Танец на лезвии ножа

Зал, где находилось посольство Ро'од в Эсшае, пылал. Тысячи свечей отражались в золоченых фризах и полированном черном камне пола, создавая иллюзию адского пламени. Воздух гудел от низких голосов дипломатов, шелеста дорогих тканей и скрытого напряжения. В центре этого бури, безупречная и холодная, как лезвие, Веллора эя Эменлия вела тончайшую партию с послом Ша'арнезом. Ее улыбка была расчетливой, слова – отточенными кинжалами в бархатных ножнах. Тисс стояла у колонны, стараясь быть невидимой. На ее предплечье браслет, связывающий ее с Нариальмом, спавшим сейчас в отведенном для него королевском гнезде,  излучал легкое, тревожное тепло. Не страх – предостережение. — Фрейлина Тисс? – Голос Веллоры, внезапно появившейся рядом, заставил ее вздрогнуть. Советница казалась спокойной, но в глубине ее эльфийских глаз, таких же древних и непроницаемых, как лес ночью, горел знакомый Тисс огонек – смесь азарта и усталости. – Вы выглядите потерянной. Неужели бал так утомителен? — Я наблюдаю, госпожа эя Эменлия , – ответила Тисс, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Она чувствовала, как браслет пульсирует сильнее. Нариальм уловил ложь в ее собственных словах. Она была утомлена. Утомлена этой игрой, в которой не знала всех правил. Утомлена тем, как Веллора смотрела на Ша'арнеза – не как на врага, а как на сложную шахматную фигуру. Утомлена… своей собственной реакцией на эту женщину. — Наблюдение – полезный навык, – Веллора сделала шаг ближе. Запах ее духов – холодный ирис и что-то древесное, пряное – смешался с дымом свечей. – Но иногда нужно и участвовать. Танцуйте со мной. Это не было предложением. Это был приказ, замаскированный под любезность. Прежде чем Тисс успела ответить, прохладная рука Веллоры уже легла на ее талию, а другая взяла ее руку. Они вышли на паркет, слившись с потоком пар. Танец был формальностью, шаблоном, выученным Тисс еще в детстве. Но в руках Веллоры он превратился в нечто иное. Каждое движение было точным, контролируемым, но под ним чувствовалась скрытая сила. Веллора вела ее уверенно, почти властно. Их тела были так близко, что Тисс ощущала тепло сквозь тонкую ткань платья Веллоры, слышала ее ровное дыхание. Браслет Тисс горел теперь почти болезненно. — Вы нервничаете, – констатировала Веллора, ее губы были так близко к уху Тисс, что слова звучали как интимный шепот, заглушаемый музыкой. – Нариальм беспокоится? Или это я так действую на вас? Тисс попыталась отстраниться, но рука Веллоры на ее талии лишь сильнее прижала ее. — Я чувствую ложь, – выпалила Тисс, глядя прямо в эти непостижимые глаза. –Я чувствует ее здесь. Исходящую от вас. От Ша'арнеза. От всех. – Ее голос дрогнул. – Что вы задумали, госпожа советница? Зачем вы меня сюда привели? В качестве… демонстрации? Живого аргумента в ваших переговорах? В глазах Веллоры мелькнуло что-то – удивление? Досада? – и тут же исчезло, сменяясь привычной ледяной маской. — Вы умнее, чем кажетесь, фрейлина, – произнесла она, и в ее голосе появились нотки чего-то, что могло быть… уважением? Или просто новой тактикой? – Нариальм – ваш козырь. Ваша сила. И сила Эсшая. Противник должен это видеть. Должен понимать, что у нас есть нечто большее, чем дипломатические уловки. Нечто… реальное. — Вы используете меня, – прошептала Тисс, и это было не обвинение, а горькое осознание. Браслет жег кожу. Нариальм чувствовал ее боль, ее смятение. Где-то далеко, в гнезде, он, должно быть, беспокойно ворочался. — Я использую возможности, – поправила Веллора резко. Ее пальцы слегка сжали руку Тисс. – Как и вы должны. Ваша связь с драконом, ваш потенциал… Это оружие. Оружие, которое может обеспечить нам не шаткое перемирие, а настоящую безопасность. Силу, которую Ро'од будет бояться. Тисс почувствовала, как по спине пробежал холодок. Вот оно. Тень ее подозрений. Веллора не верила в мир. Она верила в победу через силу. В устрашение. И Тисс с ее Нариальмом была ключом к этому. — А что если я не хочу быть оружием? – спросила Тисс, заставляя себя держать взгляд Веллоры. – Что если я верю в мир? На губах Веллоры появилась тонкая, безрадостная улыбка. — Мир, дитя мое, – ее голос снова стал шепотом, полным усталой горечи, – это лишь пауза между войнами для таких империй, как Ро'од. Я видела слишком много "мира", подписанного кровью и предательством. Я хочу гарантий. И дракон – наша гарантия. Ты – наша гарантия. Музыка смолкла. Пары вокруг них замерли, раскланиваясь. Веллора выполнила безупречный реверанс, ее лицо снова было гладким и непроницаемым. Но ее рука, отпуская руку Тисс, на миг задержалась, пальцы слегка сжали ее ладонь – жест, слишком личный, слишком теплый для холодной советницы. — Подумай, Тисс, – сказала она уже громче, для посторонних ушей, но ее взгляд горел в полутьме зала. – Не как фрейлина. Подумай как та, чья душа связана с силой, способной изменить судьбу королевств. Сила обязывает. И она… одинока. Она отвернулась и скользнула прочь, к ожидавшему ее Ша'арнезу, оставив Тисс стоять среди сияющего, шумящего людьми зала. Браслет на ее плече все еще пульсировал, но теперь ощущение было иным. Тревога Нариальма смешалась с его… пониманием? Он чувствовал смятение Тисс, ее боль от осознания, что ее используют. Но он также чувствовал ту искру – искру чего-то настоящего, что промелькнуло в прикосновении Веллоры, в ее последних словах. Искру, которую не могла полностью скрыть даже мастерская лжеца. Тисс сжала кулак, прикрывая браслет складками платья. Она посмотрела на спину Веллоры, сливавшуюся с темной мантией Ша'арнеза. Использование. Сила. Одиночество. Правда ли, что за маской расчетливой советницы скрывалась женщина, так же ищущая опору в этом опасном танце? Или это была лишь еще одна, самая изощренная уловка? Тисс закрыла глаза на мгновение, чувствуя тепло связи, единственное, что казалось настоящим в этом море лжи. Танец только начинался. И ставки были выше, чем она могла себе представить. Гораздо выше.