Автограф

      — Хао, не будь таким упрямым!       — Я сказал, что не хочу идти. Что ты ещё от меня хочешь?       Битый час Хорокей с Реном уговаривали Асакуру пойти с ними на концерт. Точнее только Хоро, потому что Тао сидел в кресле молча и, скрестив руки на груди, с каждой фразой закипал всё сильнее. Вот ещё! Зачем заставлять идти человека туда, куда он явно не хочет? Рен не собирался уламывать друга, но Усуи решил иначе.       — Йо — наш друг, мы просто обязаны пойти на его концерт. Тем более из-за своего турне он ещё не скоро появится в нашем городе, — привёл железный аргумент Хорокей.       Хао устало вздохнул. Он прекрасно понимал желание парней поддержать своего друга, но он-то тут причём? Эта группа не столь известна, её песни ему совершенно не нравились, и музыку он любил совсем другую. Да он бы лучше этот вечер за книгой провёл — в тишине и уюте, а не толкаться в толпе людей и глохнуть от громкой музыки.       — А ещё, специально для нас, Йо достал три билета в VIP-ложу. Не пропадать же добру, — Усуи всё не унимался.       Он достал карточки из кармана и помахал ими перед глазами Хао. И почему их три? Асакура перевёл взгляд с билетов на парня, который довольно улыбался, понимая, что он уже сдался.       — Ладно, уговорил, но это первый и последний раз.       Хорокей победно сжал руку в кулак и обернулся на сидящего рядом Рена, который только хмыкнул на эту фразу. А надо ли было вообще уговаривать? Теперь Хао будет портить всем настроение своим недовольным видом весь вечер. Он посмотрел на Асакуру, который закатил глаза и опёрся на подлокотник дивана, качая головой. И на что он подписался? Но против настырности Хорокея не попрёшь, любого сможет уболтать.       Парни приехали в клуб аккурат под начало концерта. Хао осмотрел здание, понимая, насколько непопулярна эта музыкальная группа — да, стадионы она не собирала, однако людей на входе было не так уж и мало. Как VIP-гости они прошли через отдельный вход, а внутри их проводили за отдельный столик на возвышении от основной площадки. Асакура облегчённо выдохнул: хотя бы в толпе фанатов им не придётся провести эти два сумасшедших часа. Сделав заказ на коктейли, парни расположились на стульях лицом к сцене и ожидали начало концерта. А люди всё прибывали и прибывали в фан-зону, громко обсуждая предстоящее шоу.       Хао, слушая переговоры друзей, меланхолично потягивал свой напиток, уже думая о том, что сегодня был неплохой вечер для чтения. На дворе стояла тёплая весна, он бы открыл окно, сел поудобнее в кресле да погрузился в мир любимого произведения, вдыхая запах печатных страниц книги и ощущая пальцами шероховатость бумаги. Но из таких уютных мыслей его вывел поднявшийся шум, когда фанаты закричали, увидев своего кумира на сцене.       Асакура перевёл взгляд на сцену и округлил глаза, когда увидел вокалиста, что надевал на плечо гитару, а за ним остальные участники группы занимали свои места. Он что, каждый концерт так одевается? Йо оказался одет в узкие джинсы и обычную белую рубашку, которая не была застёгнута и оголяла грудь и плоский живот. Совсем что ли совести нет? Фанаты не переставали возбуждённо кричать, девушки визжали от вида маленькой, по мнению Хао, звезды, а Рен даже засмеялся от наряда друга.       — Ну, он в своём репертуаре, — усмехнулся Тао.       — Да ему просто жарко! — защитил друга Хоро. — Представляешь два часа скакать по сцене, да и ещё играть на гитаре?       Асакура лишь хмыкнул на такое, но свои пять йен так и не вставил в разговор. Это не его жизнь, Йо волен поступать как ему вздумается. Может, у него амплуа такое? Ведь у каждой музыкальной группы имелся свой стиль, и не ему было их осуждать.       Вокалист поприветствовал всех пришедших на их концерт, поблагодарил, перебросился с ними парой фраз, да и начал выступление. Хао, подперев рукой подбородок, слушал репертуар группы. Песни были не его, да и музыка тоже, но вот голос… Йо имел шикарные вокальные данные, было видно, что он пел от чистого сердца. Асакура невольно заслушался его голосом, наблюдая за тем, как вокалист отдаёт всего себя в песнях, радуя толпу фанатов, что собралась в небольшом клубе. Хао невольно задумался над тем, что возможно, когда-нибудь, эта группа сможет собирать целые стадионы, и не только в Японии, но и по всему миру. Он знал, что группа только набирает популярность, поэтому у них всё ещё было впереди.       Хоро за столиком, сложив два пальца у губ, не переставал свистеть, чем бесил рядом сидящего Рена всё больше и больше. Один раз он даже дёрнул его за руку, и началась чуть ли не потасовка в их VIP-ложе, но Хао не обращал на это никакого внимания. Он, не отрывая взгляда, смотрел на Йо, который после каждой песни лучезарно улыбался фанатам. Как вздымалась его обнажённая грудь, как он жадно пил воду из бутылки после очередной песни, проливая на себя прозрачные капли, что красиво блестели в свете софитов, да даже как он вытирал пот со лба. Да, в тесном помещении клуба стало душновато, это замечали и фанаты, это замечал и Хао. Он перебросил длинные волосы на одно плечо, чтобы охладить спину. Но взгляда от вокалиста так и не отвёл.       Спустя почти два часа концерт наконец-то подошёл к концу. Толпа много раз требовала песни на бис, и Йо не мог им отказать. Он спел ещё три раза, пока окончательно не ушёл со сцены, а довольные фанаты стали покидать клуб, бурно обсуждая закончившееся шоу.       — И как тебе концерт? Ты же первый раз видел выступление Йо, — поинтересовался у Асакуры Хоро, когда они стали покидать помещение.       — Неплохо, но не моё, — пожал плечами Хао, но уголки его губ приподнялись. Усуи на это только хмыкнул. Что ж, каждому своё.       — А мне вот понравилось.       — Не хочешь пропустить ещё по стаканчику? — спросил Рен у Хао, когда парни вышли на свежий воздух.       Ночной город приятно принял в свои прохладные объятия разгорячённые выступлением тела не только друзей, но и всех присутствующих на концерте. Люди стали расходиться кто куда, и Асакура хотел последовать их примеру.       — Нет, с меня на сегодня хватит потрясений, — Хао улыбнулся друзьям и сделал им ручкой. — Пойду домой.       — Ну ты и сыч, — обиженно кинул ему Хорокей в спину, — а мы вот пойдём в какой-нибудь бар и захватим с собой Йо. А ты ещё пожалеешь, что не пошёл с нами!       Хао на это только усмехнулся, но уже шёл по тротуару в противоположную сторону, собираясь пройтись до дома пешком. Идти ему не больше получаса, да и прогуляться по ночному городу было неплохой идеей. И он прекрасно знал о том, что музыкальные звёзды, особенно находящиеся в турне, не распивают алкогольные напитки с фанатами, пусть даже и с друзьями, после концертов. Им было явно не до этого.       Остудив тело и голову после душного помещения, Асакура неспеша, прогулочным шагом, практически дошёл до своего дома в мыслях о вокалисте этой группы. Надо же, он не ожидал увидеть Йо таким: безмерно любящего своё дело, которому он отдавал на сцене всего себя, своих фанатов, что благодарно откликались на каждый его вопрос. И этот завораживающий голос, что попадал в самое сердце каждого человека в клубе.       Подняв от тротуара взгляд, Хао заметил впереди знакомый прикид и замер на месте. Из недалеко стоявшего такси вышел парень, открыл багажник и стал выгружать оттуда свои вещи. Гитару, упакованную в чехол, он повесил на плечо, а большую спортивную сумку взял в руку, после чего захлопнул дверцу и помахал водителю рукой. Это был он. Точно он. Сам не зная почему, но Асакура поддался порыву и быстро приблизился к парню, от которого медленно отъезжала машина.       — Можно попросить автограф? — Хао удивился собственной просьбе, но упускать такой шанс было бы большой глупостью. Перед ним же стояла та самая восходящая звезда.       Он с лёгкой улыбкой на губах наблюдал за тем, как Йо, стоящий к нему спиной, вздрогнул от неожиданности и резко обернулся, схватившись за ремень чехла. Вокалист даже не успел переодеться с концерта: Хао невольно скользнул взглядом по расстёгнутой рубашке, что не прикрывала голую грудь и плоский живот, а джинсы сидели слишком низко — ремень еле скрывал косые мышцы.       Йо с неким удивлением посмотрел на парня, который выцепил его так поздно вечером на малолюдной улице прямо у собственной квартиры. Это был родной город начинающей звезды, поэтому не заехать домой хотя бы на одну ночь он не мог. Йо осмотрелся, но никто из редких прохожих его больше не узнавал. Неужели этот парень был на концерте? Или их группа стала настолько популярной, что даже на улице теперь его узнают?       — Ручка есть? — улыбнулся Йо, не желая отказывать фанату в автографе.       И только сейчас Хао понял, какую глупость совершил. Пощупав себя по карманам, он ясно осознал, что к такому был не готов: ни ручки, ни бумаги у него с собой не было. Боже, как же глупо он сейчас выглядит?       — Хотя, постой, у меня где-то маркер был, — Йо, увидев замешательство парня, нисколько не растерялся. Поставив на землю сумку, он достал из бокового кармана чёрный маркер и открыл колпачок. — Где расписаться?       Хао на несколько секунд замер, задумавшись, но следом снял кожаную куртку и протянул руку, намекая на то, что можно оставить автограф прямо на предплечье. Йо внимательно осмотрел своего фаната, прежде чем расписаться: высокий, подтянутый, ему явно шёл чёрный цвет, а футболка красиво облегала сильные мышцы на руках и груди. Оторвать взгляд было сложно, но Йо улыбнулся и подошёл ближе, хватаясь холодными пальцами за его запястье.       Асакура невольно задержал дыхание, но затем мысленно отругал себя, делая вдох полной грудью. От Йо пахло маслом для струн и чем-то ещё, лёгким, еле уловимым ароматом, но казалось таким родным, притягательным. Хао чувствовал, как гитарист невесомо проводит маркером по его руке, оставляя явно немаленький автограф и разрисовывая кожу размашистым почерком. И он увидел его только после того, как Йо сделал шаг назад и чпокнул колпачком, закрывая маркер. На предплечье Асакура прочитал: «От Йо с любовью» и рядом закрашенную чёрным цветом звёздочку. Хао на это дёрнул щекой, улыбаясь одним уголком губ.       — Я тут подумал, — произнёс Йо, убирая пишущий предмет обратно в сумку. — Не хочешь выпить со мной кофе?       — Так поздно уже, — усмехнулся Хао, обводя взглядом улицу, которая давно погрузилась во тьму, и освещалась лишь горящими вдоль тротуара фонарями. — И ты, должно быть, устал после концерта.       — Да брось, мне всегда приятно поболтать со своими преданными фанатами, — улыбнулся ему Йо.       Парни ещё с минуту смотрели друг на друга пытливыми взглядами, но Асакура сдался первым. Он пожал плечами и поднял с асфальта тяжёлую спортивную сумку вокалиста, помогая ему донести багаж до дома. Йо перехватил на плече гитару и двинулся в сторону многоквартирного здания, открывая помощнику входную дверь.       Но идея выпить кофе на ночь глядя пошла точно не по плану. Скинув на пороге квартиры вещи, да так небрежно, что гитара издала обиженный звук, Хао впечатал гитариста в стену, целуя рвано, с придыханием. В голове ярко, как божий день, пронеслась мысль, что его позвали явно не чаи на кухне гонять. А Йо схватился за его плечи, запутался тонкими музыкальными пальцами в длинных волосах, отвечая жадно, кусая тонкие губы.       Точно подтверждая догадку Хао.       Йо чувствовал, как по его голому торсу блуждают горячие руки, сжимают кожу с силой, и первый стон рвётся из груди — так жарко, так сладко…       — И не стыдно тебе так выходить на сцену? — глухо произнёс Хао прямо в губы.       — Как так? — улыбнулся Йо, словно не понимая, о чём он говорит.       Асакура с силой рванул на себя парня за ремень, заставляя его выгнуться в спине. Вокалист вжался головой в стену, переводя дыхание. Он пьяным взглядом смотрел на губы Хао, будто мысленно умоляя поцеловать его ещё раз. Много раз, пока они не потеряют дыхание, пока губы не нальются кровью… и Асакура выполнил его молчаливую просьбу.       Не разрывая поцелуй, он подхватил парня на руки, который обвил его пояс ногами, и наугад в темноте прошёл в какую-то комнату, ведь свет они так и не включили. Это была небольшая гостиная, и как нельзя кстати на их пути оказался диван. Долго раздевать восходящую звезду не пришлось, Хао лишь стянул с него узкие джинсы, в нетерпении кое-как расправившись с ремнём. А Йо затуманенным взглядом наблюдал, лежа на прохладном диване, за действиями своего фаната. Пока его лицо снова не оказалось напротив, и на дне тёмных глаз он увидел плескающуюся похоть.       Йо простонал на выдохе, когда после поцелуя горячие губы опустились ниже, на шею, оставляя влажный след на ключице, груди. Хао вдыхал пряный запах кожи и не мог поверить, что буквально час назад этот гитарист отдавал всего себя в каждой песне на сцене, вкладывая в них частичку своей души, а сейчас отдаётся полностью только ему, до последней капли. Поразительно, как же повезло именно Хао.       Освободившись от плена собственных джинсов, Асакура с силой вжался в пах парня, который снова обвил его ногами за пояс. Йо весь дрожал от нетерпения, и он ясно ощутил возбуждение Хао, что медленно, словно дразня, тёрся о его член, разгоняя кровь по венам. Жар поднимался откуда-то снизу к голове, и прохлада весенней ночи терялась в этих раскалённых до предела ощущениях. Хотелось ещё.       Проникновение было ощутимо болезненным, но горячим, обжигающим. Асакура сгладил эту боль нежными поцелуями в висок, шею, расслабляя парня под собой. А Йо сквозь зубы пытался вдохнуть воздух, хватаясь пальцами за длинные волосы и царапая спину. Но чувство наполненности и осознание того, кто сейчас рядом с ним, позволяли Йо раствориться в моменте, почувствовать себя единым целым…       Асакура услышал первый звонкий стон удовольствия и прикусил острую ключицу парня, начиная двигаться по нарастающей. Вокалист тяжело дышал ему в плечо, обдавая горячим дыханием кожу, и это срывало все тормоза до умопомрачительного свиста.       — Что ты медлишь? — Йо заставил парня повернуть голову, схватив его за подбородок.       В тёмных глазах Хао сверкнуло что-то недоброе. И Йо потерял дыхание, когда толчки стали сильнее и резче: они выбивали из его груди воздух, которого и так не хватало. Вокалист запрокинул голову, делая судорожные вдохи и чувствуя как нарастает напряжение.       — Ты этого хотел? — задал вопрос Асакура сквозь зубы, сам еле сдерживая стоны.       Внутри было так горячо, туго, скоро явно поедет крыша, даже не помахав ручкой. А Йо так красиво выгибался навстречу его телу, прямо-таки не жалея позвоночника, что остановиться было нереально. Да и не хотелось.       Первый оргазм накрыл внезапно, приятно разливаясь жаром по телу. Так не хотелось разрывать контакт, Асакура прижимал к себе худое, жилистое тело и наслаждался их близостью, а Йо таял в его руках, перебирая пальцами длинные пряди, что рассыпались по дивану.       Понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Ноги не хотели слушаться, мышцы находились в приятной неге. Но Йо нашёл в себе силы и в одной расстёгнутой рубашке прошёл на кухню, чтобы осушить два стакана ледяной воды, потому что во рту пересохло настолько, что невозможно было сглотнуть.       — Я тебя ещё никуда не отпускал.       Гитарист вздрогнул, когда услышал тихий, глубокий голос Хао за спиной. Он чуть не выронил стакан из рук, когда его заставили прогнуться над кухонным гарнитуром, и тут же издал стон, вновь чувствуя в себе горячую плоть. Хао не давал ему ни минуты на передышку.       Асакура сжал пальцами его бёдра, входя до основания, и замер, наслаждаясь сладким, тягучим голосом вокалиста малоизвестной группы. Ах, как же он поёт, слушал бы целую вечность! Йо не жалел голоса, когда толчки стали жёстче, глубже. Он почувствовал руку на своём члене, которая стала двигаться в такт бёдрам Хао. Губы стали шептать что-то бессвязное, еле уловимое, и Асакура наклонился к парню, спрашивая:       — Что ты там сказал? Ещё?       Йо лишь дёрнул головой от обжигающего ухо шёпота, и зажмурился, чувствуя, как дрожь ещё от одного оргазма накрыла его тело. Что с ним творил этот фанат он даже представить не мог, но был безумно счастлив от тех ощущений, которые он дарил ему.       В душе парни не могли оторваться друг от друга, целуя припухшие губы, которые уже налились кровью, — всё как и хотел Йо. Хао прижал его к мокрой, прохладной плитке, держа парня на весу, и входил медленно, плавно, тягуче, словно изводя и без того ослабевшее тело. Гитарист держался за пояс Асакуры ногами, то и дело норовя сползти вниз из-за воды, что била из лейки горячим водопадом. Он хватался за его плечи, не сдерживая стонов в поцелуй, и путался в прядях ещё больше, ведь они уже давно намокли и напитались влагой.       Йо ухватил зубами колотящуюся жилку на шее парня, и тело словно током ударило.       — Йо… — выдохнул Хао, не в силах больше сдерживаться.       — Да? — сладко протянул вокалист.       И предохранители слетели. Следующее «Да» Йо растянул громко, стон перешёл в крик, который резонировал в маленькой ванной, когда Хао стал насаживать на себя парня жёстко, глубоко, сильнее прижимая к мокрой плитке. И перед глазами всё поплыло вновь от накатившего возбуждения. Так сладко никогда не было, аж зубы сводило от невозможности происходящего.       Усталость после переезда и концерта как рукой сняло, но на её место пришла обволакивающая нега, которая расслабила мышцы настолько, что стоять уже не было ни сил, ни возможности. Лишь лежа в собственной кровати Йо понял, насколько вымотался за сегодняшний день. Он положил голову на колени Хао, который пальцами перебирал его влажные волосы, и блаженно вздохнул. Даже несмотря на тяжёлый день, он нисколько не жалел о том, что с ним произошло за эту ночь.       — А с автографом ты круто придумал, Хао, — улыбнувшись, Йо повернулся к парню и притянул его руку к себе, рассматривая собственную подпись в лунном свете, который был единственным освещением для спальни.       Хао довольно хмыкнул.       — Я ещё и не такое могу придумать.       — Теперь я хоть на какое-то время буду рядом с тобой, — тихо проговорил Йо, ведя музыкальными пальцами по коже предплечья.       — Ты когда уезжаешь? — Асакура слегка нахмурился. Думать о том, что они снова расстанутся на долгий месяц, было невыносимо.       — Уже сегодня утром, — без радости в голосе ответил Йо.       — И ты так на каждый концерт одеваешься? — спустя несколько минут молчания вдруг вспомнил Хао. В его голосе послышалась ревность.       Вокалист загадочно улыбнулся и перекатился на бок, чтобы приподняться на руках и приблизиться к парню.       — Нет, только сегодня. Я же знал, что ты придёшь.       — Хоро проболтался? — догадался Хао.       — Нет, — снова протянул Йо, почти касаясь его губ. — Ты бы не смог пропустить мой концерт, хоть тебе и не нравится наша музыка. Ты бы пришёл из-за меня.       И снова чувственный поцелуй с ноткой горечи в послевкусии, ведь Асакура прекрасно понимал, что это была единственная ночь в турне Йо, когда они смогли побыть вместе. Несколько месяцев разъездов по городам Японии, и ещё один месяц следом, когда он закончит гастроли и наконец-то вернётся домой. И именно здесь его будет ждать Хао, сидя у открытого окна вечером с книгой в руках. Уставшего, с гитарой за спиной и охрипшим после стольких концертов голосом… Но улыбающегося, довольного и любимого Йо, которого Хао знал всегда. И будет знать всю жизнь.