Самая яркая звезда

Когда женщина спустилась на первый этаж, с кухни уже был слышен тихий шум кипятящегося чайника. Странно, ещё совсем раннее утро, разве станет кто-то в такое время подниматься? Взглянув на циферблат в телефоне, она зашла на кухню, и сразу же ее взгляд наткнулся на сына, что сидел за столом. Парень, кажется, глубоко о чем-то задумался, поэтому даже не заметил ее присутствия. — Сынок? Акааши будто очнулся ото сна, поднял голову и обернулся на звук с немым вопросом в глазах. — Почему ты не спишь? Сейчас так рано...— женщина бросила взгляд на настенные часы, повторно убеждаясь в своих словах. — О... Доброе утро, мама. Я просто выспался. — В 6 утра? — Ты же знаешь, я не люблю спать слишком долго. — Знаю, милый, но ведь не настолько... Брюнет тихо вздохнул и покачал головой, успокаивая маму. Порой она слишком беспокоилась за него. Странно, что при таком количестве заботы он вообще стал настолько самостоятельным человеком. — Не переживай об этом. Женщина немного помялась, но все же кивнула и отвлеклась на свои дела. Все же ее сын уже не маленький, не нужно ей контролировать, сколько и когда он поспал. Наблюдая за тем, как мать достает из холодильника продукты, чтобы приготовить завтрак, юноша вслушивался в мягкое тиканье настенных часов, тихое шипение чайника и ласковый голос мамы, которая еле слышно напевала себе что-то под нос. Ранние солнечные лучи заполняли кухню теплым светом, пронизывающим, казалось, все в этой комнате. Кейджи готов бы был поклясться, что чувствует, как свет проходит и сквозь него, если бы не тень, лениво расползающаяся по полу. Парень нечасто вставал так рано — он все же достаточно уважал сон и понимал, насколько тот важен для организма. Но и слишком долго брюнет никогда не спал — предпочитал бездействию действие, и считал более практичным вариант и выспаться, и успеть выполнить заготовленные на день дела. Однако подобные моменты он очень любил. Сложно описать, насколько комфортно находиться ранним солнечным утром на кухне, слушая мелодичное пение птиц за окном и тихую суету мамы. На душе становится так тихо и спокойно, все мысли, беспорядочно носящиеся в голове до этого, улегаются на дно. Полный штиль, сопровождаемый лишь приглушённым шумом моря. — Кейджи, милый, ты хотя бы спал? — Да. Это неправда. Он всю ночь не мог уснуть, думая о сегодняшней встрече с Бокуто. У него никогда такого не было. Ещё никогда ничего не вызывало у него такого беспокойства, чтобы он не смог поспать. Да и сейчас он не беспокоился. Разве что-то могло пойти не так с Бокуто-саном? Ну, если честно — да, много чего. Но Акааши был полностью уверен, что этого не случится. Он всегда чувствовал себя рядом с капитаном уютно и спокойно, уверенно, тихо. Он не переживал о том, что ему будет неловко или Бокуто-сану что-то не понравится. Котаро не могло "что-то не понравиться". Он абсолютно везде находил плюсы. Тогда что же было не так? Почему от одной мысли о запланированной ночёвке ему становилось так волнительно? Обычное времяпрепровождение вместе, то же самое, если бы они ехали на матч. Что такого? Нет, не то же самое. На матче вся команда. На матче есть конкретная цель, о которой все думают. На матче есть единственная тема для обсуждения и размышлений — волейбол. А на ночёвке... Что вообще делают на ночёвке? Смотрят фильмы, играют, чаёвничают.. Кейджи незаметно для себя улыбнулся. И вот снова. Вновь это теплое чувство, разливающееся по сердцу и заполняющее собой все его тело. В животе появляется приятная лёгкость, сравнимая разве что со свежим глотком воздуха после томительного погружения под воду. Это опять оно. Лёгкий щелчок, оповещающий о том, что чайник завершил свою миссию и закончил греть воду, разогнал все мысли Акааши и заставил его очнуться. Пару раз моргнув, он встал с места и подошёл к окну, отворяя форточку. Свежий воздух слегка растрепал угольно черные волосы, окутав сначала лицо, затем шею и плечи. Голоса птиц стали звонче, приглушаемые только шумом воды. — Мам.. — Да, сынок? — А ты... — Акааши выдохнул и поджал губы, проглатывая вопрос. Нет, глупо и бессмысленно спрашивать у матери какого-либо совета. Это выдаст его с поличным, действительно тупо. Не то чтобы он боялся реакции родителей, но... Так оно спокойней как-то. Да и почему-то ему не хотелось озвучивать свои чувства. Как будто бы тогда они уже не будут полностью его. Словно та частичка сокровенности будет утеряна, отдана кому-то другому, а значит, полностью обесценена. Нет, пусть он и не знает, что делать, это ощущение ему дороже всего. — А ты почему так рано встала? — Даже если он никогда не признается Бокуто-сану, — я думал, ты ещё спишь. — Даже если останется с этими чувствами навсегда. — Ты куда-то собираешься? — Ему достаточно просто любить его. Кейджи не запомнил ответа мамы. Кажется, что-то о том, что надо пораньше успеть зайти на рынок или вроде того... Честно, его мысли сейчас звучали куда громче непосредственно окружающего мира. Он не особо вникал в суть ответа. — Тут так чисто. Ты прибрался? — У нас всегда чисто, мам. Но я правда немного навёл порядок здесь, не думаю, что это настолько заметно. Женщина улыбнулась: — Заметно. Почему вдруг этим занялся? — К нам сегодня придёт мой друг на ночёвку. Решил, что стоит убрать то, что режет глаз. — Ох, ты о Котаро? Кейджи поднял взгляд на тепло улыбающееся лицо матери. — Ага, о нем. — Как здорово, он мне очень нравится. Такой вежливый и добродушный, побольше бы таких людей. Я не против, конечно, пусть приходит. Это ведь он капитан твоей команды? Кейджи дёрнул уголком губ в лёгком подобии улыбки, и кивнул. — Знаешь, он очень хороший мальчик. — ..Знаю, мам.