обратная сторона медали

ㅤㅤ— Спасибо за смену! Спокойной ночи, коллега! ㅤㅤДевушка молча выходит из главного корпуса больницы и направляется к ближайшему круглосуточному магазину. После долгой двадцати часовой смены на ногах, большее, чего хочется Судзуки это пару баночек бананового молока с клубникой и спать. Несмотря на всю ту тучу людей, что окружали её все те двадцать часов давящее чувство одиночества не проходит. Быстро прошмыгнув в родной "7/9" девушка проходит к стенду с напитками, и берет несколько бутылочек любимого вкуса. По пути на кассу захватывает онигири и токпокки, дома, кажется, оставалась лапша, не есть же её просто так? ㅤㅤСудзуки молча оплачивает товар и покидает магазин, ноги сами по себе несут её домой. Всё тело, начиная плечами и шеей, заканчивая коленями и щиколотками безумно болит. На секунду она останавливается. Во рту стоит неприятный привкус металла. Она проводит пальцами по губам и мельком замечает на них кровь. ㅤㅤ— Снова я за своё... – думает про себя, хмурясь, – Махиру был бы зол за это на меня. – вертит головой на эту мысль, и снова начинает идти, ускоряя шаг. Совсем скоро покажутся её апартаменты. ㅤㅤПуть от двора до своей, пускай и съемной, но родной квартиры, выпадает из памяти, Судзуки приходит в себя только тогда, когда на кухонный стол опускается пакет с покупками. Сейчас есть вовсе не хочется, хотя нужно. За все, почти, сутки работы девушка ела дай бог два раза, чего крайне мало для её организма. Из пакета врач выуживает баночку с напитком, и, по пути открывая его, проходит глубже в апартаменты. Судзуки сбрасывает с плеч верхнюю одежду и присаживается на пол, за кофейный стол, хватает в руки пульт от телевизора и включает какой-то музыкальный канал, после позволяя себе распластаться блинчиком на полу. Приятный клубничный вкус напитка ласкает рецепторы, от чего она улыбается. ㅤㅤ— "Ради этого стоит жить!" ㅤㅤЗнакомый, юношеский, голос звучит в голове, и Судзуки выдыхает, потирая пальцами веки и переносицу. Жить? Ради чего вообще нужно жить, если весь максимум твоей радости это несчастное банановое молоко, чей срок годности вот-вот истечёт? Девушка приподнимается с места, упирается локтями в стол и поворачивает голову в сторону, заглядывая на кухню. В полумраке глаза замечают блеск ножа, что лежит на столе, почти на самом краю, ещё немного – и упадёт тебе на ногу, лезвием вонзившись в плоть и запачкает всё вокруг красной жидкостью. Фантомная, режущая боль ощущается где-то в районе живота, и Судзуки слабо сглатввает. Хочется взять его в руки и- ㅤㅤ— Ты ведь не собираешься оставить меня одного? ㅤㅤЧужие ладони со спины обнимают её за талию, заставляя сесть обратно и ощутить инородное, словно не человеческое, тепло. Левая рука парня тянется вверх, ухватывается пальцами за подбородок аккуратного лица и поворачивает голову Судзуки к экрану телевизора. Зеленовато-фиолетовый, почти угасающий свет с какой-то большой сцены, на которой до этого двое парней совмещали скрипку и гитару, неожиданно больно режет по сетчатке глаза, от чего девушка всем телом поворачивается в сторону парня. ㅤㅤСудзуки не вырывается, позволяет Махиру обнимать её и прижимать к себе, просто не может оттолкнуть. Этот парень умер ещё восемнадцать лет назад, в свои шестнадцать, когда попал в ДТП. С того происшествия Судзуки отчётливо помнит лишь плюшевого кролика, которого он ей подарил за четыре года до происшествия, его безжизненное тело и операционный стол, который ей удалось разглядеть сквозь окошко в операционном отделении. Его не смогли спасти. Но примерно с того же момента она решила тесно связать свою жизнь с медициной, быть полезной пострадавшим и их родным, дабы никому не приходилось проходить через то же, что и сама Судзуки. ㅤㅤСейчас Махиру отличается от того, каким он был раньше. Темные волосы приняли кирпичный оттенок, уходя немногим в красный, хотя лицо так и осталось слегка худощавым и бледным. Он одет в бледно коричневую футболку и серые шорты до колена, это та одежда, в которой он умер. Судзуки откровенно признаёт, что, возможно, больна шизофренией, которая сопровождается разного рода галлюцинациями, но бороться с этим не желает, на это у неё просто нет ни сил, ни веских причин. Даже если этот Хирума – лишь плод её воображения и больной привязанности к юноше как к кому-то младшему, к кому-то, кого она должна была защитить – она не готова его отпускать. ㅤㅤ Что-то из корейской музыки на фоне, как колыбель – ощущение абсолютной эйфории перед концом света, чувство счастья перед собственной смертью, заставляет девушку прикрыть глаза и уткнуться в плечо парня, что терпеливо ждёт её ответа. В миг, когда темнота поглащает комнату, и позволяет глазам Судзуки расслабиться, она окончательно выдыхает со спокойствием. Интересно, были ли похожи чувства Махиру в тот момент на то, как ощущалась та песня? Девушка вертит головой из стороны в сторону на эти мысли и выпрямляется, ей стоит ложиться спать. ㅤㅤ — Не собираюсь. Конечно... Я не собираюсь оставить тебя одного, Махиру. ㅤㅤ Судзуки убеждена, пока жива она – с ней жив и он. Даже если он лишь фальшивка, даже если он лишь плод её фантазии, даже если он совсем другой человек. Даже если он уже давно мёртв.