История с кладбищем

В темноте появилась рука, а в руке - нож. Нож уже почти закончил то, зачем прокрался в дом, поэтому лезвие и рукоять, сделанная из чистейшей слоновой кости, были мокрые. Нож был настолько острый, что рану и не почувствуешь. Сперва. Обладатель ножа, звавшийся Джеком, вышел из спальни взрослых с едва заметной ухмылкой. Всё получилось довольно легко. Хозяева дома и их пятилетняя дочка уже были мертвы. Их трупы валялись на полу около кроватей. Они умерли, не издав не звука, ведь человек по имени Джек был настоящим мастером своего дела. Остался только один ребёнок. Мальчик, которому не было и двух лет, сейчас должен посапывать в своей колыбели в соседней комнате. Предвкушая вкус крови, Джек прошёл в детскую комнату. Отворив дверь, он тихими шажками, дабы не разбудить дитя, пробрался к кровати и уже намерился зажать горло жертве, а потом добить её ножом, как увидел, что в кровати нет ни единого живого существа. Он оглядел игрушки, даже заглянул под одеяло, но в кроватке никого не было. Первый раз нахмурившись, он оглядел комнату, но вновь никого не нашёл. Выйдя за дверь, он принюхался. В нос ударили постронние запахи, их Джек сразу от махнул, но тут он почувствовал еле уловимый вкус молока и домашнего печенья. Видно, малыша на ночь покормили. Спускаясь по лестнице, он оглядывался по странам, пытаясь понять, от куда же идёт запах. Когда он достиг конца лестницы и встал на паркет, то почувствовал помимо прежнего запаха, что-то новое, но такое вонючее, что человек по имени Джек сначала закрыл нос. Этот запах шёл прямиком из-под лестницы. Заглянув туда, убийца смог лицезреть лишь подгузник. Видимо, малыш его смог снять. С приоткрытой двери повезло ночной свежастью, хотя Джек был уверен, что закрыл дверь. Шестерёнки закрутились в голове и он хмыкнул. Сунув нож в ножны, человек по имени Джек вышел из дома, прикрывая за собой дверь и побрел по ночнуму городу, принюхиваясь. Малыш, как только научился ходить, стал для родителей не то, чтобы проблемой, скорее новым поводом для переживаний. Наверное, ещё не родился такой ребёнок, который с таким стремлением желал увидеть мир. Его ночные вылазки стали чуть ли не нормой в жизни семьи. Сегодня ночью он проснулся от странного грохота внизу. Сон будто рукой сняло. Малыш уселся в кроватке, огядев свои игрушки, подаренные ему на первый в его жизни день рождения. Этого мира ему было мало, потому он решился на отважный шаг - узнать, что же скрывается в ночи. До этого все его предыдущие попытки пресикали родители, но сейчас почему-то чувствовалось, что все получится. Мальчик залез на игрушки и смог перевалиться через высокий бортик, упав на ковёр. Немного всхлипнув, он осознал, что нужно быть тихим, а то придут взрослые и уложат тебя обратно в кроватку. Встав на ножки, он засеменил к выходу из комнаты и вылез из приоткрытой двери. Подойдя к лестнице, он сел на первую ступеньку и стал как бы съезжать с неё, плюхаясь мягкой попкой о каждую ступеньку. Малыш пока ещё не умел забираться вверх, а вот вниз - за просто! Когда он достиг конца лестницы, то сначала прислушался, чтобы никто из взрослых не побежал за ним. Мальчик порезал на полу и ночной подгузник слетел с него. Почувствовав себя свободно, он подошёл к двери и легонько толкнул её. На удивление, она легко потдалась и ребёнка охватил ночной туман. Мальчик оглянулся на свой родной дом, потом на улицу, и побежал по небрежно вымощенному тратуару. На улице ни души, так что ребёнка никто не поймал. Рядом с его домом находилось старое кладбище. Туда малыш и поспешил. При свете луны было светло. Не так, как днем, конечно, но рассмотреть кладбище можно было. Вот старая, заброшенная часовня, кое где уже покрытая зелёным мхом. Видно могилы, надгробные камни которых тоже были покрыты раститкльностью. Некоторые буквы на них и вовсе невозможно было разобрать. А вот в небе пролетела ночная птица, еле слышно шелестя крыльями. В эту ночь вы бы заметили все, кроме бледного мыжчины, в, как говорится, самом расцвете сил. Сейчас он миновал несколько надгробий и подошёл к воротам. Ворота кладбища на ночь всегда запирали. Ограда представляла сабой частокол из металлических прутьев. Они были расположены меж собой настолько узко, что взрослому человеку не протиснуться, а ребёнок - вполне. -Отец! - воскликнул бледный мужчина. Его голос напоминал шуршание травы. - Отец, глянь-ка сюда! Рядом с мужчиной дрогнула тень и она оказалась мужчиной, довольно похожим на первого, разве что с разнице в возрасте и горделивой осанкой. Мужчина посмотрел на сына, потом на то, что привлекло его внимание и почесал подбородок. -Союз... - начал он. - Может, это зрительный обман? В этот момент, малыш заметил отца и сына, открыл рот, выронив пустышку, и - невероятно! - потянулся ручками к Союзу. -Не может быть! Это настоящий... ребёнок? - удивился Российская империя. -Конечно же это ребёнок! - воскликнул СССР, протянув к нему руки и аккуратно взяв его. Мальчик прижался к груди коммуниста. - Вопрос только в том, что с ним делать? -Да... Ты прав... - РИ стал наблюдать, как мальчик стал вертеться в руках мужчины. - Только это не нам решать. Дитя, бесспорно, живое и ему нужно в мир. Союз совсем его не слушал, а гладил ладонью светлые волосы мальчика. -Улыбается! Подумать только! - Союз с лаской посмотрел на улыбающегося мальчика. Вдруг от куда-то подул слабый ветерок и раздался грохот. С другой стороны, где стояли похожие ворота, кто-то дёргал навесной замок с цепью, пытаясь открыть ворота и зайти на кладбище. -Вот, это родители ребёнка, которые вновь хотят его обнять. Оставь младенца в покое, - сказал РИ. Но Союз никак не хотел отпускать ребёнка, который, за столь короткое время, так полюбился ему. -Какой хорошенький! - СССР погладил мальчика по белоснежным волосам и потрепал за щеку. -Пойдём, сын. Сделай одолжение, - РИ попытался схватить сына за локоть, но тот отвергл его попытки. Империя открыл рот, намереваясь что-то сказать и замолк. Он увидел привидение. Казалось бы, что привидение не должно было так напугать РИ, ведь и он, и его сын, и все обитатели кладбища уже давно покоятся с миром. Однако, это привидение было необычное, странное, серое, беспокойное. Оно не было похоже ни на одного жителя старого кладбища. Если уж судить строго, то привидений было трое: двое взрослых и один ребёнок. -Сынок! Мой сын! Он хочет убить его! Окло соседних ворот что-то загремело. Джек притащил урну и подставил её к забору, чтобы забраться по ней и перелезть. -Защитите его! Прошу, спасите моего сына! - голос призрака состоял из страха. Страха за собственного ребёнка. К этой компании стали присоединятся другие обитатели кладбища, дабы узнать, что за переполох опять учинили империалист и социалист. -И что вы тут устроили? - поинтересовался Англия, наблюдая за ребёнком. Он очень любил детей, ведь у него самого был сын - Великобритания. РИ стал объяснять Англии и всем остальным, что произошло. -Но как вы это себе представляете? - удивился Союз, смотря на призрака. - Он живой, а мы - мертвецы... -Станьте ему отцом, прошу, - призрак начал исчезать. -Я... отцом? Привидение окончательно исчезло, оставляя после себя холодок, пробирающий до костей. -Так это что, получается... Я стану дедушкой? - изумился РИ. Союз ничего не ответил, прижимая к себе мальчика. Человек по имени Джек перелез ограду и спрыгнул на землю, отряхиваясь. Он побрел по кладбищу, в поисках ребёнка. -Эй, - воскликнул Джек. Тут ему показалось, что где-то что-то зашуршало. Переметнув взгляд туда, он увидел, словно того самого ребёнка словно обволакивает туман. Он поспешил туда, но ребёнок уже пропал. - Эй! Человек по имени Джек, надеялся, что ребёнок просто спрятался в кустах и сейчас отзовётся, но на его удивление сзади у его уха прозвучал гулкий и немного картавый голос. -Вам помочь? Джек был высоким, а этот - ещё выше. Джек был весь в чёрном, этот - ещё чернее. Даже такому опытному убийце, как Джек, рядом с этим незнакомцем стало как-то не по себе. -Я кое кого ищу, - ответил Джек после недолгово молчания. -Посреди ночи на старом кладбище? -Да. Ребёнок. Я проходил мимо и заметил ребёнка здесь. Ворота были закрыты, поэтому я решил перелезть ограду и найти малыша, - кивнул Джек на урну, которая сиротливо валялась за забором. -Допустим, вы бы нашли ребёнка, - кивнул незнакомец. - Как бы вылезли обратно? Да ещё и с ребёнком на руках. -Я бы... Я бы стал кричать, пока меня кто-то не услышал и не выпустил нас. -Этим кем-то был бы я. Я бы вас выпустил, - пояснил незнакомец, вытащив из кармана связку ключей. -Так вы смотритель? - спросил человек по имени Джек. -Я? Да, в некотором роде. Джек поднёс руку к ножнам. В голову закралась идея: чтобы избавить себя от назойливого смотрителя, нужно всего лишь один раз замахнуться ножом и вонзить его тому в грудь. Джек уже нащупал но, как незнакомец начал говорить. -Так вы говорите: ребёнок? А вы не думали, что вам могло показаться? Помилуйте, какой ребёнок на кладбище? Вам наверняка померещилось, - незнакомец немного помолчал, чтобы эта фраза надолго застряла в голове Джека. - Знаете, - смотритель кладбища повёл Джека к калитке, - вы могли видеть какое нибудь животное. Да, скорее всего, это было животное. Лисица например. Человек по имени Джек задумался. Такое вполне могло быть, а голос незнакомца заставлял поверить в это без оговорочно. -Возможно... Вы правы, - вздохнул Джек, убирая руку от ножен. Незнакомец этого не заметил, ну, или сделал вид, что не заметил. -Очень рад знакомству, - смотритель выпроводил Джека за калитку, а сам остался внутри и запер дверь. -А как же вы? -Здесь не один выход, - кивнул смотритель на кладбище. - Мой автомобиль стоит у другой калитки. Не беспокойтесь обо мне - я знаю каждый уголок этого города. А лучше - забудьте наш разговор и направляйтесь домой. -Хорошо... Доброй ночи! - Джек пошёл в сторону города. -И вам, - кивнул смотритель и удалился в глубины кладбища. Он поспешил на холм, откуда открывался прекрасный вид на все кладбище. Здесь незнакомец смог увидеть, как души мёртвых, кто-то с интересом, кто-то с беспокойством, рассматривают мальчишку на руках Союза. -Ну и что мы с ним будем делать? - спросил Германская Империя. - Это же живой ребёнок, мы не сможем его обеспечивать. -Ничего! Справимся! - махнул головой Союз, стараясь не разбудить малыша, который уже посапывал. -Ему нужно тепло, одежда, еда, воспитание, общество, в конце концов! - возразил Королевство Италия. -Чем ему должно наше общество не угодить? - не понял Союз. - Дадим ему гражданство нашего кладбища. -Как... Гражданство? Но это... Это немыслимо! Он же живой! Настоящий! - не унимался Италия. -Такое уже было. Это не первый случай, - ответил СССР. -Но он не живой, - сказала Японская Империя. Незнакомец понял, что остаться в стороне никак не получится и вышел ко всем. -Верно, не живой, - кивнул он. -Хоть ты скажи ему, Рейх, - попросил Италия, глядя, как Союз невозмутимо гладит волосы ребёнка. СССР посмотрел на немца. По его лицу было не ясно, что он выражает. Он не пытался что-то сказать Рейху. Союз будто знал, что ответит Третий Рейх. -Я согласен с Союзом, - Рейх подошёл к русскому и одним взглядом попросил его дотронуться до малыша. Тот позволил. - Его мать отдала нам его на попечительство и мы не можем просто так отказаться от этого... - Рейх легонько погладил мальчика по голове. -Рейх, то есть ты согласен, что... на кладбище с нами будет жить живой ребёнок? - - спросил Англия. -Если Союз согласился быть ему отцом, то я готов стать его опекуном. -А как же еда? - спросил Речь Посполитая. - Кто будет носить мальчику еду? -Я могу выходить за пределы кладбища, - напомнил Третий. -Ага, знаем тебя, - хмыкнул Римская Империя. - Вжик, и тебя нет. Пропадаешь на неделю и мальчик с голоду помрёт. -Обещаю, что если мне нужно будет отлучиться, то я буду ставить заместителя заместо себя. -Хорошо, - кивнул Союз. - Вот и все. Решили. -Не кладбище, а детский сад, - фыркнул, уходя, Германская Империя. -Солидарен, - кивнул его двоюродный брат Австро - Венгрия. -Ничего, малыш, все будет хорошо, обещаю, - прошептал Союз, целуя мальчика в макушку.