Бывшие

Бедный Пак Хён Шик, генеральный директор компании Einsoft, уже готов сам подать заявление об уходе - лишь бы его лучшие сотрудники перестали сводить друг друга с ума и разносить офис к чертям. Но уволить их он не может: слишком ценны для компании. Остаётся только в отчаянии наблюдать, как две упрямые головы продолжают свою войну...

      ***

Офис Einsoft погрузился в привычный хаос. — Ты специально подсунул мне старые данные, да?! — Чонгук швырнул папку на стол, и бумаги рассыпались по полу. Его запах — сладкий, как спелая груша, но с горьким оттенком гнева — ударил Тэхёну в нос, заставляя альфу внутри него рычать. Тэхён медленно поднялся с кресла, намеренно растягивая каждое движение. Его собственный аромат — миндаль и тёмный шоколад — сгустился в воздухе, давя на Чонгука, заставляя того слегка вздрогнуть. — Может, просто перестанешь витать в облаках и начнёшь проверять документы, омега? — он нарочно сделал акцент на последнем слове, зная, как это бесит Чонгука. Глаза Чонгука вспыхнули. Он шагнул вперёд, грудь почти касалась груди Тэхёна. — Ты… — начал он, но голос дрогнул. Тэхён знал этот взгляд. Знакомый. Близкий. Тот самый, что был в их постели 3 месяца назад, когда Чонгук терял контроль. Внезапно Тэхён схватил его за запястье и резко развернул, прижав к стене. Бумаги с рук Чона грохотом упали на пол. — Перестань, — прошипел он, вдыхая его запах, за ушком. — Ты пахнешь так будто готов принять меня здесь и сейчас. Чонгук замер. Его дыхание участилось, а зрачки расширились. — Ненавижу тебя, — прошептал он, но тело выгнулось навстречу. Тэхён усмехнулся. — Врёшь. Его губы грубо прижались к губам Чонгука, и тот ответил сразу, без сопротивления. Губы Чонгука были такими же мягкими, какими Тэхён помнил — сладкими, податливыми. Он впился в них зубами, заставляя омегу вздохнуть в поцелуй, и тут же почувствовал, как пальцы Чонгука впились ему в плечи. Не отталкивает. — Ты… ты сволочь… — прошептал Чонгук между поцелуями, но его руки уже ползли вверх, запутываясь в волосах Тэхёна. Тэхён понял и знал этот жест. «Не отпускай». Он резко развернул Чонгука, прижав спиной к столу. Папки с грохотом рухнули на пол, но никого это уже не волновало. — Три месяца, — прошипел Тэхён, прижимаясь всем телом, чтобы Чонгук почувствовал его возбуждение. — Три месяца ты притворялся, что ненавидишь меня. А сам… — Его рука скользнула вниз, сжала бедро омеги, заставив того резко вдохнуть. — Сам мокрый от одной только мысли, что я могу снова трахнуть тебя. Чонгук зажмурился, но бедра предательски подались вперед. — Заткнись… Тэхён усмехнулся и пригвоздил его еще сильнее, ощущая, как дрожит тело под ним. — Нет. Ты любишь, когда я не затыкаюсь. Любишь, когда я говорю, что сделаю с тобой. Как растегну эти строгие брюки, как засуну руку внутрь и почувствую, насколько ты… Дверь офиса с скрипом приоткрылась. — Вы… опять?! — голос Пак Хёншика звучал как смесь усталости и отчаяния. Чонгук резко оттолкнул Тэхёна, лицо пылало. Тэхён медленно облизнул губы, не сводя глаз с омеги. — Мы не закончили. Чонгук молча поправил рубашку, но взгляд его горел. «Попозже». Хёншик вздохнул. — Идите домой. И… Боже, просто разберитесь уже наконец! Дверь захлопнулась. Тэхён наклонился к уху Чонгука. — Твой дом или мой?

***

Они выбрали его квартиру. Потому что тут они жили вместе, три месяца назад. И там в их когда-то общей спальне, было их любимое большое зеркало. И Тэхён очень хотел, чтобы Чонгук снова увидел, как выглядит, когда теряет контроль. Дверь в квартиру Тэхёна захлопнулась с оглушительным стуком. Едва они переступили порог, как Тэхён резко подхватил Чонгука на руки, заставив того инстинктивно обвить его торс. — Эй!— вырвалось у Чонгука, но протест тут же застрял в горле, когда Тэхён прижал его к себе, чувствуя, как учащенно бьется сердце омеги. — Ты слишком много говоришь сегодня,— прошептал Тэхён, целуя его шею, пока нес через прихожую. Чонгук хотел ответить колкостью, но все слова забылись, когда Тэхён укусил его за чувствительное место у основания шеи — то самое, что всегда сводило его с ума. Они влетели в спальню, и Тэхён опустив его на пол, резко развернул Чонгука лицом к зеркалу, прижав его горячее тело к холодной поверхности. — Смотри,— его голос звучал хрипло, а пальцы впивались в бедра омеги, —смотри, как ты краснеешь, когда я касаюсь тебя. Одним движением он сорвал с Чонгука рубашку, обнажив гладкую кожу. Губы альфа опустились на чувствительную шею, высасывая темно-багровый след прямо над собственной меткой. Чонгук застонал, его пальцы судорожно сжались. — Т-ты... не играй... — он попытался вырваться, но Тэхён лишь прижался сильнее, позволяя тому почувствовать всю твердость своего возбуждения через тонкую ткань брюк. — Играть? — Тэхён провел языком по раковине уха, заставив Чонгука содрогнуться, — Я собираюсь трахнуть тебя так, чтобы ты забыл, как выглядели все эти глупые ссоры. Его пальцы грубо расстегнули брюки, проскользнули внутрь и сжали упругую попу, заставив Чонгука выгнуться с тихим вскриком. — Боже... ты уже мокрый, — Тэхён усмехнулся, растирая липкую влагу между пальцев, — Все эти месяцы ты так же тайно мечтал об этом? Чонгук ничего не ответил, лишь прикусил губу, когда альфа резко ввел два пальца внутрь, растягивая. Боль смешалась с наслаждением, и он не смог сдержать стон. — Отвечай!— Тэхён добавил третий палец, резко раздвигая их. — Д-да... черт возьми, да! — Чонгук закинул голову назад, его дыхание стало прерывистым. Этого было достаточно. Тэхён развернул его, поднял и буквально швырнул на кровать. В следующее мгновение он был над ним, срывая с себя одежду. — Ты мой, — он вонзился в него одним резким толчком, заставив Чонгука вскрикнуть, — Всегда был и будешь. Началось безумие. Грубые толчки, смешанные с неожиданно нежными прикосновениями. Тэхён то почти вынимался полностью, то входил до самого основания, наблюдая, как лицо Чонгука искажается от наслаждения. — Скажи, что скучал, — он наклонился, захватывая губы омеги в поцелуй, — Скажи, и я сделаю так, как ты любишь. Чонгук, обычно такой упрямый, на этот раз сдался: — С-скучал... черт тебя дери, Ким Тэхён, скучал! Тэхён ухмыльнулся и изменил угол, намеренно задевая ту самую точку, от которой Чонгук теряет голову. — Тогда получай. Их тела слились в знакомом ритме, а по комнате разносились только хриплые стоны, прерываемые шепотом имен.

***

Комната наполнилась тишиной, прерываемой только тяжёлым дыханием. Чонгук лежал, уставившись в потолок. Тэхён — на боку, пальцы лениво водили по его животу. — Мы идиоты, — наконец сказал Чонгук. Тэхён фыркнул. — Да. — Три месяца страдали из-за ерунды. — Да. Чонгук повернулся к нему. — Ты всё ещё ревнуешь к тому парню из маркетинга? Тэхён нахмурился. — Нет. — Врёшь. Тэхён зарычал и потянулся к нему, захватывая его в свои медвежьи объятия. — Ладно. Чуть-чуть. Чонгук рассмеялся — искренне, по-старому. — Мы оба идиоты. Тэхён притянул его ближе. — Но теперь, после свадьбы, хотя бы будем знать, что разводиться больше не будем. Чонгук не ответил. Просто прижался к его груди. И этого было достаточно (Конец.)