a single cigarette shared between us

***

— Привет, я Бомгю. Хочешь вместе со мной поиграть? — маленький мальчишка стоит перед другим, мнется, чуть стесняется. Под ногами хрустит снег. Ему не хотелось, чтобы тот грустил и сидел в одиночестве, пока его ровесники упиваются счастливым смехом. — Я Ёнджун. Может, в снежки? — карие глаза сразу засветились, а на его лисьем выражении лица появилась яркая улыбка.  Он смотрел на мальчика напротив и видел, как его темные волосы покрывались крохотными льдинками, которые от одного прикосновения точно расстают. Кажется, в тот день Ёнджун и Бомгю выиграли лотерею, став самыми дорогими и близкими друг другу людьми. С тех времен они не расставались ни на минуту. Гю никогда не давал старшему Ёну загрустить и проронить драгоценную слезу.

***

— Мы попали в один класс! — Бомгю не мог нарадоваться этому счастью. Он радостно прыгал на кровати Ёнджуна, пока тот с улыбкой на лице смотрел на веселого друга. Он тоже этому был рад, не меньше его. Просто не всякий раз говорил об этом. — Сидеть с тобой за одной партой то же самое, что и сидеть в аду, запертным в какой-нибудь клетке, — в шуточной манере произнес парень, закатив глаза.  Но внутри себя был рад тому, что будет еще ближе к своему светлому и солнечному, самому-самому, Бомгю. К его Бомгю. — Не ври, Хён. Я уйду и ты будешь от счастья пищать, как девчонка, — подмигнул Гю и спокойно уселся на кровать, принимая позу лотоса. — Твои визги будут слышны с другой планеты. И как же он оказался прав. Когда Бомгю ушел, он весь вечер сиял от предвкушения и тепла, что росло в его сердце.  Только то, что он чувствовал к своему другу, совсем не вписывалось в рамки дружбы.  В свои пятнадцать лет Ёнджун не придал этому особое значение. Пустил все на самотёк.

***

— Хён, я даже не могу поверить, что на следующей неделе тебе уже восемнадцать. Они лежали на теплом пледе, на немного сырой траве, провожая летний закат. Голова Бомгю уместилась на груди у парня и глаза-бусинки наблюдали за улетающими птичками. — Я тоже поверить не могу, — ответил Ёнджун и посмотрел на Гю. — Красиво. Бомгю улыбнулся и мысленно согласился с ним, подумав, что тот про нежно-розовое небо и воздушные облака. Но он не мог даже догадываться, что старший говорил это, смотря на него.  В зеленом поле, рядом с лесом, было тихо и прохладно. Рядом шумели кузнечики и скоро должны были появиться светлячки. Идеальное время для того, что переступить черту дозволеного и побороть себя. — Я люблю тебя, Бомгю, — тихо произносит Ёнджун, сомневаясь, правильно ли это всё. Боится своих мыслей и ждет ответа. Пульс учащается и сердце готово уйти в пятки. За всю их дружбу, он не говорил ничего подобного. Поймет ли Бомгю правильно? Младший поднял свою голову и посмотрел на парня: сначала немного вопросительно, а потом с невинной улыбкой и выразительными глазами. Бомгю приподнял Ёнджуна и обнял его. — Хён! Конечно, я тебя тоже люблю, — отстранился тот и заглянул в глаза напротив. У Ёна они немного слизились, но он не придал этому значения. — Ты же мой самый любимый и лучший друг, как тебя не любить. На Земле стало на одно разбитое сердце больше.  Тогда Ёнджун решил похоронить все свои «неправильные» чувства, закопать глубоко вместе с сердцем. Оставить в том теплом лете. Навсегда забыть и больше не возвращаться к этому.

***

Бомгю лежал в кровати, укутавшись одеялом и пледом сверху. Зима нынче была холоднее, чем предыдущие. Батареи жутко жужжали, но работали на износ. Он одевал теплые носки и колючий, но любимый свитер, который подарил ему тайный санта (Ёнджун), когда тот болел. Парень почти заснул, как телефон завибрировал от приходящего уведомления. Ёнджун выложил новую фотографию в instagram. Посмотрев её, Бомгю думал, что ничего больнее не испытывал.  Его любимый Хён приобнимал блондинку, явно старше его, а та целовала в шею. Ужасное зрелище, захотелось удалить все социальные сети. Но почему Бомгю испытывает того, чего не должен? Или то, к чему не привык? Ревность? Возможно. Он не понимал, какого это. Никогда раньше не приходилось. Но теперь… Бомгю хочет забрать своего Ёнджуна и никому не отдавать.  Правильно ли это вообще? От понимания того, что ему хотелось бы быть на месте той девушки, Бомгю вдруг посчитал себя самым никчемным и омерзительным человеком во всей вселенной. Именно он должен был быть на её месте. Почему он обнимает её? А не Бомгю? Ведь это его Ёнджун, который всегда поддерживал и подставлял плечо, чтобы поплакаться. Его Ёнджун, что всегда давал пофоткаться на телефон, но никогда не отправлял фото, ссылаясь на то, что давно их удалил (нагло врал, ведь создал отдельную секретную папку в галерее, и Бо прекрасно об этом знал). Его Ёнджун, который всегда заботился о нем и не давал замерзнуть в холодную зиму, даря постоянно то шарф, то шапку или варежки. Бомгю вырезал себе его имя на сердце. Но стало слишком поздно. Он поздно понял это. Начал винить себя в этом.  Стоя на балконе, где окна разрисовала беспощадная зимняя погода в непонятные, но завораживающие узоры, Гю желал замерзнуть до смерти. Слишком много чувствовал и половина из них, по его мнению, было неправильно. «не знал, что у тебя есть девушка ;(» — отправляет сообщение в инсте Бомгю и сразу же хочет удалить, но не успевает, ведь Ёнджун читает молниеносно. Долго печатает. Бо начинает нервничать. Кусает губы до появившихся ранок. «Расскажу при встрече. Го сегодня к тебе?»  Бомгю выдыхает и собирается с мыслями. Ожидал худшего результата. Соглашается и теперь отсчитывает каждую секунду до его прихода. Ёнджун не заставляет себя долго ждать и уже через полчаса приходит. Как будто не к другу, а к себе домой. В пошарпанной квартире Бомгю он знает каждый угол и миллиметр обоев. Он и в самом деле хотел считать его своим домом. И считает. Они садятся вместе на диван и включают на фон их любимый, засмотренный до дыр, сериал. Бомгю мнется, не знает, с чего начать разговор. Такое впервые с ним. Обычно, ему рот не заткнуть, и он всегда найдет тему, чтобы обсудить её со старшим. — Я вижу, что ты хочешь что-то сказать, — начинает разговор Ёнджун и смотрит в глаза парня напротив. В них видна необъяснимая тревожность. Он же рядом, почему Бомгю так нервничает? Бо замечает его взгляд и на его коже появляются мурашки, словно с ним разговаривает не он. Все стало казаться иначе, не как раньше. — Хотел сказать, что люблю тебя, но вспомнил. Теперь у тебя есть девушка. Бомгю режет своими словами, будто ножом. Впивает в его душу тысячи шипов от кровавых зловещных роз.  Вот так просто? Любит его? А разве это не из категории чего-то запрещенного? У Ёнджуна перехватывает дыхание. Он усмехается и утыкается глазами в телевизор. — Ты что, я же тебя тоже люблю, как друга, — в ушах свои же слова отзываются особой болью, Ёнджун умрет от своей несбыточной мечты и темной тайны. Но не признается об этом вслух. «Я люблю тебя сильнее, и не как друга» — хочет сказать, но смелости не хватит. Это же его родной Бомгю, который с ним с самого детства. В Ёнджуновых глазах он самый невинный и драгоценный. Его плюшевый мишка, которого хочется обнимать часами, когда тот позволяет думать о чем-то грустном.  Ёнджун не станет пачкать его своей грязью. Бомгю понимает с полуслова и замолкает. Утопает в своих мыслях и думает о той блондинке. Неужели она лучше него? Но им просто стоило поговорить. Собраться духом и по-человечески поговорить друг с другом. Их недосказанность в тот вечер убила сразу двоих. Они просто боялись причинить друг другу боль. Так сильно любили, что не позволяли и думать о ней.  Их нелогичность действий могла бы объясниться незрелостью или неопытностью.  Но больше им ничего не поможет. Они так и не смогли выбраться из своего кошмара. Бомгю молча закуривает свои любимые сигареты прямо дома, а Ёнджун наблюдает, как из его рта выходит дым. Он вдыхает полной грудью и запомнит этот запах навсегда.  Они продолжают смотреть сериал, больше не проронив ни слова. По комнате путешествовал туман и впитывался в разум старшего все больше и больше.  — Можешь дать мне сигарету? — тихо попросил Ёнджун, сам же удивляясь своим словам. Никогда не курил. Бомгю посмотрел на того стеклянными глазами. Почему-то от этой просьбы ему захотелось навзрыд зареветь.  Он самостояльно закурил и передал тому никотиновую убийцу. Как скоро и его легкие начнут медленно умирать?  На удивление, Ёнджун не закашлялся, как будто с пеленок в руках держит пачку сигарет и зажигалку. У Бомгю, она, кстати, обклеена наклейками с мишкой. Не трудно догадаться кто постарался, правда? На половине Бомгю забрал её обратно и докурил, потушив бычок об пепельницу, что стояла неподалеку.  — Никогда бы не подумал, что мы могли поделить одну сигарету на двоих, — честно произнес Бомгю и приобнял Ёнджуна.  Тот же в свою очередь решил, что такого больше не повторится.