Проснись

      Каждый раз, когда я закрываю глаза, я слышу скользкий шепот, чувствую его смрадное дыхание, этот противный язвительный смех. К телу подступает жар. Мурашками я ощущаю, как выступает на коже липкий пот. Порой мне кажется: если я не открою глаза, то сгорю заживо.       После того дня все изменилось. Какое-то новое чувство переполняло меня с того момента. Внутренняя сила? Уверенность в себе? Спокойствие? Нет, спокойствием это явно не назовешь, ведь я четко помню тех подростков, что сели в тот злосчастный автобус. Суждено ли им выжить? Не могу сказать, какие изменения я чувствую в себе, но они действительно есть и, хочу сказать, не самые хорошие. Мы спасали друг друга ценой своей жизни, вырвались из ловушки, победили. Мы уничтожили Его. Мы сожгли его театр и закулисье дотла. Помню запах гари, вихрь из пепла. Хотя иногда мне кажется, что этого не было. Будто это какой-то кошмарный сон, который растаял с первыми лучами солнца, с первым вдохом реальности. Но порой мне кажется, что этот сон никогда не заканчивался. Возможно, мы все еще там и сейчас видим прекрасный сон про нашу жизнь, про наш родной город, где все хорошо. Однако стоит нам открыть глаза, стоит лишь проснуться, и вокруг себя мы увидим кромешный ад. Кошмары, ставшие явью. Мысли, воплотившиеся в реальность. Смерть.       Нет, все хорошо. Я не сплю. Мы действительно выжили. В моей памяти возникают четкие образы последних секунд. Не могу забыть тот огонь, охвативший весь город. Не могу забыть Его предсмертный вопль. Хочется закрыть глаза и вздохнуть с облегчением, но страшно. Страх, что мои глаза больше никогда не откроются. Мой рот зашьет Он, и я не смогу позвать на помощь. Да, я изменилась. Может быть, у меня даже паранойя. Но если у меня бред, тогда что происходит с ребятами?       Порой мне звонит Кимберли и в слезах кричит в трубку, что тонет. Дерек, которого периодически мучает слепота. Только Тайлер кажется нормальным. Нормальность — что это? Тайлер всегда был рационален, скупым на эмоции, но сейчас он будто не испытывает их вовсе. Если я начинаю разговор про тех подростков, он отвечает:       — Тогда нам никто не помог. Они должны помочь себе сами. Нам не стоит в это лезть, Шелли.       Тайлер отчасти прав, но меня гложет, что я ничем не могу им помочь. Я даже не понимаю, куда отвез их автобус, если мы сожгли город? Мы изменились, но ситуация повторяется. Может, ничего не менялось? Иногда мне снится этот город. Все как наяву: мой дом, пустые улицы, одинокие деревья и всепоглощающий туман. Он осязаем, проникает в каждую клеточку моего организма. Я здесь. Пятками ощущаю холод пола, дергаюсь от прикосновений их лап. Волосы встают дыбом от мысли, что я застряла здесь. Где здесь? Громко звонит телефон. Знаю, что звонят мне — Тайлер не обращает внимания. Его здесь нет. Я с дрожью в пальцах принимаю входящий вызов.

ПАССАЖИРЫ НЕ НАЙДЕНЫ. ПОВТОРИТЕ ПОПЫТКУ.

      Да, знаю, такое бывает. Пугает, но к этому можно привыкнуть.        Может, мы умерли? Или это очередная ловушка? Пустота, замаскированная под реальность. Картонки, Его декорации. Пустые стены, за которыми ничего нет. Белый шум, в котором едва различим его смех. Шагнешь за пределы и провалишься под сцену. Что с нами происходит? Почему мне кажется, что мы спим? Может, пора проснуться?       Это сводит меня с ума! Мы сделали все! Мы все преодолели! Сломали себя, чтобы измениться… Заглянули в зеркало и вживили в себя недостающий кусочек. Каждый из нас не тот, кем был раньше. Я спасла его, не дала Тайлеру умереть, справилась с одиночеством.       Ты уверена, что хотела спасти его, а не себя? Спроси, что на самом деле думает об этом Тайлер.       Тогда почему же я чувствую Его? Почему я слышу, как Он зовет меня?

Ропнисьс! Ропнисьс ейсачс еж!

      Нет, я не хочу походить на сумасшедшую. Мы многое пережили, буквально прошли через ад. И вышли. Это абсолютная правда! Я осязаю себя, Тайлера. Вдох-выдох. Мы люди, пережившие огромный стресс. МЫ ВЫЖИВШИЕ, А НЕ СЛОМЛЕННЫЕ. Дайте еще немного времени.       Манекены, превратившиеся в тени. Всего лишь куклы, пахнущие горелым пластиком. Сами себя сжигаете изнутри.       На дворе ночь. Ночью приходят Они. Я пишу эти строки и поглядываю на Тайлера, лежащего возле меня. Он уставился в потолок, скрестил руки на груди. Явно о чем-то думает — на лице ни эмоции.       — Ты боишься закрыть глаза? — спросила я. Оглядываю его, всматриваюсь в изящные черты лица, вспоминаю, как умоляла его не умирать. Я очень тебя люблю. Понимаешь, что я не могла позволить тебе остаться там? Тогда ты спас меня, теперь я спасаю тебя.       — М? — он повернул ко мне голову и задержал взгляд. — Да, побаиваюсь.       — Почему? — я отставила ноутбук и повернулась к нему, взяв за руку. Его рука такая холодная, но взгляд… нежный, заботливый, всезнающий…       — Я боюсь проснуться.       Его тело такое серое, с вмятинами и булькающими язвами. Опустив взгляд на его руку, я увидела тонкое, сухое запястье с сетью извитых вздутых вен. Красивые карие глаза пристально смотрели на меня из запавших глазниц, точно кратеры. Тайлер ехидно улыбался мне, обнажив черные отломки зубов. Я отворачиваюсь и продолжаю писать, не замечая смрадный запах из его рта. Я привыкла, ведь точно знаю: стоит перестать бояться, и все исчезнет. Абсолютно все. Я останусь одна в этом городе лишь с его тенью, лишь с надеждой во спасение. Останусь с верой и зудящим чувством в кончиках пальцев, которые секунду назад касались его лица.       Тебя нельзя убить — можно лишь перестать кормить.       Тайлер знает мои страхи, знает, что со мной происходит, ибо с ним порой случается то же самое. Еще мало времени прошло. Скоро все уляжется.       — Шелл, заканчивай и ложись спать, — Тайлер коснулся моей руки и поцеловал в щеку. Такой теплый, нежный поцелуй вдруг оборвался телефонным звонком. — Дерек звонит.       Дерек тоже это чувствует. Все мы чувствуем. Я провожаю взглядом Тайлера и снова утыкаюсь в монитор. Дерек редко звонит просто поболтать, тем более в два часа ночи. Я знаю, что с ним случилось. Не могу выкинуть из головы это странное чувство, не могу успокоиться и внушить себе, что все закончилось. Дрожь в теле заставляет меня не двигаться, заставляет вслушиваться в голос Тайлера, доносящийся из кухни. Я боюсь его потерять. Тогда я чуть не потеряла…       Меня не покидает чувство нереальности происходящего. У тебя возникало такое чувство? Ответь честно! Ты тоже был там! А если нет… скоро Он найдет тебя. Я не пугаю тебя, скорее, предупреждаю. Если увидишь автобус №404… Хотя вряд ли нас послушаешь. Просто скажи мне, я все еще там? Я прошу тебя, скажи! Понимаю, что ты ничем не сможешь помочь, но оставь хотя бы надежду. Пообещай мне, обмани, скажи, что мы дома. Как бы я не хотела вспоминать тот день, когда мы сели в этот 404-й автобус… Как бы я хотела забыть все, что происходило там. Мы стали сильнее, многое переосмыслили. Перестали бояться, но тот город… Он оставил след и в душе, и в памяти. Я вновь слышу, как Он зовет меня… Слышу шепот и смех. В ушах застрял скрип ржавых дверей. Тело двигается в такт движениям автобуса. Я замечаю табличку на дороге. Страх проникает в меня глубже, обвивает своими сухожилиями. Не хочу возвращаться. Может, мы не до конца во всем разобрались? Может, Он наказывает нас? Мне кажется, скоро я вернусь туда. А сейчас я постараюсь закрыть глаза. Проснусь ли я когда-нибудь?