Обрыв и горы

      Когда он пришел к обрыву, там уже сидел человек       Вид открывался невероятный: горный массив тянулся далеко за горизонт, синева деревьев в тумане скрывала озеро внизу, а севшее солнце окрасило небо сероватым. Листья тихо раскачивались в такт ветру, пока последние птицы напевали свою колыбель этому дню.       Ло минуту любовался видом, а потом сел рядом с парнем. Тот вроде был не против, хотя по нему было невозможно прочитать. Врач кинул на него быстрый взгляд, но, не получив реакции, уставился вдаль. Так они сидели в тишине. Лишь изредка до них долетал шепот ветра из ближайшего леса. — Я планировал побыть здесь один, можете, пожалуйста, уйти, — раздался хриплый голос.       Ло повернул голову. Золотые волосы незнакомца развевались под порывами стихии, скрывая лицо. Но по голосу можно понять, что тот точно до этого плакал, ну или у него заболевание горла. Парень не особо придал значение: ему не интересна жизнь какого-то левого человека. — Я тоже, но как видишь, когда я пришел, здесь уже были люди, — цокнул Ло. — Не все наши желания сбываются.       Он вздохнул и посмотрел вниз. Высоко. Прямо под ними река — удивительное место. И почему оно не пользовалось популярностью? Даже в интернете трудно найти картинку похожей красоты, а тут без лишних трат на электричество и сеть такой пейзаж.       Незнакомец достал сигареты и начал искать зажигалку, а Ло демонстративно закатил глаза: он ушел так далеко от города, чтобы все равно дышать дымом. Спасибо тебе, о первый встречный.       Но тут его глаза упали на ботинки сзади парня. Он их снял. Самое логичное объяснение пришло к Ло в голову, и он с ухмылкой спросил: — Что, последние минуты жизни?       Незнакомец помолчал, а потом сделал затяжку дымом и медленно выпустил его в воздух. Ветер моментально развеял остатки, унося их в даль. — Да, — ответил парень. — И кое-кто мне сильно мешает. — С таким характером люди обычно не кончают с жизнью суицидом, — Ло откинулся немного назад и уставился на горы. — А ты больно много обо мне знаешь, раз судить можешь.       Колкий. Врач обычно не любил таких людей, ведь, как говорится, нам не нравится в других то, что есть у нас. Но то ли взыграло человеческое сочувствие к отчаявшемуся до смерти человеку, то ли просто у Ло было хорошее настроение, но его не так уж сильно взбесили слова паренька. — Сам-то пришел в это место и затираешь мне тут, — незнакомец кинул бычок вниз. — Эй, не загрязняй природу, — сделал он ему замечание. — Позволь мне хотя бы эту шалость перед тем, как я исчезну.       Ло вздохнул. Все же с самого первого дня отдыхать от людей в самом популярном месте для суицидников было плохой идеей. А ведь он даже пиво взял в надежде насладиться видом и тишиной. Парень поднял голову, задумавшись: так вот же причина, почему сюда не приходят обычно. Даже пейзаж не спасает от дурной славы этого места. Он же с таким расчетом и выбирал. — А ты не собираешься ничего оставить? — спросил незнакомец. — Или останешься вечно пропавшим без вести? — Я здесь за другим, — посмеялся Ло. — Меня одолела работа, друзья, сыновей долг и еще один наставник, что мозги доел уже. А тут обычно тихо, никого. Вот и отличный отдых для меня. Минуты на передышку, так сказать. — Ты знаешь, что напоминаешь этим маньяка?       Ло повернулся и поднял бровь. А незнакомец будто почувствовал его негодование: — Приходишь на место, где в год по три-четыре трупа и сидишь, любуешься. Как маньяк на свои трофеи. — …Никогда не думал о таком. Зато уже сразу представил заголовки: «Сумасшедший хирург годами убивал депрессивных подростков». Только вот получается ты моя первая жертва. — Мне духу не хватит совершить это когда кто-то рядом. Поэтому можешь выдохнуть спокойно. Звездой заголовков не станешь.       Раз уж он уже в этой компании, то уже ничего не изменить. Ло полез в портфель и достал две бутылки, одну из которых протянул пареньку. — Зови меня Ло. — Санджи, — принял алкоголь мужчина.       Ло уже собирался достать открывашку, как незнакомец ловко открыл бутылку камушком. Он так не умел, зато теперь знал, чему может научиться. — Итак Санджи. Чего счеты с жизнью сводишь? — Моя невеста, ради которой я подрался с лучшим другом и потерял всех остальных друзей, а еще впридачу работу, оказывается была со мной ради уважения матери. Которая хотела получить наследство моей семьи. А меня лет с шести выписали из семьи. Вскрылось это прямо на свадьбе, в прямом эфире, и она кинула в меня кольцом и сбежала оттуда, проклиная весь свет. Та тварь моментально начал ссориться с ее матерью, мои братья смеяться, а сестра не могла понять, что происходит. И вот я пришел в пустой дом, оставшись буквально без ничего и подумал, что видно это испытание я уже пережить не смогу. Поэтому я быстро поменял вещи, сел на ближайший автобус и вот я здесь. — Всю дорогу придумывал, как красивее описать свою историю? — заметил Ло. — До сих пор добавляю некоторые детали, — усмехнулся парень. — Поведение не суицидника, а отчаявшегося человека. Пожалеешь. — Мертвые не жалеют — И то верно.       Ло сделал глоток. В отличие от собеседника, у него не было прям настолько трудной ситуации. Он просто пришел отдохнуть. — А она хоть красивая была? — спросил Ло. — Лучше всех, — Санджи прикрыл глаза и подставил лицо ветру. — Я уже строил с ней семью и растил детей в голове. — Невероятно больно? — Аж до смерти, — посмеялся сам со своей шутки парень.       Он уставился вперед пустым взглядом. Жалко этого добряка, подумал Ло. Ему было трудно представить такую ситуацию в своей жизни, и он очень благодарен за то, что ему даже думать о себе в таком ключе невероятно сложно. Заслуга это родителей, друзей, наставника, — он не знал, что точно поблагодарит их сегодня вечером. — Работу еще найдешь, — вздохнул Ло. — женщину после такого нет. Уверен, что травма глубоко засядет. — Психологом заделался? — спросил Санджи. — Мой хороший друг психиатр. Видно от него набрался привычек.       Парень кивнул головой. — Ну а еще ты вроде как сидишь на краю обрыва и я должен по правилам тебя отговаривать, — произнес Ло и почесал за ухом. — Продолжишь успокаивать таким способом и точно сигану вниз под конец разговора, — посмеялся Санджи. — Уставший человек не может помочь разбитому. К сожалению.       Ночь стала постепенно атаковать местность. Последние остатки солнечного света осели на вершинах. Деревья скрылись в темноте, но силуэты гор еще были виднелись в дымке тумана. — Могу дать только один совет, — произнес Ло. — На утро всегда приходят более правильные решения. Нужно поспать и уже после этого решать, что делать. — Мне негде, — твердо ответил Санджи.       Ло поднял бровь: — Она у тебя и имущество отняла? — Я выкинул ключи вниз. Как и телефон. И сумку. Так легче решиться. — … Ну в ночи мы точно не пойдем их искать.       Ло встал и сложил свою бутылку в портфель. Он протянул руку, и Санджи схватился за нее, после чего тоже поднялся. Хотя парень имел совершенно другое ввиду: он думал забрать пустую склянку паренька, чтобы он не кинул ее вниз. Нельзя загрязнять природу. — Считай меня девой Марией, — улыбнулся Ло. — но я позволю сегодня заночевать у меня. А завтра помогу найти вещи. — … Ты точно не маньяк? — осторожно уточнил Санджи. — Буду им, если позволю тебе спать в этой одежде в горах. Умрешь не от удара с высоты, а от обморожения. Идем.       Ло достал телефон и набрал Сяти. Тот точно катался сейчас с братом по городу и им наоборот будем в радость приехать на край света и забрать их. И пока они шли, из его аппарата то и дело доносились восклики его друзей.       Парни сели на остановке. Вокруг была темнота и тишина: один единственный фонарь был разбит детьми еще месяц назад, и его никто не поменял. Санджи зажег сигарету и это был их источник света. Телефон фонариком садить Ло не хотел, особенно учитывая, что ему предстоит еще дорога назад.       Понять, что его друзья подъезжают, можно было по громкой музыке и свету фар. Сначала они проехали мимо, но очень скоро вернулись и остановились с визгом колес. Ло вздохнул. — Ты когда тормоза проверишь? — спросил он вышедшего Пенгвина. — Это подвеска, не боись, — парень пожал ему руку, а потом уставился на Санджи. — С тобой или…? — Со мной, — сразу отсек лишние вопросы Ло. — Место есть? — В багажнике всегда! — крикнул Сяти из машины.       Парень был на водительском месте. — …Ты точно не маньяк? — спросил Санджи. — Все равно умереть хотел. Прыгай, — Ло открыл заднюю дверь.       Парень осторожно залез внутрь. Там уже сидел Бепо с пакетом еды. Он явно удивился увидеть незнакомое лицо, но моментально расцвел и стал знакомиться. — Итак, куда едем, горе-любовники? — со смехом спросил Сяти. — Ну я сейчас заеду тебе по зубам, — ответил Ло. — Мы будем любить тебя независимо от того, кто ты и кого любишь, — продолжил Пенгвин. — Прекращайте.       Ло тяжело вздохнул: — Наш пункт назначения — мой дом. А до этого везите, куда хотите. — Бар на Литовской! — Лучше на Латгалес! — Я хочу Люткрверг! Там вкусные пончики! — Или Гаоцин. Они такие настойки подают! — Эй, а ты чего без обуви? — спросил Бепо, прекращая поток воскликов.       Санджи посмотрел вбок. Его пустой взгляд говорил сам за себя. Ло на секунду даже захотелось физически утешить его: обнять там или похлопать по спине. — Долго объяснять, — пробормотал парень. — За утехами забыли? — подразнил Пенгвин, за что моментально получил пинок в руку от Сяти. — За что? — Подозреваю, что бары отменяются? — спросил второй из братьев. — Хорошая догадка, док, — произнес Ло. — Но во мне только одна бутылка пива. Без алкоголя я этот день провожать отказываюсь.       Сяти переключил передачу: — Эй, как тебя зовут? — Санджи… — Винсмоук что ли? — пошутил Пенгвин. — Вы кстати слышали о том скандале? — Еще и видел его, — ответил Санджи. — Пенгвин, — вмешался Ло. — ты уже пил или просто тупой?       Бепо протянул Санджи и Ло пончики. Последний отказался, а вот блондин поблагодарил паренька. Он осторожно откусил, щурясь от того, как внезапная сладость свела челюсть. — Предлагаю тогда засесть у тебя, Ло, — сказал Сяти и посмотрел в зеркало заднего вида. — Ты не против? — Эй, а как же Литовская? — прохныкал Пенгвин. — Хорошо, что ты в анестезиологию пошел, а не в психологию, как советовал приемный отец. — Да поумнее тебя буду.       Пенгвин уже выставил кулак вперед. — А где алкоголь возьмем?— спросил Ло, прекращая перепалку родственников. — Время уже. — Иккаку в помощь, — посмеялся Сяти. — Она всегда знает что, где и как. Звони ей. — Вас не пугает, что патологоанатом всегда знает, где взять спирт?       Один телефонный звонок, после чего минут сорок езды и вот, Санджи сидел в огромном доме и был окружен большим количеством людей. Все что-то обсуждали, смеялись. Тут было человек сорок минимум, если не больше. Он сжался, чувствуя себя некомфортно, и тихо сидел на диване, стараясь не привлекать внимания. — Если хочешь, — заметил дискомфорт парня Ло. — то кровать наверху. — … Можно воспользоваться кухней? — неожиданно спросил Санджи. — Валяй. Она справа по прямой.       Парень встал и пошел по описанному маршруту, а Ло продолжил спокойно пить. Прошло минут десять прежде, чем он подскочил с места и рванул на кухню. О чем он думал, когда позволил суициднику пойти в единственную комнату в доме, где есть ножи? Чем таким важным был занят его мозг, раз позволил такой важной детали ускользнуть сквозь его пальцы?       Из-за его резких действий веселье компании на минуту сошло на нет. Некоторые последовали за Ло, поглядывая на товарищей, остальные же или принялись ждать, или продолжили разговаривать и выпивать.       На кухне горел яркий свет. Когда Ло зашел внутрь, он остолбенел и не поверил своим глазам. Санджи просто что-то жарил. Между его губ была зажата электронка, которую ему вежливо кто-то одолжил, а руки маневрировали со сковородой и деревянной лопаточкой. Паренек явно не ожидал компании, поэтому удивленно уставился на него и выпустил струйку дыма: — Что случилось? — … Ты готовишь? — больше для своего убеждения уточнит Ло. — Мой способ успокоиться, — поднял плечи Санджи. — За готовкой всегда забываю о проблемах.       Тут в проеме показались знакомые головы, что наперегонки начали выкрикивать: — А чем это тут пахнет так вкусно? — Санджи! Что ты готовишь? — Санджи? Красивое имя. Я даже сначала тебя не заметил — О боже, это мясо. Пусть это будет мясо.       Санджи улыбнулся и продолжил готовить. Ло странно на него смотрел. Он его не понимал. Но, видимо, готовка и вправду приносила ему внутреннее спокойствие, поэтому, взяв бутылку пива, он решил ненадолго посидеть вместе с ним.       Ло проснулся с похмельем и ворохом пьяных людей на полу. Санджи спал на диване рядом с ним, уткнувшись носов в его грудь. Парень не хотел его будить, но и вчерашнее веселье барабаном напоминало о себе в ушах и песком в глазах, поэтому он вынужденно аккуратно поднялся и последовал в ванну.       Ло почистил зубы и минуту сверлил свое отражение. Он выглядел так, будто это он вчера сидел на краю пропасти с мыслями об исчезновении. Парень умылся, забил на бритву и пошел на кухню.       Ло планировал начать уборку после приема таблеток, и какого было его удивление, когда все оказалось чисто. Кроме пьяных людей ничего и не напоминало о посиделке. Ни стаканов, ни грязной посуды, ни перевернутых вещей. Парень знал своих друзей и мог с уверенностью сказать, что это сделали не они. В доме был еще один человек и на него и возложили ответственность за весь этот порядок.       Ло сделал себе кофе и полез в телефон. К нему скоро присоединился Сяти, чьи глаза не открывались. Он буквально налил кофе в самой баночке с зернами, а не в кружке, и упал лицом на стол. И пока его напиток остывал, к ним присоединился Санджи.       Его глаза были еле открыты. Одежда вчерашняя, явно неприятная к телу. Волосы в жутком беспорядке. Но вместо того, чтобы привести себя в порядок, парень открыл холодильник и начал что-то готовить.       Санджи готовил. Ло удивленно смотрел на него и восхищался: после стольких литров алкоголя он не мог нормально сидеть, а этот мужчина еще умудрился что-то делать. Так мало того, он делал это за бесплатно и явно в полусонном состоянии. Почему еще раз его все там бросили и выкинули? Потому что у Ло появилось чувство, что он нашел алмаз. — Ой-ой, — произнес Пенгвин, что листал ленту телефона, попивая кофе брата.       Его появление не было никем замечено, поэтому и слова его были всеми проигнорированы. Парень почесал голову, а потом протянул телефон Ло. Тот сначала не понял, что от него требуется, а потом наконец начал читать «Вещи и обувь Винсмоука Санджи были найдены в каньоне. Предварительная версия случившегося: суицид. Продолжается поисковая операция тела.» — Ой-ой, — повторил за ним Ло. — Санджи, нам больше не надо искать твои ключи.       Санджи повернулся к нему и поднял бровь. Его волосы все еще были в беспорядке. — Полиция уже их нашла. Нужно только забрать — Зайду сегодня, — блондин вздохнул. — Но после пива. Я больше не могу жить с этой болью. — В холодильнике, — подсказал Ло. — Спасибо       Сяти соскользнул со стула и упал на пол. Он проснулся, потер поясницу и вышел из комнаты. Ло же встал и взял себе холодного пива: лучшего лекарства от похмелья он еще не нашел. — Таак, — протянул парень, подходя ближ-е к Санджи. — Получается, ты теперь свободен?       Собеседник посмотрел на него нечитаемым взглядом: — Получается. — И я свободен, — Ло сделал глоток. — Намек улавливаешь? — Улавливаю, но не могу пока решить: хочу ли я тебе треснуть с ноги или сковородой.       Он помешал картошку — откуда у Трафальгара дома оказался этот овощ? — и полностью развернулся к нему лицом. Парень хотел выглядеть грозно, но из-за утреннего беспорядка в волосах и на лице у него это не получалось. — Да ладно тебе, — цокнул Ло. — Ты же все равно планировал со всем покончить. А перед смертью надо попробовать все. Потом не получится.       Санджи замолчал, рассматривая пол. Его пиво нагревалось в стороне от жара плиты, и Ло любезно отодвинул бутылку подальше. Он не был экспертом в кулинарии, но точно знал, что вкуснее этот напиток холодным. — Я люблю красные розы и вино, — неожиданно ответил блондин. — Чтобы ты знал.       Ло пару раз моргнул, осмысливая строчку, а потом улыбнулся. Несмотря на мрачное знакомство и начало, он видел достаточно светлое будущее. Даже слишком, ведь впервые за очень долгое время у него будет нормальный завтрак и собеседник, чтобы поговорить вдали от всех на краю света. — Что ж, — произнес хриплым голосом Ло, — Учту. — Ребят, — раздался жалкий голос Пенгвина. — Я очень рад за вас, но я все еще сижу здесь.       Его вновь все проигнорировали.