Seven Minutes in Heaven

Чёрт бы побрал эту Ху Тао, резко придумавшую новое веселье их разбушевавшейся компании. Кто бы мог подумать, что она предложит сыграть в "7 минут в раю"? И несмотря на то, что Люмин долго упиралась и придумывала кучу причин, почему она не может придти вечером к друзьям, она все же оказывается в их кругу и пишет своё имя на маленькой бумажке. Всё бы ничего, она не против провести время с друзьями, вот только её смущало присутствие одного парня, который не выходил из ее головы вот уже полгода. Обаятельный иллюзионист, который не страдал от внимания к себе девушек, завоеванных его сладкими речами. Среди них была куча красивых и интеллигентных личностей, до которых Люмин как до Луны пешком. К ней он относился точно так же, как и к любой другой, а смешки его друзей только подтверждали её никчемность. Даже если ей и повезёт сегодня, ничего особого не произойдёт. Лини слегка пофлиртует с ней, а затем уйдёт восвояси, даже не вспоминая о ней. Как и всегда. От таких мыслей на душе стало тяжело, веки потяжелели, а руки до того ослабли, что выронили с грохотом ручку. Виновник состояния Люмин даже не шевельнулся в сторону звука и продолжил задумчиво крутить свою шляпу, которая и должна была стать реквизитом для игры, на указательном пальце. — Мы можем использовать еще и мою шляпу. Твою - для парней, а мою для девушек, - послышался где-то сзади спокойный голос Линетт, близнеца Лини. Последний на это лишь слабо кивнул и наконец оставил свою шляпу в покое. На плечо Люмин осторожно легла чужая ладонь: — Ты можешь не участвовать, если тебе так будет лучше, - прошептала девушка, так, чтобы ее брат ничего не услышал. -Нет, все хорошо, я уже пообещала Ху Тао, - Люмин положила свое имя в шляпу Линетт и отправилась на поиски остальных друзей. Все, что угодно, лишь бы побыть подальше от Лини. Ее тянуло к нему, но и быть рядом так долго невыносимо больно. Каждая её часть разрывалась при виде его лиловых глаз, смотрящих точно в душу.

***

— Вы ведь все хорошо знаете правила, да? Если что, я еще раз расскажу. Я вытяну по очереди из обеих шляп имена, и эта пара отправиться в шкаф на семь минут. Все, что угодно, если ваш партнер согласен. — Эй, Ху Тао, ты уговорила меня присоединиться, а сама играть не планируешь? - недовольно цыкнул Лини. В груди Люмин все сжалось. Ху Тао позвала иллюзиониста сыграть с ними? Голова закружилась, а ноги стали ватными. Перед глазами невольно предстала картина, как её Лини уходит в другую комнату с другой девушкой. — ...и Люмин !- восторженно крикнула Тао. — А? Что? - Кажется, девушка отвлеклась всего на секунду и пропустила объчвление двух счастливчиков. — Ты и Лини отправляетесь на семь минут в мой шкаф, - усмехнулась, и кажется, подмигнула, Яэ, хозяйка дома, в котором они собрались. Люмин застыла на месте, сердце готово было выпрыгнуть из груди и не возвращаться обратно, а щеки залил густой румянец. — Идём, мадмуазель, - с кошачьей улыбкой произнес Лини и взял ее за руку. Как толкьо они оказались в тесном и темном шкафу, снаружи щелкнул замок. Вот чёрт! Люмин сильнее вжалась в заднюю стенку шкафа, но их временное пристанище было слишком тесным, их тела были непозволительно близко, а бедра Люмин, которых касались ноги Лини, горели. Как и все лицо девушки. Прошло пару минут, прежде чем один из них выронил слово. — Скажи мне, Люмин, - наконец прошептал человек на противоположном углу шкафа, - почему ты так ко мне относишься? Убегаешь, как только я появляюсь рядом? Да даже сегодня ты ушла подальше от меня, хотя не любишь шум? Неужели я так противен тебе... - последняя его фраза прозвучала с горечью, этот шёпот въелся в мысли Люмин, голос повторял его снова и снова, пытаясь донести девушке суть и одновременно пытая её. — Нет, просто... - слова так и рвались наружу, но что, если Лини просто переживает как друг? Больше всего на свете она боялась испортить их и так слабую дружбу своими чувствами. Нет, пусть лучше она страдает, а Лини должен быть счастлив. Чужая рука легла на бедро, осторожно поглаживая его. —Люмин, понимаешь, я не могу больше молчать. Я видел много девушек в своей жизни, многим я запал в душу, многие хотели бы быть со мной, но... Никто не интересовался мной настоящим так, как это делала ты, на меня все смотрели как на обезьяну в зоопарке, но ты единственная, в чьем взгляде я чувствовал заботу. И, Люмин... я, - монолог парня прерывался на пару секунд. —Я люблю тебя, Люмин.-слова Лини прозвучали как солнце после длинной темной ночи, осветив внутренний мир девушки. Сердце отбивало вальс смерти, наверное, последний раз перед тем, как Люмин утонет в этой пучине. —Я тоже люблю тебя, - четыре заветных слова, которые она никому никогда не говорила, и никогда даже не собиралась сказать. В мгновение две руки парня оказались на затылке девушки, его влажные пухлые губы накрыли ее, сухие. Правая рука перебирала светлые локоны, колени уперлись в стены шкафа. Сладкие чужие губы впивались в губы Люмин, целуя так страстно, как в последний раз. Она охотно отвечала на такой неумелый, но такой долгожданный поцелуй с тем, кого она не могла представить рядом с собой даже в самых сладких снах. Тело фокусника прижималось к ней со всей силы, руки девушки обвили талию Лини и выводили замысловатые узоры на одежде, а внутри полыхало пламя, способное погубить всё живое на планете. Ладони иллюзиониста еще сильнее вжались в затылок Люмин, не давая ей отпрянуть. Но в этом и не было необходимости. Она бы утонула в этих сильных руках, таких желанных губах, изрекающих сладкие, как мед, речи. Она бы вся без остатка отдалась Лини. Она бы отдала все, лишь бы быть с ним подольше. Помада давно размазалась по лицам парня и девушки, но их ничего не смущало. Такая мелочь не стоит их внимания. А еще ничего не стоят те самые семь минут, которые уже давно должны были закончиться. И весь мир подождёт их, наконец обревших своё счастье. И никто из не узнает, что на каждой бумажке, оказавшейся в шляпе, были заботливо выведены друзьями только их имена.