Печать.

Юта и Тоге знали друг друга уже больше года, но все равно, действие проклятой техники клана Инумаки так же интересовала. Хоть и учитель Годжо объяснил, что тут воздействует вложение проклятой энергии в слова, Юта не до конца её понимал, и конечно лучший способ, чтобы это показал носитель, ну или обьяснил. Ощущается ли печать на языке, который Инумаки когда-то показал на их первом совместном задании. И как ему самому живётся, когда он может только обмениваться фразами из рецепта рисовых треугольников, в простонародье - онигири, или писать полноценные фразы на листке или через мессенджер. Так кстати они делают только когда рядом друг с другом. Инумаки добрый парень, спокойный и в силу своего характера переживает за Юту, чтобы с тем ничего не случилось. Поэтому тогда он и предложил, что письменное общение подойдёт им больше, если они хотят узнать друг друга лучше. И никто не был против. Юта у нас был магом особого уровня, который без особых усилий справлялся с ненавистными многим магам проклятиями. Он повидал их слишком много, что из-за частых кошмаров и недосыпа у него образовались синяки под глазами и вид всегда был достаточно грустным или даже взволнованным. Но это не мешало ему тепло улыбаться, тем более когда рядом был Инумаки. А ещё Окоццу не знал, что такое личные границы. Либо просто умело их обходил. В один из дней они сидели друг напротив друга в комнате общижития Токийского техникума. Каждый думал о чем-то своём, но неожиданно для Инумаки, тело его друга спешно придвинулось к его лицу. Он положил руку на щеку, аккуратно насколько мог, а большой палец уместил на подбородок, надавливая с небольшой силой. Темные глаза смотрели слишком внимательно, когда рот уже был достаточно приоткрыт и открывался вид на язык с печатью клана. Она притягивала и Окоццу не мог дать точный ответ, почему же. Просто приходило осознание, сколько всего в ней таится. Сколько мощи, сил и времени нужно, чтобы освоить эту технику. От того, насколько Тоге старается, нужно только восхищаться. Палец машинально провел по чужим губам и тело напротив дрогнуло. Инумаки свёл брови к переносице, что явно давало понять-он недоволен и ошарашен таким вторжением. Кожа на лице порозовела и была хорошо видна на контрасте с бледной кожей. Чужой палец уже был готов коснуться языка, слишком уж хотелось проверить, будет ли ощущаться печать на подушечках, как руку тут же сжали, а потом больно хлопнули. - Ауч! Ты чего? Больно же! - Сушеный тунец! - Ладно, ладно, я понял. Больше не буду, прости. С минуту они смотрели друг на друга, недовольно и виновато. Потом быстрым движением пальцев на телефоне, который Инумаки успел достать было напечатано : - В следующий раз просто попроси.