Закон подлости.

Лето жаркое, приятное. Не такое пекло, как в прошлом году. Дожди частые, ветер. И дальше тридцати градусов и по Цельсию температура не поднимается. Оттого так хорошо, что аж жить хочется, а не забыться на три месяца в закрытой комнате с включенным кондиционером, будучи голым и полудохлым. И кто же знал, что спать с мокрой после мытья головы.. Конечно же, под кондиционером, который исправно показывает семнадцать градусов.. Будет весьма плохой затеей? Температура поднимается до тридцати девяти. Молвин смотрит на градусник, недовольно мотая головой. В то время, Санчез лежит с таким выражением лица.. Что непонятно, что больше хочется: пожалеть его и сделать чай, чтобы он скорее поправлялся, или в ебало дать и поругать, за то, что не понимает очевидных вещей.. И вообще, дурак ещё тот, который ведёт себя как дитя малое. —Как же можно было умудриться заболеть летом то, а? Санчез? Ты тут? —В шутку интересуется Молвин, откладывая градусник на подлокотник. —Мн-н.. —Отрицательно мычит болеющий, слегка улыбаясь, и театрально закатывая глаза, а после закрывая все лицо тыльной стороной ладони. —Ну все, какой же ужас! Умер Санчез, умер. А таким ведь молодым был. —Подхватывает шутку Ямакаси, и так же театрально откидывает голову, прикрывая лицо ладонью. И те смеяться начинают, почти в голосину. Но вскоре, вся шалость прекращается, как только Санчез начинает кашлять, царапая горло. Молвин вздыхает и снова неодобрительно головой качает. А после, выходит из общей спальни. Возвращается минут через десять, держа в руках мелкую горсть таблеток и кружку со сладким чаем, в кружке с которым так эстетично плавает аккуратно отрезанная долька лимона. И Ямакаси садится на край общего дивана, кружку ставя так же на подлокотник, помогая привстать своему парню. Придерживает его за спину, протягивает горсть таблеток. А там, на самом деле, по мелочи. Одна таблетка кагоцела – противовирусное. Одна таблетка парацетамола – жаропонижающее. Одна таблетка цитрамона – чтобы голова не болела. Одна таблетка индометацина – обезболивающее, от противно ноющих суставов. Одна таблетка амброксола – от кашля с мокротой. Потом будет еще выпита таблетка доктора мома, уже она будет от болей в горле. —Пиздец, Молвин.. Тут так таблеток, будто я завтра умру.. Или у тебя есть заказ на убийство, цель – сделать так, чтобы я передознулся.. —Честное слово, Санчез так ахуел от количества таблеток. И отшутился он. Не имеет ничего против. —Ну, что уж есть.. Пей давай. —Говорит мотылек, вздыхая. И как только в ладони Сани оказалась жменька лекарств, была подана и кружка с тёплым напитком. Санчез выпивает залпом. Не хочет мелочиться, поштучно таблетки пить. Так быстрее и проще. Морщится от того, что горчит. Ну, а что делать? —Фу, блять.. Очень надеюсь, что это все.. Все же? —Интересуется. И во рту послевкусие неприятное, от смеси таблеток. —Нет конечно, ты чего? Для профилактики клизму, от возможных запоров.. И какие-нибудь анальные свечи, уже по рофлу. И пластырь на пенис. Для полноты картины. —Отшучивается, на что в ответ получает лёгкий удар в плечо. —Дурной.. Давай без свечей и клизм. Вот еще их мне не хватало, честное слово. —Почти ноет. Еще в жопу ему какую-нибудь хуйню не толкали. —А пластырь на пенис? Тебя устраивает? —Ну.. Вполне. Главное, обмотай не сильно плотно, чтобы не давило слишком сильно. А то опухнет, кровь перестанет течь туда.. Или что будет? Я не уверен. —Плечами пожимает, а после делает еще один глоток чая, большой. Горло приятно прожигает тёплый напиток. А после, кружка оказывается на подлокотнике. И Молвину совсем ничего не остаётся, кроме того, как рассмеяться с такого вывода. Он глаза прикрывает, хихикая довольно. Слишком уж его, в каком-то смысле, умиляет это поведение, смахивающее на детское. А Санчез в ответ улыбается так же нежно. Снова кашляет. А потом руки тянет к своему парню, вокруг шеи обматывает их и прижимается. Лбом горячим утыкается в плечо. —Может, поспать ляжешь, Санчез? Жаропонижающее быстрее подействует, быстрее легче станет. —Молвин обнимает в ответ, гладит по спине его. А после, тянет на диван. Укладывается на диван и жмет к себе Саню дальше. —Не знаю. Там такие сны конченные, что не дай бог.. ОНИ снятся, какой-то невидимка.. И вообще, не знаю. Голова еще так противно ноет.. И пальцы. —Жалуется как может. И лишь ближе льнет к парню, глаза прикрывая. —Ну.. Скоро таблетки подействуют и все будет нормально. Не переживай главное, Сань.. —Говорит на тон тише, чуть ли не шепотом. И Санчезу не остаётся ровным счетом ничего, кроме того, как вздохнуть и вправду попытаться заснуть. И большое количество таблеток действует даже слишком хорошо. Саня вырубается буквально за пару минут. Молвин выбирается из объятий, открывает окно в спальне – чтобы было не так душно. А после, выходит на задний двор, вдыхая летний, приятный воздух. Как же хорошо. Даже если обращать внимание на закон подлости.. Ничего страшного. Все равно хорошо.