Прости и прощай.

...В людских семьях принято говорить, когда ребёнок взрослеет и вступает во взрослую, самостоятельную жизнь, что он "птенец, улетевший из родительского гнезда". Но в жизни бывает и иная ситуация. Для Клесто Лейс был что-то вроде родительской фигуры. Разница между их возрастами была 5 лет. Для кого-то пустяк, а кто-то видит в этом превосходство. И в тот момент, когда Клесто оканчивал школу и переходил в университет, Лейс уже работал в одной из тех самых легендарных фирм Ременса, секретарем своего отца, который взял на себя вожжи "главного" сразу в двух фирмах. После Сеймор уступил эту роль племяннику на его 23-летие, ибо сам уже устал от подобного, а сын категорически отказывался от такой "ноши сколиозной". К тому моменту Ременс младший успел отучиться и уже подрабатывал в архиве полицейского участка, перебирал старые дела, помогал с документами и прочие схожие занятия. Получение сразу обеих фирм принесло юноше очень даже приличный доход. Он продал их конкурентам на аукционе, а на вырученные деньги собрал по кусочкам свою детективную организацию, которая работает в Бейверстоуне и по сей день, а так же является актуальной. С тех пор братья работают вместе, а Клесто заодно вернулся в участок, но уже на должность следователя, так как даже детективная организация не смогла удовлетворить его желание наказывать жестокость. Но не всегда так будет и детектив это прекрасно понимал. Лейс нашёл себе любимую, которая тоже работала в полицейском участке. Их судьбы сплелись и они решили уехать подальше от эпицентра "детективных историй", чтобы построить семейный быт и жить... Спокойно. В день прощания младший подвёз пару на своей машине, помог им с чемоданами... Детектив выглядел спокойно, пожелал брату удачи, обнялся.. Но в душе он не мог радоваться. Ременс чувствовал себя птенцом, из гнезда которого улетел родитель. Но сам он уже давно не птенец, а Лейс никогда не был родителем. Так что их пути разошлись, как и должно было рано или поздно случиться. Тот день выдался достаточно... Разнообразным. После того, как поезд Лейса уехал, Клесто заметил, что небо постепенно заволакивало тучами, закрывая солнце. Еще через 20 минут пошел дождь. Детектив в тот момент зашёл в цветочный магазин, чтобы купить два пышных букета анемонов. После, уже под зонтиком, направился на кладбище. Тихий шелест деревьев, словно шёпот давно и не очень давно похороненных тут людей, встречал одетого с иголочки мужчину. Букеты мягко легли под могильные камни матери и сестры. Клесто по памяти перекрестился, а после присел на скрытую за пышными кустами лавочку, где и продолжил молча рассказывать могилам о всём, что его тревожит. Хоть и рука Клесто была достаточно крепка, чтобы без дрожи держать пистолет, от тяжёлого зонта, колебаемого ветром, она все же иногда сдавала. Каркас подкашивался и пару приличных капель падали на беловолосую голову, из-за чего детектив недовольно морщился. Вдруг зонтик из элегантной руки в черной перчатке попадает в другую. Ту руку, что не раз вскрывала людей, находя в их телах различные ответы.... Клесто даже не заметил, как к нему подсел Черкисс. Ему стоит быть внимательнее, не пропадать в мыслях... – Давно тут мокнешь? Поинтересовался мужчина, в наглую пристраиваясь на скамейке близ детектива и чуть выше поднимая зонт... А то уши не вмещались. – ... Не знаю, не засекал. Черкисс убрал налипшую на лоб прядь волос и перевёл взгляд карамельных глаз на надгробия.... Клесто никогда не открывался коллективу, крупицы информации о нём обычно рассказывал его брат, да и то это была какая-нибудь банальщина вроде "Клесто не любит алкоголь, поэтому ваши корпоративы ему неинтересны", либо же "Лучше не трогайте его хвост, вам же хуже будет". А сейчас судмедэксперт чувствовал, что оказался в нужное время и в нужном месте... Чем вызвал неловкость Ременса. Он как-то стушевался, отвел взгляд и молчал... Совершенно не похоже на того, кто не проживет и пяти минут без колкой фразочки. С надгробия Черкиссу счастливо и "до ушей" улыбалась девчушка. На фоне серого камня могильной плиты это было... Чувственно тяжко, даже для того, кто не знает её истории. Рядом на точно таком же надгробии была фотография женщины. Мягкие черты лица, слабая улыбка, а глаза... Большие, карие, прямо как у... Получается, сына? В уме вычитая даты, Черкисс понял, что на момент смерти девчушки Клесто было.. Лет пятнадцать? Он не силён в математике... А на момент смерти женщины получилось вообще семь. Мужчина покосился на детектива, который, словно статуя из такого же могильного камня, хмуро и упрямо сверлил взглядом одну точку и всей своей компактной сущностью рассеивал напряжение. – Ты... Часто тут бываешь. Слишком ухожено по сравнению с соседними участниками. Клесто ничего не ответил, лишь едва заметно опустив уши... А что сказать? Что до сих пор не пережил смерти? Или что мешает ему их пережить? Нет, нельзя делать себя уязвимым. – ... Ясно, значит играем в молчанку. Длинноволосый снова взглянул на могилы. Отца среди них нет, значит... Жив? – А с отцом чего, поцапались? Бледное лицо детектива стало еще хмурее. С таким выражением он смотрел только на наглого преступника на допросе, что сразу дало понять Черкиссу - вопрос лишний. – Прости, молчу.. – Он в психушке. – Чего?.. Судя по лицу Ременса он сам удивился тому, что сказал. Детектив встретился взглядом с судмедэкспертом, а после перевел его на свои колени, скукожившись как будто в живот ударили. Руки сразу нашли кончик хвоста и начали его теребить, перебирая шерстку. – Отец не смог пережить смерть матери и у него поехала крыша. Поэтому он до сих пор в психушке. Голос Клесто для Черкисса показался слишком... Бесцветным? Для такой то ситуации. – Тебе... Видимо, не особо печально от этого факта. – ... Был бы тут Лейс, он бы разрулил ситуацию... Но время взрослеть. – Свои причины. Мы не были очень близки, чтобы я мог печалиться по этому поводу. Ресмонд сверлил взглядом висок Клесто, пока детектив упрямо мучал свой хвост. Этот человек явно говорит не всё... Но долбить его сейчас будет так же бесполезно, как пытаться растопить лёд под холодным ливнем - можно насильно отломать пару кусочков... Но это сделает только хуже и не принесёт нужного результата. Судмедэксперт тяжко вздохнул... Как трудно с этими людьми! Он мягко положил свою руку поверх рук Клесто. – Перестань мучить хвост, потом как ёршик для унитаза будет. Детектив посмотрел на него удивлённо.. Но не успел даже хорошо почувствовать тепло его руки, как Черкисс её убрал. – Идём. По прогнозу обещали грозу, нечего тут задницу мочить. – Мне без разницы, я на машине. – А да? Окак, значит, и меня подвезёшь. – ... Ты в край обнаглел. В момент этого диалога мужчины уже покинули тоскливое место, оставляя вместе с анемонами свои напряжённые отношения. – Довези меня до шлагбаума, дальше дорога отврат-... Эй, ты чего, серьёзно? Черкисс спокойно прошел в своих красных кедах через лужу - дома отстирает и будут как новые. А вот Клесто неловко искал какой-нибудь выступ суши, ибо его лакированные туфли слишком привередливы и требовательны в стирке... Проще не пачкать. – Ай, заноза... Иди сюда! Вернувшись с середины этого грязного озера, судмедэксперт вручил детективу зонт, а сам поднял его на руки, что последнему не очень понравилось. – Хэй, ты что творишь!? Я сам дой-...! – Пока ты там прицелишься куда прыгнуть - до трусов промокнуть успеем. И вообще, будешь выпендриваться - в лужу носом ляжешь! Носом оказаться в луже Клесто явно не улыбалось.. Поэтому он, словно кот, готовый в любой момент приземлиться на четыре лапы, опасливо зацепился конечностями за тело напарника, поглядывая под ноги. – Да ладно тебе, расслабься, не выкину я тебя в лужу. Мужчина ухмыльнулся, смотря на напряжённого детектива и потрепал его по ушам, за что получил предупреждающее шипение. До дома Ресмонда они ехали молча. Черкисс бросал взгляды на Клесто с пассажирского сиденья сзади, а Ременс в свою очередь незаметно пялил на напарника в зеркало заднего вида. Когда же они прибыли, ливень во всю хлестал, замыливая обзор водителей... Плохая погода в Бейверстоуне - база жизни горожан. – Ты уверен, что доедешь? Клесто прикусил губу, смотря на дорогу... В своих водительских способностях он был более, чем уверен... А вот в способностях своих одногорожан - нет. – Не знаю.. – Можешь переждать у меня, если ваше высочество захочет побывать в холостяцкой квартире. Беловолосый поджал уши от неприятно проскользнувшей по их шерстке воды и поправил галстук... В такую погоду чапать до дома не хотелось. Он, даже просто стоя на асфальте, чувствовал, как его туфли, не предназначенные для таких погодных условий, начинали намокать. – П-пошли уже, не выпендривайся.. Ощущать воду было неприятно. Черкисс поспешил закрыть их зонтиком от уже косящего дождя и повел внепланового гостя в свои "хоромы". Квартира судмедэксперта находилась в более старом районе, по сравнению с домом Клесто. Среди кирпичных пятиэтажек было... Тихо. Но тишина была именно атмосферной, а не пугающей. Сама же жилплощадь была в разы меньше хором Клесто, да и мебель не могла похвастаться дизайнерским взрывом... Но детективу тут стало куда комфортнее, чем в его большой, но холодной и одинокой квартире. – Ах да, у меня не прибрано.. Не думал, что кто-то придет, так что не пугайся... У тебя то, небось, все носки по линеечке сложены? Черкисс посмеялся, на ходу сбрасывая мокрую одежду и закрываясь у себя в комнате, чтобы переодеться. Клесто же снял промокшие носки, аккуратно повесив их на змеевик в ванной, а сам сел на кухне, в креслице близ батареи. Он поджал ноги к груди и каким-то странным взглядом смотрел, как в тучах иногда появлялся небольшой просвет. – На. К ногам Ременса вдруг упала пара теплых тапочек. Это Черкисс, уже переодевшийся в кофту и какие-то замызганые шорты, притараканил их. – Надень, полы холодные. Клесто неуверенно посмотрел на сей непривычный предмет одежды... Тапочки в его семье никогда не были востребованы, ибо дома всегда были полы с подогревом. Аккуратно облачив босые ступни, он почувствовал... Тепло. Приятно. Судмедэксперт за этот момент заминки уже успел что-то состряпать в чашках. – Чай или кофе? – Эм... Кофе – Не угадал, чай – ... Клесто вручили кружку с горячим ромашковым чаем. Приятный дымок ударял прям в ноздри, расслабляя нервы обычно бдительного детектива. – Ты так смотришь, словно чай никогда не пил. – Я пил, но... Кофе чаще. – И зря, поэтому такой и вредный. Кофе в мозг ударяет. – Хах.. Потягивая полюбившийся напиток, Клесто разместил свой хвост на подлокотник. Выглядело это достаточно забавно... Да и вообще то, как вел себя детектив совершенно не вязалось с навязанным образом в участке, который видел раньше Черкисс. – Прости за мой язык без костей, но... Как они умерли? Можешь не отвечать, если.. – Мама умерла от рака, а Мэри... Сестра погибла при пожаре. Не успели спасти. – Оу... Сейчас Клесто рассказывал не так бесцветно. Как бы он не пытался скрыть свои эмоции, их отголоски все равно были видны в жестах, интонации, голосе... Даже во взгляде. – Почему ты не рассказывал? – Кому? Предлагаешь, чтобы я в случайный момент наших с тобой ссор вдруг завёл тираду о моем прошлом? Горько усмехнувшись, Ременс снова сделал пару глотков чая. – Ну, не мне.. Фексо, например. Вы с ним, на удивление, хорошо ладите. Рейсер тоже не во врагах у тебя. – Я не вижу смысла в этом. Никому... Не будет дела до проблем раздражающего сотрудника. – Мне есть дело. ... Тишина. Оба удивились последним, как будто зависшим в воздухе словам. – Кхм... Черкисс отвел взгляд и принялся за свой чай. Клесто предпочел сделать тоже самое. Время близилось к позднему вечеру, а ливень как будто не желал заканчиваться. – Клесто? Вдруг прервал молчание длинноволосый. Детектив отзывчиво поднял взгляд. – Что? – Слушай, погода шепчет прям... Может, у меня останешься? На кровать ляжешь, а я на диване... А то потом кишки твои с асфальта соскребать не прикольно будет, если влетит кто. Предложение заставило ушастого задуматься... С одной стороны ему так не хотелось сейчас куда-то уезжать, ведь он уже успел пригреться... А с другой... – Я не хочу тебя притеснять.. – Если бы ты меня притеснял, то я бы не предлагал. Тоже верно. Но Клесто было неловко. – Если ты останешься, то будет даже лучше. Мне не придётся волноваться за твою тушку. Черкисс слабо улыбнулся и забрал у детектива пустую чашку, чтобы помыть. – Ладно... Раз ты так говоришь, то останусь. Спасибо. – Нет проблем. Ты пойдешь в душ? – Мм?.. А, нет, я.. Спать хочу. Клесто зевнул и потёр глаза.. Поспать ему действительно не помешает. Черкисс убрал кружки в шкаф и кивнул на выход. – Спальня первая дверь слева. Я в душ. С этими словами он забрал нужные вещи и закрылся в ванной... А Ременс устроился на краю большой, мягкой кровати, немного ворочаясь с непривычки. Когда Ресмонд вернулся в комнату, Клесто уже спал. На краю, свернувшись в комочек, словно пытаясь занять меньше места.. Он таким образом не доверяет или старается не мешать? Черкисс выдохнул и мягко поднял мужчину на руки, перекладывая его в центр кровати и укрывая своим одеялом. Детектив забавно утонул в постели, торчали только уши, которые, не удержавшись, погладили руки судмедэксперта. Ременс заворочался и в итоге обнял подушку. – Хах, как мелочь... Черкисс потушил ночник и лег спать на диван, слушая тихие посапывания его гостя, пока сам не погрузился в грёзы сна... Но сон длился недолго... Черкисс проснулся от глухого, громкого звука, вскочив с дивана. Воры пробрались? На улице что-то взорвалось?... На деле же все оказалось проще и комичнее. Взглянув на пол, судмедэксперт замечает... Клесто. Как такой мелкий тип мог свалиться с широченной кровати? Это же надо вертеться как лопасти вертолета! Судя по позе детектива, снилось ему что-то... Не очень хорошее. Он весь как-то скукожился, уши поджал, а хвост бешено метался по полу. Ресмонд присел на корточки рядом с ним, положив руку на его холодный лоб. – .... Выдох. Нужно поднять этого беспокойного коротышку, иначе из квартиры укатится. Аккуратно подхватив Ременса под колени и плечи, Черкисс потащил его обратно на кровать. Клесто же, видимо, почувствовав странное тепло, сначала заворочался, и стоило его голове коснуться подушки, сразу вскочил... Увидеть то, как твой знакомый ночью держит тебя на руках, то ли укладывая на кровать, то ли наоборот, поднимая с нее, было... Неловко, даже смущающе. Черкисс тоже это понял, поэтому сглотнул и убрал руки. – Т-ты.. Кхм... Ты просто, ээ... Упал с кровати и... Ну.. Я поднял. – Ааа.. Оу.. Детектив готов был сквозь землю провалиться. Такие казусы происходили достаточно часто с ним. – Прости, что разбудил.. – Ерунда, не парься. Черкисс сел рядом, смущая беловолосого своим пристальным взглядом. – Ты какой-то нервный... Все в порядке? Ореховые глаза встретились с карамельными, после чего снова убежали глядеть в окно. – Сон.. Просто плохой сон. – Это... Связано с семьёй? Выстрел наугад, прямое попадание. Клесто едва заметно кивнул. – Да. И тишина... Снова он закрывается в себе, словно что-то пряча. Что-то страшное или унижающее? А может, и все сразу.. – Расскажешь? Детектив чувствует руку на своем плече, отчего чёрные уши вмиг встают торчком. ... Рассказать? Пустить в свою душу, обнажив все страхи и слабости? Даже воспоминания о том дне пробирают до мурашек и холодного пота... А пересказывать увиденный сон с этим еще тяжелее. –:Я... Я не готов... Сразу раскрывать все карты. Прости, просто.. – Брось, все в норме... Я не заставляю. Просто подумал, что тебе станет легче, если поделишься. У судмедэксперта была своя интересная особенность. Он становился ужасно тактильным, когда ощущал, что кому-то на душе тяжело. Сейчас произошло тоже самое. Сильные руки вдруг стиснули беловолосого в объятиях, отчего тот даже вздрогнул, как от удара током. – Ты что делаешь?... И правда, что он делает то? Никто не просил, а он тут руки распускает... Но все же не отстранился. – .... Ответа Клесто не дождался.. Но почувствовал, что этим хотел донести ему его... Друг? Детектив медленно расслабил напряжённые мышцы и опустил голову куда-то на ключицы напарника. Ноги прижались к груди, этакий небольшой чёрно-белый комочек. – Я всё ещё не привык к таким твоим заскокам... – Привыкнешь.