Запретное притяжение

— Я иду домой… я просто иду домой… — тихо шептала себе под нос Лада, стараясь сосредоточиться на дороге. Ночь уже окутала деревню густой тьмой, когда она возвращалась с задания вместе с Озаром. Но на этот раз судьба сыграла с ней злую шутку — её путь пролегал мимо дома загадочного красавца, о котором ходило немало слухов. Новак поселился на окраине совсем недавно, и никто толком не знал, кто он такой и почему выбрал именно это место. Он редко говорил о себе, отвечал уклончиво, но, чем меньше он раскрывал, тем сильнее разжигал любопытство Лады. Драган не раз предупреждал её: "Держись подальше, он опасен". И разум Лады подсказывал, что в этих словах есть доля правды. Но… запретный плод всегда сладок. Она сделала роковую ошибку — подняла глаза. Дом Новака, окружённый лесом и туманом, выглядел мрачным и безмолвным. В его окнах не горел свет. — Ушёл куда-то? — пробормотала Лада, останавливаясь. В груди разливалось странное волнение. Если его нет… разве это не шанс рассмотреть его владения поближе? Ведь это просто невинное любопытство… так ведь? Лада приблизилась к дому. Осторожно заглянула в окна — пусто. Затем подошла к крыльцу, и тут её взгляд зацепился за странную находку. На пороге лежал лук. — Что он здесь делает? — удивлённо прошептала она. Она наклонилась, чтобы рассмотреть его лучше. Оружие было сделано с идеальной точностью, словно мастер вложил в него всю душу. Лада никогда не держала в руках подобного — для неё, простой пастушки, лук был чем-то чуждым, далёким. Но что-то в этом оружии манило её. Почти не осознавая своих действий, она осторожно подняла его, провела пальцами по гладкому древку. На двери дома был вырезан символ — прицел. Интерес взял верх. Лада встала в стойку, как умела, пытаясь представить, как это — быть лучницей. — Ты неправильно держишь. Ледяной голос прорезал тишину, и Лада вздрогнула, едва не выронив лук. Её сердце заколотилось от страха — она была уверена, что дома никого нет. Она хотела бросить оружие и убежать, но прежде чем успела двинуться, тёплая рука сомкнулась на её локте. — Сначала трогаешь мои вещи, а потом убегаешь? — в голосе Новака скользнула насмешка. Он вышел из тени, и Лада в ужасе замерла. На нём была одежда её отца — старая рубаха, которую она помнила с детства. А на шее висела тёмная повязка, та самая, что когда-то скрывала его глаза. Она посмотрела на него, пытаясь разглядеть гнев или недовольство, но его лицо оставалось спокойным. Более того, он смотрел на неё… с улыбкой. Тёплой, почти обволакивающей, словно её страх здесь был неуместен. — Прости… — выдохнула Лада, протягивая ему лук. Но Новак даже не подумал его забрать. — Вижу, тебе понравилось, — он слегка наклонил голову. — Хочешь, научу пользоваться? Лада застыла, поражённая таким предложением. — Что ты… — она покачала головой. — Я всего лишь пастушка. Мне не положено. Улыбка Новака стала ещё шире. — А мы никому не скажем, — он сделал шаг вперёд, всё ещё удерживая её за локоть. — К тому же, угроза может настигнуть любого. Мужчину или девушку… Она не знала, что ответить. Но сердце билось так быстро, что, казалось, он и сам мог услышать её желание. Новак, уловив это, шагнул ещё ближе и встал за её спиной. Он протянул ей лук, и его пальцы мягко коснулись её ладоней, направляя их. Лада почувствовала, как по коже пробежали мурашки. — Держи крепче, — тихо сказал он. Его пальцы скользнули выше, к её костяшкам, осторожно поправляя хватку. Затем рука скользнула к её талии. — Повернись чуть вправо, — его голос стал ниже, обволакивающим. Лада послушалась, не осознавая, что поддаётся его влиянию. В этот момент ночь, страх, даже здравый смысл — всё исчезло. Был только он, тёплый, близкий… опасный. Новак медленно осмотрел Ладу с ног до головы, оценивая её попытку. В его взгляде не было ни насмешки, ни осуждения — лишь холодное спокойствие, словно он рассматривал сложную головоломку. — Уже лучше, — наконец произнёс он, протягивая ей стрелу. Лада осторожно взяла её, чувствуя лёгкое волнение. Она натянула тетиву и попыталась выстрелить… но стрела сорвалась с пальцев и улетела в сторону, даже не коснувшись цели. Новак медленно покачал головой, на его лице появилось едва заметное выражение разочарования. — Знаешь, как я выжил в тумане? — спросил он, не отводя взгляда. Лада медленно кивнула, не совсем понимая, к чему он ведёт. Новак сделал шаг назад, отстранив одну руку, и коснулся своей шеи. Затем он потянул повязку, и в следующий момент перед лицом Лады предстала та самая тёмная ткань, которая ещё минуту назад покоилась у него на шее. Она нахмурилась, не сразу осознав, что он хочет сделать. — Я всегда больше доверял слуху и ощущениям, чем глазам, — сказал он мягко. — Хочешь попробовать? Лада замерла, колеблясь. Это было безумие. Как можно целиться, не видя? Новак уловил её нерешительность и, наклонившись чуть ближе, тихо добавил: — Не бойся. Я с тобой. Он улыбнулся и, прежде чем она успела ответить, аккуратно начал натягивать повязку ей на глаза. Лада не могла оторвать взгляда от его пальцев, ловких и осторожных, от плавности его движений. Это было странно завораживающе. Но стоило повязке закрыть её глаза, как мир вокруг резко изменился. Темнота. Полная, беспросветная. Её сердце забилось чаще. — Новак… — прошептала она. — Дыши, — его голос раздался где-то рядом, теперь казавшийся ещё глубже, почти гипнотическим. Её зрение исчезло, но она начала острее ощущать всё вокруг: прохладный ветер, запах ночи, тепло его рук, когда он снова направил её пальцы к луку. — Теперь слушай, — сказал он. — Мир говорит с тобой. Просто доверься. Лада ощущала его прикосновения каждой клеточкой тела. Тепло его руки на её талии, лёгкое дыхание у самого уха, размеренное биение сердца… всё это контрастировало с её собственным — слишком быстрым, прерывистым, будто сердце готово было выскочить из груди. — Прислушайся к ощущениям, — прошептал Новак. Лада попыталась сосредоточиться, но всё, что она чувствовала в этот момент, — его. — Ты слышишь животных? — голос прозвучал тихо, но настойчиво. Лада напряглась, закрывшись от посторонних мыслей. Вдруг в ночи раздался едва уловимый звук — взмах крыльев. — Кто это? — Птица… — прошептала она, едва осознавая, как уверенно даёт ответ. — Где она? Лада на мгновение замерла, но затем едва слышно сказала: — Села на дерево… чуть левее направления стрелы. — Наведи её туда, — мягко приказал он. Она послушно изменила угол, ориентируясь не на зрение, а на слух. — А теперь… — Новак чуть сильнее сжал её талию, и в его голосе проскользнул новый, почти завораживающий оттенок. — Я хочу, чтобы ты убила эту птицу. Лада вздрогнула. Если бы кто-то другой сказал ей это, она бы даже не задумалась — просто отказалась. Но сейчас… что-то в ней изменилось. В этот момент казалось, что весь мир сузился до его голоса, до тепла его ладоней и той дрожи, что пробежала по её телу. Она услышала, как птица взмахнула крыльями. Инстинкт взял верх. Взмах. Выстрел. Тонкий звук удара. И птица упала. Лада вздрогнула, осознавая, что только что сделала. В этот же момент она почувствовала, как Новак напрягся. Волнение — почти возбуждение — пробежало сквозь его тело. Он медленно наклонился ближе, и Ладе даже не нужно было видеть его лицо, чтобы понять — он улыбается. Пальцы, что секунду назад помогали ей держать лук, медленно разжались. — Ты молодец, Лада, — голос Новака был низким, почти мурлыкающим. — Мне было приятно тебя учить. Она машинально потянулась к повязке, чувствуя, как внутри неё всё дрожит от странной смеси эмоций. Но когда ткань спала с её глаз и ночной мир снова открылся перед ней… Новака уже нигде не было.