Возражения не принимаются

В заброшенном полуразрушенном театре было тихо и пыльно. Старые половицы скрипели под ногами предательски громко, и Эмме казалось, что их слышно даже на улице. Оттого приходилось ступать очень осторожно, чтобы не привлечь внимание. Ей не хотелось, чтобы Юго и Дина, за которыми она увязалась, заметили её. Они ведь явно пришли сюда не просто так. В подобные места вообще никто не ходил просто так. Эмма предполагала, что у них тут свидание. Мысль об этом лишь подпитывала её любопытство, и именно поэтому она сейчас здесь. Рядом с ней, тщательно выбирая, куда наступать, шёл Рэй. Ему вся эта затея не нравилась совершенно. Он в принципе предпочёл бы остаться в лагере, отдохнуть, возможно, даже поспать. Но оставить Эмму одну в городе, где всё ещё было опасно, он тоже не мог. Вот и поплёлся за ней, чтобы приглядеть. Юго и Дина тем временем остановились возле старой, местами провалившейся сцены. Эмма замерла за углом, затаила дыхание. Ей было интересно, что же они будут делать, и потому она с трепетом наблюдала за ними. — Ты помнишь это место? — спросил Юго, обводя взглядом сцену. Сейчас его лицо выражало спокойствие, что само по себе казалось Эмме удивительным. Обычно он был строгим и хмурым, а тут… — Конечно, — Дина ностальгически улыбнулась. — Раньше я тут выступала. А ты приходил меня поддержать. Хорошее тогда было время. — Да, правда, — задумчиво протянул он. Помолчав немного, он вдруг предложил: — Слушай, а давай потанцуем? Всё равно тут никого нет. Дина задумалась на мгновение, но после слегка улыбнулась. — Давай. Эмма с придыханием смотрела на то, как осторожно они взбирались на сцену по полуразвалившимся ступенькам. Юго придерживал Дину за руку, следил за тем, чтобы она не упала. В его действиях было столько нежности и заботы, что у Эммы невольно возникала улыбка. Приятно было видеть их командира таким… живым, что ли. Раньше он казался ей чёрствым сухарём, однако теперь она могла увидеть его с другой стороны. Нежным, ласковым и заботливым. Бесконечно влюблённым мужчиной. Оказавшись на сцене, Юго и Дина встали друг напротив друга и взялись за руки. Заглянули друг другу в глаза, улыбнулись. А потом началось какое-то волшебство. Они закружились. Плавно, легко, как ведомые ветром листья. Эмма совсем не могла отвести от них взгляд. Ловила трепетно каждое движение, каждый их взгляд, каждую улыбку. Внутри разливалось нечто тёплое, почти родное. А в голове зарождалась мысль, что, возможно, они с Рэем тоже выглядели бы так красиво, если бы танцевали. — Так красиво… — шёпотом произнесла Эмма, сжав тонкими пальцами край своей кофты. Она неотрывно следила за почти воздушными движениями танца, не в силах отвести взгляд. Рэй фыркнул. — Ничего особенного, обычный танец. И вообще, пошли отсюда, пока они нас не заметили. — Сейчас, погоди… Хочу ещё немного посмотреть… Рэй закатил глаза, однако спорить всё же не стал. Юго и Дина тем временем продолжали кружиться в танце, ведомые играющей у них в головах мелодией. Они старались ступать осторожно, чтобы случайно не провалиться под пол, однако удача всё же сегодня была не на их стороне. Дина в какой-то момент наступила на шаткую доску, и та, не выдержав её веса, с хрустом сломалась. Эмма в этот момент замерла, и сердце её беспокойно забилось. Мгновение, и Юго подхватил Дину на руки. Крепко прижал к себе, ощутимо напрягся. Возможно, Эмме это только показалось, но она на долю секунды увидела, как на его лице отразился страх. — Всё в порядке? Ты не поранилась? — взволнованно поинтересовался он, осматривая её на наличие ран или царапин. Дина мягко качнула головой. — Нет, всё хорошо. Я только испугалась. — Точно? — он внимательно посмотрел на неё. — Точно, — заверила его она. — Со мной всё хорошо, пока ты рядом, Юго. Эмма с облегчением выдохнула. От сердца отлегло. Она уже успела испугаться, что Дина упадёт и поранится. Хорошо, что всё обошлось. Но всё же это событие стало для неё поводом наконец вернуться в лагерь. Она уже увидела всё, что хотела, так что можно идти. О чём она и сказала Рэю, после чего они оба тихонько покинули театр. А Юго с Диной остались танцевать дальше.

***

Всю дорогу до лагеря Эмма думала о том танце. Прокручивала в памяти плавные движения, то, как Юго и Дина смотрели друг на друга. В их глазах читалась бесконечная любовь и преданность, и Эмма поймала себя на мысли, что она хочет так же. Ей хотелось так же кружиться, держась за руки, смотреть Рэю в глаза и видеть в них собственное отражение. Хотелось, в конце концов, просто расслабиться, забыться. Война с вампирами, казавшаяся ей бесконечной, выматывала, опустошала. Эмма никому и никогда бы в этом не призналась, но она так устала. Господи, как же она чертовски устала! Ей была просто жизненно необходима хоть какая-нибудь разрядка. А танец, как она считала, идеально для этого подходил. Она настолько погрузилась в свои мысли, что перестала обращать внимание на всё вокруг. Просто шла на автомате, иногда пиная камешки носком ботинок, и смотрела ровно себе под ноги. Рэй это заметил, а потому, когда они уже были в лагере, осторожно тронул её за плечо. — Эй, ты чего, Эмма? — спросил он. — А? — Эмма вздрогнула, однако потом лишь улыбнулась. — Ничего, просто задумалась. — И о чём же? — О том, что очень хочу с тобой потанцевать. Такая искренность обескуражила его. Он замер на месте, в недоумении раскрыв рот, и в его глазах Эмма заметила удивление. В этот момент она подумала, что сейчас и можно утащить его в танец. Потому что потом наверняка им обоим будет некогда. — Ты… — он хотел было что-то сказать, однако не нашёл, что. Лишь поджал губы и отвёл взгляд. — Вообще-то я не умею. И вообще, сейчас не время… — Ну и что, что не умеешь? Я тоже, — она проигнорировала его последнюю фразу и взяла за руку. — Давай, пойдём потанцуем. Юго и Дина выглядели такими спокойными, когда танцевали. А тебе не помешало бы расслабиться. Вон какой нервный ходишь. Рэй ещё пытался сопротивляться, брыкался, упирался, но всё оказалось тщетно. Эмма была непреклонна, и потому ему пришлось сдаться. Под его недовольное ворчание они вышли в центр, где было больше места, и взялись за руки. Прямо как Юго и Дина в театре. — И… что дальше-то? — спросил у неё Рэй. Эмма задумалась. — Ну-у-у, — протянула она. — Давай просто повторять за ними. Я запомнила движения. Давай, я поведу. Эмма сделала первый шаг, Рэй повторил за ней. Затем второй, третий. Они шли медленно, робко переставляя ноги. Она старалась повторять точно за взрослыми, но выходило не так плавно и изящно. Впрочем, ей и так нравилось. Ведь она делала это вместе с Рэем. Постепенно движения становились свободнее, плавнее. Они шагали увереннее, и вскоре оба позволили себе закружиться. Слабо, воздушно, как снежинки. Эмма смотрела прямо Рэю в глаза. В них она видела, как сменялись эмоции. Как сначала он был настороженным и раздражённым, но потом успокаивался, расслаблялся. И на смену беспокойству пришла нежность, тёплая, тягучая, словно патока. Она окутала их обоих, и им это определённо нравилось. Так, кружась в незамысловатом танце, они забывали обо всём. О войне, о вампирах, о многочисленных потерях. Сейчас всё это было не так важно. О сражениях можно подумать потом. А сейчас можно просто побыть детьми. Слабыми, хрупкими и безгранично друг в друга влюблёнными.