Ты слишком долго терпел, Уилл.

Ночь. На город давно спустилась тьма — лишь пара домов освещены слабым светом полумесяца в небе. На улицах все реже проезжают машины, пешеходов почти нет. На часах 1:19. Уилл лежит в кровати уже час. Снова не спится. Лежит, то смотря в потолок, то, время от времени, закрывает глаза, пробуя снова уснуть. Он полностью обессилен. Не хочется совершенно ничего — ни вставать, ни снова пить эти злосчастные таблетки, якобы помогающие уснуть. Даже в туалет идти нет ни капли сил. Просто лежать и надеяться наконец уснуть, а ещё лучше, спокойно проспать до утра — все, что остается. Так проходит далеко не первая ночь. Грэм знает, что даже если снова сумеет уснуть, все равно проснется через несколько часов от очередного кошмара. Однако, через полчаса он всё-таки проваливается в сон. Лес. Деревья. Болото. Снег. Отпечатки копыт. Кровавые брызги. Пасмурно. Уилл поднимает взгляд — по другую сторону болота стоит спиной девушка. — Эбигейл! Эбигейл, это..ты.. Ты жива! — слегка восклицая кричит Грэм, надеясь, что та его услышит. Брюнетка оборачивается на крик. Ее лицо явно изуродовано. Глаза выколоты, на щеках ужасные шрамы и синие, почти что черные гематомы повсюду. Огромный шов тянется поперек всего горла. — Уилл? Уилл, это ты? Помоги, помоги мне, прошу! Я.. — начинает торопясь и запинаясь девушка, но.. — ..Эбигейл! Договорить она не успевает. Из леса выбегает жуткое существо, напоминающее оленя, разве что черного цвета и с куда более массивными рогами. Оно со всей силы несётся на Эбигейл, и та оборачивается на звук. Ее насаживают на рога, протыкая насквозь. Девушка страшно кричит и стонет, и от ее вопля разрывается сердце Грэма. Он просто смотрит, замерев в ступоре. Тварь резко становится на задние лапы, дёргая передними и рыча при этом. Когда она опускается обратно, инстинктивно дёргает головой, бросая жертву в болото с такой силой, что та улетает почти к другому берегу. Тело приземляется прямо перед мужчиной. Грэм хватает его за руки, за ноги и всеми силами пытается вытянуть, но оно грязнет в болоте ещё сильнее. — Эбигейл! Нет, нет, нет. Пожалуйста. Эбигейл, ты слышишь меня? Уиллу всё-таки удается вытянуть девушку на берег. На теле множество сквозных дыр, из которых все ещё хлещет кровь. Голова разбита со стороны затылка. Шов на горле разорвался. Она не мертва. Нет. Такого просто не может быть. — Я здесь. Я помогу тебе. Эбигейл, ты жива. Слышишь? Жива! — отчаянно кричит мужчина, стараясь убедить в этом себя, нежели уже мертвое тело. Грэм опускается на колени, по его щекам текут слезы. Он трогает раны девушки, трогает запястье, сонную артерию, рьяно пытаясь нащупать пульс. Ничего. Ни-че-го. — Нет, нет, нет.. Ты будешь жить! Парень начинает трясти тело за плечи, веря, что сейчас брюнетка действительно придет в себя. — Ну давай же! Пожалуйста! — яростный крик разносится по всему лесу. Уилла трясет, тремор рук тоже усиливается. Спустя пару секунд тело девушки падает на снег, потому что держать его уже никто не в состоянии. Мужчина стоит на коленях, опустив голову и всхлипывая, иногда в надежде поднимая взгляд на тело. Он потерял ее во второй раз. И не смог спасти. Не смог ничего сделать. Внезапно раздается рык и эхом отдается от деревьев. Грэм резко вздрагивает и поднимает взгляд на источник — звук с противоположного берега. Все та же тварь, уже с окровавленными рогами разбегается и прыгает прямо на смотрящего. Последнее, что он видит — эту сущность, с безумием в глазах и брызгами крови на морде в полуметре от себя, а боковым зрением цепляет труп Эбигейл, истекающий кровью. Уилла бьёт крупная дрожь, но он не в состоянии двигаться, бежать, прятаться. Да и есть ли в этом смысл? Грэм резко вскакивает на кровати, тяжело дыша. Сразу же смотрит на часы — 3:56. Твою мать. Он утыкается лицом в ладони, ощущая разводы от слез на щеках. Давно он не плакал во сне. Следом проводит рукой по волосам, убирая их назад. Мужчина встаёт с кровати и тихо идёт в ванную. Смотрит на себя в зеркало, упираясь руками на раковину. Он, помятый, растрепанный, дрожащий, с разводами от слез и красными глазами. Лиловые синяки, мешки, щетина. Нездорово выступившие скулы. «Какой же ты жалкий..» — все, о чем думает Уилл, смотря на себя такого. Смотрит и думает, не в силах даже занести руку, чтобы открыть кран и умыться. Смотрит и думает. И на глаза снова наворачиваются слезы, но уже от отвращения. Отвращения к себе такому. Пересиливая себя, мужчина все же умывается и пытается привести себя в чувство. Лицо уже, в целом, выглядит не так ужасно. Дрожь остается, но Грэм игнорирует ее, снова направляясь в спальню. Этой ночью он больше не спал. Лежал, сидел, стоял, да и на коленях стоял. Но уснуть даже не пытался. Просто думал. Думал, кем стал. Думал, что с ним сделала жалость к себе. Думал над своей ничтожностью и беспомощностью. Думал о том, что испортился. Думал, думал, думал — и ещё миллиард таких "думал" и мыслей в голове. Очнулся Уилл лишь тогда, когда часы рядом противно запищали. Он никогда не спал в момент, когда будильник срабатывал, но все равно упрямо не убирал его. Мужчина встает, собирается и снова все по кругу, та же рутина — чистка зубов, умывание, завтрак в виде яичницы, штаны, рубашка. И работа. Грэм выходит из машины и молча заходит в офис, здороваясь только с некоторыми, знакомыми лицами. Заходит к Джеку, в надежде, что сегодня не обнаружился (или не обнаружится) новый труп, и он сможет весь день спокойно просидеть в офисе. — Доброе утро, Уилл. — обыденно произносит Кроуфорд, не сразу оборачиваясь. — Доброе. — как только может отвечает второй, но выходит все равно слегка хрипловато. Это, кажется, осталось незамеченным. И слава богу. — Пока ничего, работай с отчетами. Если что-то случится — сообщу. — осматривая Грэма проговаривает начальник. — Хорошо. Спасибо. — с этими словами парень разворачивается в выходу. — Уилл. — останавливается и медленно возвращается в исходное положение. — Ты.. в порядке? — Вполне. Спасибо. — тихо произносит он в ответ и снова собирается уйти. — Вижу, что врешь. Выглядишь не очень. Зайди к доктору Лектору, пожалуйста. — обеспокоено говорит Джек, мысленно сочувствуя подчиненному. — Это все? — не найдя, что ответить, просто спрашивает мужчина, таким образом ставя точку в диалоге. — Да, иди. — Спасибо. — молча выходит из кабинета начальника, обдумывая его слова. Уилл решает действительно зайти к Ганнибалу. Он не хочет работать, хотя, скорее, просто не в состоянии. Вести психологические дискуссии он тоже не хочет, но из двух зол выбирает меньшее. Да и зайти придется в любом случае — у него сегодня прием. Так какая разница, часом раньше или позже? Грэм подходит к двери и слабо стучит. Слишком слабо и тихо. Повторяет действие, но уже сильнее, зажмуриваясь. Дверь отворяют спустя пару секунд. — Здравствуйте, доктор Лектор. — тихо произносит мужчина как может, слишком устав притворяться. — Уилл? Доброе утро. — Ганнибал поднимает руку и смотрит на часы. — Прием был запланирован на четыре часа. Сейчас даже одиннадцати нет. Вы решили зайти пораньше? — Я..П... Да, извините. Вы заняты? — на выдохе выпаливает он, решив даже не оправдываться. Просто извиняется. — Нет. Проходите. — Как всегда, с той самой улыбкой, отходит от двери доктор, пропуская пациента внутрь. Уилл молча проходит к креслу, на котором сидит всегда. Устраивается в нем поудобнее и ждёт, пока психотерапевт сядет напротив. — Как вы? — задает типичный вопрос Лектор по пути к креслу. Присаживается, осматривает человека напротив и ждёт ответа. Тот сидит, поставив локти на колени и упираясь ладонями в лоб. — А как вы думаете, глядя на меня? Как я? Как всегда, жалок? — резко отвечает Грэм, распрямляясь и облокачиваясь на спинку диванчика и заглядывая в глаза напротив. — Думаю, что не очень хорошо. Но утверждать наверняка не стану. С чего вы взяли, что жалок? — ровно, почти без интонаций и эмоций, как всегда. — А разве нет? — беспомощно спрашивает Уилл, зная, что ответа не последует. — Вы правы, мне действительно нехорошо. — Это было довольно очевидно. Другой вопрос — почему? — Сон. Кошмары. Снова. — прерывисто выдает мужчина, периодически отводя взгляд. — Расскажете, что снилось? — безэмоциональность в голосе психотерапевта когда-нибудь доканает. — Эбигейл. — Одно слово. И больше ничего. Лицо Ганнибала сразу же переменилось. «Основная» улыбка спала, но слабая все же осталась. Он явно ждал продолжения. — Я.. Это было в лесу, возле болота. Ее.. ее снова убили, и я ничего не смог сделать.. Она.. — Грэм пытался говорить спокойнее, но с каждым словом запинался все сильнее. Голова опущена вниз. Руки снова безвольно поглотил тремор. — На этот раз ее убили Вы или кто-то другой? — Я не убивал ее! Я бы не.. смог. Я.. Нет. Уилл поднял голову. За спиной Лектора стояла Эбигейл. Живая. Мужчина вжался в кресло, наблюдая за ней. Девушка просто стояла и смотрела на него, в один момент осторожно подозвав его рукой. — Уилл, куда вы смотрите? — озадаченно спросил доктор, наблюдая за поведением пациента перед ним. — Отличить, смотрите вы на стену или на что-то определенное не составляет труда. Вы явно смотрели на что-то. Говорите правду. — точно констатирует Ганнибал, ожидая ответа. — Эбигейл. Она.. стоит за вами. Живая. — тихо отвечает Грэм, метая взгляд между девушкой и психотерапевтом. — Вот как. Что она делает? — Просто стоит. Рукой зовёт меня. — Тремор все больше одолевает. Уже не только руки. Дрожит всем телом, не в силах справиться с этим. — Вы хотите пойти к ней? — наклоняя голову рассматривает пациента Лектор. — Я не знаю. Это.. Это не она. Не может быть. Мне кажется. Но это же.. Эбигейл.. — Уилл запутался. Не знает. Ничего. Он поджал колено и, слегка зацепившись за него, обнял себя. Трясет. Пытается скрыть. — Я рад, что вы понимаете, что это всего лишь галлюцинация. Не обращайте на нее внимания. Спустя время она пропадет. — Спокойно. Размеренно. Как всегда. Сука. — Ладно.. Ладно, хорошо. — Мужчина перевел взгляд и постарался окончательно зациклиться на докторе Лекторе. Эбигейл все равно попадает в поле зрения. — Кто убил Эбигейл в вашем сне, если не вы, Уилл? — вопрошает, смотря на сжавшегося перед ним подопечного. Девушка за спиной резко делает пару шагов назад и достает перочинный нож из кармана. Сначала подносит его к руке и делает не очень сильный порез поперек. Грэм сразу же переводит взгляд на брюнетку и испуганно смотрит на нее. Та, в свою очередь, подносит нож к горлу. — Уилл? — Ганнибал, естественно, заметил смену его взгляда и эмоций. Пациент подскакивает с кресла чуть вбок, оставаясь рядом с ним: — Нет! Пожалуйста. Не нужно. — Дрожит все сильнее, как и его голос. На глаза наворачиваются слезы. Девушка одним движением режет свое горло. Следующим — ещё сильнее. Вновь хлещет кровь. На ее теле начинают появляться сквозные дыры. Под ногами начинает чувствоваться снег. Эбигейл падает на пол и скрывается за креслом врача. — Нет! — Уилл подбегает к месту, куда упала девушка. Но не здесь уже нет. Как и снега. Ничего нет. Голый пол. Мужчина смотрит перед собой, глаза застилает пелена. Он снова повелся на галлюцинации. Сердце бешено бьётся. Его трясет как лихорадочного. Ганнибал молча наблюдает. — Уилл, пожалуйста, вернитесь на свое место. — хоть как-то реагирует доктор, хотя, кажется, пациенту плевать. Не плевать. Слышит. Но не может понять, откуда. Грэм поднимает руки на уровень груди и рассматривает их. Трясущиеся, сухие, со погрызанными ногтями. Его. Настоящие. Под ногами — пол кабинета. Уилл молча оглядывается и находит взглядом кресло, направляясь к нему, убеждая себя, что это сейчас — не галлюцинации. Подходит ближе, хочет сесть, но садится мимо. Падает. Один миг — и он уже растекается по полу, а глаза застилает пелена. Слезы льются из глаз. Из-за всего — кошмары, галлюцинации, падение, усталость, работа. Мужчина и так полулежит, но теперь целиком ложится на бок и сворачивается, поджимая к себе колени, всхлипывая. Он слишком устал. Не знает. Не понимает. Чувствует, не чувствует. Реальность, нереальность. Запутался. Слишком. Что-то слегка касается плеча. Грэм вздрагивает и сразу же садится, утирая слезы. Доктор Лектор стоит перед ним, присев. Не убирая руку с плеча. Пациент приподнимает голову и смотрит в глаза психотерапевту. Тот сидит, как всегда, улыбаясь. Ганнибал берет Уилла за руку и помогает ему подняться. Тот обессиленно стоит, слезы продолжают катиться взглядом, и он устал их вытирать. Просто подносит руки к лицу и утыкается им в ладони, снова тихо всхлипывая. Хочет успокоиться, но не может. Лектор молча подходит к пациенту и обнимает, заставляя уткнуться лицом (ладонями) в его плечо. Тот не убирает ладони, продолжая всхлипывать в них, но в объятиях ему действительно спокойнее. Он благодарен, но сейчас не хочет никак это выражать. Руки доктора перемещаются на затылок мужчины, слегка поглаживая по голове и шее. Грэма это успокаивает. Он знает, что потом, скорее всего, ему будет стыдно и неловко за это все, но сейчас ему так плохо и хорошо одновременно, что он рассыпается в этом мгновении. — У тебя нервный срыв. — снова констатирует Ганнибал. — Ты слишком долго терпел, Уилл. Подопечный молчит, просто слушая, стараясь не всхлипывать больше. Слезы продолжают течь, и Уилл осторожно утирает их подушечками пальцев. — Спасибо. — все, что может выдавить из себя он на данный момент. Надрывным и дрожащим голосом, еле-еле, но этого вполне достаточно. Он думает, что его услышали. И не ошибается. Они стоят так ещё около семи минут, после чего наконец размыкают объятия и, чуть отойдя, встречаются взглядом друг с другом. Грэм теперь не чувствует почти ничего, лишь слабую усталость. Ганнибал просто рассматривает его. Улыбку, глаза, скулы, брови. Спустя пару секунд пациент опускает голо ву и, зная, что его в любом случае услышат, тихо шепчет: — Спасибо. Спасибо вам.