Пелена

«Я тень… Бренная сущность, что не бросается в глаза, пока целенаправленно не посмотришь… Вы часто смотрите на свою тень?… Уверяю, большую часть жизни вы на нее даже не бросаете свой взгляд. Она есть, бесспорно, но она часть вас и вы привыкаете к ней. вы перестаете обращать на нее внимание буквально с первого вздоха. Так вот… Это я. Моя судьба всю жизнь быть массой… Бесправной вещью. Год за годом, месяц за месяцем… День.. За днем…  Помню как впервые понял, что я не как все… Первый класс…  Тогда было тяжело… Одноклассники Меня не любили, пользовались как игрушкой для биться и самоутверждения. Тогда я впервые почувствовал классовое неравенство, что есть разрез между сильными мира сего и рабами.  В те же годы я впервые ощутил эйфорию от прикосновений к парню..  Это произошло у школы. Январь, каникулы, уже второй класс… Мой обидчик, воспитываемый в семье бывшего заключенного и алкоголика не был ординарным… Молюсь Одину, чтобы столь прекрасный и крепкий духом юноша превзошел родителей и не сбился с пути так же… Да, он был жесток и подстрекал на треть остальных, но наедине был добрым, милым и слабым… Он открылся мне с другой стороны и доверился… Доверил скрытого в глубине ребенка, жаждущего одобрения и утешения… Так вот… Январь… По стечению обстоятельств мы сдружились и он даже встал за меня стеной. О Даниил, как я сейчас тебе благодарен… Ты стал моим первым школьным другом и встарь я тебя сейчас… Благодарность я бы выражал на коленях… Но в то же время то, что ты сделал… Было моим проклятием… Ты был самым крепким парнем в нашем классе. Да-да. Представьте второклассника, у которого вместо несформированного телосложения вполне себе данные спортсмена, который умудрился накачать мускулатуру без всяких добавок. И вновь отвлекся… Я проявил интерес к данной особенности и он похвастался, что тренировками на турниках накачал пресс… Поднял куртку с одеждой под ней, напряг живот и я потерял дар речи… Впервые я задумался над тем, как прекрасно тело парня… Ощущение силы и духа, крепость и необузданный жар души… Гладкая кожа на сильном морозе быстро покрылась ознобом, мышцы перекатывались от глубокого дыхания… «Потрогай!» - сказал тогда Ты и я осекся… Я пару секунд медлил и попытался опустить одежду, мол «ты же простудишься», а ты перехватил мою руку и приложил к оголенному животу… Горячее тело под кончиками пальцев меня сводило с ума… Я как в трансе начал водить ладонью, ощущая каждую впадинку, каждый изгиб и млел от  права на столь непристойный момент… Каких же трудов мне стоило оторваться и заставить тебя пойти ко мне домой, попить горячего чаю… О боги… Я впервые познал счастье и желание большего…  Переезд…. Я так и не сказал ему «пока»… Не в праве увидеть снова, даже найти и спросить как у него дела… Три первых и последних друга потеряны навсегда… Ещё с двумя я дружил с пеленок и боль от потери была сравнима со смертью любимых людей… Этих троих я не забуду никогда…  После этого стало всё хуже. Новая школа встретила ещё более жестко. Побои, издевательства и травля. По другому это не назвать. Детские шутки переросли в откровенные унижения… Вплоть до конца школы…  То было время полного осознания жестокости общества к «не таким как все», первого опыта в делах интимных и… Первой запретной любви.  Распинаться не буду, но на последнем всё же задержусь. То был один из близнецов… Фамилия забавная, но вот имя… Александр… Это был парень моей мечты. Без шуток и преувеличения я до сих пор считаю, что это был тот парень, ради которого я бы свернул горы, хоть и влюбился не сразу… Удивительное сочетание силы, стойкости и ума. Это был идеал. Внешность истинного героя романов, спортсмен и отличник. Право слово, они оба украли мое сердце, оба равнялись друг на друга как настоящие братья, но Саша… Это был шедевр природы. Поистине венец творения идеала… Но я же всё порчу… Помню как впервые взглянул на свои переживания иначе, чувства, которые испытывал и это было ударом в душу. Я влюбился. Как же я боялся потом поднять взгляд и посмотреть на него… Как переживал, когда тот получал травмы на тренировках… Один раз это было особенно страшно, ведь я был рядом в тот миг, когда ты получил сильный ушиб. Клянусь, у меня сердце вопило и сжималось… Урок физкультуры был для меня после этого самым худшим воспоминанием… Как я выпросился, чтобы тебя отпустили с уроков и провожал под руку домой… Это было загадкой, но я внутри был готов рыдать… Рыдать от того, что любимый человек сейчас так страдает и от того, что я, ничтожный червяк, позволил себе мысль о том, что был бы тебе парой…  Сейчас я всецело уверовал в то, что Александр по истине гордость семьи… Он гомофоб. И я сам принял на себя удар. Я признался ему уже после школы, в новый год, спустя пару лет после окончания… Как же я боялся и не зря… Это было сравнимо с тем, что мне без анестезии вырезали сердце. Адская боль в душе… До признания я мог хоть поинтересоваться как у него дела, а сейчас… Сейчас не в праве даже говорить с ним… И другого я не встречу… Я полюбил только его… И конец этому положил сам… Неразделенная любовь самое худшее проклятие для человека помимо смерти…  Сейчас я уже истекаю жизнью… Скоро придет конец… Смерть…. Самый лучший исход. Неправильный… Я не выбирал каким родиться, не выбирал себе ориентацию… Не выбирал в кого влюбиться… Но выбрал только одно. Мое сердце будет с ним навсегда.» Никита Романов, 20 января 2024 года.