Хьюга-химэ

      Когда тихая и нежная химэ настолько настойчиво просит о чем-то – это удивляет. Когда выясняется, чего именно она хочет, удивление перерастает в настоящий шок.       Обхватив ногу парня и насупившись, Хината смотрела на отца с такой непривычной уверенностью, что Хиаши на мгновение усомнился, его ли это дочь перед ним.       – Хината-чан, мне вполне хватит простой благодарности, – он нервно улыбнулся, осторожно пытаясь освободить ногу от цепкой хватки. – Правда, не стоит...       – Нет! – Она вцепилась сильнее, сминая ткань его брюк. Шисуи поморщился от неожиданного давления. – Отец! Клан Учиха спас меня от похищения, рискуя собой. Простое «спасибо»? Это оскорбительно мало для такого! – Голос Хинаты звучал непривычно твердо и громко. – К тому же, он – часть главной ветви клана Учиха, поэтому никаких проблем это за собой не повлечет...

***

      А потом все как в тумане: помолвка, клятвы, ехидная физиономия Саске. И сочувствующее, но все же насмешливое лицо Итачи.

***

      Шисуи взъерошил свои кудрявые волосы и сдавленно застонал, уткнувшись лицом в ладони. Итачи ободряюще хлопнул его по плечу.       – Мне ведь правда хватило бы простого «спасибо», – пробормотал Шисуи сквозь пальцы. – Да и к тому же, помолвка с ребенком, который младше тебя на восемь лет... похоже на насмешку, а не благодарность.       – Если тебя это успокоит, – Итачи позволил себе легкую усмешку, – Саске считает ее красивой.       Стон Шисуи стал громче и протяжнее, окрашенный теперь не только недовольством, но и отчаянием. Он резко оторвал ладони от лица, широко раскрыв глаза:       – Что ж тогда помолвка не между ними?! – Он смотрел на Итачи распахнутыми глазами.       – Они не захотели, – невозмутимо ответил Итачи.       – Кто «они»?!       – Саске и Хината.

***

      Шисуи был готов принять это и двигаться вперёд, но не в этом возрасте. В том нежном возрасте, когда людьми руководят в основном гормоны.       Смотреть, как твои ровесники познают все прелести первой любви, было невыносимо, можно сказать, физически.       – Эй, – Шисуи обернулся через плечо, глядя на засобиравшегося куда-то друга. – Итачи, а ты куда?       – Оу, – он остановился. – Я разве не говорил? Мы сегодня тренируемся, – Пауза. – С Изуми.       Шисуи пораженно хлопнул глазами, а потом медленно опустил голову на стол со стуком.       – Предатель, – глухо прозвучало из-под руки.

***

      – И каково это, когда твою невесту уводят у тебя прямо из-под носа? – Хиаши холодно смотрел на Неджи, стоявшего перед ним.       – Если того требуют высшие интересы клана и это позволит Хьюга процветать, то я только рад, Хиаши-сама, – ответил Неджи, его белые глаза были непроницаемы. Он никогда не сказал бы, что это «замечательно» и то, что он искренне рад.       Браки внутри клана, между близкими родственниками, были обычной практикой. Но это не делало их нормальными.

***

      Шисуи замечал, как смотрят на Хинату ее ровесники. Но, как ни старайся, увидеть красоту в ребенке, черт возьми, у него не получалось. И ему этого, по правде говоря, не хотелось. У него не было каких-то странных наклонностей, поэтому принять то, что твоя будущая жена лежала в колыбели, в то время как ты уже вовсю участвовал в военных действиях, было крайне сложно.

***

      Но по крайней мере, после объявления о спасении химэ, а в последующем их помолвки, градус напряжения между гражданскими и Учихами стих.       Данзо все еще бурчал о «политических уловках Учиха», но его голос тонул в более прагматичных рассуждениях о выгодах союза.

***

      Они виделись крайне редко, как правило, на общих мероприятиях, где они обязаны были присутствовать вдвоем.        И даже во время них Хината, которая так яростно хотела сделать Шисуи своим, не испытывала потребности в общении с ним. Их разговоры представляли собой обмен любезностями и почти ледяные формальности.       – Шисуи, ты очень милый.       Учиха вздрогнул, чуть не споткнувшись. Он остановился и посмотрел на нее. Хьюга смотрела на него без обожания, даже маломальской влюбленности не было в ее лавандовых глазах. Но она сказала это, а потом, выдержав паузу, продолжила:       – Если бы какая-то малолетка захотела взять меня в жены, я бы возненавидела его всем сердцем. Наверное, даже плюнула бы ему в лицо.       Он на такое откровение выдавил лишь неловкое:       – Спасибо?.. Кажется.

***

      Шисуи не хотел становиться свидетелем ее взросления.       Это было бы совсем неправильно, поэтому следующая их встреча произошла на экзамене на чунина.       Учиха с удивлением обнаружил, что его невеста (термин все еще резал слух, но уже не вызывал прежнего ужаса) приняла решение стать затычкой буквально в каждой бочке.       Она стремилась подружиться со всеми.       Нет, серьезно. Абсолютно со всеми. И даже с тем красноволосым мальчиком из Суны, от которого буквально разило жаждой крови за километр.       Когда песок у ног Хьюги начал подозрительно шевелиться, Шисуи, как кипятком ошпаренный, вскочил, переместился к девочке, сгреб ее в охапку и ретировался с места событий.       И прочитал нотацию, как же без этого.

***

      Порой Хината доводила его до нервного тика, потому что Хьюга считала своим долгом влезть во все, куда можно. К слову, и куда нельзя она лезла с не меньшим рвением.       Миссия S-ранга с вероятностью умереть 99.99%?       Хината уже летит.       И это выводило и раздражало просто до безумия.       – Решила оставить меня вдовцом? – Шисуи сжал ее плечи, глядя прямо в глаза.       – Эй, остынь, – она ерзала, пытаясь ослабить хватку Учихи, и нервно улыбалась. – Кстати, об этом. Я была бы не против, если бы ты завел себе подружку.       От неожиданности он разжал пальцы, позволив девушке выскользнуть и прошмыгнуть мимо него.

***

      Шисуи часто жалел об этой помолвке, но никогда – о спасении Хинаты.

***

      – Шисуи-ку-у-ун, – слащавый, несвойственный Хьюга голосок прорезал тишину. – Это тебе.       Она протянула перевязанный ленточкой узелок с шоколадом.       – Ого, неужели сама Хината-химэ приготовила мне это? – он покрутил в руках розовый мешочек. – Спасибо.

***

      – Саске, а это у тебя откуда? – Шисуи прищурился и наклонился, чтобы лучше разглядеть упаковку в его руках.       – Хината подарила, – он закинул пару кубиков домашнего шоколада в рот и прожевал. – А что? – Улыбка расползалась по его лицу. – Ревнуешь?       Конечно, нет! Но, честно говоря, по его эго это ударило сильнее, чем могло бы быть.

***

      Когда в теле Хинаты Хьюга пробудилась душа, мозг которой не был заточен под реалии шиноби, единственное, что ей удалось придумать, – это окольцевать несчастного парня, который волей случая (и усилиями Новой Хьюги) спас ее, предотвратив смерть дяди, к которому Хината успела прикипеть.       Ее план был прост, невероятно непродуман, но все же он оказался рабочим.

***

      – Проблемы с гиперопекой у тебя, а страдаю я! – Хината закатила глаза, нетерпеливо тряхнув головой.       – Ты моя головная боль. По контракту, – он тяжело вздохнул, скрестив руки на груди. – Если тебя размажет, мне отвечать перед твоим кланом. И своим, кстати, тоже.       – Всегда контракт! – Она язвительно щелкнула пальцами перед его носом. – Никакого "Хината, любимая, не лезь"! – Это было сказано, очевидно, в шутку. Хинате доставляло истинное удовольствие ломать эту комедию. – Только "политика", "обязанности"!       – И "Хината, любимая, не лезь". Тоже, – он резко развернулся к ней, блокируя путь. – Особенно туда, – его взгляд стал жестким, он ткнул пальцем в сторону опасной зоны, – где шанс выжить – ноль.

***

      Хьюга не искала встреч с ним, не пыталась поймать его взгляд. Только теперь они не ограничивались формальностями.       Они сошлись на мнении, что им следует наладить хотя бы дружеские отношения. Так будет правильно.

***

      – Хината-химэ, иди в постель.       – Ох, – она наигранно смутилась. – Шисуи-кун, а мы ведь даже не женаты...       Он на секунду замер, отвлекшись от мытья рук. А потом стряхнул на нее воду под аккомпанемент ее визгов.       – Кхм, –остальная часть команды номер восемь с неприкрытым скепсисом наблюдала за этой картиной. – Мы вам не мешаем?       Мешаете. И вообще, почему остальная часть команды Хинаты – это мужчины?

***

      – А Наруто секси стал, – Хината оценивающе оглядела друга.       Шисуи закашлялся, Хьюга обеспокоенно похлопала его по спине.

***

      – Сакура-чан, а тебе не кажется, что Шисуи-сан странно на меня смотрит?.. – Наруто поежился, чувствуя на себе убийственный взгляд темных глаз, которые нагоняли ужаса даже без активированного шарингана.       – Ага, есть такое...

***

      Сомнения начали терзать Учиху с тех самых пор, когда его невеста своим видом начала напоминать женщину.       Весьма красивую женщину.        Которая к тому же, от этой ужасающей мысли он готов был проломить себе же голову, была умна не по годам.       – Какаши-семпай, вы не понимаете! – он зарылся пальцами в кудрявую шевелюру. – Это звучит так ужасно.       – "Она мыслит не на свой возраст"? – Хатаке склонил голову набок и устало окинул Учиху взглядом.       – Да!       –Хм, – он на секунду задумался, посмотрев куда-то вверх, будто бы на потолке было решение проблемы. – Пожалуй, да. Звучит ужасно.       – Вы совсем не помогаете, Какаши-семпай.

***

      Хинате многое удалось изменить, многих получилось спасти. Но война – это не то, что можно предотвратить такому маленькому человеку, как она.

***

      Холодное утро встретило мир шиноби тишиной, слишком хрупкой для надвигающейся бури. Война пришла без фанфар – лишь трепещущий свиток в руках Тоби, объявившего это миру.       Пять Кагэ, еще вчера враждовавшие из-за Перевала Ёсуга, обменялись тревожными взглядами.

***

      Шисуи ахнул. Его тело на мгновение обмякло от неожиданности, ступор сковал мышцы. Он не сопротивлялся, просто позволил ей согнуть себя, как тростинку. Его широко распахнутые ониксовые глаза смотрели в ее лавандовые, полные решимости.       И тогда Хьюга притянула его губы к своим.       Их зубы стукнулись. Не было нежности, не было ласки. Было лишь желание выпить его, вобрать, стереть этот ужас, эту войну. Он сжимал безвольно повисшие по швам руки и не мог дышать.       Длилось это вечность и мгновение одновременно. Хината оторвалась так же резко, как и набросилась.       Ее дыхание было сбито, она смотрела на него, на его губы, в глаза, в которых медленно, с запозданием, начинало проступать осознание произошедшего.       Потом она разжала пальцы, ткань выскользнула из ее ладоней. Хината отшатнулась, растворившись в толпе так же стремительно, как появилась.       Учиха медленно поднял дрожащую руку, коснулся губ.       Остались только гул войны, свинцовое небо и жгучая пустота после прикосновения, которого не должно было быть.