Лихой фонарь ожидания мотается...

Мягкое гудение ламп, их белый свет, писк датчиков, всё это заполняло комнату. Если раньше она не слишком обращала на всё это внимания, сейчас подобные отвлекающие факторы начинали нервировать Луизу. С другой стороны, она не могла позволить себе встать и пойти в другой вагон, где явно было бы тише. Она всё ещё сидела в мягком кресле, уставившись на записку, слова в которой были выведены аккуратным почерком. Луиза перечитывала записку уже который раз, скользя глазами по строкам, как если бы ожидала, что в новое прочтение на листе бумаги появятся и новые слова. Но ничего не менялось. Всё те же самые слова, что-то про уход, "птицу" и мистического "его". Даже прочитав всё это, наверное, с полсотни раз она так и не поняла смысла написанного гендиректором. А возможно, что и не должна была. "А ведь сам говорил, что не любит недосказанности..." —Промелькнуло в её голове. Хотя одно из записки стало ясно — Работу нужно продолжать. Луиза и сама это понимала. В конце концов, а куда ещё денешь столько работников, если просто всё остановить? И она продолжила работать, даже с роем мыслей в голове, с той же улыбкой, тем же характером и манерами. [10 циклов спустя] Она снова тут, в первый раз после того как он приказал отстроить тут пирамиду, в первый раз после того как он ушёл. Луиза стояла прямо у входа, пирамида выглядела как самое величественное, что было в пансионате, разве что кроме артефакта. И кто знает, сколько метров она простояла там, боясь сделать шаг внутрь, мысленно страшась хоть как-то тревожить его покой. Может она и сама не была в курсе. Как только директор пересилила себя, ступая в этот монумент, она мысленно отметила, что он такой, какой и был на чертежах и зарисовках. Казалось бы, она уже наблюдала эту картину на различных рендерах на компьютере, но не смогла удержаться от того, чтобы нервно сглотнуть. Возможно, она действительно ожидала, что сейчас его капсула откроется, и сам гендиректор возвысится оттуда, почти как Дракула из тех фильмов, которые они смотрели в вагоне-кинотеатре, пока там никого не было. —Кто посмел потревожить мой сон? —Искаженное из-за его маски. Но конечно, ничего не произошло. Однако, стоя там, Луиза задумалась. А ведь действительно, она никогда не слышала его настоящего голоса, кроме того одного раза, когда он всё же снял маску со своего лица. И она определенно чувствовала себя странно, размышляя об этом. [20 циклов спустя] И снова она здесь. Зачем?... Почему?... Возможно, что ей стоило задать себе эти вопросы, хотя она и не делала этого. Просто молча стояла и смотрела, оставалась тихой, будто боясь, что привлечет чье-то внимание. Теперь, без него, работы стало больше, на Луизу свалилось куда больше ответственности, а другие члены совета директоров ушли в работу. И вот снова, в свой небольшой импровизированный перерыв, она тут. Она даже не знала причину стоять здесь. Может быть, ей просто хотелось ещё раз побыть с ним рядом. [70 циклов спустя] Снова стоит, почти неподвижно. Только грудь легонько вздымается от осторожного, сдержанного дыхания. Однако в этот раз она набирается смелости ещё на кое-что. Её губы слегка дрожат, когда сначала она нервно выдыхает, а после слова за мгновение переходят от почти неслышного шёпота в что-то куда более звучное. —П... Простите, что долго не заходила, генеральный директор. Столько... Столько работы. Надеюсь... Вы скоро вернётесь. "Дура. Совсем с ума схожу... Он же меня не слышит, он спит. Надо отдохнуть... Выспаться, тоже." —Мелькает в её мыслях, когда она сжимает губы, в тонкую линию, когда разворачивается и уходит прочь. [??? циклов спустя] Который раз она здесь? А, бог её знает. Она перестала считать уже давно. И даже несмотря на то, что после примерно пяти сотен циклов она уже научилась не трястись всем телом, когда приходит сюда, она уже привыкла, даже так, она не отрывала глаз от стеклянной крышки капсулы. "Сколько ты будешь сюда приходить, Луиза? Зачем всё это? Зачем опять смотреть?..." Подходя ближе к блестящему стеклу, её сердце забилось быстрее. В один момент, когда она подошла вплотную, ей показалось, что у неё кружится голова. Показалось, что если она сделает ещё один вдох местного стерильного, совершенно неколеблемого воздуха, она начнет задыхаться. Луиза и сама не понимала, почему она вообще испытывала такой трепет перед этим местом. Может, это было уважение. Может, что-то вроде горя. Но совершенно точно, что в последнее время она чувствовала себя очень одиноко. В этот момент на стекло упала первая слеза, хотя директор этого и не заметила, просто продолжив стоять, опираясь руками на стекло. Теперь её голос дрожал, пока она говорила в пустоту, вперемешку с её всхлипами и придыханиями. —Я... Почему... Я не понимаю, зачем вы ушли... Ушли и оставили нас и... И меня оставили... "Я не знаю... Не знаю что и думать. Может он просто эгоист, а я повелась на всё это... А может... Может я просто никогда для него ничего не значила." Отлипая от уже успевшего запотеть стекла, Луиза обнимет саму себя, обхватывая ребра руками, пока их бьёт лёгкий тремор. В подобном состоянии, она покидает пирамиду, пансионат и возвращается в поезд. На входе, один из кондукторов уже ждёт её. —Мадам Де Саль? Вы... Она лишь отмахивается. —Я... В порядке, спасибо. Мне... Просто нужно перевести дух, не волнуйтесь за меня. Через несколько метров она уже перемещается к себе в комнату, не снимает и не меняет одежды, не моется, как иногда делала, чтобы освежиться. Только валится на кровать и закрывает глаза, проваливаясь в беспокойный сон, ведь завтра новые дела, а работа должна продолжаться.