When stars break

Оби-Вану казалось, что его сердце перестало биться. Что именно в этот момент его жизнь должна была оборваться. Но глупый орган продолжал качать кровь даже сквозь тупую боль, что резким ударом прошлась по всем внутренностям. Его тошнило, в животе скрутился неприятный узел, а рот резко пересох. Горло словно гравием продрали, и он не мог сделать ни вдоха, ни сглотнуть ком, что мешал дышать. В этот момент ему хотелось умереть. «Ненужный». «Снова выбрали не тебя». «Был просто игрушкой. Развлечением». Поток уничтожающих мыслей пронёсся в голове, сбивая всё остальное мощным течением обжигающей лавы. Хотелось не видеть. Хотелось вмиг ослепнуть, чтобы можно было списать увиденное на фантазию. Но это было не так. Всё, что только что произошло — правда. Энакин поцеловал Падме. На его глазах он прильнул в нежном поцелуе к совершенно другому человеку. Было ли это сделано специально или Скайуокер не знал о том, что всё транслируется на экран — легче не становилось. Когда их привязали к соседним столбам, Оби-Ван постарался вытолкнуть все свои чувства в Силу. Хороший день, чтобы умереть. Нужно только спасти Энакина. Как бы больно он не сделал, смерти Оби-Ван ему не желал. Никогда, ни при каких обстоятельствах Оби-Ван не позволит ему пострадать. Расстаться со своей жизнью было куда проще. Он не ответил ни на брошенный на него внимательный взгляд, ни на оклик по имени, ни на взволнованное «Учитель?» в их связи. Лишь выше поднял щиты, отгораживая свой разум от любого вторжения, сосредотачиваясь лишь на возможностях освободить Энакина. Дать ему возможность уйти. А после уйти самому. Навсегда. К сожалению, его планам помешали прибывшие на помощь Винду с 501 и 187 легионами. Рекс тут же бросился на помощь своему генералу, а после и сенатору, Оби-Вана же освободил магистр Винду. Когда бой окончился победой джедаев и клонов, Оби-Ван устало выдохнул. Подставиться под удар ему не хватило смелости. Он боялся этим отвлечь Энакина, навлечь на того беду. А шальной залп бластера, к сожалению, в него не попал. — Оби-Ван? Энакин, видимо, пытался нагнать его, отчего старший джедай ускорил свой шаг. — Оби-Ван, куда ты идешь? Голос раздался ближе, и Оби-Вану пришлось остановиться. Он сделал глубокий вдох и нацепил на лицо непроницаемую маску Переговорщика, которую ко второму году войны уже почти ненавидел. — Генерал Скайуокер? — ответил он, заметив, как лицо младшего перекосило от такого непривычного холодного обращения. — У вас какой-то вопрос ко мне? — Что происходит, Оби-Ван? — непонимающе спросил Энакин, пялясь во все глаза на бывшего учителя. — Я думал, ты полетишь со мной на Решительном. — Не стоит, — качнул головой Оби-Ван. — Я отправлюсь на Корусант с магистром Винду, а вы позаботьтесь о сенаторе. Последние слова ещё одним острым осколком воткнулись в его и так окровавленные внутренности. — Я не понимаю… — Увидимся на заседании Совета, генерал Скайуокер, — с этими словами Оби-Ван оставил полностью обескураженного Энакина посреди взлётной площадки. Только Сила помогла ему удержать лицо и оправдаться перед Винду, что эта миссия его слишком сильно вымотала. К счастью, магистр не стал допытываться, отправив его отдыхать. Однако, отдых теперь казался недостижимым. Не чувствовать, как к тебе сзади прижимается твёрдое тело. Не ощущать в своих объятиях чужое тепло. Без этого ему казалось невозможным прийти в себя после очередного боя. Так и было. По пути на Корусант Оби-Ван не сомкнул глаз. Он долго стоял в душе, тупо пялясь на поток воды, пока система не дала предупреждение о сверхрасходе. А после лежал на койке, теперь уже гипнотизируя обшивку на потолке каюты. Отвратительное чувство одиночества и отверженности щупальцами охватило его разум и душу. Снова не он. Обида душила. Собственная несостоятельность и слепота заставляли ужасаться. Он поверил. Как глупый маленький мальчик повёлся на обещания, которых не давали. Он всё сам себе придумал. Привязанность, чувства. А на деле с ним играли. Пользовались, потому что удобно. Удобный. Не таким ли ты всегда хотел стать, Оби-Ван? Образцовым джедаем, который несёт всем мир и добро? Не отказывает в помощи и поддержке? Так вот и получай ответ. Слез не было. Глаза на удивление сухие, словно песка насыпали. Рыдать и кричать не хотелось. Хотелось умереть. Возможно, на следующей миссии у него получится.

***

Не получилось. Вот уже третью миссию Оби-Вана словно бережёт что-то извне, не подставляя даже под критичные ситуации. Дипломатические миссии не перерастали в столкновения с сепаратистами, как это было обычно. Последняя военная миссия оказалась слишком простой для него. 212 находился в неменьшем замешательстве, некоторые шутили, что у них начался заслуженный отпуск. Слава Силе, Совет принял его просьбу и давал одиночные миссии. Магистры были удивлены такой просьбой, учитывая неразлучный их дуэт со Скайуокером. Но лишних вопросов тоже не задали, то ли из-за джедайской сдержанности, то ли из-за уважения к самому Кеноби. В любом случае, вдали от Энакина было… спокойнее. Болело всё так же сильно, казалось, отпускать и не собиралось. Но, по крайней мере, ему не нужно было задумываться о сдержанности. О том, чтобы спрятать свои переживания. Клоны не были склонны к Силе, а значит, тратить те крохи энергии, что ещё в нем сохранялись, на поддержание щитов не было нужно. Внезапный стук в дверь отвлек Оби-Вана от размышлений. — Генерал Кеноби, прошу прощения, — раздался голос Коди. — Тут срочное сообщение. Оби-Ван тяжело вздохнул и нехотя поднялся с кровати. Одернул робу, а после вышел из каюты, направляясь за своим коммандером в командный пункт. — Генерал Скайуокер прислал сообщение, что уже находится на подлете к нам. — Это ещё зачем? — несдержанно воскликнул Оби-Ван, чем сильно удивил Коди. — Не могу знать, генерал. Но они уже должны прибыть, судя по расчётам. И правда, в следующий момент на корабль пришло уведомление о том, что в пространство планеты кто-то вошёл. Оби-Ван устало покачал головой и, собрав последние силы, воздвиг крепкие щиты вокруг своего разума. Он знал своего бывшего падавана и то, что тот обычно давал о себе знать по их связи ещё даже не войдя в атмосферу планеты, где они могли встретиться. И сейчас он тоже чувствовал, как Энакин пытается пробиться к нему по связи, но Оби-Ван не позволяет. Нужно разорвать её, к криффовой матери. Не успел Оби-Ван выйти, чтобы встретить прибывших, как его тут же схватили за руку и поволокли в сторону каюты. Энакин буквально втолкнул его в двери, а после запер их. — Что происходит? — гневно воззрился он на бывшего учителя, и Оби-Вана бы пронял этот взгляд, если бы не то, что он был так вымотан своими чувствами. Теперь ему было всё равно. — Не понимаю претензии, — так же твердо ответил он, скрестив руки на груди. Энакин сделал глубокий вдох, а после приблизился к нему и заключил в объятия. — Я так скучал по тебе, Оби-Ван, — он принялся выцеловывать его подбородок, переходя выше на щеки. — Прекрати, — голос Оби-Вана громом прозвучал в тишине каюты. Энакин вскинул голову, ошарашенно глядя на него. — Не понял… — Тебе не следует этого делать. Нам не следует, — а затем тише добавил: — И никогда не следовало. — Что ты такое говоришь? Энакин схватил его за плечи, крепко сжимая их пальцами, и Оби-Ван только чудом не поморщился от боли, когда бионические пальцы впились ему в мышцы. — Генерал Скайуокер, я попрошу Вас впредь не нарушать мои личные границы и с уважением относиться к члену Совета джедаев. — Сила, да ты можешь нормально мне объяснить, что происходит? Я не видел тебя несколько месяцев с той миссии на Джеонозисе. Я соскучился, и я хочу… — Замолчи, — вскрикнул Оби-Ван, перебивая его. — И не смей больше никогда ко мне подходить с этим. В его глазах, казалось, отразилась вся его злость и ненависть, пусть последняя и была направлена вовсе не на Энакина, а на себя самого. Но Скайуокер отшатнулся от него, словно от заразы. — Почему ты так говоришь? Мы же столько времени… — Это было ошибкой, — снова перебил Оби-Ван. — Это шло против Кодекса и поэтому не может продолжаться дальше. — Кодекс? Ты серьёзно? — вскипел Энакин, очевидно, сходя с ума от недосказанности. — Вполне. Мы джедаи, и подобное нам не пристало совершать. Поэтому попрошу более не врываться на мой корабль, в мою каюту и… «В мою жизнь», — осталось недосказанным. — Ясно, — кивнул Энакин. — Как пожелаете, магистр Кеноби. Младший джедай наигранно поклонился, после чего выскочил из каюты. Стоило двери снова закрыться, Оби-Ван мешком осел на пол и скрутился калачиком, желая уменьшится так, чтобы исчезнуть. С появлением Энакина на глазах, все раны словно открылись ещё сильнее, заливая внутренности кровью, что Оби-Вану казалось, будто он захлебывается. Он сгорал от желания раствориться в Силе. Умереть сейчас от нехватки воздуха. Но Сила была глуха к его просьбам, оставляя страдать в этом мире. Оби-Ван прикрыл глаза, и в его воспоминаниях пронёсся миг, который он желал стереть. Вернуться туда и никогда не совершать эту ошибку.

Flashback

Это была одна из первых серьёзных битв на начавшейся войне. Кажется, то был Рилот, когда Оби-Вана с 212 окружили дроиды, запирая в кольцо. Вовремя подоспевший Энакин вытащил его из самой гущи сражения, спасая жизнь. После окончания битвы Оби-Ван почти что в трансе пытался осознать произошедшее. Энакин же очевидно был напуган, поэтому, когда старший перевёл на него свой взгляд, тот сразу кинулся к нему. Энакин стиснул его в своих крепких объятиях, прижимаясь всем телом. Вдавливая в себя, словно желая срастись вместе. — Ты жив, жив, — бормотал он, носом зарываясь в тогда ещё достаточно длинные волосы. Оби-Ван крепче прижал его к себе, даря успокоение. Они пробыли так, казалось, вечность, но сейчас уже и не понятно, что послужило причиной к их поцелую. В моменте он просто ощутил чужие губы на своих и рвано выдохнул. Ужасная бойня стояла перед глазами, и только так приходила вера в то, что они оба остались живы. Страх перед будущими событиями гасился прикосновениями кожи к коже. Реальность наступившего ужаса уходила на второй план со вздохами удовольствия. Они топили чувства друг в друге. Отдавались друг другу, лишь бы не отдавать этой войне. Проживали стресс каждой битвы в постели, сталкиваясь обнаженными телами. Было плевать как и где, лишь бы ощущать близость желанного человека. Оби-Ван не заметил, как из способа забыться это стало чем-то большим. Хотя, в этом не было ничего удивительного, учитывая, как дорог ему всегда был собственный падаван. Он любил Энакина, даже когда это было запрещено Кодексом. Любил своего падавана. А после полюбил мужчину, которым тот стал. В объятиях которого он постоянно сгорал. Это было так просто. И казалось, что в бесконечно синих глазах Оби-Ван видел ответные чувства.

End of flashback

Какая чушь. Теперь-то он ясно понимал, что был лишь способом снятия стресса. Удовлетворения низменных желаний. Никаких чувств у Энакина к нему не было. И, по всей видимости, даже банального уважения к себе, как к бывшему учителю, он не заслужил. Он стал тем, об кого можно было вытереть ноги. Попользоваться, когда хотелось, а после выкинуть за ненадобностью. Энакин никогда его не любил. Никогда не ценил. Не заслужил. Был недостаточно хорошим учителем, наставником и товарищем. И недостаточно хорошим мужчиной. Оби-Ван истерично усмехнулся. «Ангел». Так Энакин называл Падме всегда. А он? Мастер, которого тот не выбирал. «Лучше бы моим мастером был Квай-Гон». Сколько раз он слышал это от маленького Эни? Сейчас же он чётко различал тут: «Лучше бы ты умер, а не он». И Оби-Ван был с этим согласен. Он не хотел жить, чтобы в конце испытать такую боль. Квай-Гон бы такого не допустил. Он был бы лучшим мастером для Избранного. Оби-Ван глупец, раз решил, что потянет такую ответственность. Не потянул. А теперь не мог собрать кусочки своего разбитого сердца.

***

Энакин напомнил о себе спустя ещё две недели. К сожалению, случилось так, что они оба были в Храме джедаев между миссиями. Только сейчас Оби-Ван осознал, что они никогда не были близки на Корусанте. На всех планетах, но стоило вернуться в Храм, Энакин исчезал в неизвестном направлении. Теперь Оби-Вану известно, конечно: жилой дом рядом с Сенатом. То место, где Скайуокер проводил свои вечера. Сила, как же он был слеп. — Оби-Ван, — окликнул его Энакин в главном коридоре, но старший сделал вид, будто не услышал. — Мастер Кеноби, — повторил попытку тот. Оби-Ван резко запнулся на месте. Мастер? Больше нет, он не мастер ему. — Генерал Скайуокер? Чем могу помочь? — постарался излучать максимальное дружелюбие, но получилось из рук вон плохо. — Нужно поговорить, — звучало немного умоляюще, но Оби-Ван откинул эту мысль. Не нужно придумывать то, чего нет. — О чём? — спокойно уточнил он. — Ты разорвал нашу связь. Без моего ведома, — чужая растерянность от произошедшего была очевидна, и Оби-Ван выдохнул. Да, он действительно сделал это по возвращении в Храм. Больше не было сил держать щиты и проще было порвать её окончательно. Больно ужасно, но после он даже вздохнул с облегчением. — Это нужно было сделать ещё несколько лет назад. Решение сохранить её было эмоциональным и необдуманным порывом. — Оби-Ван… пожалуйста… — Энакин что, действительно умолял его? — Я с ума схожу от непонимания происходящего. Ты нужен мне… — Не говори глупости, — вскинулся Оби-Ван. — Не нужно говорить того, что не является правдой. — Почему ты так думаешь? Я никогда не… — Не врал мне? — усмехнулся Оби-Ван. — Брось, ложь — основная составляющая нашего общения. Была. Больше не будет. — Тогда, может, пояснишь мне? — снова вскипел Энакин. Оби-Ван вздохнул и покачал головой. Видимо, всё же нужно объясниться, чтобы окончательно поставить точку. Поэтому он двинулся к ближайшей комнате, что была небольшим залом для медитации. — Что ты хочешь узнать? — Оби-Ван постарался удержать спокойствие, хоть сердце и заходилось от нахождения младшего так близко. — Почему ты отказался от нас? — обида скользнула в этих словах. — «Нас»? — неверяще фыркнул Оби-Ван. — Не было никаких «нас». — Что ты такое говоришь? — казалось, что Скайуокер еле сдерживает себя от того, чтобы подойти и встряхнуть его. — Всё просто, Энакин. «Мы» есть у тебя и сенатора Амидалы, но никак не у меня и тебя. — Ч-что? — синие глаза слишком округлились, выдавая все эмоции своего хозяина. Страх и неверие. — Ты… ты знал? — спросил он, а потом качнул головой. — Джеонозис… Ты видел, да? — Тебе не нужно говорить что-то, Энакин. Никто и никогда не узнает о том, что происходило. Не стоит переживать. — Я не переживаю об этом, — отрицательно махнул головой, словно в подтверждение своим словам. Оби-Ван кинул странный взгляд, но выяснять причины такого ответа у него не было сил и желания. — Ну что же, тогда я всё сказал, — он двинулся к выходу, но его руку тут же перехватила чужая ладонь. Оби-Ван моментально выдернул её, словно из огня, из-за чего на чужом лице проскользнуло что-то похожее на боль. — Ты бросаешь меня? — Если тебе понадобится моя помощь, как джедая, я всегда… — Нет, нет, — он нервно сжал руки в кулаки, отчего кожаная перчатка на бионической слегка скрипнула. — Ты… ты больше не со мной? Оби-Ван нахмурился. — Энакин, я не буду мешать тебе быть с тем, с кем ты действительно хочешь. — Но это ты… — Ну хватит, — нервно хохотнул Оби-Ван. — Ситуация и так уже безобразная. Просто забудь и будь дальше со своей сенаторшей. Энакин дернул руки по направлению к нему, но вовремя себя остановил. — Но мне нужны вы оба. — Что? — Оби-Ван не мог поверить в то, что услышал. — Так не бывает, Энакин. Нельзя иметь сразу двух людей рядом. Кому-то обязательно будет больно. «Мне уже больно. Не заставляй проживать это снова». — Оби-Ван, я… — Тебе не нужно делать выбор, Энакин. Забудь о том, что было. Не терзай себя виной. Отныне мы просто соратники. Оби-Ван кинул последний взгляд на потерянного младшего и, сдержав порыв успокоить его, вышел из комнаты, на почти недопустимой скорости направляясь в жилой отсек. Ему срочно нужно отвлечься. Хорошо, что Квинлан был на месте. Нужно выбраться из этих стен и забыться.

***

Миссия по перевоплощению в Рако Хардина была благословением. Умереть, пусть и понарошку, казалось высшим подарком. И пусть ему пришлось согласиться на общую с Энакином и Асокой миссию, находиться в их компании оставалось недолго. Делать вид перед Асокой, что у них с Энакином всё хорошо, было ужасно, а поэтому он был рад, что план пошёл по своему сценарию почти сразу. Подставиться под бластер, а после лететь с крыши, чувствуя, как сердце останавливается, а дыхание замедляется — ни с чем не сравнимое чувство. То, чего он желал уже много месяцев. Он был уверен, что упал на тротуар с удовлетворенным выражением лица. Ему передали, что Скайуокер постоянно рвётся в эту миссию, чтобы найти его. Точнее, найти Рако Хардина, его убийцу. Младшего джедая не посвятили в суть миссии, и Оби-Ван был благодарен за это. Для Энакина он уже умер, а значит, можно было затеряться где-то после этой миссии. Возможно, не придётся даже умирать по-настоящему. И пусть это не будет поступком настоящего джедая, — бросить Республику во время войны, — он устал. Он так сильно вымотался за всё прошедшее с Джеонозиса время, что предыдущие два года войны казались детским лепетом. А потому он не ожидал, что Энакин настигнет его, когда он уже внедрился в группировку Морало Ивала. Сила бы побрала, кто ему дал информацию о его нахождении. Уж точно не Винду с Йодой. Пришлось отвлечь Энакина на себя, чтобы кто-то из других наёмников не убил его случайно. Идти с Асокой вдвоём на банду лучших головорезов Галактики, серьёзно? Кажется, Оби-Ван стал забывать, насколько необдуманные поступки совершал его бывший падаван. — Ты поплатишься за то, что сделал! — с этими словами Энакин толкнул «Рако» к скале. Оби-Ван отбил его удар. — Ты не должен был участвовать в этом. — Это за Оби-Вана, — выплюнул младший, с кулаками бросаясь на него. В ходе боя Оби-Вану удалось сразить Энакина, прижав его к себе в крепкой хватке. — Хватит меня искать, — сквозь зубы прошипел Оби-Ван. — Ты, дерьмо банты, ублюдок, сбежал после того, как убил его. Я никогда не оставлю тебя, пока ты не сгниешь в земле, — Энакин со злостью пытался выбраться, но в следующий момент замер. — Энакин, ты мешаешь мне в этой миссии, — как можно тише пробормотал Оби-Ван собственным тоном. И пусть чужим голосом тот звучал странно, младший сразу узнал. Понял. — Оби-Ван?! — Тихо, — снова зашипел старший. — Оставь меня, Энакин. Это моя миссия и не срывай её своими налетами. Убирайтесь отсюда и не выслеживайте меня больше. После этого Оби-Ван сделал вид, что Энакин победил его в схватке, а затем, Силой помогая Асоке, он наблюдал, как джедаи покидают планету. Он чувствовал смятение Энакина в Силе. Чувствовал сгустившуюся темноту, но отбросил эти переживания. Больше это не его забота.

***

Стоило Оби-Вану, после сразу двух подряд спасений канцлера, пройти через трансформацию, ему снова не дали отдыха. Энакин ворвался в Залы исцеления, не обращая внимания на завывания меддроидов, он просто Силой вырубил их. Оби-Ван закатил глаза, у него не осталось сил что-то высказывать бывшему падавану. Нужно было просто переждать эту бурю. Однако, вместо ожидаемой речи о том, как тот зол, Энакин бросился к сидящему на кушетке Оби-Вану и встал перед ним на колени. — Оби-Ван, Учитель, — дрожащим голосом прошептал он, будто что-то сакральное. — Прости, прости меня, пожалуйста. — Энакин… — тяжело вздохнул старший. Сейчас он точно не был готов к новому разговору. Голова после трансформации была замутненная, и всё, что ему хотелось, чтобы его оставили в покое. — Пожалуйста, пожалуйста, выслушай меня, — умоляющие синие глаза смотрели на него снизу. Как будто, он мог отказать. Оби-Ван лишь кивнул в ответ. — Я не хотел тебя обманывать, правда, не хотел, — осуждающий смешок сорвался с уст старшего. «Ну, конечно». Энакин схватил его ладони, сжимая в своих. — Это всё так сложно. Мои чувства… Это всегда был ты, Оби-Ван. Старший распахнул глаза, уставившись на Энакина. — О чём ты говоришь? — Всегда ты, Оби-Ван. Мне всегда хотелось твоего внимания, твоей привязанности. С малых лет я ждал от тебя ответных чувств, ведь ты всегда был так сильно дорог мне. — Я не понимаю, — прошептал он, путаясь в услышанном. — Сила, это так сложно, — выдохнул Энакин. — Я с детства желал услышать, почувствовать твою привязанность к себе, Учитель. Быть важным для тебя. Но ты… ты был так холоден и я… Потом появилась Падме, которая дарила мне чувства, которых не дарил ты. И я принял это. Забылся в этом, пока не случился Рилот. Я так испугался, что могу потерять тебя, что не сдержался. А ты… ты ответил мне, — Энакин перевёл взгляд на их сцепленные руки и нежно погладил чужие ладони. — Я был так счастлив. То, о чём я мечтал много лет, наконец, сбылось. Но Падме… мы были помолвлены, Оби-Ван. — Ч-что? Оби-Вану казалось, что болеть ещё больше не может, но оно болело. Он был любовником почти женатого мужчины? Отвращение к самому себе стало ещё сильнее, пусть он и не знал об этой детали тогда. — Это ужасно, я знаю, но я не мог… Я не мог отказаться от тебя, ведь так долго ждал этого. Но я не мог и отказаться от неё, ведь она помогла мне почувствовать себя важным, ценным. И я разрывался. Я хотел оставить вас обоих себе, — голос младшего стал прерывистым, будто он сдерживал слезы. А вот Оби-Ван уже сдерживать их не мог. — Так не бывает, Энакин. — Я знаю, знаю. Теперь я понимаю, как это было ужасно по отношению к вам обоим. Я поступил как мудак. Но Оби-Ван… я расторг помолвку. — Что, прости? — Оби-Вану казалось, что он находится в каком-то сне. Всё казалось слишком сюрреалистичным и запутанным, чтобы быть правдой. — Я не могу без тебя, Учитель. Между тобой и Падме я выберу тебя. Всегда выбирал. Я смогу без неё, но без тебя… без тебя мне ничего в этом мире не нужно. Ты всё для меня, Оби-Ван, — младший сжал его ладони ещё крепче и положил на них голову. Оби-Ван чувствовал, как на его кожу посыпались солёные капли. — Когда я… когда я нёс твоё бездыханное тело в Храм, я сам чуть там не умер. Это самое, самое ужасное, что со мной случалось. Даже хуже смерти матери, — добавил он шёпотом, очевидно, стыдясь этого. — На меня словно бочку ледяной воды вылили, когда я понял, что мне придётся жить без тебя. Что я больше никогда не смогу увидеть тебя, коснуться твоей кожи, прижать к себе ближе. И это было ужасно. Клянусь, я почти перешёл на Тёмную сторону, когда Рако Хардин сбежал. Теперь-то я понимаю, что всё было подстроено, но тогда… Я так сильно обозлился на Совет, что вместо того, чтобы отправиться на миссию, я кинулся преследовать его, то есть тебя. Но знаешь, что самое главное? Оби-Ван уже никак не мог реагировать на происходящее, поэтому просто сжал его ладони в ответ. Этого было достаточно, чтобы Энакин резко поднял голову и снова посмотрел на него большими синими глазами, абсолютно мокрыми от льющихся слез. — Та миссия… Я должен был отправиться с Падме, чтобы защищать её на переговорах. Но я… я не мог, не смог отправиться туда, зная, что твой убийца остался безнаказанным. Даже после… — он тяжело вздохнул, — после твоей смерти, я всё равно выбрал тебя. Поэтому прошу, прости меня за ту боль, что я причинил тебе. Прошу, дай мне шанс, Оби-Ван. Мне ничего в этом мире не нужно, кроме тебя. Только ты. Всегда будешь только ты. Оби-Ван сбивчиво дышал, ртом глотая воздух. Абсолютная каша в голове не давала до конца осознать всё услышанное. — Энакин, я не… я… — Тщ-щ, — перебил его младший, качнув головой. Он протянул здоровую руку, чтобы стереть слезы с лица Оби-Вана. — Ты не должен мне ничего говорить, ладно? Просто не отдаляйся больше. Дай возможность оставаться рядом. Больше мне ничего не нужно. Оби-Ван лишь смог кивнуть, и его тут же схватили крепкие руки, прижимая к твёрдому телу. Он сделал глубокий вдох, насыщая лёгкие любимым запахом Энакина. — Сила, как я скучал по тебе, — Энакин зарылся лицом в его шею, оставляя на ней лёгкие поцелуи. — Не бросай меня больше, Оби-Ван. Я не переживу этого. — Эни… — непроизвольно сорвалось с губ. Инстинкты никуда не делись, ведь вся суть Оби-Вана была заточена на Энакина. — Ещё. Скажи это ещё раз, пожалуйста, — он прижался ещё ближе, словно боялся теперь отпустить и на миг. Оби-Ван улыбнулся сквозь слезы, всем нутром ощущая нетерпение младшего. — Родной мой, я тоже по тебе скучал. Энакин замер, а затем немного отстранился, заглядывая ему в глаза. — Я твой, только твой, клянусь. Больше никто не встанет между нами двумя, я обещаю. Оби-Ван лишь кивнул, и сам уже притянул Энакина ближе, крепче обнимая руками. Поверить в эти слова всё ещё было сложно. Но ему слишком сильно хотелось, чтобы это оказалось правдой. В следующий миг он застыл, когда почувствовал чужое родное присутствие в своём разуме. Энакин аккуратно пытался добраться до их связи. Он тут же соединил разорванные нити, вливая в них всю свою любовь. У Оби-Вана в висках запульсировало от того потока чувств, что вложил младший в их истерзанную связь. Он заново связал их отражения, а после обнял Оби-Вана в Силе, полностью окутывая собой. — Прости, что так резко, но я больше не мог. Я будто был неполноценным без тебя на краю своего сознания. Ты моя часть, Оби-Ван. Моя любовь и моя жизнь. — Это… — Оби-Ван выдохнул, немного отстраняясь. — Всё нормально. Мне нужно отдохнуть, Энакин. — Хорошо, хорошо, конечно, — младший сделал шаг назад, и Оби-Ван почувствовал в Силе его чувство потери. Словно то, что он перестал касаться Оби-Вана было смерти подобно. Это осознание собственной важности для кого-то Энакина было всё ещё словно не настоящим. Но так же Оби-Ван боялся, что снова слишком быстро утонет в нём, а нового предательства он точно не переживёт. Энакин легко коснулся его руки, сцепляя их мизинчики. — Клянусь, что никогда не предам тебя. Больше я не причиню тебе боли, моя любовь, — Оби-Ван вздрогнул от этих слов. — Я знаю, что сейчас у тебя нет причины мне верить, но я буду доказывать ежедневно, что ты — важнее всего. Старший кивнул, не отпуская чужую руку. — Проводишь меня? — Боялся, что ты не позволишь, — Энакин ярко улыбнулся, а после медленно зашагал рядом с бывшим учителем из Залов исцеления к жилому отсеку. Когда они остановились у дверей в апартаменты Оби-Вана, Энакин улыбнулся, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. — Энакин, я бы… я бы хотел немного побыть один, чтобы осмыслить всё это, — Оби-Ван чувствовал в Силе, как сильно младший не хотел его оставлять. Но в реальности Энакин согласно кивнул. — Я понимаю. Но что бы ты не решил, пообещай поговорить со мной, сначала. — Конечно, — согласился Оби-Ван, а после зашёл в свою квартиру. Он двинулся к комнате, что когда-то занимал его падаван. Немного подумав, он сдвинул покрывало и рухнул на кровать, лицом зарываясь в подушку. «Ты будешь меня караулить?» Чужое отражение наполнилось смущением. «Прости… Я просто…» Оби-Ван вздохнул. «Ты можешь зайти». Не прошло и минуты, как в комнату ворвался Энакин, тут же падая рядом и притягивая старшего к себе. — Прости, что не дал тебе пространства. Но страх потери всё ещё слишком яркий после этой твоей миссии. — Я понимаю, — прошептал Оби-Ван в чужую грудь, а после почувствовал легкий поцелуй, оставленный на непривычно лысой макушке. — Выглядишь как малолетка, Учитель, — фыркнул Энакин, отодвигая лицо Оби-Вана от себя, чтобы провести рукой по безбородому подбородку. — Поумерь свой пыл, юноша, — поучительно выразился Кеноби, а сам спрятал улыбку в чужой одежде. Он чувствовал лёгкое возбуждение, исходящее от Энакина. — Только на время, пока ты восстанавливаешься, — пообещал Энакин и выпустил эмоции в Силу. — Спи, я буду рядом. Теперь всегда. Оби-Ван обвил чужую талию своей рукой и расслабился, тут же проваливаясь в сон. Тёплое отражение Энакина укутывало его в Силе, а родной запах дарил спокойствие. И пусть он не знал, к чему в итоге это всё приведёт, но отпустить младшего было выше его сил. Оставалось лишь надеяться и верить в то, что Сила будет благосклонна к ним обоим и поможет сохранить друг друга.