Конкуренция

В тот вечер он собрался с места резко, словно в голове щелкнуло что-то окончательное. Не глядя, сдернул с себя мятый рубашку, кинул ее на пол и распахнул дверцу шкафа. Пальцы пробежались по рядам одежды — небрежно, но точно, пока не нашли костюм, который он всегда держал для особых случаев. Ткань холодная, гладкая, легкая на плечах, как будто сама скользнула по телу. Он застегивал пуговицы медленно, проверяя каждую, будто костюм был частью ритуала. Потом — к столу. Маленькая серебристая туба помады уже ждала. Он открыл ее одним движением, чуть склонив голову вбок, и провел по губам уверенно, с нажимом, выводя яркую линию, насыщенную и тяжелую. Он посмотрел на свое отражение — и уголки рта медленно поползли вверх. В этот момент в комнату вошла Джулия — с сигаретой, лениво зажатой между зубами, и бигуди, туго стягивающими волосы, придавали ей почти карикатурный вид. Она шагнула внутрь, не сразу уловив, чем занят Джокер. Он застыл лишь на мгновение, уловив ее присутствие краем слуха, — и тут же сменил ритм. Гулкие, резкие движения растворились, шаги стали мягче, звук ткани — тише, словно он решил стать прозрачным, лишь бы она его не заметила. Она прищурилась, заметив его у зеркала. — Ты куда собрался? — голос ленивый, но в нем уже тянется острая нить. — Да так… прогуляться, — он даже не оборачивается, чуть поджимая губы, чтобы ровнее лег красный. Джулия затянулась, выпуская дым в его сторону. — Ты так надухарился, чтобы просто прогуляться? — слова звенели холодом. — Напомнить, что я тебе говорила? Либо я… либо он. Он повел плечом, как будто стряхнул с себя ее голос. Взгляд в зеркало стал чуть шире, чуть безумнее. — О, крошка… ты ж знаешь, я обожаю, когда у нас… конкуренция. Она уже держала двустволку. Он метнул на нее быстрый взгляд, ухмыльнулся — и рванул к двери, как с катапульты. Джулия, едва он вылетел за дверь, медленно выдохнула дым и уже знала — просто отпустить это не получится. Она накинула пальто поверх домашней одежды, спрятала пистолет за пояс и вышла следом. След держать было легко — он даже не пытался скрыться. То ли был уверен, что она не рискнет, то ли просто хотел, чтобы его нашли. Узкие переулки вывели её к знакомому силуэту — громадные корпуса завода Эйс Кемикалс, мертвые цеха, запах ржавчины и химии, вязкий туман, что стелился по земле, будто живой. Внутри царила тишина, но Джулия уже видела его — темная фигура, освещенная дрожащим светом старых ламп. И не только его. По периметру — десятки людей, связанных, с кляпами во рту, каждый с примотанным к груди аккуратным, но явно рабочим самодельным зарядом. Красные огоньки мигали в такт ее сердцу. Джокер стоял на старом мостике, где, много лет назад, он впервые встретил того, кого ненавидел и обожал одновременно. В руках — микрофон, подключенный к старому заводскому громкоговорителю, и его голос рванулся в пустоту, легким, почти игривым напевом. Он пел, растягивая слова, вплетая в них вызов и приглашение одновременно. Каждый куплет эхом прокатывался по металлическим стенам, а между строчек — сухое щелканье таймеров на бомбах. Он знал, что этого достаточно, чтобы привлечь его. И, как только тень мелькнула на верхних фермах завода, Джулия поняла — план сработал. Бэтмен пришел. — Ты… ты опять пошел к нему?! — ее голос взвился и ударился в металлические стены, расплескавшись по цеху, пока она срывалась с места. — Как будто я слепая, и не вижу, как ты за ним тянешься, как наркоман за дозой. — После всего, что я сказала… после всего, что было между нами… — она шагала к нему, резко, неровно, словно каждое слово толкало ее вперед. — ты все равно лезешь к нему, как будто я — просто декорация в твоем цирке. Джокер стоял на мостике, закинув голову, и захлебывался смехом, будто ее слова были музыкой, а не обвинениями. — Мало тебе, да?! — она уже почти кричала, голос дрожал от злости и обиды. — Мало того, что я терплю твои выкрутасы?! Тебе обязательно нужно, чтобы он был здесь… и смотрел на тебя. — Нет… тебе нужен именно он. Чтобы ты мог ловить каждый его взгляд, как подачку. С каждым словом она приближалась, почти касаясь его дыхания, а внизу, в вязкой как дым суматохе, Бэтмен уже рвал на части головорезов Джокера, металл гремел, крики и выстрелы перемешивались с ее голосом. — Ты прямо здесь… при мне… выбрал его, — она выплюнула эти слова, как последний удар, а Джокер только ухмыльнулся шире. Она рванулась еще ближе, не замечая, что подошла к самому краю мостика. Под ногой с визгом сорвалась ржавая решетка, и тело дернулось в пустоту, туда, где внизу бурлила черно-зеленая жижа. Всё произошло за секунду — резкий толчок в плечо, твердая хватка на запястье, и ее вытащили обратно. Рука в черной перчатке сжала ее так сильно, что осталась боль. Она подняла глаза — напротив стоял он. Бэтмен. А за ее спиной, уже на безопасном расстоянии, в глубине цеха, Джокер отступал к своим укрытиям, захлебываясь смехом. — Ха-ха-ха! Ну что, крошка… видела?! Он даже тебя спас! — в голосе был сладкий, издевательский восторг. — Вот кто у нас тут настоящий рыцарь, ммм? Он подмигнул, и смех его, высокий, дикий, разнесся по заводу, вплетаясь в грохот боев внизу. Джокер, пятясь в тень, уже держал в руках маленький черный детонатор. Пальцы едва шевельнулись, и на груди у связанных людей внизу тревожно мигнули красные огоньки. — Джокер! — голос Бэтмена глухо ударил по цеху. — Брось его… и выходи. Тот склонил голову набок, как ребенок, у которого вырывают игрушку. — Ох, Бэтс… а я ведь только собрался устроить финалочку. Ты ж знаешь, я люблю хлопки… — он почти пропел это, прижимая палец к кнопке. Джулия, ещё тяжело дыша после падения, повернулась к Бэтмену: — Слушай… — она криво усмехнулась, хотя в глазах все еще дрожал страх. — Ты можешь пригрозить, что отпустишь меня в эти химикаты… может, он вылезет. Джокер разразился смехом. — О, крошка… ты думаешь, он тебя туда толкнет? Серьёзно? — Хотя… — она посмотрела прямо на темный силуэт напротив, — если бы у него был выбор… меня или тебя… он бы всё равно выбрал тебя. — Ха-ха-ха! — Джокер согнулся пополам, прикрывая рот ладонью. — Вот это я понимаю! Честность так и прет! Ты слышал, Бэтси? Даже моя девочка все про нас поняла. — А знаешь что… — Джулия шагнула ближе к краю, всё ещё глядя на Бэтмена, но голос ее был направлен в сторону Джокера. — Может, ты исполнишь свою маленькую фантазию и перестанешь тащиться к нему, как одержимый? Джокер вытянул губы в долгой, почти ласковой ухмылке, и склонил голову набок. — Ах, какие у нас тут коварные советы! — он протянул слова, будто смакуя. — Мне прям… нравится! Бэтмен, стиснув зубы, резко шагнул к Джулии. Одно движение — и его рука сомкнулась на ее лодыжке, подняв так, что она повисла вниз головой, а под ней зашипел и взбаламутился мутный зеленый котел химикатов. — Джокер, выходи, — голос его грохнул по цеху, тяжелый, как удар. Ее полураспавшиеся волосы свисали вниз темными прядями, и одна бигуди, предательски выскользнув, полетела в вязкую жижу, исчезнув с тихим бульк. Джулия, зацепив взглядом зеркальную пленку химикатов под собой, нервно выдохнула и попыталась изобразить усмешку: — Так грубо… — слова сорвались с едва заметным дрожанием. — Ну кончай уже с этим цирком… и отпусти меня. Влажный пар лип к ее лицу, а из тени где-то наверху донесся тихий, растянутый смешок Джокера. А внутри, она уже предвкушала, как все это безумие закончится в тот миг, как она упадет. Бэтмен стоял у края мостика, удерживая Джулию над бурлящими химикатами, и его голос стал ниже, жестче, каждый слог бил в цель: — Джокер… Выходи. Сейчас. Тишина повисла, лишь где-то в глубине гудели старые трубы. И вот из темного пролета, медленно, почти лениво, показалась знакомая фигура. Джокер вышел из тени, все еще с той самой ухмылкой. — Ладно-ладно, Бэтс… не кипятись. Ты же знаешь, я люблю эффектное появление, — протянул он, раскинув руки в стороны, как будто сдавался, хотя в каждом движении чувствовалась насмешка. Бэтмен, не спуская с него взгляда, рывком поднял Джулию обратно на ноги и отпустил. Темный рыцарь двинулся вперед, к Джокеру. Тот замер, чуть откинув голову, и выставил руки вперед, как перед арестом, широко и демонстративно. — Вот так-то лучше… — хрипло засмеялся он. — У нас же тут все по правилам, верно, Бэтмен? Бэтмен уже вытащил из пояса стяжки, шагнув к Джокеру. Движение было быстрым, выверенным — еще секунда, и он бы зажал ему руки за спиной. Но рядом, в полутьме, Джулия нащупала что-то тяжелое — ржавая металлическая балка, валявшаяся у стены. Она подняла ее, стиснула пальцы, сделала шаг — и, не колеблясь, со всего размаху опустила по затылку Темного рыцаря. Глухой удар, резкий выдох, и Бэтмен осел на колено, опершись ладонью о пол. — Нет… — она выдохнула, глядя прямо на Джокера, ее глаза блестели, волосы всё ещё спутаны, — уже просто так ты от меня не отделаешься. Джокер на секунду застыл. Смех, что рвался с губ, оборвался, как струна. Он смотрел на нее — с этой ухмылкой, но в глазах что-то дрогнуло. В этот момент было чувство, будто ту самую балку опустили по его голове — только не снаружи, а внутри. Удар — ослепляющий, звенящий, сносящий все, что он привык называть собой. В груди что-то щелкнуло, как сработавший детонатор, и волна горячей, вязкой, почти болезненной нежности смешалась с привычным азартом. Он понял: вот она — такая же безумная, как он, готовая ударить мир первой. И в этот миг что-то пронзило его так сильно, что стало ясно — из него это чувство уже не вырвать. Бэтмен, оглушенный ударом, еще пытался подняться, но в движениях уже не было прежней резкости. Джулия, все еще держа в руках тяжелую балку, выронила ее на пол — глухой звон раскатился по цеху. — Джокер! — она резко схватила его за лацкан костюма и дернула к себе. — Мы не будем тут торчать и ждать, пока он встанет. Валим. Сейчас. Джокер стоял, все еще зависнув в этом странном, опьяняющем тумане после того, что она сделала, и смотрел на нее, как на редкий фокус, который хочется смаковать. — М-м… — он улыбнулся, будто не спешил. — Ты только что сделала мой вечер, солнышко… — Джокер! — ее голос резанул, как выстрел. — Хочешь остаться и проверить, как скоро он очнется? Его взгляд на секунду метнулся к шевелящемуся внизу Бэтмену, и словно холодный ток прошел по позвоночнику. Он встряхнулся, вернулся в себя. — Ладно-ладно, — он схватил ее за руку, потянул прочь с мостика. Они метнулись в темноту заводских коридоров, мимо мигающих ламп и глухого гула старых машин, и шаги их звучали в унисон, пока за спиной уже слышалось тяжелое дыхание того, от кого она удирала. Джулия и Джокер выскочили на улицу, вдыхая холодный ночной воздух, смешанный с гарью химзавода. Джулия, запыхавшись, судорожно рылась в карманах, что-то нервно щелкая, пытаясь оживить упрямое устройство. Пальцы дрожали, кнопка заедала, и только с третьей попытки детонатор пискнул и мигнул красным. — Да чтоб тебя… — выдохнула она и вжала кнопку до упора. Через секунду здание за их спинами содрогнулось, и рвануло так, что земля под ногами дрогнула. Пламя вырвалось из окон, разметав в стороны стекло и обломки. — Фух… хоть с этим местом встречи покончено, — пробормотала она, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Джокер стоял чуть в стороне, глядя на нее с каким-то странным выражением — смесью удивления и восторга. — Ты это сделала… для меня? — его голос стал тише, но в нем все равно проскальзывала хрипотца смеха. — Ты… для меня захватила детонатор, который я обронил? Он наклонил голову, не отрывая взгляда, как будто пытался запомнить её в эту секунду, чтобы убедиться потом, что это не галлюцинация.