Раздражитель номер 4

***

Вечер опускается на город.

***

      Валерия Гарса - матерая преступница и наркоторговка, жестокая, холодная, подвергала своих пленников пыткам. Её личность раскрывалась токсичной розой в лучших традициях мексиканских картелей, сейчас сидела в допросной, в окружении Алехандро и его команды. Она не признавалась ни в чем. От слова совсем. А зачем ей сдавать себя?       Сидят они здесь с шести вечера: - Ладно, парни. Уже поздно. Я сам разберусь... идите. Голос уставший, пусть мужчина старается этого не показывать.       Прайс хотел сказать что-то об опасности нахождения с ней тет- а - тет, однако Алехандро пресек его речи, ответив, что можно не беспокоиться. - Ладно. Если что - на связи - капитан ткнул пальцем в рацию на груди, покидая камеру последним, кивнул, но во взгляде читалось однозначно: "Алехандро, да ты спятил!" - Ну что же, mi cordita? Может все же ответишь на вопрос этого вечера? На кого ты работаешь? - закрыв дверь, он проводил глазами группу, демонстративно, для Валерии, щелкнув замком, возвращаясь за стол, садясь напротив.       Но Валерия отвечать не торопится. Только чуть гремит наручниками, что сковали кисти за спиной - первый раздражитель для измотанного человека. - Я работаю только на себя.       Откровенная ложь, ибо правда задела бы её гордость и чувство собственного достоинства. Она ерзает на стуле, чуть качая стопой в воздухе, скрипит стулом, видя, насколько же это злит Алехандро - второй и третий. Она не планирует раскрывать карт от слова совсем - четвёртый.       Мужчина устало трёт глаза, наблюдая, как мигает лампочка под потолком- пятый. Он будто ведёт личный свет ненавистных вещей: - Значит сидим здесь до утра?       Варгас тяжело вздохнул, не сводя пристального взгляда с ног Валерии, которая продолжает издавать столь бесячие звуки. - Предлагаешь мне ночь с тобой? Алехандро, не думала, что мы в настолько близких отношениях...       Усталый мозг предательски ведёт мыслями его не в ту сторону. Ему видится картина, как... - Завали хлебало. Ради всех святых! - почему-то возглас звучит не так убедительно, как хотелось бы.       Однако женщина продолжает капать на нервную систему, вопреки виду несчастного: - А не то сам заткнешь?       Она играет с ним, а он ведётся. Не сопротивляясь почти совсем. Она выводит его из себя, ведь гнев так сходен с возбуждением. Слово за словом...       Гарса скользит стопой под столом по внутренней стороне его бедра. Заставляя обхватить инстинктивно её ладонями. Он пытается отстранить, но не может. Только поскуливает тихо, запрокинув голову назад, ловя хищный взгляд женщины на обнаженном горле. Как же он устал быть "роботом", который контролирует все! Голова гудит.       Он молчит, пока Гарса ласкает. Без особой осторожности, он стонет хрипло, чувствует себя зверем, которого дразнят мясом. Но это приятно до безумия, особенно наблюдая за тем, как Гарса вытянулась, чтобы достать до того самого места. Он скользит взглядом по изгибам её тела, чётко очерченным светом мигающей лампы. Мысль о том, что она не просто манипулирует, а хочет неменьше его - заводит до одури, ведь поглощенная делами наркоторговли, она напрочь забыла о том, что такое быть под мужчиной.       И тогда он срывается, выхватив пистолет из кабуры, пускает пулю в лампу, устраняя пятый раздражитель. Женщина вздрагивает, говоря что-то нелестное о его матери, пугается на долю секунды.       Второй делатель нервов - её нога. Алехандро взметнулся как тигр, схватив её за ворот, бросает животом на стол, отбросив в сторону третий - стул, а после переворачивает её на спину, чтобы снова встретиться с её похотливой ухмылкой и глазами довольной кошки, которая добилась своего.       Они почти не разговаривают. Алехандро едва ли не рывком сдирает с неё верх амуниции и впивается в губы поцелуем, который она тот час же улавливает, отвечая. Обхватив руками её бедра, слегка стаскивает с края стола, чтобы вжаться, чтобы женщина почувствовала, что сделала с ним, какой он горячий, готовый. Все для неё. - Скажи, что не хочешь этого, милая... Я не поверю тебе ни за что в жизни...       Голос хриплым раскатом раздаётся где-то в области виска, а Валерия, прикусив губу, хмыкает, продолжая играться: - Не хочу... И что же ты сделаешь? М? - конечно же ложь, которая не заставляет ждать ответа: - Возьму тебя силой.       Последние оковы одежды спали. Алехандро не церемонится, касаясь пальцами там, где горит влагой.       Его движения резкие и грубые то, до чего им обоим было так голодно долгое время. Гарса же извивается под ним, выгнув спину навстречу, стонет, едва не срывая голос. Он знает, как ей хочется, как ей нравится. Без лишних слов и касаний. Кратко и по делу.       Поджарое сочное тело по ним в свете уличного фонаря, едва видное на столе - подарок, даже учитывая обстоятельства.

***

      На утро парни не станут спрашивать ничего. Только Прайс хмыкнет, почувствовав горячий запах обоих.