Вполне достаточно

Сергей не относился к тем людям, которые ставят работу превыше всего. В этом он безуспешно пытался убедить и окружающих, и себя. Его смена должна была закончиться двенадцать часов назад, но в последнюю минуту привезли совсем молодого парня после аварии. Коллега Сергея часто допускал опоздания, и этот день не стал исключением. Срочную операцию, конечно же, провёл Сергей. Обход пациентов сделал тоже он. И уходя, после жалоб на здоровье от сторожа, долго убеждал того завтра же пройти обследование — тоже Серёжа. Город тихо спал. Сергей ехал по пустой дороге, редко замечая фары встречных машин. За окном проносились фонари домовых кварталов, наполняя дворы тёплым светом. Несмотря на позднее время, Серёжа не давил на газ, наслаждаясь спокойствием пустых улиц. Неожиданно на дороге появился тёмный силуэт. Ещё несколько секунд — не сбавляя скорость — и незнакомец окажется на капоте или вовсе под колёсами. Сергей громко ругается и жмёт на тормоз. «Красивый», — проносится в голове Сергея, когда он разглядывает мужчину вблизи. Тот словно молния подлетает к пассажирской двери, начиная сильно стучать по ней. — Открывай, блять, быстро! — крикнул мужчина. Сергей опустил стекло, профессиональным взглядом сразу же замечая гематомы и ссадины на лице. «Бандит? Или может, от них сбежал?» — Чем могу помочь? — спросил он. — Прокуратура, следователь Евгений Боков. Дверь открой! — раздался сдавленный голос в ответ. — Удостоверение покажешь? Из темноты дворов донесся топот и громкие голоса, приказывающие остановиться. Сергей больше разбираться не стал. Щёлкнул замок, и, как только дверь открылась, Боков уже оказался внутри, а водитель выжимал газ. — Спасибо, — тихо сказал Женя, оглядываясь назад на толпу мужчин в масках, злобно провожающих их взглядом. — Вот сволочи. Ничего, получат у меня еще. Сергей быстро ехал, поглядывая на своего загадочного пассажира. Было видно, что алый «букет» на его лице — ещё не все подарки от неприятелей. Правую руку Женя крепко прижимал к боку, по-видимому, прикрывая источник боли. — Удостоверение показать? — томно спросил Боков, развалившись в кресле и пристально блуждая взглядом по своему спасителю. «Красивый», — мелькнуло в мыслях следователя. — Обойдусь, — резко и коротко ответил Сергей. — Я тебе верю. Под рукой что прячешь? — А говорят, народ в законе сомневается. Все бы так верили, — сонно произнёс Женя. — Мне кажется, я сейчас отключусь. Сергей сразу же прижался к обочине и, включив свет, начал беглый осмотр, прося Бокова держать глаза открытыми. Правый бок Жени переливался багровым. Слегка приподняв чужую руку, Серёжа увидел длинный порез, рассекающий кожу. Он не был глубоким, но немалая потеря крови была неизбежна. Коваленко больно дёрнул за руку следователя, прижимая его ладонь к ране и надавливая своей сверху. — Крепко зажми, я сейчас, — приказал Коваленко. Достав из багажника аптечку, Серёжа подбежал к пассажирскому сиденью и, встав на колени перед Боковым, как можно сильнее затянул рану, шепча что-то успокаивающее в ответ на громкий стон. После щедрой дозы нашатыря для ночного пассажира он вернулся за руль и выехал на дорогу. — Ты врач, что ли? — морщась от боли, спросил Женя, тут же получая взволнованный взгляд в ответ. — Я хирург. Держу в курсе — мы сейчас едем в больницу. Старайся не заснуть по дороге. — Нет, — твёрдо сказал Боков. — Моё отделение тут недалеко. Высади меня там. — Нет? Ты в своём уме? Умереть решил? Может, тебя тогда прямо тут бросить? Эффект такой же, — повышая тон с каждым словом, ответил Сергей. — Там фельдшер есть, заштопает, — снова борясь с потерей сознания, прошептал Женя. Сергей тревожно поглядывал на него, крича и приказывая не засыпать. Последнее, что видел Боков перед тем, как провалиться в темноту — беспокойное лицо своего спасителя. Нарушая желание следователя, Серёжа отвёз того в больницу, которую и сам покинул не так давно. Санитары отсутствовали на рабочем месте, но отнести на удивление лёгкого Бокова до палаты самому было даже приятно. «Надо потом проверить его общее состояние», — мелькнуло в голове. Не самый правильный момент для зарождающейся симпатии. Однако для Сергея Женя был уже не просто пациентом. Необъяснимое влечение тянуло к этому человеку, размывая рамки выработанных за жизнь шаблонов. От любопытных вопросов дежурной медсестры он ушёл красноречивым молчанием. Порез со всей присущей ему внимательностью и нежностью зашил сам, подключил аппарат для переливания крови. Тщательно обработал ссадины на лице и руках и, не найдя других травм, наконец позволил себе расслабиться. Сёл на стул возле кровати и волнительно смотрел на Бокова. В голове крутились сотни мыслей — от «какой же придурок» до «так мило выглядит, когда спит». Сергей и сам не заметил, как усталость волной погрузила его в полную темноту. Тянущаяся боль в правом боку, туман в голове. Спасительный сон отступил, и события этой ночи ярко вспыхнули в памяти. Внезапно глаза распахнулись, встретившись с белым потолком. Плавно повернувшись, Женя замер — то ли от неожиданности, то ли от приятного удивления. Его спаситель сидел на стуле рядом, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. Голова опрокинулась набок. Умиротворённое дыхание выдавало глубокий сон. Боков позволил себе изучающе блуждать взглядом по мужчине. «Спас меня, подлечил, остался. Что за человек такой? Что-то надо от меня, что ли… Или боится, что сбегу»— вместе с рассуждениями Женя почувствовал необъяснимое спокойствие рядом с ним. Между бровей хирурга во сне появилась морщинка. Боков в нежном порыве потянулся её разгладить. Едва коснувшись другого, резкая боль в сгибе локтя заставила его зашипеть и одёрнуть руку. Пытаясь самостоятельно достать иглу, он ругал себя за то, что не заметил её раньше. Его руки были перехвачены, вынуждая остановиться и поднять растерянный взгляд. Врач гневно смотрел на него, но, увидев смущение Бокова, быстро смягчился. — Подождать не мог? Ты что творишь? — Сергей вынул иглу и зажал место прокола ватой, сгибая Женин локоть. — Держи десять минут. Хотя я бы тебя ещё раз прокапал. Может, чуть позже. Как себя чувствуешь? Женя медленно спустил ноги с кровати, слегка шипя от боли, попытался встать, но был остановлен ещё одним гневным взглядом. — Болит немного, нормально. И не такое было — жить буду. Мне идти надо. Боков предпринял попытку подняться, но Сергей тут же оказался рядом и под возмущённое бормотанье уложил его обратно. — Лежи. Сейчас за обезболивающим схожу. Потом решим, что с тобой делать. Выходя из палаты, Коваленко обернулся и предупредил, что если Боков сбежит, он его лично найдёт — и ничего хорошего из этого не выйдет. Забрав несколько ампул с лекарством из кладовой и возвращаясь в палату, он увидел, как несколько людей в чёрном с нечитаемой надписью «плохой парень» на лице разгуливают по больнице. От медсестры он узнал, что они ищут своего друга, якобы пропавшего сюда ночью. Сложив детали, Сергей быстро зашёл к Жене, плотно закрыв за собой дверь. Тот взволнованно посмотрел на него, словно уже обо всем догадался. — Похоже, вчерашние приятели тебя ищут, — сказал Коваленко, помогая Бокову встать, закидывая его руку себе на шею и направляясь к выходу. — И сейчас я искренне надеюсь, что ты действительно из прокуратуры, а я не помогаю беглому плохишу. Выйдем через чёрный ход. — Честное пионерское? — дерзко и саркастично бросил Женя. — В куртке удостоверение. Где она? — В машине осталась. Им навстречу шли двое мужчин в чёрном, но Боков успел предупредить Сергея, и они нырнули в соседний коридор. — Ты так и не представился, — заметил Женя, пока они спускались по лестнице. — Сергей Коваленко. Можно — Серёжа. Покинув больницу, Сергей усадил Бокова на пассажирское сиденье, обошёл машину и сел за руль, выезжая на дорогу. — И всем можно? — Что? — непонимающе посмотрел на Женю водитель. — Серёжей называть. — Только следователю прокуратуры, который сваливается на меня посреди ночи, заставляя проститься со спокойной жизнью, — губы растянулись в дерзкой ухмылке. Боков тоже улыбнулся. — Куда теперь? — спросил Сергей. — И что за люди тебя преследуют? Поклонники? Женя громко рассмеялся, но резкая боль в боку заставила его томно выдохнуть, что не осталось без внимания. — Да, Серёжа, поклонники, — задумчиво ответил он, переводя взгляд на окно. — А их главный… поклонник десятилетних мальчиков. Хотя все они там… ублюдки. Представь, Серёжа: мальчик, допустим, Костя, идёт домой. Поздно, на улице никого. А один такой громила из вчерашних — или сегодняшних — хлороформ прижимает к лицу, и, сука, этот мальчик Костя даже вскрикнуть не успевает… — Боков со всей силы ударил по стеклу, встретив мрачный взгляд Сергея. — А потом Костя просыпается где-то в подвале с незнакомым мужиком, который… когда надоест, отдаёт своим верным псам… гандонам. Голос его стал надрывным, с выражением праведного гнева. — Уёбки, — прошептал Сергей. — Ты на них вышел? — Да. Один из этих решил порноролик снять. И спалил всё, что только можно. Блять, рассказывать всю схему долго, но так получилось, что флешки вчера оказались у меня. Успел оставить в безопасном месте. Потом началось… — Пиздец, — подытожил Сергей. — Поехали в прокуратуру. Пора их на место поставить. Остаток пути прошёл в молчании и беспокойных взглядах, которые Коваленко то и дело бросал на Бокова. — Приедем — я тебе обезболивающее вколю. Пока терпи и старайся не напрягаться. Женя задумчиво перевёл взгляд на водителя. — Переживу. Я не могу тебя больше просить о помощи. И так спасибо… за всё. — Хочешь от меня избавиться? — Сергей на секунду одарил Женю собственническим взглядом. — Не хочу. — А чего хочешь? — Тебя. Машина резко затормозила. На дороге почти не было движения — редкая удача. Сергей повернулся к Бокову, скользя взглядом по его губам, принимая самое необдуманное — но, возможно, правильное — решение в своей жизни. — Блять, не думая сказал, прости. Я выйду здесь, — нервно пробормотал Женя, ошибочно истолковав пристальный взгляд врача. Он уже собирался открыть дверь, как… — Женя, если что, можешь мне сейчас въебать. Вопрос «За что?» растворился в воздухе когда Сергей нежно накрыл его губы своими, вкладывая все чувства в лёгкий поцелуй. Не встретив отдачи, Коваленко отстранился — и тут же был пойман в жаркий плен Жениной страсти. Они всё ближе тянулись друг к другу. Руки блуждали по волосам, забирались под воротник, крепко сжимали плечи. Когда воздух в лёгких закончился, они нехотя отстранились. — Надо ехать, — срывающимся голосом попытался перевести тему Боков. — Теперь ты от меня точно не избавишься, — так же томно сказал Сергей, заводя машину. — Даже если захочешь. — То же самое хотел сказать, — улыбнулся Женя с начиначиющимся проявлением румянца на щеках. Приехав в отделение, Женю сразу же встретил перепуганный его долгим отсутствием Валера. Уже в кабинете, лёжа на диване и получая долгожданную дозу спасительного обезболивающего, Боков рассказал коллеге о событиях вчерашнего вечера. Сергей сидел рядом, нежно поглаживая руку после введённого лекарства, и неоднозначно переглядывался с Женей. Валера поначалу был недоволен присутствием незнакомого человека, но к моменту завершения истории переключился на внутренние рассуждения о взаимной привязанности двоих — особенно учитывая, как нелегко обычно давались Бокову новые знакомства. Женя рассказал, где спрятал флешки, и собирался вставать, чтобы забрать их вместе с опергруппой. Его инициатива быстро была остановлена: сначала Валерой (с которым Боков ещё попытался поспорить на повышенных тонах), а затем и Сергеем. Врач бескомпромиссно заявил, что ближайшие несколько часов Женя обязан провести без какого-либо напряжения. Валера никак не ожидал вместо бурной реакции услышать короткое «ладно» от Бокова. Убедившись, что оставляет его в надёжных руках, Козырев уехал. Женя расслабился на диване, чувствуя исходящее от Сергея тепло там, где их тела соприкасались. Лекарство уже начало действовать, и адреналин сменился лёгкой безмятежностью. Серёжа скользил взглядом по его лицу, словно пытаясь прочесть все мысли, крутившиеся в голове. У Жени, впрочем, их было не так много. Но все они намертво привязались к Серёже. Необъяснимое желание быть рядом — словно они встретились не вчера, а задолго до этого. Волнующее осознание зарождающегося права собственности: «Он мой — и ничей больше». После Марины Женя никогда не пытался быть с кем-то. Сейчас он понимал — как прежде уже не будет. Серёжа стал катастрофически необходим. Боков протянул к нему ладонь в невесомой попытке прикоснуться к нежным чертам лица. Коваленко поддался навстречу, и через мгновение уже нависал над любовником с довольным взглядом. — А вы нетерпеливый, товарищ следователь, — плавно протянул Сергей, наклоняясь ниже. Женя лишь усмехнулся, прикрывая глаза в ожидании горячего поцелуя, но почувствовал лишь лёгкое прикосновение чужих губ ко лбу. — Серёж, ты чего? — Температуры нет. После вопросительного взгляда следователя Коваленко добавил: — Я рядом с тобой себя контролировать не могу. Если продолжим начатое в машине, твои коллеги нас не поймут. — Да и похуй, — зевнул Женя в ответ. — Лучше поспи, Жень. — А ты? — А я с тобой посплю. Двигайся, диван не маленький. Женя с небольшой помощью перебрался ближе к спинке, позволяя Сергею лечь с краю. Коваленко протянул руку под голову следователя, прижимая того ближе к себе и вдыхая уже родной запах. — Вообще-то я сразу к мужикам в постель не лезу, — сонно попытался пошутить Боков. — Хотя бы после свидания. — Будет тебе свидание, — с наигранной серьёзностью ответил Серёжа под лёгкий Женин смех. Свидание и правда будет. Это решение было принято ещё в машине. В тот самый момент. И не одно. Что ещё будет? Любовь. Забота. Страсть. Секс. Но это всё немного позже. А сейчас — нежные объятия и лёгкая невесомость, подаренная сном. Сергей задремал под горячее дыхание любимого человека на своей шее. И этого было вполне достаточно.