♥︎
15 августа 2025 г., 18:00
Се Лянь не мог ожидать, что в один вторник его телефон взорвётся уведомлениями утром. Он потёр глаза и, всё ещё полусонный, включил телефон, где увидел сотни отмеченных постов.
"@HeavenlyFerret, @CrimsonLord отреагировал на твоё видео!!"
— О нет... — пробормотал он.
Видео, о котором идёт речь было безобидным – короткий ролик, где он пытается танцевать в TikTok с Жое, своей озорной хорьчихой, сидящей у него на плече. Жое стащила его резинку во время вращения, и Се Лянь так смеялся, что камера дрожала. Судя по всему, видео за ночь стало вирусным. С любопытством (и лёгким ужасом) он нашёл видео с реакцией.
По другую сторону экрана Хуа Чэн – известный стример хоррор-игр с лукавой улыбкой и таким голосом, что ASMR-каналы могут нервно курить в сторонке. В основном Хуа Чэн стримил хоррор-игры, Q&A рубрику, и реакции на всякие видео. И на одном стриме Хуа Чэн как обычно реагировал на разные видео, туда эже попало и видео Се Ляня.
Его тёмные волосы упали на один глаз, когда он наклонился к камере.
— ... Ну ладно, это несправедливо мило, — сказал Хуа Чэн, остановив видео как раз в тот момент, когда Жое схватила резинку для волос. — У маленькой воришки есть талант. — он ухмыльнулся. — И владелец тоже не плохой.
Клип закончился тем, что Хуа Чэн читал комментарии в духе: "Шип!!" и "Пригласи его на стрим(。’▽’。)♡".
Се Лянь не придал этому большого значения - пока Хуа Чэн не подписался на него, а затем написал:
> CrimsonLord: У твоей хорьчихи есть криминальный потенциал. Ужин? Могу дать юридическую консультацию ;).
Прошла неделя шуток, прежде чем они встретились лично. Се Лянь выбрал тихое кафе; Хуа Чэн пришёл в чёрном худи с капюшоном и солнцезащитных очках, словно скрываясь от папарацци.
— Режим инкогнито, — сказал Хуа Чэн, садясь напротив. Его улыбка была тёплой но в ней чувствовалась нотка озорства. — Итак, это человек Жое.
— А это, — ответил Се Лянь, — тот человек, который публично обвинил моего питомца в краже в особо крупном размере.
Они несколько часов говорили о стриминговых катастрофах, абсурдных интернет-трендах и бесконечном списке преступлений Жое. Хуа Чэн слушал так, словно слова Се Ляня были единственным, что стоило услышать. Когда они вышли из кафе, уже было темно.
К третьей встрече Хуа Чэн помогал Се Ляню снимать видео «Реакция Жое на хоррор-игры». Жое не интересовали пугающие моменты, но преувеличенные крики Хуа Чэна заставляли ее подпрыгивать на месте.
Интернет взорвался, когда Хуа Чэн опубликовал эту коллаборацию. "Они встречаются, да?!" – писал кто-то в комментариях.
Пока нет. Но когда Хуа Чэн провожал Се Ляня домой однажды вечером, он остановился у подъезда.
— Знаешь, — тихо сказал Хуа Чэн. — Я не просто реагировал на твои видео.
Сердце Се Ляня опасно ёкнуло.
— А?
— Я надеялся, что ты меня заметишь. — Губы Хуа Чэна тронула улыбка. — Сработало?
Се Лянь тихо, но уверенно расмеялся.
— Да.
В этом не было ничего драматичного – просто тихий, взаимный шаг вперёд.
Месяц спустя, во время совместоного Q&A стрима, зритель спросил, когда они начали встречаться. Се Лянь взглянул на Хуа Чэна. Хуа Чэн усмехнулся.
— Зависит от обстоятельств. Официально? На прошлой неделе. Неофициально? В тот момент когда Жое меня не укусила.
Жое, свернувшись между ними, пошевелила усами, словно соглашаясь.