Любовь сильнее смерти.

Серый песок под его ногами окрасился кровью погибших воинов. Но Ян стоял перед опасностью без страха – его меч отважно сверкал в лучах закатного солнца. Он не мог проиграть. Гидра. Шестиголовое чудовище хищно извивалось среди прибрежных камней. Переливалось блеском серой грязной чешуи. Словно одна большая волна, готовая поглотить все вокруг. Оно ждало его. Рыцарь шагнул вперед и бросился в бой. В руках – непоколебимая сталь. В сердце – колотящийся барабан. Шипящая тварь двинулась следом. Каждая из голов целилась в него, каждая зубастая пасть нацелена полакомиться. Розмановски уклонялся от атак с ловкостью танцора. Но Гидра была неумолима — стоило ему наносить ранение одной голове, как остальные стремительно кидались в ответ. Он ощущал, как смрадные клыки сверкали совсем рядом. Смерть дышала прямо под ухом. Силы были неравны. Ян знал это с самого начала. Но не позволил себе отступить. Ведь защита королевства прежде всего, даже собственной жизни. Сосредоточив все силы в один решающий, полный ярости удар, рыцарь прошелся по центральной голове. Меч замахнулся в воздухе, срезал длинную шею гидры – свирепая морда укатилась в пучину моря, а на юношу хлынула темная, почти черная кровь. Казалось, надежда есть. Но чудовище не сломалось. Наоборот. Остальные головы, готовые отомстить за собрата, разьяренно осыпали рыцаря ударами. Розмановски сумел уклониться от атаки одной. Но другая уже нависала над ним, как над букашкой. Удар был сокрушительным – рыцарь почувствовал, как доспехи сжимаются вокруг него и упал на колени. Но едва он смог подняться снова, как следующая голова вцепилась зубами в плечо, подняла в воздух. Уронила его на землю, а затем отбросила хвостом назад. Боль пронзила стрелой. Юноша впервые сорвался на крик. Тело Яна лежало на песке, спиной к догорающему дню. Рана жгла и кровоточила. Розмановски глухо стонал, пытался встать. Сделать хоть что-то. Но ни одна конечность не слушалась. Он мог лишь оторвать лицо от земли и наблюдать за неисбежным. За монстром, что злорадствующе ползет ему навстречу. "Вот он, конец" "Смерть не обойдет меня стороной на этот раз" Он был готов встретиться с ней, разделить с погибшими ранее товарищами. Единственное, из-за чего серце ужасающе болело перед кончиной – его принц. Марко. Останется один.Никто не утешит его, когда Яна не станет. Возможен исход, что Бошняк сам возненавидит рыцаря – придет к мысли, что тот его бросил. И будет в своей ненависти совершенно прав. "Ведь я обещал, что вернусь." "Соврал." Глаза защипало от боли, горечи, стыда. Еще немного, юноша бы их закрыл. Но из бури собственных мыслей его пробудил резкий звук. Гидра. Ядреная, проклятая тварь по-дьявольски шипела в обьятиях черного, неизвестной природы дыма. Он сгущался над ней, преобретал формы. Пока не превратился в темные цепи и не прибил все пять голов и туловище к земле. Они сжимались, звенели совсем как настоящие и не ломались в огромных лапах. Придавливали монстра донельзя. Вместо рычания, он затяжно скулил от страха – взгляд каждой головы заполнялся отчаянием, нетерпимыми муками. Конечный треск. Гидра распалась на части, лишившись всех своих зубастых голов. Победа? Одно маленькое облачко тьмы отделилось от остальных. Оно осталось перед раненым воином. Но не превратилось в оковы – обернулось живым человеком, из плоти и крови. Нет, не просто человеком...Принцем этого королества. Казалось, много чего претерпело изменения. Вместо богатой одежки на нем красовался походный плащ, обшитый мехом. Темные кудри были аккуратно прилизаны. А острый взгляд... Словно насухо впитал в себя мрак дымчатой материи. Ян смог сесть, переборов ноющее тело под действием эмоций. Он метался взглядом по знакомой фигуре, но не мог уложить в голову ни одной трезвой понятной мысли.Что за чертовщина? Он здесь... только что вытащил его из лап смерти. Принц склонился над ним. Заботиво провел ладонью по мягкому, родному лицу, стряхивая с него песок – в этот момент Ян осознал что перед ним не подделка. Ощущение нежной, "богатой" кожи ему не забыть. От это осознания хотелось разрыдаться. – Мой принц, со мной что-то не так... – шепчет он и усталый голос почти съедается шумом волн. – Я нарушил обещание, приказ защищать вас. В это же мнгновение он оказывается заключен в обьятья. Настолько цепкие, что изранненому телу должно быть болезненно – но оно лишь приятно восполняется чужим теплом. Да, это точно он. Настоящий. – Забудь про приказ. И лучше помолчи. Принц задрожал в обьятьях. Он так извезлся бессоными ночами, что теперь не отдаст Яна никому. Ни гадкой гидре, ни голодному волку, ни пехотному полку. Розмановски вымученно улыбается, а Бошняк так же вымученно отражает его улыбку. Им больше нечего бояться. Ведь любовь сильнее смерти.