Конец наступит позже

Кушетка пуста, на ней лишь небольшие остатки крови. — к-как она смогла пропасть? — произнеся, Мэйбл сомкнула челюсти. Стало не по себе, как и Дипперу, Форду и.. Биллу, стоящему рядом с ней, уперевшись о стену и скрестив руки на груди. Диппер молчал, Стэнфорд тоже. Очки второго блестели, но отражения глаз не было видно. Мэйбл засунула холодные руки в карманы, дабы согреть от сырости подвала, и случайно нащупала оставленную недавно записку рядом с запасом жвачки. Она вытащила ее и с опаской посмотрела, будто надпись могла исчезнуть. Но ничего не произошло, и она положила ее обратно. Ничего, кроме взгляда янтарного глаза, направленного на ее руки. — знаете, я бы тоже не хотел здесь находиться, так что полностью понимаю.. Пэнди? Фэнди? — прохрустев пальцами, саркастично промолвил Билл, изображая незнание. Его голос с металлическими искрами прорезал тишину. Форд помотал головой, словно пытаясь вытрясти ненужные мысли и, повернув голову в сторону Пайнс, напрягся, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — Диппер! — от строгости тона Пайнс подорвался, выходя из временного ступора. Не дав ученику произнести и слова, он продолжил: — ты почему не следил за ним?! — я? — он удивился. — Я пошел в подвал за цепью, думал, ты следишь за треугольником! — он напряженно выдохнул. — Ладно. Не время ссориться. Точно не сейчас. — пора бы вам, Пайнсы, стать более внимательными, — пробубнил Сайфер, вспоминая, как дело было на самом деле: (Стэнфорд был развернут спиной к Дипперу и Биллу — искал соду, так как получил ожог от веревки. Ну а Диппер точно так же в это время стоял задом к дяде, контролируя и изучая каждый вдох Билла, а особенно всматриваясь в линию, проходящую через глаз. Стэн кинул что-то типа «следи за ним» и незаметно отлучился в подвал в поисках мазей. Пайнс, не услышав его шагов, через время тоже ринулся в подвал — за более надежным средством привязи.) — ты прав, — вид Форда приобрел былую собранность, — сейчас не время для ссор, — он снял очки и присел на стул. — Я понятия не имею, как это могло случиться. О коде в подвал знаете только вы и Стэнли.. но, в любом случае, никто бы не осмелился на такое. — я, если не смотрел за Сайфером, находился рядом с Пасификой — она подтвердит. Просила помочь со статьей, — тут же ответил Диппер, получая алиби. — ну я уж этого точно не делала! — воскликнула Мэйбл, которая не горела желанием брать всю вину на себя. — Я заснула, а потом меня в хижине не было, да и мне что, делать нечего?.. — я не говорю, что вы это сделали. Понятное дело, причин на содеянное у вас нет. Просто.. черт, я не знаю, — он вскинул руки, а брови свелись к переносице, проявив морщины. — есть шанс, что операция действительно помогла и она, испугавшись, сама куда-то.. ушла?.. — шепотом неуверенно спросил Диппер. Все посмотрели на него как на идиота, и он потупил взгляд в потолок, думая, что все же надо было что-то предположить. Они понятия не имели, стоит ли рассказывать об этом кому-то и наводить панику. Но с другой стороны — это предупреждение. Метаясь с мыслями, все, кроме Сайфера, которому было абсолютно все равно, сошлись на временном молчании. Посчитав эту тему не надолго, но закрытой, они вышли из подвала, захватив с собой цепь, на которую позже и примотали Сайфера. — иногда мне кажется, что жители не замечают происходящего.. у меня есть теория, но.. это невозможно, нет. Глупо.. — Форд уперся о кухонный стол. — Но что, если в этом замешано общество слепого глаза?.. Тогда как объяснить, что не все жители не осведомлены?.. Что-то странное происходит, и мне это не нравится. Мэйбл присела на скрипящий стул и хмыкнула. — а кто тогда руководитель? Оружие было уничтожено, да и, может, тебе показалось, дядя? Ты так часто контактировал с людьми? Последняя фраза заставила Форда задуматься. Если не считать неких опытов с наблюдением, насчет которых он знатно преувеличивал, он в свет и не выходит. Им точно не стоило обсуждать это в присутствии демона, но от судьбы не убежишь. — я не знаю, но проверить стоит. — и как же мы собираемся это проверить? — пробубнил Диппер, лежащий на одной руке, а другой прикрывая рот от зевка. Он не спал уже немало времени, а мозгу было трудно справляться с большим потоком информации, о которой ещё и думать приходится. — соц-опрос? — спросила Мэйбл. — что-то типа того, — тут же ответил Форд. — И нужно делать все как можно быстро. Медлить в нашем случае нельзя. Диппер, ты смо.. — ученый повернулся в сторону племянника и вскинул брови, увидев его, лежащим на скрещенных на столе руках. — так, ладно, не будем отвлекаться. Может тогда.. — он задумался о том, кого еще можно «завербовать». — дядя, не переживай, я пойд.. — начала Мэйбл. — и я. Форд и Мэйбл тут же удивленно уставились на Билла, который в очередной раз не понятно как снял повязку с рта. — ты шутишь? — переспросил Форд, скривившись в лице. — эх, Пайнсы! Ну а кто еще? Ты? Социофоб, незнающий, где включается лампочка? Лама, заваленная работой от матери из-за общения с вами? А может Сосна, видящий десятый сон и не спавший уже.. ах, черт, все равно. — ну один ты уж точно не пойдешь, — констатировал Форд, наливая в стакан воды и залпом выпивая. Взгляд Билла медленно перешел с ученого на девушку, что сидела на другом конце стола. Он ухмыльнулся до ушей, давая понять, о чем думает. Форд заметил. — даже не думай, треугольн.. — дядя Форд, — Пайнс вздохнула, — я все понимаю, но с Биллом согласна. Сейчас у всех и своих дел по горло. Билл не может использовать магию, пока на нем ошейник, так ведь? Форд молча кивнул. — ну так вот! Он все равно никуда не сбежит, так еще и собачкой послужит. Хочешь жить, умей терпеть. Дошло все до того, что Пайнс, держащая в руках блокнот и ручку, направлялась к жилым домам, а рядом с ней плелся Сайфер. — и так, почему же наш треугольник соизволил пойти со мной, так еще и проявив инициативу? — Мэйбл было слишком интересно, потому что она понимала — просто так он бы с ней не пошел. Он посмеялся, в ответ получив понимающий взгляд. — какая догадливая. Она закатила глаза и цокнула. Ну да, чего еще ожидать. — а теперь показывай, что в записке, — он резко похолодел, от чего Мэйбл стало немного не по себе. Он замедлил шаг, пока полностью не остановился, что пришлось также сделать и Мэйбл. Она нахмурились, а он протянул руку. — а тебе-то зачем? — а ты с годами не умнеешь, я вижу? Давай сюда, — повторил он требовательней, и сделал шаг вперед, к ней. — а если не дам? — возразила она, удивившись: «как этот щенок, будучи лишенным сил, смеет мне еще что-то предъявлять?» и сделала шаг назад, от него. — будучи лишенным сил? — он опять посмеялся, обнажая острые клыки. — Хочешь, назову дату твоей смерти? Мэйбл ужаснулась. — да ладно тебе, мне тяжело читать мысли. Но это временно, — Билл резко смягчился, под нос добавив «надеюсь», и Мэйбл сразу вспомнила его «эмоциональные качели» из прошлого. — это, — он указал на свой залитый тьмой глаз, — блокирует мои силы. Сайфер, не спеша, потрепал Мэйбл по волосам, как собаку, пока она продолжала стоять. Что-то было не так, думала она. Как он читает мысли, если на нем ошейник? Правила решил обойти, значит? Но сейчас она решила подождать с размышлениями. — стой, — нерешительно позвала она, покопавшись в кармане и всучив ему в руку скомканный клочок бумаги, — и почему ты это дяде с Диппером не рассказал? — и без этого догадаются.. Наверное. Если не тупые, а с этим уже проблемка, — с этими словами он раскрыл бумажку и.. ничего там не увидел. Он напрягся. — вот козел.. Обратно скомкав, он впихнул это Мэйбл, и ничего не объяснил, но она решила к этому не возвращаться. Желания разговаривать с ним не было — он странный, псих. Плюс, возможно, гормоны в человеческом теле шалят. Дойдя до первого кирпичного дома, они остановились и Пайнс нажала на звонок. Раздалась приятная мелодия, а после послышались шаги. — кто там? — раздался голос по ту сторону. — здравствуйте, я — работник должности социальных опросов, — Мэйбл открыла рот, однако сказать ничего не успела — Билл решил, что настал его черед говорить. Легким движением руки, как только он услышал звук открывающегося замка, прикрыл половину лица волосами. Показалась седая бабулька, из дома которой пахло медом вперемешку с.. кошачьей уриной. «Тяжелая работа предстоит», — пронеслось в голове Мэйбл. — проходите, внученьки, — приветливо отозвалась пожилая женщина, с острым прищуром оглядывая двух, по ее мнению, девушек. Она оказалась крайне любезна, провела их на кухню, сразу же поставив чайник. Билл и Мэйбл не сопротивлялись, но, в особенности на кухне, жуть как воняло мочевиной. От этого запаха, проникающего и разъедающего легкие к чертям, скривился даже Сайфер, который, на заметку Мэйбл, был крайне задумчив. Это ей не понравилось. — простите, мисс.. — начал Билл, но в конце промычал, ожидая, что женщина сама представится. Но она этого не сделала, из-за чего Сайфер, закатив глаза, продолжил, — можем ли мы начать задавать Вам вопросы? Пробурчав что-то непонятное для обоих, женщина оторвалась от ненавистного холодильника и, пнув его ногой так, что оттуда выпала колбаса, на которую через минуту прибежал серый кот, закрыла дверцу, поворачиваясь передом к гостям. — да, — скорее выплюнула, чем сказала, и поставила чашки с чаем на стол перед ними, — почему у меня не работает холодильник? Мэйбл томно вздохнула, понимая, что это ведь только начало миссии. Она взяла в руки чашку с чаем и, сделав глоток, тут же поставила ее, моментально меняясь в лице. Резко затошнило сильнее, чем от алкоголя, выпитого на спор с дядей Стэном на девятнадцатилетние. Она осталась в проигрыше. — а почему у Вас так воняет кошачьими ссаками? — вопросом на вопрос ответил Сайфер, и, встав со стула, ушел. Но не через дверь — через окно, что было открыто и расположено рядом с дверью.

***

— Стэнли, я.. не знаю, что мне делать. Это очень оп.. — начал Форд, но его братец, стоящий вместе с ним в подсобке, остановил его жестом руки. — опасно, люди гибнут, ла-ла-ла. Форд, ты говоришь об этом постоянно, но посмотри вокруг! Откуда, по-твоему, в Хижине с каждым днем все больше и больше туристов? И чет ни одной жалобы я, пока что, не услышал. Стэнли напрягало то, что в последнее время его брат стал слишком тревожным. Не таким, каким был ранее, не таким, каким был всю жизнь. Не раз складывалось ощущение, что он что-то не договаривает, оставляя на нем лишь отпечаток непонимания. Ученый вздохнул, да, по словам о пропажах, как он и предполагал, кажется, что все безобидно, что это просто бредни, но это не Стэнли взломал базу данных и камеры видеонаблюдения. Форд повидал многое, пока путешествовал по вселенным. Очень многое. И ему не хотелось, чтобы некоторые события, произошедшие в других мирах, повторились. — и даже не думай мне сейчас говорить о каких-то заумных программистических вещичках. Лучше скажи — куда Сайфер делся? У меня для него как раз есть одна работенка.. — он с Мэйбл. На задании. — ты.. че? Так, ладно, меньше поганого в доме, — он вздохнул, — да и все равно он недееспособный, прям как инвалид, ха! Допустим. Так ты меня для этого завел в, на минуточку, дряхлую подсобку с разваливающимися пыльными стенами посреди рабочего дня? — недовольно бурчал он, то и дело акцентируя внимание на некоторых словах. В моменте Форду показалось, что говорить с братом бесполезно. Что его параноические бредни поймет только тот, кто, как и он, недопонятый гений — Диппер. — просто в один момент может пострадать не то, что какой-то турист, а кто-то из нашего семейного круга, — тише сказал ученый, уводя взгляд куда-то на пол к поломанным доскам. — и у меня есть одна идея. Но.. нет. Она ужасная, — он напряженно выдохнул. — забудь, всего лишь бредни. Стэнли, вопреки своему виду аля «мне все равно, отстань» подошел поближе к брату и крепко обнял. — выкладывай.

***

— о великие пуделя, кто же знал, что ты такой тяжелый, Диппер Пайнс! — прорычала сквозь зубы Пасифика, во время того, как рука Мэйсона была закинута ей на плечо, а другая висела вдоль тела. «— и зачем я вообще взялась за это? Лежал бы себе на столе да и все! Еще и темнеет... а по темноте идти не хочется.» Но сердце, вместе с мозгом, говорило:        «выручили тебя, выручи и ты» Хотя по ее мнению это меньшее, что она могла сделать для него. Утро началось у Пасифики с осознания того, что она забыла доделать статью для газеты Гравити Фолз. На то были весомые причины, но как их объяснить начальству? С недавнего времени она стала заниматься газетами, а весь ее интерес занимала журналистика, которой она и обучалась в университете. Своеобразная практика, так ей еще и платили! Правда, большинство этих практик были по причине давления матери. Выписала она уже все, что только можно, однако до нормы не доходило. Нужно было что-то.. что знает настоящий специалист, поэтому она и направилась к нему, не обратив внимания на его усталость и, когда работа была благополучно выполнена, ушла домой. А потом пришла опять. — я не, — зевок, — просил тебя мне помогать, — но все равно плелся с ее помощью на чердак, пускай ноги и подкашивались. С кряхтением дойдя, она сбросила его на кровать, мысленно проведя параллель между ним и парализованным инвалидом. Так он и выглядел, не спав несколько суток. «— вообще пришла я не за этим», — поправляя фиолетовую мини-юбку, думала Пасифика, а потом, развернувшись к рабочему столу Пайнса, подошла к полкам, на которых пылились множество книг. Взяв несколько книжек, периодически покашливая и кривляясь от пыли, что попадала в нос, Нортвест собиралась выходить, но, увидев лицо мирно спящего Диппера, она хмыкнула, подошла к постели и укрыла его легким пледом, только после уходя с чердака. Опускаясь по лестнице, Пасифика увидела выходящего из подсобки Стэнли, а потом и Форда. Они оба были бледны и сосредоточены.

***

— пошла вон из моего дома! Мэйбл, сдерживая очередной рвотный позыв, вскочила с места, роняя стул, запнувшись, и побежала к выходу, с вскриком уклонившись от летящей в нее посуды — чашки, вилки, ложки.. ножи! Когда Мэйбл добежала до двери, случайно подбила подбежавшее пушистое чудо ногами, а оно в ответ издало протяжное «мяу» и зашипело. Но Пайнс, стараясь делать все как можно быстрее, вышла из треклятого дома. Она прислонилась спиной к деревянной двери, тяжело дыша. Вот так всплеск адреналина, ничего не скажешь. На улице уже почти стемнело.. много времени прошло, учитывая, во сколько они вышли из дома. И тут, волосы поднялись дыбом — около головы в дверь воткнулся заточенный нож. — какого хрена, старая манда!? — выкрикнула она, отбегая от двери, как от огня. Мэйбл вела себя уважительно со всеми. Не раскидывалась фразочками направо и налево, была достаточно сдержанной. Но в некоторых случаях, а в особенности, когда она вскипала от гнева, сдерживаться было сложно. Очень. Она что, отвечает за поступки другого человека? Ее взбесило, что женщина, не разбираясь в ситуации, накинулась на нее, пока Сайфер перекинул всю ответственность на девушку. — вот так денек, — прошептала она, левой рукой протирая, как ей казалось, запотевший лоб, после чего еле сдержала очередной рвотный позыв. «— а где Сайфер!?» — внезапно встрепенулась она, ища его взглядом. Впереди, уверенной походкой с ровнейшей осанкой, непринужденно шел Билл. Догнав его, на что он устало вздохнул и закатил глаза, она подстроилась под его темп ходьбы. — ты мне объяснить не хочешь, это что было? — крикнула она на него, а тон был серьезней некуда, но в следующую секунду она скривилась и сжалась чуть ли не пополам, из последних сил подбегая к ближайшему дереву и позволяя содержимому желудка выйти наружу. Вот тогда Билл, наконец-таки, остановился, и, посмеиваясь металлическими нотками, прислонился к этому же дереву. — что в этом чае, мать его, было?.. — полушепотом спросила у себя Пайнс. Чувства были схожими, как если бы ее вывернули наизнанку и вытряхнули вниз головой. — это было очень смело, Комета, — начал Сайфер, прерываясь на хихиканье. — тебе разве не говорили, что нельзя принимать угощение от незнакомцев? Всему тебя учить! — театрально изображая «злого родителя», Сайфер разводил руками, но Мэйбл этого не видела, потому что дуб, за который она придерживалась побледневшей рукой, был огромным и по высоте, и по ширине. Билл молча оттолкнулся от деревца и, не создавая лишних звуков, тихонечко продолжил свой путь, не оборачиваясь в сторону Мэйбл. — я даже представлять не хочу, что эта женщина туда добавила, — Пайнс наконец-то разогнулась, но от осознания сказанного захотелось опять согнуться, что она смогла преодолеть. Вытряхнув из кармана сразу три штуки жвачки, она засунула их в рот. В горло отдался сильный привкус ядреной мяты. Девушка прислонилась спиной к дереву, дав себе передышку. — Сайфер, ты куда?! — внезапно ее глаза округлились, как только она поняла, что демона рядом нет. Прищурившись, Пайнс увидела на конце улицы Билла, заходящего в непонятное заведение. Слишком много времени она провела в мыслях.

***

Бар работал как никогда раньше — большое количество людей, многие из которых уже были в хлам, свет фонарей и музыка, составляющей которой были ремиксы и качающие биты. Недалеко от барной стойки была сцена, на которой танцевали от «я не пью» до «бармен, наливай!». За дальним столиком виднелись несколько молодых парней, сидящих в компании молодой девушки, что сидела у одного на коленях, наматывая прядь волос на палец и попивая чужое шампанское. Пахло алкоголем, но получше, чем в гостях у пожилой женщины. Биллу вспомнился его прошлый образ треугольника, вальяжно попивающего белое вино в бокале, сидя за фортепиано. Сжав челюсти, он сощурился, отметая мысль. — эй, приятель, — начал он, подсаживаясь за барную стойку, тем самым завоевав внимание массивного бородатого мужчины, — налей-ка водички. Мужчина пожал плечами и молча налил в стакан газированную воду, небрежно пододвинув к Сайферу, отчего несколько капель попадали на стол. Билл ухмыльнулся, и начал медленно стучать ногтями о емкость, прожигая взглядом работника. Билл видел, как он избегал зрительного контакта, будто что-то подозревает. У мужчины задергался глаз. К долгой смене прибавился наглый клиент, так еще и трезвый. Был бы пьянчугой — бармен сразу бы вывел его на «мирный разговор» за углом в темноте. В это время в помещение зашла Мэйбл, переводя дух после бега и взглядом выискивая Сайфера, что затерялся в этой толпе. А людей стало намного больше.. теперь проталкиваться было сложнее, не говоря уж про пьянчуг, желающих познакомиться. — но, уважаемый Ричстоун, сейчас ты ответишь мне на несколько небольших вопросов, — прежде, чем рыжий хотел было возразить, Сайфер погрозил ему пальцем, отчего тот впал в ступор. — я же вижу, что тебя, мой дорогой друг, не устраивает обстановка. Что-то давит на твою душу, приматывая камень. Твоим желанием является увольнение, личная жизнь, но!.. Позволь мне помочь, — все это Билл говорил с максимально серьезным видом — нахмуренные брови, янтарные глаза блеснули сочувствием, а ухмылка спала. — я присутствую здесь не ради заполучения алкогольного опьянения, или для того, чтобы проснуться среди фигуристых дам, — он замотал головой, скривившись в лице. — я здесь для таких, как ты. Сайфер знал, что это сработает — как минимум пробился в его разум и прочитал мысли. За все прожитые года Билл отлично научился определять душевные размышления по мимике — не один триллион лет же. Мужчина отвел взгляд, пряча изумрудные глаза, а на ресницах выступило пару соленых капель, после чего появился неприятный ком в горле, который он проглотил. Присутствующим было все равно, вот что радовало. — пойдем выйдем. И, на удивление, это сработало. Билл уломал бармена выйти по запасному выходу, и как раз-таки в тот момент, когда они выходили, Пайнс заметила знакомые взъерошенные волосы, и помчалась в их сторону, однако.. — Мэйбл? — голова и без того гудела от музыки, а тут еще и над ухом раздался голос, похожий на комариный — голос Гидеона. Пайнс тут же остановилась и обернулась посмотреть, в кого врезалась — догадки подтвердились, перед ней стоял беловолосый парень собственной персоной. — Гидеон? Ты что здесь делаешь? — едва заметно, но после сказанного Пайнс Гидеон покраснел и на секунду отвел взгляд. — я.. вообще-то я здесь.. подрабатываю, скажем так, — только после этого Мэйбл заметила, что он был в фартуке официанта и с блокнотом в руках. Меньше всего она ожидала встретить его здесь. Казалось бы, подобные шумные места совершенно не подходят для таких, как он, что большинство времени тратят на себя и развитие в ораторском мастерстве. — что ж.. — она опомнилась, — тогда я пойду, — как только она собралась вернуться к поиску, ее с негромким «стой» схватили за запястье. — эм.. может, сходим как-нибудь погулять? — он тут же опустил хватку, той же рукой взъерошив себе волосы и немного улыбнувшись. В голубых глазах горела надежда на еще один шанс. Мэйбл сейчас было совсем не до этого, и она старалась не подавать виду, но спешка была видна. — прости, да, когда-нибудь смогу, но не сейчас! Сейчас мне нужно идти.. пока!

***

Путь от Хижины до особняка Нортвестов был.. красивым, но опасным. Диппер предупреждал, причем не раз, что ходить по лесу чертовски небезопасно, и этого делать не стоит, даже нашел для нее новую тропу домой.. только вот так идти в три раза дольше, но заботу Пасифика ценила, хоть иногда и плевалась, не понимая, где забота, а где контроль, который она так не любит. «— лучше бы на ночевку напросилась..», — думала она, с нахмуренным лицом сворачивая в поворот за поворотом по вытоптанной дорожке, окруженной лесом. Уже стемнело, это радости не приносило, ведь утром и днем лес выглядел как сказка, а с наступлением темноты менялось.. все. Чтобы не пугаться лишний раз, она не смотрела по сторонам. В далеке виднелись жилые домики, а дальше — кафе, ларьки и другие заведения, включая бар с бильярдом, в который она не раз ходила. Фонариков не было, сколько бы она не писала администрации — игнорируют, поэтому приходилось молча, накапливая ненависть и компромат, идти домой. Путь освещала только луна. Внезапно из кустов раздался шелест, от которого все тело покрылось мурашками. Пасифика, сглотнув, прибавила шаг, а звуки усилились. Но не только усилились — теперь они звучали со всех сторон. А потом раздался голос, зовущий ее по имени. Сердце пропустило удар, ноги начали подкашиваться, отчего бежать было очень сложно, но она лишь прибавила темп, шмыгая носом. Зов повторился. Она не рисковала оборачиваться, потому что слышала шаги, учащенные, в ее сторону. И вот, оживленные места уже совсем близко! Осталось совсем чуть-чуть, но в какой-то момент она слышит не просто «Пасифика», а «Пасифика Элиза Нортвест» искаженным голосом, прерываемым на хрипоту. И даже так она его узнала.

***

— и они признали меня недееспособным! Ты понимаешь? Понимаешь!? Я ее ненавижу. Она испортила мне всю жизнь — сначала гиперопека, потом насильное признание неспособным сделать что либо овощем.. она давила на меня всю жизнь, включая и сейчас. Я устал. Просто устал. Мне некому это было даже рассказать.. я работаю в ночную в секрете от нее. Она манипулирует мной, я ненавижу манипуляции, я.. Лучше бы я умер. Я пытался найти отношения — она тут же плела всякую чушь, что я чуть ли не с ложечки ем. Она давит на меня, говорит, что если я перееду — она повесится, убьется. А я не могу так! Понимаешь? Не могу! Это странно звучало с уст тридцати с чем-то летнего мужчины, по виду которого ни о чем из перечисленного и догадаться нельзя. Билл прятал за маской сочувствия отвращение и смех. Смех над его беспомощностью и немощностью. Казалось бы — осознанный, самостоятельный человек, а даже разобраться с собственной жизнью не в силах! Однако Сайфер продолжал стоять и охать, изображая удивление от каждого последующего слова. — какой кошмар, — в итоге заключил Билл, — словами не передать, но я тебе сочувствую. Представить не могу, что ты пережил и переживаешь, и что переживает твоя мать, — он уперся спиной о сырую стенку поудобнее, вглядываясь в ночное небо. — она наверняка разломана. Столь трудный развод после тридцати лет брака, потеря важных людей.. просто неописуемо. — я понимаю.. — мой дорогой друг, ты ни в чем не виноват. Виновато ее мрачное сознание, слишком восприимчивое к твоим попыткам побега из дома в подростковом возрасте и после. Не мучай себя за жизнь эту.. — Ричстоун хотел добавить, что не терзает себя виной, но резко замолчал. — твое желание смерти вполне обосновано. Я бы тоже на твоем месте убился... Жить недееспособным это ужас.. твоим родителям выдался нелегкий период. Хах, если подумать, они потратили на тебя большую часть осознанной жизни, вкладывая все возможное и оберегая от опасностей.. но не всем дано расплачиваться за это. Ты только не переживай, но попытки суицида, обращения в органы опеки это как-то.. так себе. Так себе после того, что они.. она сделала для тебя, — он на пару секунд замолчал, наслаждаясь тишиной, а потом продолжил: — но да, ты прав. Виновата во всем только она и еще раз она. Билл знал, что это подействует. Сайфер знал, что манипулирует. Такими слабаками, как Ричстоун, управлять было легче всего — одно вежливое обращение, и он верит каждому твоему слову. Это было понятно по глазам, уже не скрывавшим слез. Такой взрослый, а плачет, как маленький ребенок, думалось Биллу, отчего к горлу подходила тошнота. — ты прав.. ты во всем прав.. я так, — он был перебит. Со скрипом открылась входная дверь и оттуда вывалилась Мэйбл, с силой захлопнув ее за собой. — Сайфер! — значит, пришло время заканчивать наш весьма интересный диалог, — опечалено проговорил Билл, пожав плечами, после чего развернулся к Ричстоуну. — приятно было пообщаться, Ричи, — и, сжав кулак, с силой ударил в висок. Мужчина не успел среагировать и толком ничего не понял. В ушах раздался звон, и он почувствовал, как сознание темнеет. Ричстоун упал. — ч-что!? Ты.. какого хера ты делаешь!? — закричала Мэйбл, готовая опуститься к потерпевшему и помочь. В эту же секунду из-за угла появляется Пасифика — с потекшей черной тушью, которую она, как видно, стереть пыталась не раз, со взъерошенными от ветра волосами, и до смерти испуганным лицом. — Пасиф.. — удивленно начала Мэйбл, но продолжить не успела, за Нортвест, которая вцепилась в стену, появилось и оно. Оно, такое же, как и в тот раз. Почти. Оно, жаждущее смерти. Плоти. Питания. Только выглядело оно слишком человечно, по сравнению с другими монстрами. Очертания тела немного напоминали человеческие, а органы свисали наружу, давая знать, что они в принципе есть. Были. Мэйбл похолодела. Ей тут же стало не до Сайфера. Пайнс схватила подругу за бледное запястье и откинула за свою спину. Потерять еще одного человека она не хочет. — а чего же вы его пугаетесь? Противный, не спорю, но пахнет приятно, — Билл посмеялся, переполненный оптимизмом. Его тело начало колоть сильнее, чем когда-либо ранее, но эту боль он в себе старался подавлять. Как и всегда. Посмотрев вниз, на валяющегося на полу бывшего собеседника, Сайфер взял его на руки и, раскачав как на карусели, отбросил под ноги лапы монстру, слыша едва уловимые хрусты поврежденных костей. — ты что творишь!? — завизжала Пайнс. Существо, не церемонясь, укусило своими гнилыми зубами грудную клетку мужчины. Из-за острых зубов мелкие кусочки плоти выпадали изо рта. Оно сжирало. Как паразит, но только ставивший тебе печать с подписью «конец» на жизни. Туловище превратилось в сплошное кровавое разорванное месиво, откуда торчали внутренности. В зубах чудовища хрустели чужие ребра и кости. Ночь расстилалась прохладной пеленой, шепча ветру щекотать нервы. Единый свет — луна, полупогасший фонарь и свечение ярых глаз монстра. — бедный Ричи! Что, больше не так сильно жаждешь смерти? — последовал неприятно режущий слух смех, из-за которого хотелось залить воду по самые барабанные перепонки. Существо несколько раз подергало головой, стряхивая остатки чужой крови, смешанной со своей. Взгляд Мэйбл и Билла упал на Пасифику, по застывшему лицу которой медленно стекали капельки крови. Чужой крови. Черной крови. В тот момент девушки поняли, что монстр здесь не это черное невесть что, которое на данный момент вело себя очень странно, а Билл Сайфер, который, прочитав до точности схожие мысли двух девушек, засмеялся пуще прежнего. в этот момент за ними наблюдала пара глаз.