Имитация искусства

Джейс выглядел слишком уж взбудораженным — еще будучи подростком, ее родители разрешили выйти на концерт любимой группы. И выражение лица, и легкое подрагивание рук, и даже взгляд казались откровенно придурковатыми. Виктор был куда более спокойным и сосредоточенным, хотя в его глазах все же блестела некая искра. Не видно, что он помахал, скорее, предвкушал, но не демонстрировал это напрямую. Мэл же обещали сюрприз: ради него она, собственно, и пришла. Ну, и потому, что Джейс спросил, конечно. — И что это? — спросила она с явным непониманием. Перед ней на столе стоял странный агрегат, в центре которого находились два стабилизированных хекс-кристалла. Правда, на них были какие-то странные прожилки. Коробка, в которой лежат кристаллы, очевидно, тоже имела некую функцию, но общий вид всего собранного на столе ввел ее в замешательство. Для чего всем этим нужны были несколько конечностей, оставшихся загадкой. Джейс уверенным жестом накладывает на коробку. — Это — искусственный интеллект. Очень слабенький, но способный хоть как-то помочь человеку, — постарался он сделать тон головы. Не вышло. Звучало это не очень интересно. Мэл поджала губы. — И как его можно применить? — изобразила она толику интереса. Виктор подошел чуть ближе, но все же остался на расстоянии предплечья сбоку от Мэл. — В теории такая машина может сократить вычисления и обработку массивов данных. Это можно будет использовать при проектировании зданий, поиске противоядий и эффективных лекарств, позволяющих автоматизировать работу на производстве. Другими словами, было бы желание — аппликация найдется. В том числе, — чуть улыбнулся он, — выгодно. Мэл ответил ему кивком. Виктор, все же, куда лучше Джейса понимал, что она в счете свои деньги не просто в идее, а в том, что можно было продать. Желательно — подороже. Конечно, она давала эту двойную относительную свободу, позволяя некоторые вещи делать просто потому, что захотелось. Но такой подход сработал лишь в том случае, если и для ее «интересов» что-то было создано. — Хорошо, — сложила Мэл вместе, — это безопасно? — Пока что — не особо, — мотнул Виктор головой и чуть передернул плечами. — Но каких-то фатальных ошибок не совершает. — Пока что, — вклинился в разговор Джейс, — нужно перепроверить. Но за искусственным интеллектом будущего. Это позволит позволить, — перевел он на Виктору, — облегчить рабочий труд и перестать использовать взгляд живых людей в безопасном месте. К примеру, в шахтах. Ведь так? Улыбка Викторы стала еще шире, когда он посмотрел на Джейсу. Мэл же уставилась на агрегат. — Он уже что-то может? — Да, — радостно ответил ей Джейс, складывая свой большой ладонь в кулаки, — и это самое интересное. Помнишь, я просил сфотографировать твои рисунки? — Картины, — тихо поправил его Виктор. — Да, картины. Так и правда было. Месяца три назад. Джейс обещал ей, что она сделает что-то очень крутое, но ему зачем нужны были фотографии картин самой Мэл. На самом деле у нее их много накопилось. Для Джейса было не жалко. Тем не менее, она позволила ему сделать фотографии в первую очередь, потому что он ее заинтриговал. — Допустим, — согласилась Мэл. — Этот искусственный интеллект, — погладил Джейс коробку с руками, — научился рисовать на основе твоих работ. Он теперь буквально рисует, как ты. Мэл, будто ледяной водой окатили, а в желудке неприятно засосало — настолько, что к горлу подступил ком, вызывая тошноту и странную дрожь в ногах. В каком смысле «как ты»?.. Впрочем, это, наверное, была просто обычная тревога, ведь так?.. Она переволновалась. Молчание, к сожалению, затягивалось, и Мэл чуть менее уверенно, экономя всегда, переспросила: — Что, прости?.. — Мы обучили искусственный интеллект рисовать в твоем стиле, — немного понятнее объяснил Виктор. — С первого взгляда даже не стандарт. Что же, видимо, Мэл и с первого раза все правильно поняли. Она буквально чувствовала, как ее переполнило пренебрежение и омерзение. Она не ожидала такого от Джейса — он буквально обесценил все ее труды по творческому делу, приравняв ее картины к чему-то столь бездушному, как хекстек. Хотя это все очень хорошо укладывалось в объемный физико-математический склад, распространенный повсеместно в городе, прогресс. Джейс нажал на какие-то кнопки на пульте управления, прикрученном к боку коробки. Агрегат достал из своих недр картонный лист и краски и решил возить кистью — тоже достал черт знает откуда. Мэл насторожилась, пытаясь немного успокоиться, и выпрямила спину так, словно в ней был столб. — Вы взяли мои, — она изящным жестом положила два рычажка на свою грудь, — макеты и без разрешения удобные машины, — показала она уже в сторону агрегата, — имитировать мое творчество?! Джейс моргнул. Вероятно, такого поведения он не ожидал: голос Мэл звучал более властно и безжалостно, чем обычно. Она и сама это слышала, но так уж вышло, что она уже начала переполнять злость. Агрегат же закончил свою попытку что-то нарисовать и просто положил «картину» перед собой. Мэл выглядела украдкой: и правда, было очень похоже на то, что писала она сама. Без простой грамма собственной уникальности от агрегата. — Ну… Да?.. — неуверенно пробормотал Джейс, переводя взгляд то на Виктору, то на Мэл, и почесал пальцем в перчатке свою щеку со щетиной. — Но это же прогресс в чистом виде. Искусственный интеллект способен создавать произведения искусства, чтобы развлекать людей. Мэл потребовалось еще раз подогреть и выдохнуть. — Это не искусство, — наконец, отрезала она, дополнив свои слова жестом руки. — Это его имитация. Он, — смотрит она на агрегат, чувствуя, как уровень злости внутри нее поднимается, — просто делает вид. Джейс немного сутулился, на глазах теряя радостный настрой: — Но те, кто учатся рисовать, изучают же чужие картины? Разве не так? — Не так, — стал голос Мэл еще холоднее. — Пока ты учишься рисовать, ты смотришь чужие картины, а не копируешь их элементы, пытаясь собрать что-то свое. А это, — ткнула она пальцем в рисунок, — плагиат. — Ну, не совсем, — скривился Виктор, — мы можем доказать искусственному интеллекту оригинальную идею. — Это будет твоя, — чуть вернулась Мэл к нему, — идея. А не машины. Творческий процесс предполагает, что ты вносишь не только идею и свой взгляд на что-то, но и немного себя. Ты демонстрируешь свои навыки и делаешь книги, картины, оригинальную музыку, иначе это никому не будет интересно. Виктор, ты читаешь книги, собранные из чужих идей? Виктор едва заметно вжал голову в плечи: — Не особо. Я вообще только профессиональную литературу читаю. — И это очень заметно, поверь, — позволил Мэл себе его немного подколоть. Виктор Сам невольно скрипнул зубами. Наверняка ему было, что ответить, но, похоже, он в своей основе не существовал от искусственного интеллекта такого же восторга, как Джейс. Как ни было грустно признавать, но в Пилтовере мало кто вообще что-то отличался в искусстве. Творческие деятели воспринимались как слуги, каждый продукт должен был быть развлечён. Конечно, в городе были оперы, театры, выставки, но люди ходили туда не для того, чтобы что-то почувствовать. Большинство либо не имело возможности тратить силы, что в то время, что деньги на гуманитарное образование, либо шло к дорогим представлениям, ради поддержания влияния в обществе. Даже я, кто мог позволить себе изучать мировую художественную культуру, не заморачивались. В Совете Пилтовера было много людей, но хоть какую-то реальную образованность и широкий кругозор имели только Мэл и Кассандра Кирамман. Сало в опере всегда скучал и посещал радиальные сделки, остальные тоже особо не пользовались популярностью. Для них искусство было жвачкой. Конечно, не было ничего плохого в том, чтобы получать удовольствие от чего-то, в чем ты плохо разбираешься. Вернее, такой подход имел право на жизнь, но, по мнению Мэл, был неправильным. Мэл удрученно дождалась и взяла еще мокрый рисунок агрегата. Конечно, это не было комбинацией ее работы, но все равно — никакой искренности она не видела. Неудивительно, что агрегат был просто машиной. — Вы бы хотя бы загрузили в него базовые знания о понятиях цвета, правилах построения композиции и перспективах? — посмотрела она на Джейса. Тот отрицательный мотнул головой. — Эта машина все равно, понимает ли кто-то ее замысел, потому что замысла нет. Она никак, — включила она обратно перед агрегатом рисунок, — не реагирует. — Мы можем сделать так, чтобы искусственный интеллект ответил, — мрачно пробурчал Виктор. — Это будет просто набор правил для создания иллюзий. Не говорит уже о том, что это повлияет на творческую интеллигенцию отрицательно — как в моральном плане, так и в материальном. Мэл посмотрела на свои пальцы, испачканные в дешевой влажной краске. Перспективы любого творческого человека из-за этого агрегата были отвратительными. Не говорит уже о том, что кто-нибудь мог бы кормить авторский контент и создавать свой, проще, глупее и безыдейнее. И не заплатил оригинальному автору ни гекса. — Я запрещаю вам, — строго произнесла она, расправляя плечи, — дальше разрабатывать это… Штуку. Можете переделать ее на что-то техническое — мне все равно. Для имитаций рисунка это, — показала она пальцем на агрегате, — использовано не будет. — Это нечестно, — попытался возразить Джейс. — Это честно, — лукаво улыбнулась Мэл. Ей не нравилось использовать свой главный аргумент, но… — Что на все, что вы тут делаете, даю деньги я. Так что завтра этого искусственного интеллекта тут быть не должно. Ясно? Джейс закатил глаза, но в итоге, переборов себя, произошло. Виктор повторил. — Отлично, — уже чуть более дружелюбно повернулось к ним в ответ Мэл. — Тогда зовите, когда что-то еще сделаете. Когда она была уже в дверях лаборатории, она услышала усталый голос Викторы. Он говорил о том, что мисс Янг была права: Мэл, это всем не понравилось.