A ray of hope

Джей открыл глаза раньше, чем зазвенел будильник в конце коридора. Это был не навык - инстинкт. Спать глубоко здесь было практически невозможно. Потолок над ним покрылся паутиной трещин, словно кто-то пытался разгадать в их хаотичных линиях судьбу. Джей часто ловил себя на этом занятии в первые месяцы. Теперь просто запоминал новые разломы, словно своеобразный дневник прожитых дней. Холодный воздух щипал голые предплечья. Отопление в приюте включали ровно настолько, чтобы трубы не лопнули. Джей потянулся к стулу, где висела рубашка, серая, с растянутым воротом. Ткань пахла дешёвым мылом и чем-то металлическим, возможно кровью от вчерашней стычки у помойки. Джей попал сюда в семь лет. С тех пор каждый день стал адом. Приют «Луч надежды» стоял на отшибе, заросший бурьяном и забытый городом. Трехэтажное здание из серого кирпича с выщербленными стенами напоминало старую крепость или тюрьму. По углам зияли трещины, будто кто-то пытался разломать его изнутри и сдался. Окна, затянутые решетками, отражали тусклый свет фонарей. Изнутри не горел ни один. Только на третьем этаже, в кабинете директора, до поздней ночи мерцал желтый квадрат. Двор был пуст, если не считать ржавых качелей, которые скрипели на ветру, будто звали покачаться. Но дети обходили их стороной. Говорили, что когда-то здесь разбилась девочка - упала с верхней перекладины и не встала. Зимой двор заметало снегом, и тогда он казался чистым, почти красивым. Но весной, когда снег таял, из-под него проступали окурки, битое стекло и темные пятна, которые никто не решался назвать кровью. Внутри здания пахло сыростью, дезинфекцией и чем-то кислым, как будто стены впитывали в себя все слезы, крики и боль, которые здесь оставались. Брошенные дети не могли смириться с одиночеством и становились неуправляемыми. Гниль, что была заперта в стенах здания отразилась на каждом, находящемся в приюте. *** Это был солнечный день. Маленький Джей шёл с матерью, держа одной рукой её, а другой мороженое, купленное по дороге. Эта женщина была по особенному красивой. Длинные чёрные волосы, чёткие линии лица, обаятельность и харизма, тянущая к себе людей, в том числе и противоположный пол. Пак хотел равняться на неё. Он был горд тем, что именно она его мать. Её нежная, но сильная рука не отпускала его. Они шли куда-то, маленький Пак не вникал куда они идут, пока они не остановились перед ржавыми воротами. На вывеске неразборчиво написано "Луч надежды", но надежды Джей не ощущал. - Джей, тебе тут будет лучше. - Она не смотрела на него. Рука ослабла, выпустив маленькую ладошку из своей. Длинными пальцами женщина достала красную пачку вишнёвых мальборо и приставила ко рту сигарету. - В каком смысле?... Мамуль, я тебя не понимаю. - Он обеспокоенно смотрит снизу вверх на мать. Ворота открываются, выходит высокая женщина средних лет в деловом костюме. Они с матерью перекидываются взглядами и фальшиво улыбаются друг другу. - Пак Джей, верно? - Незнакомка окинула Пака своим заинтересованным взором. - Да. - Сигарета выкурена почти полностью, хотя досталась совсем недавно. - Джей, в жизни надо уметь делать правильный выбор. Женщина, называемая матерью впервые посмотрела на сына. В детских глазах играл страх и непонимание, но самое ужасное, что в таких, ранее любимых глазах мамы было только безразличие. Выбор надо уметь делать, поэтому она выбрала его, богатого мужчину, обещавший подарить ей лучшую жизнь. Без Джея. *** Шаг за шагом, Джей вышел в общий коридор. Одежда, пахнущая дезинфекцией, холодная вода из-под крана, быстрый завтрак в столовой, где каша по консистенции напоминала клей. Всё как обычно. Но сегодня что-то было не так. В коридорах шептались. Даже надзиратели, обычно равнодушные ко всему, кроме собственного удобства, перебрасывались многозначительными взглядами. - Говорят, привезли новенького, - пробормотал кто-то за спиной Джея. - А ещё говорят, что он из богатеньких, странно, что его сюда выкинули. Он не обернулся. Новенькие здесь не задерживались. Либо ломались, либо убегали, либо их переводили в другие учреждения. Пак шёл в общий зал, где всегда собиралось достаточно много людей, огромная лестница ведущая наверх была ориентиром для поиска работников, в прочем, искать их было бесполезно. Парень встал возле стены, завязывая шнурок потуже, вся эта шумиха с новичком его мало интересовала. Но когда дверь в общий зал распахнулась, и директор ввел за руку того самого новичка, Джей все же поднял глаза. И замер. Мальчик. Лет пятнадцати, не больше. Слишком чистый для этого места. Рыжие волосы, аккуратно подстриженные, будто его привели сюда прямо из какого-то хорошего дома. Глаза широкие, зелёные, как деревья за решетчатым окном. В них не было страха. Только настороженность. - Это Чонвон, - объявил директор, толкая мальчика вперед. - Ведите себя прилично, и проблем не будет. Джей фыркнул. Здесь все вели себя «прилично» ровно до первого вечера. Чонвон стоял посреди комнаты, сжимая в руках потрепанный рюкзак. Взгляды других воспитанников скользили по нему, как ножи. Кто-то уже оценивал, сколько стоит его одежда. Кто-то, насколько легко его можно будет сломать. Джей наблюдал за этим со своей обычной отстраненностью. Ему было плевать. Пока их взгляды не встретились. Веснучатое лицо смотрело без страха, словно он давно смирился с тем, что будет здесь. Как будто Джей вовсе не сирота и несчастный ребёнок, а обычный парень. Тишина в зале повисла на несколько секунд. Воспитанники переглядывались, внимательно разглядывая новичка. Но никто не сказал ни слова. Несколько парней, самые крупные из старших, лишь усмехнулись и медленно обвели взглядом Чонвона с ног до головы, прежде чем плюнуть под ноги и уйти. Остальные расходились молча, бросая на рыжего пустые взоры. Джей наблюдал за этим, стиснув зубы. Это было унизительно, было хуже, чем сразу начать гнобить. На собственной шкуре он прочувствовал это. Новичок остался стоять один посреди зала, сжимая в руках потрепанный рюкзак. Его зеленые глаза метались по углам, но взгляд оставался спокойным, даже насмешливым, как будто вся ситуация его забавила. Джей отвернулся. Не его дело. *** День дался тяжелым. Джея завалили разными обязанностями, ведь каждый ребёнок должен быть занят чем-то полезным. Рыжий мальчик не выходил из его головы, морозил разум своим веснучатым лицом и бесстрашным взглядом. Пак направлялся в свою комнату, полностью вымотанный после уборки в столовой. Он шёл по коридору, пошатываясь от усталости. Ступал тяжело, почти волоча ноги. Он уже почти дошёл до своей комнаты, когда краем глаза заметил движение в самом дальнем коридоре, куда даже надзиратели заглядывали редко. Там было темно, только слабый свет уличных фонарей из окна падал на пол, выхватывая из мрака силуэты. Джей замедлил шаг. Тихо. Раздался глухой удар, приглушённый стон. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. "Не твоё дело" - прошептал внутренний голос. "Иди дальше". Но ноги сами повернули в сторону звука. Тёмный коридор. В конце, у заколоченной двери, стояли трое: двое держали кого-то, третий бил. Методично, словно пытается выместить всю свою обиду и злость в эти удары. - Ну что, богатенький, - раздался хриплый голос. - Где твои деньги-то? Или думал, тут тебя с конфетами встречать будут? Тихий смешок. Ещё один удар. И тогда Джей разглядел его. Рыжие волосы, теперь взлохмаченные, разбитая губа и помятая рубашка. Зелёные глаза, всё так же не выражали страха, даже сейчас. Этот Чонвон был странным. - А хотелось конфет, если честно - Усмехнувшись, с хрипом произнёс Чонвон. Пак впервые услышал его голос. Бархатный и успокаивающий. Вслед за высказыванием Яна послышались глухие удары и тяжелое дыхание. Джей замер в тени, наблюдая, как трое старших воспитанников методично избивают Чонвона. Рыжий парень держался стойко, не молил о пощаде, не кричал, лишь глухо кряхтел от ударов, будто принимал это как должное. Но когда один из нападавших, самый крупный парень, занёс кулак для очередного удара, Джей резко шагнул вперёд. - Через несколько минут сюда придут надзиратели, советую сваливать. - Трое парней вылупились в конец коридора. - А ты откуда знаешь? - Недоверчиво спросил один из них. - Я услышал, как они говорили об обходе сегодня, мне нет смысла вам врать. Ложь была гладкой, как лезвие. - Ладно, богатенький, сегодня тебе повезло.- Он толкнул Чонвона плечом, заставив того споткнуться. - Но это не конец. Трое быстро скрылись в темноте коридора, оставив после себя лишь тяжёлое дыхание и запах пота. Джей подошёл к Чонвону, который сидел, прислонившись к стене, вытирая кровь с разбитой губы. - Идиот, тебя могли тут с лёгкостью и забить до смерти. - Пак смотрит на новенького сверху вниз. - Ну не убили же. - Рыжий улыбается, зубы окрашены кровью, на теле совсем скоро появится туча гематом, но он улыбается. Джей сжал зубы. Этот парень был либо сумасшедшим, либо слишком привык к боли. - Вставай. - Он резко наклонился, схватил Чонвона за руку и дёрнул на ноги. - Пойдём. - Куда? - К твоей мамочке под юбку. Придурок, в комнату. - Пак окинул парня оценивающим взглядом, неловко добавив. - Ко мне в комнату, они точно знают номер твоей и будут там поджидать. Чонвон не сопротивлялся, даже ничего не сказал. Он шёл за Джеем, слегла прихрамывая. Коридор был пуст. Только их шаги эхом отдавались в тишине. *** Маленькая, серая комнатка, потрёпанный стол, стул и маленький комод в углу комнаты. Но даже это было роскошью, ведь иметь отдельную комнату было почти невозможно. Джею её выделили ещё, когда он въехал, потому что детей было мало. Теперь же это место так укоренилось его именем, что никто не смеет его оттуда выселять. Чонвон проходит и садится на скрепучую кровать, потирая ушибленный бок. - У меня есть перекись и куски бинта, на большее не расчитывай. - Ровным тоном произносит Пак. Комната сжалась вокруг них, как старая рана, которая никогда не заживает до конца. Джей достал из-под кровати жестяную коробку с перекисью и обрывками бинтов. - Раздевайся. - Бросил он, не глядя на Чонвона. - Сразу? - Рыжий приподнял бровь, но тут же скривился от боли. - Я думал, сначала ужин. Джей фыркнул, наливая перекись на тряпку. - Мне нужно посмотреть насколько всё плохо, но если хочешь, чтобы эти ранки сгнили - можешь не слушаться. Чонвон медленно стянул рубашку, обнажив сине-багровые пятна и рваные раны на бледной коже. - Почему ты не кричал? - спросил он, прижимая пропитанную перекисью ткань к ссадине на ребре. - Не знаю, мне всё равно, я всё равно дам им отпор в следующий раз. - Охренительная уверенность. - Пиздатость. - Чонвон не дрогнул, даже когда антисептик въелся в рану. - Такие как они, смелые до первого удара в рану. Ту самую, что осталась из детства. Они исчезнут сразу же. Джей остановился, изучая его лицо. - А ты? - Я? - Чонвон улыбнулся, и в его глазах вспыхнуло что-то ледяное. - Я уже исчез. Давно. Тишина повисла между ними, густая, как дым. - Идиот. - Наконец пробормотал Джей, заклеивая пластырем порез на плече. - Ты тут либо сдохнешь, либо станешь таким же, как они. - Ты же не стал. - Я - исключение. - И я тоже. Джей задержал взгляд на его лице ни страха, ни злости, только спокойная уверенность, будто он уже видел конец этой истории. - Ладно. - Джей швырнул остатки бинтов в коробку. - Но если завтра тебя найдут в подвале с перерезанным горлом - я даже не удивлюсь. Чонвон рассмеялся, и звук был странно живым в этой мёртвой комнате. - Тогда постарайся не забыть меня первым. Джей щёлкнул выключателем. Тьма накрыла их, но трещины на потолке всё ещё светились, как шрамы, которые не затянутся никогда. Тьма сгустилась в комнате, но сон не шёл ни к одному из них. Джей лежал на кровати, уставившись в потолок, а Чонвон сидел на полу, прислонившись к стене, сжавшись в комок от холода. Он не жаловался, но по тому, как он иногда вздрагивал и глухо кряхтел, было ясно - ему больно. Джей долго терпел. - Чёрт возьми… - Наконец вырвалось у него сквозь зубы. Он резко сел. Чонвон приподнял голову. - Что? - Вставай. - Зачем? - Просто вставай, тупица. Рыжий медленно поднялся, придерживая бок. Джей схватил его за руку и потянул к кровати. - Ты серьёзно? - Чонвон засмеялся, но в его голосе слышалось напряжение. - Да. Ложись. - Но места тут… - Сонные зелёные глаза смотрели в самую душу. - Ложись, я сказал. Чонвон колебался секунду, потом сдался. Кровать жалобно скрипнула под их весом. Они легли спиной к спине. - Если ты ночью захочешь меня задушить, хотя бы разбуди сначала. - Пробормотал Чонвон. - Заткнись и спи. Тишина. Но теперь в ней не было одиночества. Комната впервые показалась не настолько тусклой, как обычно. *** Джей уже стоял у двери, затягивая шнурки потрёпанных ботинок. Он бросил взгляд на Чонвона, который сидел на краю кровати, потирая сонные глаза. - Ты остаешься здесь. - приказал Джей, нахмурившись. - Пока я не вернусь, не высовывайся. Те ребята из коридора ещё не забыли про вчерашнее. Непонятно к чему эта лишняя забота, зачем он вообще так печётся над этим выходцем из богатенькой семьи. Чонвон лениво потянулся, разминая плечи. Его губы растянулись в ухмылке. - А если мне вдруг станет скучно? - Ну, выйди, тебе сломают еще пару ребёр, может ты тогда поймёшь, что я прав - Огрызнулся Джей и вышел, хлопнув дверью. Как только шаги Джея затихли в коридоре, он вскочил на ноги, потянулся во всю длину, что вызвало пару болезненных гримас, и вышел из комнаты. Приют днём был не менее мрачным, чем ночью, но хотя бы не таким пустынным. Воспитанники слонялись по коридорам, кто-то шёл на завтрак, кто-то прятался от надзирателей. Чонвон насторожено оглядывается по сторонам, дабы не наткнуться на тех парней, но вспомнив, что сейчас время завтрака, выдыхает. Парень бродит по зданию, заходя туда, куда не суются даже надзиратели. Изучение новых мест даётся Яну без препятствий, до момента, пока перед ним не предвстаёт запертая дверь с замком. Удача была на его стороне, поэтому ржавый замок не смог устоять перед ударами крепкого плеча. Дверь распахнулся, узкая, пыльная лестница вела наверх. Чонвон без колебаний поднялся по ней. И вот он - чердак. Пространство под самой крышей было завалено хламом: сломанной мебелью, старыми матрасами, коробками с какими-то пожелтевшими бумагами. Но самое интересное было впереди - небольшое слуховое окно, через которое пробивался солнечный свет. Чонвон подошёл, отёр слой пыли со стекла и засмеялся. - О, вот это удача. Окно открывалось. Чонвон перелез через раму, осторожно ступил по старым доскам. Отсюда весь приют казался маленьким, а мир - огромным. Он подошёл к самому краю, встал на парапет, доски под ногами жалобно заскрипели, и глубоко вдохнул. Казалось, что все проблемы не имею здесь значения. Ведь всего лишь один шаг вперёд способен всё изменить.... "Вот бы правда полететь." - Проскользнуло в мыслях Яна. - "Ладно. Не сейчас." Юноша уходит из этого места, подметив, что сюда стоит привести Джея. *** Чонвон вернулся в комнату Джея, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая стены приюта в грязно-оранжевые тона. Он вошёл бесшумно, словно тень, но Джей сразу поднял голову, будто почувствовал его присутствие кожей. На удивление Чонвона, Пак вернулся раньше, чем он ожидал. - Где ты шлялся? - Голос Пака был резким, но в нём проскользнуло что-то, что не звучало как злость. Скорее... беспокойство. - Исследовал окрестности. - Чонвон ухмыльнулся, плюхнулся на кровать и тут же скривился, хватая за бок. - Нашёл крутое место. - Идиот. Тебя могли поймать. - Но не поймали. Джей закатил глаза, но уголки его губ дрогнули, будто он едва сдерживал улыбку. - Ладно, слушай сюда. - Он перешёл более равнодушный тон. - Сегодня ночью ты уйдёшь в свою комнату. Тихо. Чтоб никто не видел. - А зачем? - Тебе выделена целая отдельная комната, а такая роскошь до тебя, была только у меня, так что будет много вопросов, почему ты здесь и почему ты не пользуешься своей комнаткой. Чонвон задумался, его пальцы бессознательно сжали край матраса. - А если я не хочу уходить? Джей замер. В его тёмных глазах промелькнуло что-то неуловимое, будто он сам не понимал, почему ему так важно, чтобы Чонвон остался. - Ты... тупица - Наконец выдохнул он. - Это комплимент? - Это констатация факта. Чонвон рассмеялся тихо, и звук этот был тёплым, как первый луч солнца после долгой зимы. *** Ожидание полной темноты, чтобы удостовериться, что в коридоре никого нет, утомляет. Тишину нарушает Джей. Чонвон устало сидит на полу, уперевшись спиной об холодную стены, пока Пак сидит на жёсткой кровати. - Почему ты здесь? - Раздался голос Пака. - Обычно богатенькие мальчики не попадают в такие места. Тишина. - Богатенькие мальчики, - Наконец произнес Чонвон. - иногда оказываются никому не нужны. Джей повернулся к нему, но в темноте не разглядел его лица. - Мои родители погибли в авиакатастрофе полгода назад. - Голос Чонвона был ровным, будто он рассказывал чужую историю. - Остался только старший брат. - И он тебя сюда…? - О, это было смешно. - Чонвон усмехнулся. - Сначала он сделал вид, что хочет опекать меня. Но в скорем времени его маска слетела с лица и стало очевидно, что он пытается сделать всё, чтобы выставить меня проблемным подростком. Он даже наркоту мне в еду сыпал, чтобы я подсел. Пытался доказать, что не может со мной справится и меня пора убрать. - И сработало. - Конечно. У него связи, деньги, а у меня… - Он развел руками. - Только рыжие волосы и дурная защитная реакция в виде смеха. Джей молчал. Слов не хватило бы, чтобы описать его чувств. Каждый в этом доме был наделён своей душераздирающей историей, но почему-то именно от Яна рассказ ощущается по другому... - Он ненавидел меня с детства. - Чонвон продолжил. - Потому что отец считал меня «более перспективным». А теперь… теперь у него все. Дом, бизнес, имя. А я здесь. Снова неловкая тишина. Нет слов, лишь громкое молчание. - А ты? - С выдохом спросил рыжий. Тишина повисла между ними - густая, как туман. Джей не ответил сразу. Его пальцы сжали край матраса, суставы побелели. Чонвон наблюдал за ним, изучая резкие черты его лица в полумраке. Впервые за этот разговор он почувствовал неловкость, будто заглянул туда, куда не стоило. - Ладно, необязательно отвечать. - Чонвон отвёл взгляд, потирая ладонью запястье. - Просто… подумал, что раз уж я рассказал… - Меня бросили. Джей выдохнул это резко, будто вытаскивая занозу. - В семь лет. Мать привела за руку к этим воротам, сказала, что «так будет лучше, нужно уметь делать выбор» и ушла. Его голос был ровным, но в нём дрожала тонкая нить чего-то острого. Не боли, нет. Опустошение. Чонвон не стал говорить пустых слов. Не сказал «мне жаль» или «это ужасно». Он просто смотрел на Джея, и в его зелёных глазах читалось что-то понимающее. - Значит, мы оба никому не нужны. - Чонвон усмехнулся, но в этот раз улыбка получилась слабой. Джей посмотрел на него. Иначе, не так как раньше - слишком глубоко. Чонвон словно стоял обнажённый перед ним. Рыжие волосы, веснушки, разбитая губа. Глаза, которые смеялись даже когда должно было быть страшно. Какой-то идиот. Но в этом взгляде не было жалости. Только… что-то ещё. Что-то, от чего в груди Джея стало тепло. Он резко отвёл глаза. - Да. Похоже на то. Чонвон вдруг встал, потянулся, скривился от боли и засмеялся. - Ладно, хватит грустить. - Он шагнул к окну, откинул штору. Лунный свет хлынул в комнату, серебряными бликами скользя по его лицу. - Ты вообще когда-нибудь отсюда выбирался? Джей нахмурился. - Куда? - Ну… наружу. За пределы приюта, или хотя бы в какие-то скрытые места. - Это невозможно. - Для тебя, может, и нет. - Чонвон повернулся, и в его глазах вспыхнул огонь - А я мастер побегов. Джей хотел огрызнуться, сказать, что это глупо, что его поймают, что не стоит. Но что-то в выражении лица Чонвона заставило его замолкнуть.