Белая тень

***

Стол в мрачной столовой базы, обычно заваленный схемами ограблений и пятнами невыясненного происхождения, преобразился. Дрим, сияющий в своем светлом свитере, расставил тарелки с почти религиозным благоговением. Аромат запеченной курицы и трав (его рук дело) странно конфликтовал с привычными запахами пороха и металла. Команда сидела, словно гости на собственных похоронах. Ред, ковыряя вилкой картошку, не выдержал тишины первым. Его глаза, полные едкого любопытства, метнулись от Киллера к Найтмеру, который сидел во главе стола, лицо – каменная маска, но пальцы сжимали нож чуть сильнее обычного. "Так, Киллер," – Ред хмыкнул, – "Говоришь, вчера был занят? У босса документы помогал оформлять? Опять до утра?" Он подчеркнуто облизал вилку. "Надо же, какая преданность. Или... документы у вас там особенные?" Киллер, развалившись в кресле, лениво отпил из бокала (Дрим купил!!). Его черные глаза сверкнули аметистовым огнем в тусклом свете. "Ага, Рыжик. Очень объемные документы. Требовали личного внимания и... глубокого изучения. Найт, подтверди, я же не вру?" Он бросил томный взгляд на босса. Найтмер лишь издал низкий, предупреждающий гул, похожий на рычание. Дрим, нарезая курицу, посмотрел на брата с легким недоумением. "Документы? Найти, ты что, налоговую проверку проходишь? Я думал, ты... ну, занимаешься логистикой?" – Его голос звучал искренне. Хоррор тупо пережевывал, глядя в тарелку. Кросс, сидевший напротив Дрима, наблюдал с ледяным интересом. Его белые волосы были безупречно уложены, взгляд – сканер, анализирующий аномалию. Наивность? Или расчет? Киллер фыркнул. "Налоговая, логистика... Мило, Солнышко. Но нет. Наш с боссом документооборот... более интимный. Требует особой смазки и... усердия." Он провел языком по губе, глядя прямо на Найтмера. Дрим на мгновение замер, вилка в воздухе. Его сияющие глаза сузились, пробежав по лицу брата, потом к Киллеру, затем снова к Найту. На лбу наметилась легкая складка сомнения. Он что-то улавливал, но картинка не складывалась. Ред, ободренный молчанием босса, решил вложить последний гвоздь. "Интимный, говоришь? Ну да, я как-то случайно видел, как ты у босса в кабинете документы... оформлял. На коленях. Очень старательно. Ртом, кажись?" Он захихикал, довольный собственной "смелостью". "Прямо как сейчас вот, сидишь – расслабленный, довольный. После ночной смены." Тишина рухнула, как стеклянный купол. Даже Хоррор перестал жевать. Кросс замер, его ледяной взгляд приковался к Дриму. Киллер перестал ухмыляться, его глаза стали узкими щелочками, устремленными на Реда. Найтмер медленно поставил бокал. Звук был громче выстрела. Дрим не шевелился. Он смотрел на Реда, потом медленно, очень медленно повернул голову к Найтмеру. Его сияющие глаза были широко раскрыты. Не с осуждением. С шоком. Потом шок сменился пониманием, таким ярким, что казалось, в комнате стало светлее. Щеки Дрима порозовели, губы дрогнули, и на них расцвела огромная, счастливая улыбка. Он вскинул руку, словно собираясь воскликнуть, обнять брата, засыпать вопросами... Но увидел его лицо. Лицо Найтмера было гранитом. Темно-синие глаза, обычно холодные, сейчас пылали адским огнем, направленным на Реда. Но в них, для знавшего их всю жизнь Дрима, читалось и другое – крайний дискомфорт, почти паника при мысли о публичной сцене. Улыбка Дрима не исчезла, но стала сдержанной, теплой, понимающей. Он опустил руку, аккуратно положил вилку. "Ох," – тихо произнес он, больше для себя, сияя счастьем, но не срываясь. "Вот оно что. Понятно." Он посмотрел на брата, его взгляд говорил: "Я рад. Позже поговорим." Затем он демонстративно взял кусок хлеба и начал спокойно есть, словно ничего не произошло. Только легкое сияние вокруг него стало еще ярче. Кросс наблюдал за этой мгновенной трансформацией – от шока к радости, от порыва к сдержанности. Его аналитический ум, привыкший видеть в Дриме нелепую, слабую помеху, дал сбой. Сколько слоев? – подумал он, впервые по-настоящему пристально разглядывая светловолосого "ангела". Наивность... или контроль? Радость за брата... или что-то еще? Его бесстрастное лицо оставалось неизменным, но взгляд стал пристальнее, острее. Найтмер медленно поднялся. "Ред," – его голос был тише шепота, но от него похолодело все вокруг. "Мой кабинет. Сейчас." Он не стал ждать, развернулся и вышел, его тень накрыла Реда, побледневшего как полотно. Ред, потеряв всю свою наглость, поплелся следом. Киллер проводил их взглядом, потом медленно перевел его на Дрима. Его черные глаза сузились, в них мелькнуло что-то сложное – оценка, настороженность, может быть, даже тень ревности к этой немой связи между братьями. Он молча допил вино. Прошло минут десять в немой, немного неловкой тишине, во время которой все уминали вкусный ужин. По истечению времени в столовую вернулся погрусневший Ред и, мельком взглянув на Дрима, сказал, что его брат ждёт в кабинете. Солнышко сразу подскочил с места.

***

Кабинет Найтмера. Дверь закрылась. Дрим больше не сдерживался. Он буквально вспыхнул, как солнце. "Найти! Это правда?! Ты и Киллер.. вместе?!" – Он схватил брата за руки, прыгая на месте. "Я так рад! О, боже, я так рад за тебя!" Найтмер выдернул руки, отвернулся к окну. Его плечи были напряжены. "Дрим, это не... Мы не..." – он искал слова, чувствуя себя как загнанный зверь. "Это не твоё дело. И не то, о чем кричат за столом." "Но почему же?!" – Дрим не отступал, сияя. "Он... он заботится о тебе? Я вижу, как он на тебя смотрит! И ты... ты не выгоняешь его, когда он говорит гадости. Ты его терпишь! Даже когда злишься. " – Он сделал шаг ближе. "Это же здорово, Найти! У тебя есть кто-то! Кто-то близкий! Кроме меня, конечно." Найтмер обернулся. Его лицо выражало крайнюю степень страдания. "Близкий? Дрим, это Киллер. Он опасен. Непредсказуем. Он..." – Найтмер замялся, не зная, как объяснить хаос их связи. "Мы не... не "встречаемся". Мы просто... рядом. Иногда. Когда это удобно. Или... неизбежно." Слова звучали неуклюже, даже для него. Дрим улыбнулся мудро, как старец, а не как наивный юноша. "Найт, ты мой брат-близнец. Я вижу тебя. Вижу, как ты меняешься, когда он в комнате. Пусть и злишься. Ты... живее. И он... – Дрим задумался, – ...он смотрит на тебя не как на босса. Не только. Это видно. Даже когда он сволочь." Он положил руку на плечо брата. "Я просто... счастлив, что ты не одинок в этом своем... мире. Что есть кто-то, кто может быть твоим щитом. Или... ну, тем, кто сводит тебя с ума, но не дает замерзнуть совсем." Его голос стал тише, теплее. "Поздравляю, брат. Искренне." Найтмер смотрел на Дрима. На его сияющие, полные любви и понимания глаза. На эту мудрость, пробившуюся сквозь наивность. Гнев и дискомфорт начали таять, сменяясь чем-то тяжелым и невыразимым. Он не ответил. Просто кивнул, коротко, резко. Но в его темно-синих глазах, на миг, отразилось что-то очень похожее на признательность. И огромную усталость. "Теперь иди," – глухо произнес он. "Пока Ред не разнес еще какую-нибудь новость." Дрим довольно кивнул, поняв, что получил максимум возможного. Он вышел из кабинета, оставив Найтмера одного с его мыслями и тенью отца, навсегда застывшую в глубине его глаз.

***

Гостиная. Дрим вернулся к остаткам ужина. Кросс поднял на него взгляд. Его ледяные глаза, обычно скользящие мимо, теперь задержались. Он видел остатки счастья на лице Дрима, но и следы серьезного разговора. "Ну что, прояснил семейные обстоятельства?" – спросил Кросс нейтрально, но его взгляд был острым как бритва. Дрим встретил его взгляд. Улыбка была теплой, но глаза... глаза были ясными, спокойными, не по-детски серьезными. "Прояснил, Кросс. Семья – это важно. Даже здесь." – Он посмотрел на дверь кабинета. "Особенно здесь." Его тон не требовал ответа. Он просто констатировал факт. Кросс не отвел взгляда. Впервые за долгое время его безупречная маска аналитика дала микротрещину – легкое, едва заметное удивление. Этот "светляк" был куда сложнее, чем казался. Он не просто сиял. Он горел изнутри своим собственным, неугасимым огнем, который мог и согреть, и, возможно, ослепить. И Кроссу внезапно захотелось понять его источник.