фотографиям на стенах и мы снова начнём ту жизнь, которая была до операции? Ты на что надеялся, когда притащил меня к себе? – Йост, я... – Не разводи только сейчас своих оправданий, что мне нужен был опекун. Я прекрасно и без тебя бы справился, даже может быть лучше, чем с тобой, – по щеке Йоста вдруг покатилась слеза. Его собственные глаза будто перестали его слушаться, заблестев в свете гостиной лампы. В них металось сомнение и мелькала тень чего-то из прошлого, давно ушедшего, без возможности вернуться. – Ты живёшь нашим мимолётным прошлым, а я пытаюсь смотреть в своё туманное будущее, в котором походу не будет места для тебя! – прокричал он последние слова и остервенело утёр катящиеся по щекам солёные дорожки. Томми смотрел на него со смесью грусти и удивления, не в силах издать ни звука. Грудь больно сдавило, кислород перестал поступать в лёгкие и сам он будто врос в деревянный пол, без возможности как-либо пошевелится. Кляйн остервенело захлопнул чемодан и поднял тот с пола. Он накинул на плечо рюкзак, который валялся на столике в гостиной и быстрым шагом направился к коридору, проходя мимо остолбеневшего Томаса. Мужчина вышел из ступора, только когда услышал звук открывающегося замка. Он развернулся и быстро рванул со своего места, подбегая к уже закрывающейся двери. – Йост! Йост! – прокричал он в холодный металл, отделанный деревом. – Пожалуйста! Он почувствовал как горячие слёзы опалили его побледневшие щёки, а сам он не может разглядеть в глазок что происходило в подъезде, через мокрую пелену, которая застилала глаза. – Йост..., – прошептал он, разворачиваясь и скатываясь по твёрдой поверхности на пол. Он закрыл лицо руками и заплакал навзрыд, переодически шмыгая носом и утирая покрасневшие глаза. За звуками собственного плача он не услышал, как блондин, который всё это время стоял по другую сторону в ожидании чего-то, наконец отошёл от двери, растворяясь в тёмном коридоре подъезда.

***

– Что слушаешь? – Кэш подошёл к Кляйну, нахально срывая с ушей того наушники и вслушиваясь в раздающиеся из динамиков биты. "Я не влюблен, не забудь об этом. Это всего лишь глупый этап моей жизни, через который я прохожу. Вот почему я вспоминаю тебя, Не пойми меня неправильно, не думай, что у тебя все получилось. Я не влюблен, нет, нет, потому что…" – "Я не влюблен", 10сс, – раздражённо, но с нежностью ответил Йост, забирая наушники обратно и откладывая их в сторону. – Вкусовщина, – промямлил Томми и сел рядом с ним. – Как и твои немцы, – не удержался от колкости Кляйн, пихая Кэша локтем в бок. – Любо-о-о-овь, так звучит любо-о-овь, – затянул Томми на чужом языке и обхватив Йоста за плечи, повалил обоих на мягкую поверхность дивана. Томас навис над улыбающимся Кляйном, который уже поглаживал большими пальцами его щёки, умилённо вглядываясь в глаза партнёра. Кэш какое-то время наслаждался этой картиной, глупо улыбаясь и впитывая в себя каждое касание Йоста, а затем его лицо вдруг стало серьёзным и он чуть отстранился, обхватывая одной из рук ладонь блондина и крепко её сжимая. – Скажи мне, Йост, – медленно произнёс он, наблюдая за тем как Кляйн тоже теряет прежнюю игривость и внимательно его слушает, – Ты же не забудешь именно нас после операции... . Не забудешь, как в той песне? – Так ты слушал?..., – не успел изумится Йост, как на его губы лёг чужой палец, призывая к тишине. – Не забудешь? – настаивал Томас. – Нет, Томми, что ты, конечно нет, – затараторил Кляйн, подаваясь навстречу мужчине и, обхватив его шею руками, чуть ли не повалил на себя, вовремя отодвигаясь. Так они оказались рядом друг с другом. Йост повернул голову к Томасу и уткнулся лбом тому в плечо. – А ты будешь меня любить как в твоей этой "Так звучит любовь"? – спросил он, и нежно посмотрел на расслабленно дышащего Томаса. Мужчина даже улыбнулся и повернулся к блондину, приобнимая того за плечи. – Конечно буду, Йости, конечно.