Место где находятся души

5:40... Первые лучи солнца начали проникать сквозь шторы, постепенно освещая всё вокруг. Сначала свет вступил к растениям на подоконнике, после он плавно слез на пол и поднимался на кровать. Солнечные лучи начали окутывать его, они будто проходили сквозь него, залезали под кожу, заставляли открыть глаза. Он уже привык к этой комнате, и она, как и весь его мир, была серой, скучной и однотипной.    На улице уже не было тихо - ездили машины, начиналась городская суета. Люди суетились внизу, словно сотни трудящихся муравьёв: они ходили туда и обратно, были похожи друг на друга, словно можно было запомнить их всех - все похожие друг на друга копии муравьёв, сотни и тысячи. Мысли об этом заставляли Оливера улыбаться. Вдруг послышался шорох, ещё один шорох и тяжёлый вздох - недовольный и сонный... Фигура села на кровать, и её тонкие пальцы потянулись за бутылкой воды, открыли её и сделали один небольшой глоток, а после облизали свои сухие, покусанные губы. Потом тонкие пальцы взяли очки и надели их - комната стала более чёткой. Он посмотрел на окно. Это окно постоянно соблазняло и притягивало его, но он не мог... Он не мог сделать это. Он хотел, но боялся. Он не знал, чего боялся. Сделав это, всё бы закончилось. Встав с кровати, делая небольшие тяжёлые шаги и шоркая ногами, он дошёл до подоконника и взял пачку сигарет. - Закончились, - прозвучал его тихий голос. Тяжело вздохнув, он подошёл к шкафу. Шкаф, на удивление, был чистым, даже пустым. Взяв оттуда полотенце, он вышел из комнаты и зашёл в ванну. Посмотрев на себя в зеркало, он сказал: - Снова новый день... Он улыбнулся отражению в зеркале, но отражение посмотрело на него кривой усмешкой. Он ненавидел своё отражение: каждый раз оно смотрело на него холодно и насмешливо, будто знало, насколько неприятный у него хозяин. Ему казалось, что отражение тоже не любило его. Оно знало о нём всё - все его проблемы, всю его боль, страхи и желания. Но отражение не издевалось над ним, когда тот был по-настоящему счастлив. Оно знало, насколько это были редкие мгновения, почти невозможные, и радовалось вместе с ним. По крайней мере, Оливер думал, что это так. Ему даже нравилась мысль, что его отражение было не просто отражением, а чем-то большим. Он был уверен, что зеркала и отражения могли творить магию и не были тем, чем кажутся простому человеку. После он начал раздеваться, обнажив своё худое, покрытое синяками, ссадинами и шрамами тело. Он включил воду. Вода была холодной и почти обжигала его тело, но всё равно приятно обволакивала. Через время он вышел, и с его мокрого тела сразу начала капать вода, образовывая небольшую лужу там, где он стоял. Это был грязный и частично разбитый кафель ванны. Оливер пошёл на кухню, оставляя за собой след из воды. - Завтрак... - он встал у холодильника и достал пару яиц. Набрал воду в кастрюлю и положил туда яйца, включил газ. С небольшим волнением он смотрел в сторону кастрюли, и в этот момент ему позвонили. Он подошёл к телефону, а после просто проигнорировал его. Он знал, кто ему звонил. Это был Саша - он всегда пытался занять у него денег, никогда не возвращая и не интересуясь жизнью брата. Задумавшись, он вспомнил и резко вскрикнул: - Яйца!.. Быстро подбежав к кастрюле, он выключил газ и вылил воду. Взяв яйца и положив их на небольшую тарелку, он улыбнулся - по-настоящему. Он очень любил кушать, хоть и не всегда получалось это делать. - Приятного аппетита, - сказал он, посмотрев на пустое место напротив. Почистив яйца и быстро съев их, он ушёл обратно в комнату, упал на кровать и уснул. Проспав несколько часов, он проснулся. На улице уже было темно, фонарные столбы не работали уже давно. - Вечер... Может, выйти на улицу?.. - спросил он себя. После он накинул на себя толстовку и переодел штаны, вышел из комнаты, а потом из квартиры, из дома. Пока он дошёл до магазина, его мысли метались безумным вихрем, но вдруг они в мгновение остановились. Оливер увидел до боли знакомое лицо. Лёгкая улыбка достигла его губ. Его серый мир начал наполняться цветом, став ярко-оранжевым и с красным отблеском. - О-Оливер!.. Мир тут же тронулся, приблизился к нему и окутал его в свои тёплые объятия. Оливер любил их - это были одни из тех объятий, после которых не хотелось оттолкнуть. - Ты... выглядишь не... или... стой! Ты стал немного счастливее! Он теребил и сжимал руками свой разноцветный свитер, который был грязным и слегка порванным. Это был его любимый свитер, он всегда и везде носил его. - Я... да, мне стало лучше... спасибо за лекарство. Он неловко улыбнулся - он не умел делать это, всегда вместо улыбки мог выдавить только пародию на неё, кривую и сломанную. Но после он продолжил: - Сможешь занять мне немного денег? Я верну, как только получу зарплату! - Да, конечно, я не против. Он улыбнулся и взял его руку, держал её так нежно, будто Айто состоял из песка, который мог рассыпаться. Тёплые руки мальчика резко контрастировали с холодными и худыми пальцами Оливера. После они вошли в магазин, мир наполнился более однообразным и надоедливым звуком, а точнее звуками: это была однотипная музыка, звуки шагов и катившихся тележек, звук пробивания продукта и другие звуки, типичные для любого магазина. Вдруг в эти звуки ворвался голос Майка: - Эм... картошка, яйца, мука, сахар и масло, хлеб... Это ведь всё самое необходимое? - Да, а может... кофе? И... сигареты, - спросил он с небольшой неловкостью. - Нет, ты так быстрее убьёшь себя, - ответил Майк, немного нахмурившись. - Но кофе лучше заменить на чай! - продолжил он уже с улыбкой и более нежным тоном. - Ладно, ладно... чай тоже сойдёт. Купив всё, они поднялись в квартиру к Оливеру. - Я пойду... И... я приду завтра на занятия, обещаю. Он улыбнулся, и его рука самовольно потянулась, чтобы погладить мальчика по голове. - Хорошо, и... ой! Его щёки вспыхнули, и он зажмурился: - П-прости! Прости! Оливер отдёрнул руку, и его щёки тоже покрылись лёгким румянцем. - Всё в порядке, это просто... было... внезапно. Ладно, пока! Его голос дрогнул, и он помахал ему рукой. - Пока... Он улыбнулся и ушёл в свою комнату, упал на кровать и посмотрел на свои руки. - Двенадцать дней... Я не нарушал это обещание... Может, всё идёт в лучшую сторону? И всё будет хо-ро-шо~ Он счастливо взд охнул, и его тёмная, грязная комната начанала отдавать приятным, оранжевым оттенком.