Картёжный проигрыш

Альфедов и Джаст играли в карты. Проигравший должен сделать то, что пожелает победитель. Спустя несколько партий Альфедов проиграл. — Так нечестно! Ты мухлевал! — проговорил снеговик. — Да ладно, Альфедов, ты проиграл! — Ладно, давай быстрее своё желание! — ответил Альфедов. — Ты должен надеть чулки! — Джаст достал из кармана очень длинные чулки, наверное, выше колен. Чулки были необычные: розового цвета с Hello Kitty. Снеговик взглянул на них и быстро забрал у Джаста. Он убежал в другую комнату, чтобы их надеть. Снял с себя штаны, туфли и носки немного сероватого оттенка. На нём были только боксеры. Надев эти чулки, он густо покраснел. На его коже снеговика был виден красный оттенок. Альфедов стоял в дверях, его белоснежная кожа, обычно холодная и неприступная, теперь пылала румянцем, словно его вылепили из розового льда. Чулки, нежно обтягивающие его ноги, казались странным контрастом на фоне его привычного образа. Они доходили почти до бедер, а милые мордочки Hello Kitty смотрели на Джаста с наивным вызовом. — Ну как? — Пробормотал Альфедов, пытаясь скрыть смущение, но его голос дрожал, как тонкий лед под чьим-то шагом. Джаст, сидя на диване, медленно поднял взгляд. Его глаза скользнули по ногам Альфедова, остановившись на мягком изгибе бедер, где чулки заканчивались, оставляя полоску голой кожи. Уголки его губ дрогнули, и он едва сдержал смешок, но в нем уже зарождалось что-то другое — любопытство, переходящее в нечто более плотное. — Неплохо. — Протянул он, откидываясь на спинку дивана. — Но ты точно не забыл про детали? — Какие детали? — Нахмурился Альфедов, но его голос звучал неуверенно. — А ну-ка, подойди ближе! — Джаст ленивым жестом подозвал его. Альфедов сделал шаг, затем еще один, чулки шуршали при каждом движении. Он остановился в паре шагов от дивана, его глаза метались, словно он искал выход, но тело, казалось, подчинялось чужой воле. — Ну и что дальше? — Пробурчал он, скрестив руки на груди, но это движение только подчеркнуло, как чулки обтягивают его ноги. Джаст медленно поднялся с дивана. Его взгляд был сосредоточен, как у хищника, выслеживающего добычу. Он сделал шаг вперед, затем еще один, пока не оказался так близко, что Альфедов почувствовал тепло его дыхания. — Детали! — Прошептал Джаст, его голос стал низким и вязким, как мед. — Это то, что делает образ законченным. — Его рука медленно потянулась к чулку, пальцы скользнули по резинке, и Альфедов замер. Его сердце заколотилось, а в глазах вспыхнула смесь страха и странного ожидания. — Может, хватит? — Пробормотал он, но его голос звучал уже не так убедительно. — Нет! — Ответил Джаст, и в его глазах загорелся огонь, который Альфедов никогда раньше не видел. — Ты знаешь, как это выглядит? — Бесенок усмехнулся, его пальцы все еще играли с резинкой чулка, ощущая тепло кожи под ней. — Как будто ты вышел из какого-то странного сна, где ты — главный герой, но не можешь понять, комедия это или эротика. — Снеговик отвернулся, пытаясь скрыть дрожь, пробегающую по его спине. Его дыхание стало прерывистым, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Он чувствовал, как каждый нерв в его теле напрягся, словно ожидая прикосновения, которое может разрушить все его привычные границы. — Я не… я не собирался, чтобы это выглядело так… — Прошептал он, но слова потерялись в тишине комнаты, где даже воздух казался густым от напряжения. Джаст приблизился еще на шаг, его губы почти касались уха где должно быть но у Альфедова. — Ты думал, что это будет смешно? Или ты просто хотел посмотреть, как я отреагирую? — Альфедов не ответил. Его мысли путались, как ветви в бурю, и он не мог понять, что он чувствует — страх, стыд или что-то, что он никогда раньше не испытывал. — Я знаю тебя! — Продолжил Джаст, его голос стал мягче, но в нем все еще чувствовалась стальная хватка. — Ты всегда прячешься за маской холодности, но сегодня… сегодня ты показал другую сторону себя. Его пальцы медленно скользнули вверх по чулку, касаясь кожи Альфедова. Тот вздрогнул, но не отстранился. Его глаза встретились с взглядом Джаста, и в них вспыхнуло что-то, что он не мог объяснить. — И что теперь? — Прошептал снеговик, его голос звучал почти как мольба. Джаст улыбнулся, но в этой улыбке было что-то зловещее и одновременно соблазнительное. — Теперь мы увидим, насколько далеко ты готов зайти. — Его рука двинулась выше, касаясь бедра, и Альфедов замер. В комнате стало тихо, только их дыхание смешивалось в единый ритм, а в воздухе витало обещание чего-то, что они оба боялись признать. Джаст почувствовал, как под пальцами тело снеговика немного тает от таких игр. — Ты таешь! — Прошептал он, касаясь губами шеи Альфедова, чувствуя, как тот резко вдыхает. — Прошу перестань таять! — Альфедов зажмурился, его ногти впились в ладони. Он ненавидел это — ненавидел, как тело предательски отзывается на каждое прикосновение, как кровь стучит в висках, а внизу живота разливается тяжелое, грешное тепло что его тело постоянно тает на глазах. Его ладонь скользнула под край белья, и Альфедов резко выдохнул, почувствовав, как мир сузился до этого момента, до этих пальцев, которые словно выжигали его изнутри. — Джаст… — Его имя сорвалось с губ как молитва и проклятие одновременно. — Говори! — Джаст прикусил его мочку уха, заставив содрогнуться. — Скажи, чтобы я остановился. — Снеговик молчал. И когда губы Джаста наконец нашли его, жаркие и требовательные, он сдался, позволив тьме поглотить себя целиком. Губы бесенка двигались с настойчивостью, которая не оставляла Альфедову выбора. Каждое прикосновение было словно удар тока, пронизывающий его до самых костей. Он хотел сопротивляться, хотел вырваться, но тело предательски отказывалось слушаться. Мышцы напряглись, но не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы притянуть ближе. Правый глаз начал медленно спадать, снеговик пытался вернуть его обратно но Джаст не давал сделать. — Ты всегда был таким упрямым? — Прошептал Джаст, его дыхание горячим шлейфом скользнуло по коже Альфедова. Альфедов сжал зубы, пытаясь подавить стон, который рвался из груди, но Джаст был слишком хорош. Его пальцы скользнули вниз, нашли то, что Альфедов так отчаянно пытался скрыть, и сжали с такой силой, что мир перед глазами поплыл. — Твой член тает! Мы только начали! — С насмешкой произнёс Джаст, его пальцы продолжали играть с Альфедовым, медленно гладя головку члена, заставляя его двигаться и капли с члена пачкали руку. Бесенок наклонился, его губы коснулись шеи Альфедова, облизнув её медленно и чувственно. — Давно так тебя не трогали или вообще не трогали. — Прошептал Джаст. Альфедов почувствовал, как его тело начинает дрожать, его бёдра уже двигались сами по себе, ему нужно было больше, ему нужно было всё. — Т-ты первый…. П-прошу Джаст возьми ме..меня! — Проговорил Альфедов, его голос дрожал. Джаст поглаживал не только головку члена, но ещё ляжки в чулках, они вернулись на диван. Альфедов сидел на коленях и вилял бедрами прося Джаста поскорее войти в него а то он быстро растает. Его глаза были полны желания, и Джаст знал, что он не сможет сопротивляться. Он наклонился, его губы коснулись губ Альфедова. — Ты хочешь меня, Альфедов? — Спросил Джаст, его глаза горели, как угли в огне. — Да, я хочу тебя! — Прошептал снеговик, его голос был тихим, но полным решимости. Джаст с трудом справлялся с набухшим членом, его пальцы дрожали от нетерпения, когда он наконец освободил себя из тесных оков ширинки штанов. Альфедов, снеговик с шаловливым нравом, вилял бедрами так, что снежинки с его тела летели в разные стороны, оседая на горячей коже Джаста. — Снеговик, держи себя в руках, а то я сам не выдержу! — Прошипел Джаст, его дыхание стало тяжелее, когда он придвинулся ближе к Альфедову. Альфред ещё не успел ответить уже бес резко схватил его за талию и притянул к себе. — Я-я стара… стараюсь! — Проговорил Альфедов, его голос дрожал от волнения, а его ледяное тело слегка подалось вперед, как будто приглашая Джаста войти глубже. Джаст не стал ждать, он резко вошел, и Альфедов застонал, его холодное внутреннее пространство сжалось вокруг горячего члена. Внутри снеговика было прохладно и влажно, но Джаст быстро привык к этому, его движения стали увереннее, а руки крепче держали снеговика — Д-джаст… Ммммм, ах! П… прошу! — Альфедов медленно приподнимал себя, чтобы почувствовать, как член Джаста движется внутри него, его тело слегка дрожало от возбуждения. Джаст продолжал двигаться, его дыхание стало еще тяжелее, а руки плотнее обхватили талию Альфедова. Они оба были на грани, и Джаст не собирался останавливаться, пока не достигнул вершины. Бесенок чувствовал, как каждая мышца его тела напряглась, словно зверь, готовый к прыжку. Снеговик, с его ледяной кожей, которая, казалось, таяла под горячими прикосновениями, продолжал вилять бедрами, будто соблазняя не только бесенок, но и весь мир вокруг. Снежинки, падающие с его тела, оседали на коже Джаста, создавая контраст между жаром и холодом, который сводил его с ума. Его член, твердый как сталь, уже был готов к новому рывку. Он притянул Альфедова к себе так, что их тела слились воедино, и снова начал двигаться, каждый толчок заставлял снеговик стонать все громче. Его холодная внутренняя поверхность сжималась вокруг Джаста, создавая невероятное ощущение, которое сводило обоих с ума. — Ах, Джаст… Ты… ты сводишь меня с ума! — Альфедов закинул голову назад, его руки обхватили плечи бесенка, пытаясь удержать равновесие. Его дыхание стало прерывистым, а тело дрожало от нарастающего удовольствия. — Т-ты тоже особенно ког..когда на тебе…. Мммм Ах! Н-надето чул.. чулки! — Джаст чувствовал, как его тело накаляется, как будто он сам превращается в огонь, готовый поглотить все вокруг. Он прижал Альфедова еще сильнее, его руки скользили по ледяной коже, оставляя за собой следы тепла. Их ритм становился все быстрее, каждый толчок был как взрыв, который разрывал их изнутри. Джаст чувствовал, как приближается к грани, его тело напряглось, готовое к последнему рывку. — Альфедов, я… — Он не успел договорить, как его тело сотрясло от волны удовольствия, а Альфедов, сжимаясь вокруг него, тоже достиг пика. Их тела, казалось, слились в одном порыве, жар и холод, страсть и нежность — все смешалось в этом мгновении. Джаст откинулся назад, его грудь поднималась и опускалась, как кузнечные мехи, раздувающие пламя. Его руки, все еще дрожащие от напряжения, обвивали Альфедова, чья кожа под пальцами казалась то ледяной, то обжигающе горячей. Губы Альфедова, тонкие и изящные, как грани кристалла, прикоснулись к шее Джаста, оставляя за собой след из снежинок, которые мгновенно таяли под его жаром. — Д…Джаст… М-мне на… — Снеговик пытался что-то сказать. Он пытался сказать что к у срочно надо куда-то в холодное чтоб не до конца растаял. Бесенок взял его на руки и отнес в холодильник для таких случаев если его любимый снеговик начнёт таить.