Seven minutes in heaven!

Дин толкает Кастиэля на кровать, следом седлая его бедра, плотно прижимая их своими коленями. Кас сжимает задницу Дина, смотря просяще-умоляющим взглядом снизу-вверх. Лёгкая пошлая ухмылка трогает его губы. Дин, играя с огнём, притягивает мужчину за галстук, словно за поводья, контролируя каждое его движение. Его дыхание обжигает кожу Каса, предвкушение почти ощутимо, как электрический разряд. Но вместо ожидаемого поцелуя, Дин лишь дразняще скользит губами по шее, оставляя за собой след из мурашек и жгучего желания, словно выжигая клеймо принадлежности на его коже. — Ты горишь, ангел, – шепчет он, и в этом шепоте – обещание вечного падения. —... Дин,- единственное что вырывается из губ Кастиэля, прежде чем он порвёт футболку Дина, что бы затем с нетерпением сжать в трясущихся руках чужую талию. Сердце Дина колотится в бешеном ритме, отзываясь эхом в ушах. Он позволяет Касу сорвать с себя ненавистную ткань, чувствуя, как по обнаженной коже пробегает дрожь. Взгляд небесно-голубых глаз приковывает к себе, словно загипнотизировав. Дин наклоняется ниже, вдыхая запах кожи и металла, такой знакомый и пьянящий. Он оставляет влажный поцелуй на ключице, затем еще один, спускаясь все ниже, к впадине между шеей и плечом. Кас стонет, запрокидывая голову. Он сильнее сжимает талию Дина, притягивая его ближе. Ему не хватает воздуха, легкие словно сдавливает невидимой рукой. Он чувствует, как желание растекается по венам, словно яд, отравляя разум и чувства. Кас проводит ладонями по спине Дина, ощущая каждый мускул под податливой кожей. Он чувствует, как его собственные руки дрожат от возбуждения. Дин отрывается от шеи Каса, поднимаясь выше, к его губам. Он смотрит в его глаза, ища разрешения, подтверждения того, что все это реально, что он не сошел с ума. В глазах Каса он видит лишь отражение собственного желания, столь же сильного и всепоглощающего. Он притягивает его к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем. Это не нежный, робкий поцелуй. Это поцелуй голода, отчаяния и тоски. Их губы сталкиваются в яростном танце, языки переплетаются, словно две заблудшие души, наконец нашедшие друг друга в бескрайней тьме. Дин чувствует, как Кас тянется к его ремню, и с тихим стоном отстраняется. — Кас… — хрипло выдыхает Дин, и в этом слове – вся его мольба, вся его надежда. Кастиэль понимает и без слов, ловко перехватил инициативу, подложив Дина под себя. Кас срывает джинсы с Дина одним резким движением. И в следующую секунду, штаны с бельём летят на пол, куда поближе к двери. Кас смотрит на обнаженного Дина сверху вниз, и в его глазах плещется первобытное желание. Он наклоняется, оставляя короткий, дразнящий поцелуй на его губах, затем еще один, опускаясь ниже, к шее. Дин стонет, запрокидывая голову, позволяя Касу делать с собой все, что тот пожелает. Ангел оставляет засосы на шее и ключицах Дина, наслаждаясь каждым его вздохом, каждым стоном. Его руки скользят по телу Дина, ощущая каждый мускул, каждую косточку. Кас спускается ниже, к животу, оставляя влажные поцелуи на каждом сантиметре кожи. Дин извивается под ним, словно дикий зверь, пойманный в капкан. Кастиэль берет в рот сосок Дина, слегка покусывая его зубами. Дин громко стонет, сжимая простыни в руках. Он чувствует, как волна возбуждения накрывает его с головой, лишая разума и воли. Затем руки Каса разводят ноги Дина в стороны, и в бедра упёрся крепкий стояк. Руки двигались произвольно, гладили дрожащее тело. По лицу Дина стек пот, а тело покрылось испариной. Дин выгибается в спине, его взгляд затуманен похотью. Он чувствует жар чужого тела, прижавшегося к его собственному, и это ощущение сводит с ума. Кастиэль медленно двигается, дразня, играя, заставляя Дина стонать и просить большего. Он целует его в губы, глубоко и жадно, словно пытаясь выпить всю его душу. Кастиэль отрывается от губ Дина, опускаясь ниже, к его члену. Он обхватывает его губами, и Дин вздрагивает от неожиданности. Кас умело ласкает его, доводя до грани безумия. Дин стонет, не в силах сдержать себя. Он крепко сжимает волосы Каса, притягивая его ближе. Он готов сорваться, готов отпустить себя в пучину наслаждения. Но Кас отстраняется, оставляя Дина в состоянии мучительного возбуждения. Он смотрит на него сверху вниз, и в его глазах – вызов. Дин понимает, чего он хочет. Он переворачивается на живот, поднимая задницу вверх. Кас ухмыляется, оценивая его готовность. Он смазывает член слюной и медленно входит в Дина. Дин стонет от горящего наслаждения. Он чувствует, как Кас заполняет его целиком, и это ощущение сводит с ума. Он сжимает простыни в руках, пытаясь удержаться на грани. Кас начинает двигаться, нежно-нежно, до безумия медленно, как можно дольше растягивая удовольствие. Дин кусает подушку, пытаясь сдержать рвущийся наружу стон. Ритм становится все более настойчивым, и Дин больше не может сдерживаться. Он кричит в подушку, выгибаясь в спине навстречу каждому толчку. Кас ускоряется, его движения становятся более резкими и глубокими. Дин чувствует, как его тело пульсирует от наслаждения, как каждая клеточка его существа кричит о разрядке. Он близок, совсем близок, и Кас это чувствует. Кастиэль приближается к его уху и шепчет слова, полные похоти и обещаний, от которых у Дина перехватывает дыхание. Он извивается под ним, словно змея, позволяя Касу полностью контролировать ситуацию. Ещё несколько толчков, и Дин взрывается, извергая семя на простыни. Кас следует за ним, изливаясь внутрь, заполняя его до краёв. Они лежат в тишине, тяжело дыша, наслаждаясь моментом близости и умиротворения. Дин чувствует себя опустошённым, но в то же время наполненным до краёв. Он переворачивается на спину, глядя на Каса с благодарностью и обожанием. Кастиэль целует его в губы, нежно и трепетно, словно боясь разбить хрупкий момент. Он обнимает Дина, прижимая его к себе, и он засыпают в объятиях Каса.