Семь минут нашего Рая

Вечер пятницы в бункере Винчестеров всегда был особенным. После очередной схватки с каким-нибудь демоном или монстром, когда пыль оседала, а раны начинали затягиваться, они позволяли себе немного расслабиться. Сегодняшний вечер не стал исключением. Сэм, Дин, Кастиэль, а также их верные друзья — Джо, Эллен, Бобби, к удивлению всех согласившийся на эту затею, и даже Чарли, которая притащила с собой кучу настольных игр, собрались в гостиной. Атмосфера была расслабленной, наполненной смехом и запахом жареных бургеров. После нескольких партий в карты и обсуждения последних охотничьих трофеев, вечно активная Джо, с блеском в глазах, предложила: — Ребята, а давайте сыграем в одну игру… «Семь минут в раю?» Будет весело! В воздухе повисла тишина, прерываемая лишь тихим ворчанием Бобби. Дин ухмыльнулся, его взгляд скользнул по комнате, останавливаясь на Кастиэле, который, как всегда, выглядел немного потерянным, но внимательно слушал. — Что это за игра, Чарли? — Спросил Сэм, пытаясь понять, что задумала их подруга. — О, это классика! — Затараторила Чарли. — Мы все пишем свои имена на бумажках, кладем их в шляпу, перемешиваем, а потом кто-то вытягивает две. Эти двое идут в… ну, в «рай», на семь минут. Там они могут делать, что угодно. Ну, вы понимаете. — Она подмигнула. Дин был не против. У них собралась очень разношёрстная компания, и было бы интересно заставить некоторых людей остаться друг с другом наедине в течение какого-то времени. Сэм, всегда более склонный к порядку, сначала засомневался, но под напором Дина и Джо, которые уже предвкушали зрелище, сдался. Эллен кивнула, поддерживая дочь. Бобби только махнул рукой, явно не желая вникать в подробности. Кастиэль же, сначала внимательно и напряжённо слушал, и после некоторого раздумья произнёс: — Я не совсем понимаю концепцию «рая» в данном контексте, но если это способствует вашему отдыху, я готов принять участие. Дин закатил глаза, но в глубине души ему было любопытно. Он знал, что Кастиэль не понимает многих человеческих обычаев, но его искренность всегда подкупала. Итак, процесс начался. Имена были написаны, бумажки сложены. Первыми в чулан, где хранились старые охотничьи принадлежности и всякий хлам, отправились Джо и Сэм, которые были совершенно не против компании друг друга. Их смех и приглушенные звуки доносились из-за двери, подогревая атмосферу. Когда их время истекло, наступила очередь следующей пары. Были выбраны Эллен и Бобби, который с явным неудовольствием всё-таки пошёл в чулан. Все проходило с шутками и смехом. Наконец, пришла очередь Дина. Все в ожидании смотрели на него. Он вытянул бумажку, развернул её и усмехнулся: — Ну что ж, похоже, мне сегодня повезло. На бумажке было написано: Кастиэль. В комнате снова повисла тишина, но на этот раз она была другой – более напряженной. Дин посмотрел на Кастиэля, который, как всегда, сохранял невозмутимое выражение лица, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на… ожидание? — Ну что, Кас, готов к своим семи минутам в раю?» — Поддразнил Дин, направляясь к чулану. Кастиэль молча последовал за ним. Дверь за ними закрылась, отрезав их от остального мира. Сэм, Джо, Эллен и Бобби, переглянувшись, заперли дверь. Внутри было тесно. Пахло старой кожей, пылью и чем-то неуловимо металлическим – отголоски прошлых битв. Единственный источник света – узкая щель под дверью, через которую пробивался тусклый свет из комнаты. Пространства было действительно мало: они стояли плечом к плечу, едва ли имея возможность пошевелиться. Дин прислонился к стене, чувствуя, как его грудь сжимается от непривычной близости. Он слышал ровное дыхание Кастиэля совсем рядом. — Итак, семь минут, — пробормотал Дин, пытаясь разрядить обстановку. — Что будем делать, ангелочек? Петь псалмы? Или, может, ты мне расскажешь о небесных иерархиях? Кастиэль повернул голову, его взгляд в темноте был едва различим, но Дин чувствовал его присутствие. — Я не уверен, Дин, что это подходящее время для теологических дискуссий. — А для чего тогда, по-твоему, это время? — Дин не мог удержаться от ехидства. Он чувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Это было странное ощущение — быть запертым с Кастиэлем в такой близости, когда все остальные знали, что происходит. Ангел стоял напротив, его взгляд скользил по Дину, по его одежде, по его лицу. — Я не уверен, Дин, что понимаю суть этой игры в полной мере. — Суть в том, что мы тут одни, Кас. И у нас есть семь минут. Семь минут, чтобы… ну, ты понял. — Дин, подобно Чарли, подмигнул. Кастиэль наклонил голову. — Я не уверен, что до конца понимаю, что ты имеешь в виду под «понял». Мои знания о человеческих ритуалах… — Забудь про ритуалы, Кас. Просто… будь собой. И я буду собой, — Дин сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними насколько это было возможно. Он чувствовал, как напряжение нарастает, как воздух становится гуще. Он видел, как Кастиэль слегка сжимает кулаки. Ангел молчал. Дин мог поклясться, что слышит, как его собственное сердце забилось с неистовой силой. Он чувствовал тепло тела Каса. Это было не похоже на обычные объятия или случайные прикосновения во время боя. Это было что-то другое, что-то, что заставляло его нервничать и одновременно испытывать странное возбуждение. — Дин, я… — начал Кастиэль, но Дин прервал его, положив руку ему на плечо. — Тихо, Кас. Не говори ничего, просто чувствуй, — прошептал Дин, поднимая руку и касаясь щеки Кастиэля. Кожа ангела была гладкой и прохладной, словно мрамор. Кастиэль не отстранился, а наоборот, слегка наклонился вперед, словно ища большего контакта. Дин почувствовал, как его дыхание участилось. Он знал, что это безумие. Кастиэль – ангел, его друг, его брат по оружию. Но в этот момент все это казалось неважным. Была только эта тесная кладовка, полумрак и невероятное притяжение, которое возникло между ними. Он опустил взгляд на губы Кастиэля. Они были слегка приоткрыты, словно в ожидании. Дин больше не мог сопротивляться. Он наклонился и коснулся его губ своими. Это был легкий, неуверенный поцелуй, но он пронзил Дина электрическим разрядом. Кастиэль ответил на поцелуй, неумело, но искренне. Его губы были мягкими и податливыми, и Дин почувствовал, как его разум затуманивается. Дин углубил поцелуй, прижимая Кастиэля ближе к себе. Он провел рукой по спине Каса, ощущая под кончиками пальцев шероховатую ткань его плаща. Время шло. Секунды тянулись, как часы. Дин не знал, сколько прошло, но он чётко ощущал, как его сердце бьется где-то в горле. Он никогда не думал, что будет чувствовать себя так рядом с Кастиэлем. Он всегда считал его своим напарником и никем больше. Но сейчас... сейчас это было что-то другое. В этот миг, существовали только они вдвоём, в этой тесной кладовке, в объятиях друг друга. Поцелуи становились все более страстными, более требовательными. Дин чувствовал, как руки Кастиэля сжимаются на его руке, и в этом сжатии было столько всего, что невозможно было определить, чего больше: страха, нежности или даже желания… Винчестер оторвался от губ Кастиэля, тяжело дыша. — Кас... — прошептал он, его голос дрожал. Кастиэль смотрел на него широко раскрытыми глазами, в которых читались замешательство и... желание. — Дин, я… не хочу, чтобы ты прекращал. Охотник немного дёрнулся от этих слов. Он не верил, но был рад тому, что ангел просил его о таком. Дин начал судорожно расстегивать пуговицы на рубашке Кастиэля, его пальцы дрожали от волнения. Кастиэль не сопротивлялся, позволяя Дину делать всё, что он хочет. Когда рубашка была расстегнута, Дин прижался губами к шее Кастиэля, оставляя легкие поцелуи. Он, стараясь быть нежным, легко покусывал и оттягивал нежную, ранее никем не тронутую, кожу. Сильные руки мужчины прошлись по спине, плечам, рукам Кастиэля. Тело Кастиэля напряглось, когда руки Дина дотронулись до его груди. Винчестер вновь страстно поцеловал мягкие и податливые губы ангела, распаляя в них ещё больше желания. Кас сходил с ума от этих умелых ласк и уверенных поцелуев. Дин знал, что они перешли черту. Что они делают что-то, что может изменить всё между ними. Но в этот момент ему было всё равно. Он хотел Кастиэля, и Кастиэль, казалось, тоже хотел его. Дин снял с Кастиэля рубашку, бросив её на пол кладовки. Он опустил руку и услышал, как Кас протяжно выдохнул его имя, когда его пальцы решительно сжались на ширинке брюк ангела. — Ты уверен, Кас? — Дин понимал, что вряд ли он сможет сейчас остановиться, но всё же спросил. — Абсолютно. — Кас сделал непроизвольное движение бёдрами вперёд, пытаясь получить больше прикосновений. — Давай уже. Этот нетерпеливый тон напрочь снёс крышу, и Винчестер, не церемонясь, приспустил джинсы, обхватил ноющий член и размашисто прошёлся от головки до основания. Ангел хрипло простонал от этих прикосновений. Он взмахивал бёдрами и, когда Дин останавливался, сам начал толкаться в ладонь. Перед глазами мелькали цветные пятна. Он первый раз испытывал подобное, и ему безумно нравилось всё, что он сейчас ощущал. В этот момент дверь кладовки распахнулась, и на пороге показался Сэм. Мужчины мгновенно замерли. Дин быстро прикрыл полураздетого «друга» собой, скрывая от лишних глаз. — Время… — Сэм потерял дар речи. Он густо покраснел, как и Кас, прижатый к стене телом Дина. Всем, находящимся здесь, было очень неловко. — …вышло. Я уже понял. — Дин дополнил слова брата и обратил на себя внимание, возвращая младшего Винчестера в реальность. Дверь резко захлопнулась, снова оставляя ангела с охотником одних. Они замерли в нерешительности и прислушались к звукам снаружи. Где-то снизу донёсся недовольный голос Бобби: — Ну, вы где там пропали? Чего так долго? Сэм торопливо и сбивчиво ответил на это: — Пожалуй, сейчас лучше их не трогать. У них всё прекрасно… — что дальше объяснял младший брат, они уже не слышали. Полувозбуждённые мужчины, стоя всё в том же положении, в котором их застал Сэм, переглянулись. — Нам стоит выйти к ним? — Кастиэль был смущён, он явно не знал, что делать дальше. — А ты думаешь, есть смысл? — Дин успокаивающе посмотрел в пронзительные голубые глаза. — Всё, что можно, они уже знают. И что нет — тоже. Тут ладонь Дина неожиданно прошлась по бедру, приблизившись к паховой области, и Кас, не ожидавший этого, дёрнулся. Охотник, в ответ на это, прижал Кастиэля к шершавой холодной стене, лишая его возможности выбраться и избежать прикосновений. — И пусть знают, — Дин звучал по-собственнически довольно. — Я не стыжусь тебя. Эти слова были искренние, и Кастиэль это чувствовал. Ангел опустил руки на шею мужчины и прижал его ближе к себе для поцелуя. Они снова сплелись в одно целое. Кас вжимался поясницей в стену, вытянув ноги немного вперёд, чтобы поместиться. В кладовке было чертовски мало места, ещё меньше воздуха и, казалось, было очень жарко… Дин крепко держал Кастиэля. Его ладонь продолжала доводить Каса до сумасшедшего, безумного состояния, действуя по одному и тому же алгоритму: размашистое движение, нежная мимолётная ласка и сжимающиеся у основания пальцы. Он не останавливался ни на секунду. Как только он подводил ангела к самому краю, он убирал руки, прекращая любую стимуляцию. Он изводил не только Кастиэля, но и себя, как мог. В перерывах мужчина проводил пальцами по животу, груди, соскам Каса. А после — всё повторялось снова. Ангел, казалось, совсем не дышал. Он не смел делать никаких движений в ответ, прижатый к стене. Он хотел бы доставить удовольствие Дину, но в этот момент не мог думать вообще ни о чём. Кас изо всех сил сдерживал рвущиеся из него стоны, боясь, что их услышат внизу. Охотник, увидев это, наклонился к лицу Кастиэля прошептал: — Они нас не услышат, не сдерживайся. В кладовке, в ответ на это высказывание, раздался протяжный стон нетерпения. Дин, услышав это, рыкнул и, что-то решив для себя, развернул Кастиэля. В тесном помещении сделать это было не очень просто. Кас встал лицом к стене, прижавшись к ней головой. Сильные руки опустились на его спину, и ангел понял, что ему надо прогнуться в пояснице. Приняв удобную, насколько это возможно, позу, он сразу почувствовал, как уверенные пальцы прошлись по его бедру. Дин снял с Каса всю мешающуюся одежду. Охотник, не теряя ни секунды, провёл пальцем вдоль ягодиц Кастиэля. Тот, в свою очередь, простонал и схватился руками за стену. — Не боишься? — Дин, я пережил слишком много всего, чтоб бояться такого. Мужчина кивнул и обернулся по сторонам. Они находились в кладовой, где имелось много разных вещей, но вряд ли была смазка. Поэтому Дин был крайне удивлен, когда нашёл на полке стеллажа что-то очень похожее. Может, её оставил здесь Сэм, Джо или ещё кто-то. Кастиэль чувствовал, как чужая ладонь легла на поясницу. Он выгнулся и издал глухой стон, когда ощутил, как в него попытались вставить палец. Он старался не зажиматься и позволял медленно растягивать себя. Дин хотел быть аккуратен и не торопился. Он чувствовал, что с каждым его движением Кастиэль, уже немного привыкший к такого рода действиям, распалялся всё больше. В какой-то момент, он громко простонал и подался назад, пытаясь почувствовать это ещё раз. Дин понял, что он на верном пути и начал двигаться таким образом, что ангел стал нетерпеливо извиваться в его руках. — Дин, прошу, не мучай меня… — Кас вновь звонко стонет, уже не заботясь о том, что кто-то услышит. Охотник достал пальцы, затем вынул из заднего кармана джинсов презерватив, благодаря самого себя, что всегда носит один на такой случай. Он раскатал его по своему члену и как-то особенно бережно прислонил головку к сфинктеру. Дин пытался быть нежным, насколько это возможно. Они раскачивались плавно, медленно растрачивая по капле возможное удовольствие. Дин схватил ангела за шею, и тот не сопротивлялся, полностью отдаваясь процессу. Кас шипел и упирался руками в стену, которая безжалостно царапала его. Он чувствовал разгорячённую кожу Дина и обжигающее скольжение где-то внутри. Член внутри двигался рывками, то выходя почти полностью, то вколачиваясь обратно с глухими шлепком. Ему было одновременно больно и до безумия приятно. У Каса эти толчки — ужасными взрывными волнами растекались по организму, напрягая каждую, даже самую крошечную мышцу. Кроме этих движений его не интересовало уже ничего: ни царапающая его стена, ни постепенно затекающие ноги. Ангел громко стонал, и его ноги дрожали от долгого напряжения и всё ближе подступающей разрядки. Дин, сквозь темноту кладовки, смотрел на это и восхищался. Его любимый ангел кричал и извивался под ним, сводя с ума своими действиями и видом. Кастиэль ощутил, как мужчина кончил, и почувствовал себя так, будто всё сложилось лучшим образом. Что игра была отличной идеей и предлогом, чтоб побыть с Дином наедине. Что это был хороший толчок в их отношениях. И он не жалел, что они перешли грань. К чёрту вообще все грани в этом мире. Они устанавливаются, чтобы потом разрушать. Поэтому сейчас Кас забыл обо всём и умоляюще протянул: — Ди-и-ин… Рука охотника смыкалась на члене Кастиэля, двигалась резко и рвано, доставляя такое нужное сейчас удовольствие. Ангел тянулся за ладонью, подмахивая бёдрами, толкаясь самостоятельно и пытаясь игнорировать ужасную дрожь в ногах. Он громко простонал, когда мир взорвался безумно ярким оргазмом. В глазах у Кастиэля потемнело, и в эту минуту, он не помнил ни кто он, ни как оказался здесь с Дином. Ему просто было хорошо. Он чувствовал, как чужые губы ласково целовали его спину. Сильные руки убирали прилипающие к лицу волосы. Кас обернулся и увидел, как зелёные глаза человека смотрят на него с теплотой и любовью. — Всё хорошо? — Заботливо спросил Дин. Кастиэль только кивнул. Он чувствовал слишком много всего в этот момент. Ангел не понимал, каким образом всё это выразить сейчас дорогому ему человеку. Поэтому он просто поднял руку и так же нежно, как и Дин, дотронулся до его лба, убирая мешающиеся волосы, затем провёл по щеке и посмотрел прямо на Дина. — Спасибо, — он выдохнул это слово, и его глаза заволокло пеленой слёз. Они прислонились спинами к стене. Дин думал о том, что ни капли не жалеет. Он с радостью повторил бы это и не раз. Кастиэль, в свою очередь, думал, что всё произошедшее только что стало одним из самых лучших событий за его невероятно продолжительную жизнь. Ангел и мужчина, запертые в тёмной и тесной кладовке, нашли друг друга в таких странных обстоятельствах. Они знали, что всё это была не мимолётная страсть, а что-то большее. Хоть их «Семь минут в Раю» давно закончились, для Дина и Кастиэля это было только начало их собственного, уникального Рая.