~Тайны Девятихвостого: Легенды Жреца Назарика~

      Киширо ощущал это через духов Назарика: нарастающую волну хаотичной, агрессивной магии в направлении Тронного Зала. Шепот духов превратился в тревожный гул — там бушевала битва. Не мощная по уровню участников (скелеты level 20-30), но массовая и… непредусмотренная. Духи передавали обрывки: крики стражей, грохот костей, ледяное спокойствие центральной фигуры (Аинза) и… яростную, целенаправленную ненависть, исходящую от кого-то рядом с ним (Альбедо).       Киширо не стал ждать. Он не мог позволить этому хаосу разрастись или, что хуже, заставить Аинза применить избыточную силу и разрушить часть их дома. Через сеть духов он послал успокаивающий импульс в саму толпу скелетов. Не приказ — они не были его созданиями — а волну духовного оцепенения, замедляющую их движения, притупляющую ярость. Этого хватило бы, чтобы дать Стражам Назарика время среагировать.       Почти одновременно с его действием, мощный **ментальный импульс** прорезал пространство Назарика. Голос, лишенный эмоций, но несущий непререкаемую власть, прозвучал прямо в сознании Киширо: ***«Верховный Существо, отмеченный Печатью Основателя. Явись в Тронный Зал. Немедленно.»*** Это был Аинз. Не просьба. Приказ. И в этом приказе сквозило напряжение и… подозрение.       Золотые глаза лиса сузились. «Итак, Момонга-сан… Ты не только почувствовал меня, но и идентифицировал. И теперь вызываешь на ковер, отвлекаясь от своих мятежных костей». Он чувствовал, как его «Небесная Стража» мгновенно отреагировала на ментальный зов, их внимание сфокусировалось на нем, ожидая команды. Киширо поднял голову. «Хорошо. Пора показать лицо. Но не как проситель… а как Равный». Его улыбка стала холодной, расчетливой. ««Небесная Стража»! Ко мне! Мы идем представиться Повелителю Назарика».

***

      Рейджин материализовался из тени прямо за спиной Киширо, его рука на эфесе катаны, синие глаза пылали готовностью. Хакумен возник слева, чуть позади, сливаясь с полутьмой коридора, его белая маска была непроницаема. Справа шагнул Сион, его меч был пристегнут к поясу, но аура защитного света уже легким сиянием окружала группу. Сзади, по бокам, шли Люцифер и Вельзевул. Люцифер — с горделивой осанкой, его платиновые волосы казались ярче в полумраке. Вельзевул — с полуулыбкой, его янтарные глаза жадно впитывали детали коридоров, а вокруг него едва слышно жужжали невидимые мухи. Киширо шел впереди, его девять хвостов плавно колыхались, образуя живой белый шлейф. Белоснежное кимоно с золотыми лисьими узорами сияло мягким внутренним светом, контрастируя с готической мрачностью Назарика.       Их шествие не осталось незамеченным.       Духи затихали на их пути, выражая почтение Киширо жалобным шепотом.       Низкоуровневые стражи (демоны, нежить) замирали в нишах, инстинктивно чувствуя концентрацию невероятной мощи. Некоторые падали ниц.       Более сильные NPC (командиры отрядов) наблюдали из тени, их программирование боролось с пробудившимся инстинктом осторожности. Они видели Печать Верховного на Киширо, но его свита… была неизвестна и пугающе сильна.       Рейджин сканировал каждую тень, каждую арку, готовый в любой момент броситься на угрозу. Его молнии тихо потрескивали на ножнах.       Хакумен временами исчезал, проверяя путь вперед, и появлялся снова, докладывая Киширо едва заметным жестом о пустых залах или затаившихся наблюдателях. Его маска поворачивалась к Рейджину — легкий жест ревности к его позиции «позади спины».       Сион шел, озаренный внутренним светом, его лицо было сосредоточенно и печально. Он чувствовал дисгармонию Назарика, боль духов и… холодную, бездушную мощь впереди.       Люцифер комментировал архитектуру с видом знатока: «Готично, но несколько… прямолинейно в своем мрачном великолепии. Наши Сады Иллюзий предлагают больше утонченности, не правда ли, Повелитель?» Его тон был вежлив, но в нем чувствовалось превосходство.       Вельзевул усмехался, ловя взгляды замерших стражей: «О, как они дрожат! Как мило. Не терпится увидеть выражение лиц у трона, когда они увидят наше великолепие во всей красе». Последний Поворот. Они подошли к массивным, зловещим дверям Тронного Зала. Оттуда доносились последние звуки боя — хруст костей под магическим воздействием, гулкий голос Аинза, отдающего приказ. Хакумен материализовался у двери, его жест сообщал: «Битва внутри. Завершается. Много сильных… Один очень зол». Киширо кивнул. «Открывай».

***

Вход. Гигантские двери Тронного Зала бесшумно распахнулись (сила воли Аинза или Хакумена?). Группа Киширо вошла в момент, когда Аинз, восседая на троне, только что завершил фразу о «защите Назарика». В зале царила гнетущая тишина после недавней схватки. Повсюду валялись обломки костей мятежных скелетов. Стражи Назарика — Альбедо, Демиург, Кокытюс, Шалтеар, Себас, Плеяды — стояли на своих местах, их внимание было приковано к трону. И это внимание мгновенно, как один, переключилось на вошедших.       Шок Присутствующих. Эффект был ошеломляющим.       Альбедо: Ее идеальное лицо исказила чистейшая ярость и шок. Ее крылья взметнулись, когти впились в поручень трона. Она чувствовала Печать Верховного на Киширо, но видела живого, дышащего, невероятно красивого и могущественного мужчину, а не скелета или демона. И его свита! Каждый излучал силу, сравнимую с ее собственной или превосходящую! «Кто ЭТО?! Как он посмел?!» — пронеслось в ее сознании.       Демиург: Его ум, острый как бритва, мгновенно проанализировал. Печать Основателя — подлинная. Уровень угрозы группы — катастрофический. Он снял очки, его желтые глаза сузились, пытаясь просчитать каждую деталь, каждую возможность. Его пальцы нервно постукивали по книге.       Кокытюс: Гигант-насекомое напрягся, его боевая ярость, только что утихшая, снова закипела. Он почуял достойных противников, особенно Рейджина и Люцифера. Раздался низкий, угрожающий рык.       Шалтеар: Ее глаза вспыхнули нездоровым азартом и… восхищением. «Оооой! Какие красивые мужчины! И их так много! А этот главный… с хвостиками! Мамочка хотела бы его коллекционировать!» Она прикусила губу, ее бедра слегка заерзали.       Плеяды и Себас: Замерли в изумлении. Юри скрестила руки, ее взгляд аналитичен. Люперегина нахмурилась. Себас сохранял стоическое выражение, но его глаза выдавали глубокое удивление.       Аинз Ооал Гоун: Повелитель Костей сидел неподвижно. Красные точки его глазниц застыли на фигуре Киширо. Его анализ как игрока и правителя Назарика работал на пределе. 1. Подтверждение: Система Назарика безошибочно опознала Киширо как одного из Сорока Одного Верховного Существа. Данные гильдии: Киширо Тенко, Верховный Жрец Девятихвостый. Основатель. 2. Шок: Но данные говорили об NPC или аватаре игрока! А перед ним стоял… живой лис-гуманоид с пульсирующей магической аурой невероятной плотности. Игрок? Но почему не скелет? Глюк переноса? Маскировка? Огромная угроза или невероятный шанс?       3. Его Стража: Пять существ за спиной Киширо. Каждое — level 90-100. Каждое — уникальный класс, тщательно прокачанный. Каждое смотрело на Киширо с фанатичной преданностью, а на остальных — с холодной оценкой или презрением. Их сила… была пугающей. Его голос, когда он заговорил, звучал как всегда, ровно и безэмоционально, благодаря пассивному навыку, но внутри бушевал хаос: «Ты…»

***

      Киширо не дал Аинзу закончить. Он сделал шаг вперед, его движение было исполнено невероятной грации и достоинства. Он совершил низкий, но не раболепный поклон — поклон равного равному, сооснователя гильдии своему номинальному лидеру. Его хвосты плавно опустились, касаясь пола веером. «Аинз Ооал Гоун. Повелитель Назарика», — его голос, мелодичный и спокойный, заполнил зал, контрастируя с металлическим голосом Аинза. «Давно не виделись. Мир, кажется, преподнес нам обоим… сюрприз». Он поднял голову, его золотые глаза встретились с пылающими точками Аинза. В них не было страха, только любопытство и глубокая, древняя мудрость.       «Позволь представить моих верных спутников и стражей. «Небесная Стража», чья преданность не знает границ». Он слегка повернулся, указывая рукой:       Рейджин ответил наклоном головы, его синие глаза сверкнули в сторону Альбедо и Кокытюса. Молнии на ножнах вспыхнули ярче.       Хакумен исчез и появился снова на мгновение ближе к Киширо, его белая маска была неподвижна. Исчез. Появился снова на прежнем месте. Демонстрация абсолютного контроля над пространством.       Сион склонился в глубоком, почтительном поклоне, его крылья дрогнули. *«Честь служить и здесь, Великий Повелитель», — его голос был тих, но чист.       Люцифер совершил изящный, слегка надменный поклон. «Люцифер. Ваше величество. Интригующие… обстоятельства пробуждения».       Вельзевул ухмыльнулся, его поклон был театральным. «Вельзевул, к вашим услугам. Надеюсь, местная фауна столь же… отзывчива к экспериментам, как и в старые добрые времена?» Он бросил взгляд на кости скелетов.       Реакция Альбедо: Она не выдержала. «Повелитель!» — ее голос, обычно сладостный, прозвучал как визг стали по стеклу. Она шагнула вперед, ее крылья расправились в угрозе, когти были направлены на Киширо. «Этот… этот гуманоид и его приспешники! Они не могут быть Верховными! Это обман! Ловушка! Позвольте мне разорвать их!» Ее ярость была почти осязаемой, смешанной с иррациональной ревностью и страхом за Аинза.       «Альбедо, сдержи себя перед Повелителем», — спокойно, но твердо произнес Демиург, хотя его глаза не отрывались от Киширо. «Система Назарика подтверждает его статус. Киширо Тенко-сама значится в архивах Основателей. Однако…» — он сделал паузу, — «…обстоятельства его пробуждения и… форма… требуют разъяснений».       Аинз поднял руку, утихомиривая Альбедо одним жестом. Его красные точки горели на Киширо. «Киширо… Тенко. Да. Архивы гильдии подтверждают твой статус Основателя». Голос был ровным, но в зале повисло напряжение. «Твоя нынешняя форма… и твои спутники… не соответствуют данным гильдии. Объясни».

***

Киширо сохранял спокойствие. «Перенос мира Yggdrasil в эту реальность, Аинз Ооал Гоун, был актом невероятной силы, нарушившим все известные законы. Он затронул не только Назарик, но и саму суть существ, в нем обитающих». Он плавно поднял руку, и на его ладони закружился сложный золотой узор из духовной энергии. «Моя раса — Высший Девятихвостый Лис — всегда была глубоко связана с духами и иллюзиями. Пробуждение в этом мире… оживило эту связь на фундаментальном уровне. Эта форма — не маскировка. Это я».       «Что касается моих спутников… Они — плод моих трудов в Yggdrasil, мои личные NPC, созданные и прокачанные до предела. «Небесная Стража». Похоже, перенос даровал им не только жизнь, но и пробудил их личности в полной мере. Их преданность мне… абсолютна». Рейджин выпрямился, его взгляд был горяч. Люцифер кивнул с достоинством.       Киширо слегка повернул голову, его взгляд скользнул по останкам скелетов. «Я почувствовал дисгармонию, вызванную их неожиданной активностью. Через духов Назарика я попытался усмирить их ярость, дабы предотвратить ненужные разрушения в нашем доме. Надеюсь, это не было расценено как вмешательство?» Его тон был вежлив, но в нем читалось: «Я действовал как совладелец, защищая общее имущество».       Аинз замер на мгновение, обрабатывая информацию. Внутри него бушевали эмоции: облегчение (игрок! союзник!), страх (насколько он силен? можно ли доверять?), подозрение (почему не явился сразу?). Его голос прозвучал, когда он нашел «правильное» решение с точки зрения правителя: «Твои действия… логичны. Твой статус Основателя неоспорим. Назарик — твой дом. Однако, для поддержания порядка и эффективности действий в этом новом мире…»* Он сделал паузу для эффекта. «…я назначаю тебя Верховным Жрецом Назарика и Главой Магической и Духовной Безопасности. Твои… «Небесная Стража» будет подчиняться непосредственно тебе в рамках этих обязанностей. Ты и твои подчиненные будете докладывать… мне». В зале повисла тишина. Это была и честь, и цепь. И проверка.       Киширо Тенко стоял перед троном, его золотые глаза мерцали. Он видел ярость Альбедо, холодный расчет Демиурга, боевой азарт Кокытюса, безумный интерес Шалтеар и… бездонную пустоту эмоций за огнями глазниц Аинза. Он чувствовал напряжение своей «Стражи», готовой по первому слову превратить зал в арену битвы. Его улыбка стала едва заметной, загадочной. «Великая честь, Повелитель Назарика», — он снова склонил голову в том же, уважительном, но не покорном поклоне. «Я и моя Стража с радостью примем ответственность за магические и духовные аспекты нашего дома. Мы наведем порядок… и откроем его секреты». В его последних словах звучал не вызов, но… обещание. И в глубине золотых глаз горел огонек азарта охотника, вступающего в сложную игру. Игра только начиналась, и ставки были выше, чем когда-либо. Хакумен, поймав взгляд Рейджина, слегка сжал кулак — их Повелитель вступил на минное поле, и они были его щитом и мечом.