Грабли

—В этом году я вел себя плохо. Не слушался. Так себе кушал..—

Действительно, и когда он последний раз нормально ел? В воспоминаниях?

—Дедушка, ты будешь в ужасе. Как в прошлом году.. Даже хуже—

Он стрелял в того, кто был для него всем. Выстрелил точно в голову, хотя за день до этого самостоятельно менял повязку на перерезанной шее Злобина.

—Говорил слова не хорошие, а те, что дал, все нарушил..—

Боков ненавидел себя. Ненавидел жить и видеть, как его нахваливают за того, что тот так расправился с убийцей и некогда бывшим коллегой по работе. И одному общему делу.

—Ноль выводов из ошибок прошлого, только выводок новых грешков ещё взял на душу.—

Он думал о том, что лучше бы Злобин убил его самого. Он бы тупо перестал страдать. Конечно, перестал бы, но весь город такому повороту явно бы не обрадовался. Жертв было достаточно, чтобы даже самые тугодумные смогли понять, что убийца — зверь. Он ведь не чувствовал абсолютно ничего, когда вешал Ершову на мост. Не чувствовал ничего, когда брат нес в руках две сумки в каждой из которых были крошечные дети.

—Хулиганил, дразнился, дрался, напивался, буянил. По полной жег.—

Только с Женей почувствовал.

—Каким был, таким и остался, по-другому не смог.—

Женя бы с радостью перенесся во времени, чтобы просто никогда не приезжать в Курортный. Не знать о том, что твориться в этом богом забытом месте. Тут ведь ничего святого не было.

—Пожалуйста, положи для меня - меня нового в свой мешок. А я залезу на табуретку, и прочту тебе свой стишок..—

Ваня только святым казался. Жаль не оказался им на самом деле.

—Я все исправлю—

Боков убил человека, которого так непрерывно целовал в машине.

—Починю и налажу..—

Но другого выхода просто не было. Он бы не смог скрыть от людей преступника, тем более после того как он выстрелил в Надю. Она бы точно не стала молчать.

—Если снег новогодний, на прошлогодние грабли не ляжет—

Вокруг него смерть, как он и думал. Где бы он не оказался. С кем бы он не был. Абсолютно везде.

—Так что я не замечу до боли знакомых зубцов под подошвой, если следующий год снова вдруг не окажется прошлым—

Он стоит на крыше. Над головой — серость города, непрерывная волна туч. На улице — счастье. Кишащая людьми площадь. Все рады, всем весело. Праздник же.

—Я хотел бы найти себя утром под елкой, сильным, хорошим и добрым.—

Боков отводит взгляд в сторону, к берегу. Там - десятки воспоминаний. Плохих, даже ужасных, но иногда и хороших. Как в день, когда они приехали с Ваней поздно ночью и просто лежали на камнях.

—В подарочной упаковке, с локтями лентой прижатыми к ребрам.—

В тот день они первый раз остались наедине. В тот же день поняли, что они — нечто большее, чем просто коллеги. Больше, чем самые близкие друзья.

—С чистой совестью, разумом, сердцем и легкими—

Он думал, что хотел бы снова увидеть Ваню. Таким, каким он был в первый день их знакомства.

—Простым и глубоким.—

Таким, каким Бокову он запомнится навсегда.

—Без желчных речей с подоплекой. Без глума над недалекими.—

И наверное хотел бы остаться с ним.

—Понявшим, принявшим, простившим и отпустившим..—

Если бы только можно было, он бы сделал все для этого. Он бы никогда не сдал Ваню, но точно бы водил его на лечение.

—В чулке у камина новая карма. Харе Рама, ом, харе Кришна—

Возможно, сейчас думать об этом было бесполезно. Но не делать этого вовсе — сложно.

—Красношубый Всевышний, пролез бы в трубу и под елку меня положил—

Он отводит взгляд от берега.

—Классный был бы подарок—

Один шаг вперед.

—Жаль его я не заслужил.—